Глава двадцатая, или Три разговора и бремя крови

Мы с Кристин шли к нашей комнате. Я рассказывала о странном поведении мастера Дэрота, о внезапном появлении законника семейства де Лавенил. Она слушала внимательно, даже не язвила. Лишь под конец сказала:

— Одно я тебе могу сказать точно, о тебе теперь есть, кому позаботиться. Кроме нас.

— Странная какая-то забота, — проворчала я. — Кстати, а где все?

— Лил вроде как с Вилберном, — пожала плечами Крис. — Парни собирают вещи во дворец. Принц… ну, про это ты знаешь.

Про это знала. Принц находился в лекарском крыле. Чувствовал себя на порядок лучше, вот только вел себя странно. Видимо, сегодня день такой… особенный. Звезды встали в какое-то хитрое созвездие, массово влияющее на людей.

Крис уже отворила дверь, как вдруг замерла на пороге. Повела плечами и внезапно заявила:

— Кажется, я забыла обсудить с Влатом теорию Зигисмунда.

— Чего? — опешила я, но глянув в комнату, поняла, в чем дело.

У наших столов и окна стояла женщина в красивом брючном светло-бежевом костюме. Женщина была худа, волосы собраны в высокую прическу, пальцы в перстнях — все в ней кричало о том, что она принадлежит к высокому сословию. И я ее знала. Ее лицо не раз мелькало в моих свежеприобретенных воспоминаниях.

— Клэр? — выдохнула она, разворачиваясь и смотря прямо мне в глаза. Сделала шаг навстречу, неловко развела руки.

Этот, казалось бы, невинный жест отчего-то меня испугал, и я сделала шаг назад. Вот только Кристин уже закрыла за собой дверь.

— Ой, прости, — она сжала пальцы в кулаки и крепко прижала их к ногам. — Я представляю, как это все для тебя выглядит…

Как для меня выглядит что? Неужели, если уж она так сильно хотела со мной встретиться, нельзя это было хотя бы устроить нормально? Мне не особо нравится, когда я обнаруживаю в своей комнате фактически незнакомых людей.

— Доброго вечера, — хрипло поздоровалась я, попросту не знала, что еще сказать.

Под внимательным и даже каким-то восхищенным взглядом женщины стало неуютно, захотелось провалиться сквозь землю, но вместо этого я просто ерзала на одном месте, не зная, куда деть глаза.

— Клэр, я клянусь, я тебе не враг, — внезапно выдала Лара де Лавенил, моя мать.

Я промолчала. Видимо, у меня сегодня день такой — молчать. Наверняка эта женщина закладывала какую-то глубокую мысль в свою фразу, но никак не могла произнести ее вслух.

— Тебе неловко, да? — внезапно сочувствующе спросила она.

Лишь секунду смотря в ее глаза — такие же серые, как и у меня, я кивнула.

— Это моя вина, — Лара закусила губу. — Но я постаралась предвосхитить такой вариант событий. Если вдруг ты не будешь готова слушать меня, я написала письмо.

Она достала из небольшого ридикюля сложенный вдвое салатовый конверт с сургучной печатью. Лишь с секунду помяла его в руках и только после этого протянула вперед. Я взяла. Оказывается, мои руки дрожали, хотя я и пыталась это скрыть изо всех сил.

— Я постоянно буду поблизости, — сообщила она. — Дай мне знать, как только будешь готова.

Мелькнула мысль, что Вилберн с Ларой похожи. Какой-то неуловимой мягкостью, но в то же время стойкостью характера.

— Хорошо, — я согласилась.

Растянув губы в слабой грустной улыбке, Лара направилась к выходу.

— Леди де Лавенил, — окликнула я ее, и она остановилась. Замерла, как вкопанная. — Законник вашей семьи…

— Ты хорошо выступила и тебя несправедливо засудили, — тут же с жаром заговорила она. — Гаспар сможет разобраться с этой ситуацией.

— Не надо, — я покачала головой. — Мне приятно, что вас это заботит, вот только совершенно не заботит меня.

— Не заботит? — удивленно переспросила Лара. Светлые брови поползли вверх, обнажая и без того открытый взгляд. Я подметила, что и глаза, и цвет волос у нас с этой женщиной совпадал. В остальном же она была существом из другого мира: такая красивая, воздушная, статная. Увидев ее в какой лавке или ателье, никогда бы не подумала, что эта женщина родила двоих детей.

А может, их и того больше — мы же не можем знать, сколько бастардов ей пришлось прятать.

— Не заботит, — напряженно кивнула я. — Это все… только ради участия.

— Но ваша команда показала один из лучших результатов! Если у тебя будут такие же высокие результаты в индивидуальном зачете… — изумилась Лара. Но затем поправилась, не стала настаивать: — Хорошо, Клэр, как скажет. Тут решать только тебе.

Вот уж точно. Решать только мне…

Лара все же оставила меня наедине с этим треклятым письмом. Наверняка там есть какое-то оправдание, наверняка оно даже покажется мне достаточно убедительным для того, чтобы в него поверить. Вот только хочу ли я в него верить? Не знаю.

— Просто знай, — напоследок выдохнула Лара, — что бы нас не связывало в прошлом и настоящем, мы с твоим отцом будем бороться за тебя до конца. Столько, сколько тебе будет полезно.

И тут меня кольнуло осознанием. Настолько болезненно, что я не сразу нашла в себе силы проводить женщину взглядом, а следом вытащить из ящика стола зачетку и сравнить два почерка. Почерк мастера по некромантии и почерк со шкатулки.

* * *

— Марк, что ты тут?.. — я даже спросить не успела, как принц уже оказался в выделенных мне покоях.

Он зашел, деловито осмотрелся и запустил в воздух двух металлических мушек — артефактов-искателей. Будто я не устроила схожего мероприятия, когда оказалась тут. Вот только, по всей видимости, моих мер оказалось недостаточно — мушки принца нашли еще один ранее не обнаруженный артефакт. Взмах руки, и он оказался дезактивирован.

— Что-то случилось? — забеспокоилась я.

Соревнования были только вчера, и только вчера принц получил травму, потому на его, на мой взгляд, излишнюю активность я смотрела неодобрительно. Хотя и понимала, что иначе нельзя.

— Случилось? — переспросил Марк. — Нет. Просто… я к тебе по двум важным вопросам.

— Та-а-ак, — я еще крепче завязала полы халата. Только сейчас мне сделалось неловко от того, что принц лицезреет меня в таком виде.

— Вопрос первый. Ты решила, что будешь делать со своей новоявленной семьей?

— Если ты про чаепития по воскресеньем и совместный выбор спутника жизни, то этого не будет, — огрызнулась я. Письмо матери я так и не прочитала, а мастера Дэрота избегала такими изощренными способами, что думаю, даже королевская разведка оценила мои ухищрения.

— Не язви, — принц улыбнулся. — Ты же понимаешь, о чем я говорю.

— Возможно, у нас когда-нибудь получится поддерживать отношения, — честно созналась я. — Но вряд ли я когда-нибудь решусь взять титул. Впрочем, об этом и вопроса не заходило.

Принц сощурился, чуть наклонил голову. Я уловила в его эмоциях сочувствие, но в то же время неверие, не желание что-то принять. Что-то болезненной занозой сидящей внутри и то, до чего раньше принц меня не допускал.

Я бросила на него вопросительный взгляд, но он остался без внимания.

— И второй вопрос. Ты понимаешь, что пока еще можешь от всего отказаться?

— Понимаю, — принц уже второй раз за сутки заводил эту беседу. Это даже начало раздражать.

— И…

— И я с тобой до конца, — просто ответила я, пока до меня не дошла двойственность фразы. В тот же миг я покрылась румянцем.

— Надеюсь, я смогу оправдать твое доверие, — тихо ответил принц.

Для него почти настал тот самый день, когда он мог хоть что-то изменить в устоявшемся укладе. Когда его мнение действительно могло что-то значить.

— Уже оправдал, — я сделала шаг навстречу, чтобы мягко коснуться его плеча, оказать хоть какую-то поддержку.

Принц дернулся от моего прикосновения, и я тут же попыталась убрать руку. Не вышло, парень легко ее перехватил и прошелся губами по тыльной стороне моей ладони. От такого жеста я покраснела еще сильнее, а сердце забилось так, что я чувствовала его едва ли в не в горле.

— Ты мне нравишься, Клэр.

Это прозвучало как звон в колокола в полночь: неожиданно и оглушающе. Я подняла на принца взгляд, пытаясь найти в нем подсказку о том, как мне стоит себя вести, но Марк был предельно серьезен.

— Я бы даже сказал слишком сильно нравишься, — вздохнул он.

— Я… эээ… — в повисшей тишине я прямо-таки почувствовала необходимость хоть что-то сказать, но никак не могла подобрать слов.

— Я не заставляю тебя отвечать, Клэр, — улыбнулся Марк, проходясь кончиком указательного пальца по моим губам. — Хотя не скрою, я хотел бы многое из того, что творится в твоей голове, услышать.

— Ты придурок, — вырвалось слабое у меня, отчего-то на глаза накатили слезы.

— Это как признание в любви? — Марк грустно усмехнулся.

— А толку от этого признания?! — со злостью выплюнула я. — Какой вообще толк от чувств, у которых никогда не будет продолжения?

— Мне бы твою рассудительность, — вздохнул принц.

— А потому ты поступаешь не просто необдуманно, а сверх необдуманно!

— Я знаю, — тут он кивнул и подался вперед, мягко проходясь своими губами по моим. Я не смогла оттолкнуть его, не нашла в себе силы. Просто стояла и чувствовала, как мир внутри меня (да и вокруг, что уж там!) продолжает переворачиваться. И сейчас, именно в эту самую минуту, делает это как-то по-особенному.

— Клэр, — его лоб касается моего, я чувствую горячее дыхание Марка. — Пообещай хотя бы подумать о том, чтобы принять титул, который хочет дать тебе мать.

— Серьезно? Ты сейчас именно этот вопрос хочешь обсудить? — стало обидно.

— Я не смогу жениться на простолюдинке, но вот на дочери герцогини де Лавенил…

Жениться? Титул?! А меня вообще хоть кто-нибудь спросил, чего я хочу?!

— Марк, уходи. — Натянутая струна внутри меня порвалась с мерзким звуком, зависшим в ушах продолжительным гулом.

Он не понял, явно не понял, чем вызвал такую реакцию. Но я уже отвернулась от него к окну и постаралась отключиться от окружающей действительности. Мне совсем не хотелось чувствовать его эмоции. Ну уж нет, хватит с меня сострадания.

А дверь хлопнула.

* * *

Я никак не могла заснуть. Ворочалась с места на места. Во дворце, куда были приглашены участники всех команд, вошедших в первую пятерку лидеров, мне было по-настоящему неуютно. Я буквально кожей чувствовала чужие взгляды, направленные не из любопытства, а чтобы узнать тайные желания, слабые стороны…

Единственная мысль, которая крутилась в голове пойманным воробьем — что я тут вообще делаю? Ответа никак не находилось.

Тук. Тук. Тук.

Тихий стук в дверь сперва поселил надежду, что принц пришел извиниться, но уже через минуту я поняла, что он не стал бы так стучать. Я не знала, кто ко мне пришел, но решилась открыть.

Как выяснилось, зря.

— Ее величество королева приглашает вас на аудиенцию, — смотря перед собой, сообщил слуга.

Молодой парень, мой ровесник. Вот только счастливым от работы в таком престижном месте он не выглядел. Смотрел не на меня, а, скорее, перед собой и крепко поджимал губы после каждого предложения. Я даже уловила полное эмоциональное выгорание.

— И у вас нет возможности отказаться, — добавил он, покачав головой.

Аудиенция у королевы? Неужели она разгадала наш план? Надо дать знать Марку, надо сообщить ребятам…

— Следуйте за мной.

«Кальма?» — мысленно позвала единственную возможную спасительницу.

«Я думаю».

«Думаешь о чем?»

«Вряд ли она прям в курсе всего, что вы задумали. Скорее всего, просто обеспокоена и хочет продемонстрировать власть. Почти уверена, что эта демонстрация тебе сильно не понравится».

«И что делать?».

«Идти на встречу с королевой, тут без шансов».

Идти и правда пришлось. Целых десять минут выхаживать по коридорам с выставленной стражей, мерзнуть и в то же время сгорать в незнании того, зачем королева вызвала именно меня и насколько Кальма права.

— Клэр Тибор, — королева сидела в кресле с кружкой чая. Она окинула меня цепким взглядом, и я почувствовала, будто она посмотрела в самую душу. — Проходи, располагайся.

Очень хотелось ответить, что мне и у двери достаточно удобно, но вместо этого я совершенно молча прошла к указанному мне креслу. Интересно, мне полагается какое-то наказание за то, что я не стала кланяться? Или с «девки», работающей в борделе, спрос не велик?

Огляделась. Гостевые покои выглядели довольно просторными, но сильно уж заставленными целой кучей разной мебели: чайными столиками, диванами, креслами, этажерками с различными статуэтками.

— Ты знаешь, Клэр Тибор, о предложениях, от которых нельзя отказаться? — в тоне королевы появились насмешки.

Я же из-под ресниц бесстыдно ее разглядывала. Довольно хрупкая женщина со светлыми — совсем как у Марка — волосами и темными глазами, радужка которых чуть уходила в алый цвет. Родовая особенность, не иначе.

Осознавая, что Ее величество ожидает от меня ответ, невнятно повела плечами. Понимать то понимаю, но сталкиваться не хотелось бы.

— Это прекрасно, дорогая Клэр, — довольно кивнула королева. — Ведь ты и ваша команда так хотели добраться до финиша в числе лучших. Именно поэтому мой сын пошел к вам навстречу и лично занялся вашими тренировками? Мне, конечно, пришлось немного подсобить с вашей дорогой и показать сыну, что бывает, когда на других тратишь больше времени, чем на реализацию собственных целей.

В ее голосе звучала явная насмешка. То есть это именно благодаря ей нашей команде никто не угрожал?! Именно из-за королевы нам достался путь, который показался слишком простым даже для первокурсников?

— Он такой чуткий мальчик, — продолжила Ее величество. — Никогда не откажет страждущим. Слышала, что он и моему братцу Нэду не смог отказать. Тот попросил полной независимости академии от государства… Рановато Марк начал раздавать обещания.

Я молчала. Во-первых, мне было страшно. А во-вторых… очень не хотелось перебивать монаршую особу. Не потому что я жуть, как хотела послушать, о чем она вещает, а все никак не могла понять — какой в этом смысл.

— Но думаю, что ты мне поможешь оказать ему урок, — тут королева приторно вздохнула.

— Оказать урок? — когда тишина затянулась, я переспросила с дрожью в голосе. Сделалось по-настоящему жутко.

— Да. Ты угостишь его вот этими витаминами, — королева поставила на кофейный столик прозрачный бутылек с кристально чистой жидкостью внутри. — Профилактика, знаешь ли. Чтобы с ним внезапно не случилось то же самое, что и с его отцом.

Последнее она произнесла с такой насмешкой, что я тут же поняла, что Марк прав и болезнь короля — дело рук королевы.

— Я не стану этого делать! — внезапно твердо и бесстрашно произнесла я, отважившись на прямой взгляд на Ее величество.

— Тц, тц, тц, — зацокала королева. — Я ожидала такой ответ, а потому решила, что тебя нужно должным способом замотивировать.

Она громко хлопнула в ладоши, и в тот же миг двери за ее спиной открылись.

Тетушка Марго! Что она тут делает?! Почему у нее связаны руки?

Я сама не заметила, как вскочила на ноги. Даже подалась вперед, желая защитить женщину, на последние несколько лет подарившую мне семью и кров.

— Как?.. Что?.. — Голос сорвался.

— Клэр, — Марго покачала головой. Была готова поспорить, в ее взгляде читалось осуждение. — Держи себя в руках, пожалуйста, и не ведись на провокации. Делай то, благодаря чему ты сама сможешь себя считать хорошим человеком.

Хватило одного взгляда королевы, чтобы тетушке Марго — довольно возрастной даме, между прочим! — отвесили оплеуху. Я вскрикнула — и от боли (словно я сама приняла этот удар), и от неожиданности. В тот же миг подалась к ней, но меня остановили буквально одним шагом. Стражник даже за эфес меча взялся.

— Что вы от меня хотите? И почему именно от меня? — От самообладания остались жалкие крохи.

— Мне думается, что это будет презабавно. Если моего сына отравит девушка, в которую он влюблен, — королева мягко улыбнулась, будто бы и не говорила каких-то ужасных вещей.

— Вам было так же презабавно отправлять Нэда Ансельма на тот же шаг? Ведь это он отравил отца по вашему приказу? — я наконец сложила дважды два. Вот о какой просьбе, точнее настоянии Ее величества мастер Ансельм не захотел говорить.

И мне бы промолчать, но сказанного не вернешь. Королеве явно не понравилась моя словоохотливость, но она и не подумала отпираться. Видимо, посчитала, что обладает достаточной властью надо мной, чтобы я держала язык за зубами.

— Да, это тоже было забавно. Но самым интересным моим приключением стала просьба к любовнице мужа. Думаешь, я своими руками подала ему ту роковую чашку чая? Отнюдь. У каждого человека есть слабости, даже если этот человек настолько беспринципный, что спит с чужим мужем.

— Почему вы мне это говорите?

— По двум причинам, дорогая Клэр. Во-первых, ты мне нравишься. Я не шучу. Я достаточно долго наблюдала за тобой, чтобы понять, что мы с тобой могли бы сражаться по одну сторону баррикад. Поверь, когда ты оказываешь некоторые услуги королеве, это очень высоко ценится. Особенно, если у тебя есть дуальный кристалл. А во-вторых, я не боюсь, что ты кому-то расскажешь, — спокойно ответила она. — А даже если расскажешь, то вряд ли кто-то воспримет это всерьез. Ты уж прости, что я тебе напоминаю, но твоя биография вызывает, скажем так, вопросы.

— Но есть еще и третья причина, — бесцветно отметила я. — Если вдруг что-то пойдет не по-вашему, вы всегда сможете на меня надавить через моих близких людей.

Я бросила взгляд на тетушку Марго. Выглядела она неважно. Удар, нанесенный несколькими минутами ранее, расплылся по скуле красной ссадиной.

— Я же говорила, что мы с тобой можем подружиться, — улыбнулась Ее величество.

— У меня несколько другие представления о дружбе, — вполголоса произнесла я.

Тут же вспомнились то, о чем говорил мастер Ансельм. О том, что маг с дуальным кристаллом внутри будет рисковать всякий раз, когда у него появятся привязанности. Всегда найдется человек, заинтересованный в такой магии, способный надавить, если придется. А сколько у меня этих привязанностей? Множество… Девочки из дома удовольствия, ребята из команды, принц. Черт, да даже мастер Ансельм, с которым я обошлась, наверное, не очень хорошо — часть моей большой привязанности. Королеве раздолье — она всегда найдет, через кого именно на меня влиять.

— Неужели своими друзьями ты считаешь этих ребят из академии? — Королева вновь усмехнулась, черты ее лица заострились. — Я тоже была так наивна когда-то, вот только такая дружба не стоит и ломанного медяка. Нельзя слепо верить, что каждый из вас пожертвует стольким же ради другого. Далеко за примером ходить не надо, наверняка мой сын говорил тебе что-то вроде «прими титул, который хочет подарить тебе мать и тогда, быть может, я на тебе женюсь». Смешно, право слово. Уж я то прекрасно понимаю, во что упираются все твои принципы. Мы с тобой похожи больше, чем тебе и мне того бы хотелось.

«Клэр, не слушай ее», — впервые за всю беседу голос подала Кальма.

«Я и не слушаю», — мысленно отозвалась я. Соврала, причем самой себе. Увы, ее слова задели. Знала ли она наверняка, почти цитируя Марка, или попросту ткнула пальцем в небо?

— Мы ведь обе понимаем, что у тебя нет выбора, — королева бросила красноречивый взгляд на Марго.

— Выбор всегда есть, — покачала головой хозяйка дома удовольствия и улыбнулась. Такой знакомой доброй улыбкой, что у меня сердце защемило.

Мне хотелось бросить этот идиотский бутылек в лицо королеве, но я понимала, что он не долетит до цели. Наверняка у Ее величества столько охранных артефактов и амулетов, что зелье отлетит в меня же.

А если сделать вид, что приняла ее предложение? А после обсудить с Марком, что с этим делать дальше. Подолью ему сахарной воды в кубок. Так, чтобы королева и ее шпионы могли увидеть сам факт, а после мы все же претворим в жизнь изначальный план.

— Выбор есть всегда, как же, — королева рассмеялась. — Это все иллюзия для бедных и не обременённых властью. Им не приходится ежедневно принимать решения, которые могут расходиться с какими-то идиотскими личными принципами. Им вообще ничего не приходится делать. А у тебя, Клэр, выбора нет. Тебе придется принимать решения. Примешь решение кому-то об этом рассказать, сразу же поймешь, что твоему слову никто не поверит. Девке, которая половину жизни провела в пансионе для бастардов, а еще одну существенную часть — в борделе.

* * *

Марк Арманд

Принц мерил комнату шагами и в очередной раз просчитывал все риски завтрашнего плана. Лил и Крис с Влатом отвлекают гостей семейной драмой, Закари с Перси занимают стражу перевоплощениями голема и различными взрывами, а они с Клэр и Вилом проникают в охраняемые покои отца и там с помощью дуального кристалла девушки восстанавливают здоровье короля. Было бы слишком рискованно, если бы в параллель Марк не вел работу и по ту сторону баррикад.

Заключение тайного соглашения с некоторыми членами главного Совета, переманивание на свою сторону тех семей, кто когда-то был готов поддержать бастарда прошлого короля — его дядю, Нэда Ансельма. Слишком много всего Марк Арманд сделал за эти короткие несколько месяцев. Он был готов каждому из тех, кто ему поможет, заплатить свою цену, вот только ему не нравилось, что он сам ничего не получит взамен.

Власть? Она никогда его не интересовала, принцу просто хотелось, чтобы люди, находящиеся под защитой короны, действительно были защищены. От бедности и прочих невзгод.

Сейчас Марку хотелось только одного, чтобы очнулся отец и взял на себя все заботы. Он-то точно с этим справится, у него и опыта больше, и желания удержать корону. А сам Арманд… сейчас он хотел только одного. Забрать Клэр из этого королевства и уехать в другое под видом каких-нибудь купцов. Слишком много людей тут знает о том, что она обладает дуальным кристаллом.

Резкий стук в дверь отвлек от размышлений. Марк направился к двери, мысленно прикидывая, кто вообще мог заглянуть в такой час.

На пороге стоили Перси и Закари.

— Нужно действовать сейчас, — заявил полубог.

Марк округлил глаза и тут же затащил обоих к себе в покои. Наложил чары от прослушки и активировал артефакты.

— Ты идиот, о таком в коридоре кричать? — вспылил принц.

— Твоя мать сейчас слишком занята беседой с Клэр, — ответил Перси, из-за чего у Марка аж внутренности все скрутило. Тут же захотелось выйти из покоев и идти выручать Клэр из лап его матери.

— Без нее мы все равно не сможем ничего сделать. — Ему дорогого стоило взять себя в руки и хотя бы попытаться рассуждать логически.

— Очень хорошо, что ты так думаешь. Значит, и королева того же мнения, — Перси расплылся в улыбке. — Вот только ты забыл одну крохотную деталь, о которой королеве не известно. У нас есть высший голем.5ebdbc

Принц бросил взгляд на Закари.

Попросить его обратиться в отца? Слишком рискованно. Если потом не получится привести настоящего короля в порядок, то месть королевы будет жестокой. Слишком жестокой для всех них.

— Тогда мне придется…

— Тогда тебе придется взять управление королевством в свои руки, — подтвердил Перси. — По крайней мере, до того момента, пока мы действительно не разберемся с болезнью твоего отца. Все, что нам нужно, надавить на королеву. Лишить ее короны. Марк, перед тобой выбор: спасти Клэр, спасти все королевство или… ничего не делать до завтра. В одном из случаев ты проиграешь. Угадай, в каком.

Марк понимал, что проиграет в любом из случаев. Проиграет Клэр. Вот только если не за ее сердце, так за ее жизнь и свободу он готов был побороться.

* * *

Клэр Тибор

— … Девке, которая половину жизни провела в пансионе для бастардов, а еще одну существенную часть — в борделе.

— Зато в искренности моих слов не усомнятся, — услышала я позади и похолодела. Марк. Что он тут делает? Неужели не мог подождать денек? Да, королева уже в курсе, но мы бы придумали что-то другое… Или нет? Или не было бы этого другого?

— Думаешь? — королева, кажется, даже не удивилась. — Может, ты еще и упростишь Клэр работу, опрокинув в себя бутылек собственноручно?

— Зерри, тебе не надоело играть в эти игры? — услышала я второй мужской голос.

— Что?! Как?… — женщина вскочила и уставилась мне за спину удивленными глазами. — Ты не мог. Я наблюдала за Клэр круглые сутки, только она могла тебя…

Да, мы действительно планировали использовать возможности дуального кристалла, чтобы разобраться в болезни Его величества. Но как?.. Как вышло так, что и принц, и король сейчас стоят в этой самой комнате. Что с противоположной стороны я вижу тетушку Марго, которая изо всех сил пытается стараться гордой. Что я сама толком не понимаю, что мне делать и как реагировать.

— Как глава Совета я тоже сделала соответствующие выводы, — и она тут. Лара де Лавенил. Наша с Вилберном мать. Я так и не прочитала письмо, которое она мне отдала. Попросту не нашла в себе сил.

— Ох, как же все невовремя, — королева, кажется, все же взяла себя в руки. Вот только ни испуга, ни даже нервоза я не ощутила.

Она встала со своего кресла и сделала один лишь шаг в мою сторону.

— Бросьте, Ваше величество, — заговорила Лара де Лавениль. — Снаружи ваших покоев вас уже ждут остальные члены Совета и стража. Я понадеялась на вашу сознательность, захотелось дать вам шанс. Вряд ли вам хочется объясняться перед судом, хотя мы слышали достаточно, чтобы даже королеву-регента подвести к эшафоту. А потому вы можете избрать менее позорный путь и отправиться в монастырь святой Флорейн.

— Я никак не могу взять в толк, о чем вы говорите? Мы с Клэр Тибор просто решили попить чай и обсудить ее недавнее выступление на соревнованиях. Каюсь, мне понравилась ее задумка. Но разве за это можно судить хотя бы крестьянку, не говоря уже о королеве?

— Все записано, Ваше величество, — Лара помотала в воздухе кристаллом на длинной тонкой цепочке.

— Зерри, достаточно, — холодно произнес король. — Я узнал достаточно.

— Достаточно для чего? Для того, чтобы второй раз забрать у меня то, что принадлежит мне по праву рождения?

— Я ничего у тебя не забирал, — покачал головой король. — Я подарил тебе сына, продолжателя рода. И именно он теперь взойдет на престол.

Все, что происходило потом, смешалось в одну монотонную картинку, итогом которой стало согласие королевы отправиться в монастырь. Как после пояснил Марк этот монастырь был хуже всякой тюрьмы и слежка там велась такая, какой не удостаивались даже самые ужасные преступники королевства. Вот только почему-то мне казалось, что королева не могла сдаться так просто, что она еще покажет нам, на что способна. Может, не сейчас.

Через год.

Два.

Пять.

Но такие люди никогда так просто не выходят из игры.

Разве что берут перерыв, чтобы набраться сил.