Глава 11. Эви, помоги!

Когда мы дружной тройкой ворвались в аудиторию, то застали толпу студентов, обступившую кого-то, лежащего на полу. Рядом охала и ахала дородная дама в летах, профессор Клод.

— Разойдитесь! — тут же скомандовал Лебо.

Студенты мгновенно подчинились голосу декана и разомкнули круг, пропуская свет и воздух к потерявшему сознание парню. Им оказался Эмиль Дюбуа, тот самый светловолосый студент, с которым сегодня утром в коридоре разговаривала Маргерит.

Она подбежала к пострадавшему и, как была в парадной юбке, так и села в ней на пол слева от студента. Лебо же опустился на колени справа и принялся решительными движениями закатывать рукава, параллельно отчитывая мадам Клод.

— Вы уже столько лет преподаёте, давно стоило научиться приводить студентов в себя!

— Так я всё сделала как полагается, по инструкции, — оправдывалась мадам Клод. — Но с этими смешанными попробуй пойми, что делать! Зачем ректор Кронвайден вообще затеял эту программу?! Поскорее бы её закрыли!

Маргерит посмотрела на пожилую даму с таким осуждением, что та невольно смолкла.

— Что именно у вас здесь произошло? — продолжил расспросы Лебо.

— У нас был экзамен по самозащите, — всхлипывая, принялась рассказывать мадам Клод. — Я вызвала месье Дюбуа тянуть билет. Ему достался щит. Он три раза попытался призвать заслон, а потом упал и… и вот… — мадам Клод беспомощно развела руками. — Конечно, я понимала, что с этими смешанными будет всё непросто, но чтоб настолько…

Остальные студенты прекрасно слышали слова профессора Клод, но промолчали на обидные слова. И несколько сжались, ссутулились, будто стесняясь собственного присутствия в стенах академии.

Маргерит тем временем проверяла Эмиля, не повредил ли он себе что-то, пока падал. К счастью, он был цел. А Лоран приготовился колдовать, чтобы привести парня в чувство. Я же подлетел к студенту спереди, внимательно его рассматривая. Вся та магическая энергия, что он не мог выпустить наружу, всё ещё клокотала в нём, увеличивая давление, распирая, раздирая студента, создавая хаос в и без того беспокойной душе. Огонь и вода с одинаковой мощью боролись в парне, не уступая друг другу.

Вот если бы убавить понемногу от каждой из сил, парню стало бы легче. Ненадолго, но этого времени хватило бы, чтобы смешанный определился с ведущей стихией.

Я потянулся к его груди, интуитивно понимая, что надо сделать.

— Прочь! — вдруг закричал на меня Лебо, готовый бить в меня огнём. — Не смей его трогать!

Карие глаза декана блестели той злой решительностью, что я видел в нём прежде. А в душе у него снова взметнулась буря из страха и гнева. Лоран был готов защищать этого студента и всех в этой комнате до конца, любой ценой.

Я замер в нерешительности.

Маргерит посмотрела сначала на меня, потом на Лорана и мягким движением левой руки накрыла выставленную в боевом жесте руку декана.

— Эви просто хочет помочь, — спокойным, но уверенным тоном сказала Леонье. — Всё хорошо. Он не причинит вреда.

Лоран заморгал, будто очнулся от наваждения. И снова посмотрел на меня, с недоверием, но уже без гнева и страха.

— И без него разберёмся, — проворчал декан.

И повернулся к студенту. Одни сильным движением Лебо разорвал тому ворот рубахи, чтобы было легче дышать. Потом приложил два пальца к шее, считывая пульс.

— Высокий и продолжает нарастать, — ответил Лебо на немой вопрос Маргерит.

— Что с ним? — подала голос мадам Клод.

— Не знаю, — с неохотой ответил Лебо. — Это не похоже на стандартное опустошение резерва. Но других предположений у меня нет. Скорее всего, он истощил себя до конца, пока пытался выставить щиты.

— Ох-ох, — застонала мадам Клод. — У этих смешанных всё не как у людей!

Отчего поймала ещё один осуждающий взгляд от Маргерит.

— Будем пополнять резерв, — принял решение Лебо и похлопал себя по карманам. — Проклятье! Мой вспомогательный артефакт в общежитии остался.

Он с надеждой посмотрел на Маргерит.

— Мадемуазель Леонье, у вас есть артефакт?

— Увы, нет, — откликнулась Маргерит. — Но есть восстанавливающее зелье. Всегда ношу его с собой, на всякий случай.

— Сойдёт, давайте, — кивнул Лебо, протягивая руку.

Пошуршав в кармане юбки, Маргерит достала крохотный стеклянный флакончик зелёного цвета и протянула его Лебо. Тот тут же вытащил пробку и по классу разлился сладкий аромат магии. Содержимое флакончика для меня буквально сияло, настолько оно было пропитано силой зельевара, который это средство готовил.

Я взвился к потолку. Нет-нет-нет, только не восстанавливающее зелье! Оно только усилит противостояние борющихся стихий. От переизбытка магии студента просто разорвёт!

Я закрутился вокруг Маргерит с Лораном, стараясь дать им понять, что нельзя это пить студенту, но на меня просто не обращали внимание.

— Придержите голову месье Дюбуа, — скомандовал Лебо. — А я волью ему это в рот.

— Вы уверены? — с сомнением спросила Леонье.

— У вас есть другие варианты? — с нажимом ответил Лебо.

Маргерит задумчиво покачала головой и придвинулась ближе к студенту. Положила его голову себе на руки.

Я снова заметался по комнате, зажигаясь попеременно, то красным, то жёлтым светом, но никто на меня не обращал внимания. Студенты замерли, неотрывно смотря на своего друга, хотя колокол прозвенел уже дважды и они опаздывали на следующий экзамен. Наиболее ранимые, будучи не в силах на всё это смотреть, отвернулись, зажмурившись. Мадам Клод теребила носовой платок, сама находясь на грани потери чувств.

Лебо раздражённо сбросил с себя сюртук, оставшись в белоснежной рубахе с закатанными рукавами и жилете болотного цвета, чтобы движения стали точнее и ни капли зелья не пролилось мимо цели.

Мне хотелось вмешаться, я жаждал помочь Эмилю, но без позволения Лорана я этого сделать не мог. Иначе Лоран развеет меня до того, как я коснусь студента. Но видели бы люди то, что видел я!

Лоран склонился над Эмилем с флаконом в руке, накренив его немного. Первые золотые капли снадобья сорвались с ободка и упали студенту прямо в рот.

Эмиль застонал, его веки дёрнулись, будто он вот-вот проснётся.

Лоран и Маргерит встревоженно переглянулись.

— Кажется, ему лучше и он просыпается, — кивнул сам себе Лоран. — Продолжим.

В это время магия, которой стало ещё больше в теле студента, уже совсем не находила себе места, ища хоть какого-то выхода.

Лоран снова наклонился над Эмилем, готовый вылить в рот весь остаток зелья.

Но я больше не мог на это смотреть. Взмывший вверх под потолок, я камнем ринулся вниз и с силой выбыл зелье из рук Лебо. Зелёный флакон со звоном упал и покатился по полу, разливая золотистую жидкость.

— Что за…! — ошарашенно вскрикнул Лоран.

— Эви, что ты делаешь?! — подняла на меня голос Маргерит. — Тут человеку плохо, ему надо помочь, а ты мешаешь!

Её слова больно ранили меня, но в тот момент было не до моих чувств! Я метался по классу, ища способ объяснить всё людям. Лебо тем временем, попеременно ругаясь, пытался выяснить у мадам Клод, есть ли у неё пополняющие резерв артефакты или зелья.

И тут моё внимание привлёк открытый графин воды, стоящий на учительском столе. Он был скромнее и меньше, чем тот, что в кабинете ректора, но воды в нём было предостаточно. Видимо, стоял тут для практик водников.

Я одним потоком воздуха подхватил графин, другим — флакон из-под зелья и притянул их к себе. Накренив графин, я стал переливать воду во флакончик. Маргерит осуждающе посмотрела на меня, но я не останавливался. Вода лилась и лилась, заполнив флакон до краёв. И вот ей места уже не осталось, и она полилась через край.

— Эви, что ты… — начала говорить Маргерит суровым голосом и снова посмотрела на переполненный флакон, из которого тонкими серебристыми струями лилась вода.

И тут её осенило. От неожиданного осознания её глаза округлились, а рот приоткрылся.

Она схватила Лебо за плечо:

— А что если, резерв не опустошён, а наоборот, переполнен?

— Что?! — растерянно переспросил Лоран, будучи неготовым к такому повороту событий.

Я радостно закружился. Ура, получилось! Моя учительница меня поняла!

— Что если, обморок случился из-за избытка силы? Тогда зельем мы бы ему навредили.

— Как сил может быть в избытке, если он трижды призывал щит? — раздражённо прорычал на Маргерит Лебо.

— Но щит так и не получился, — с воодушевлённым упрямством продолжала Леонье. — Месье Дюбуа из смешанных, силы входят в конфликт, призыв не получается. И магия не находит выхода.

— Если это так… — заворчал Лоран. — То нам нужен не восстанавливающий, а рассеивающий артефакт.

Леонье активно закивала, соглашаясь с Лебо.

— Но такие артефакты — редкость, — продолжал рассуждать он. — Возможно, у целителя найдётся такой.

— Мы посылали за целителем, — подала голос мадам Клод, всё ещё стоящая в сторонке. — Но он занят другим пациентом.

И тут Эмиль застонал, сделавшись бледным как полотно. Его руки сжались в спазме, а глаза под веками забегали из стороны в сторону в бешеном ритме. Магия больше ждать не могла.

Лебо снова пощупал пульс:

— Слишком высок!

Эмиль снова застонал, сильнее и протяжнее. Кто-то из толпы студентов жалобно пискнул, переживая за друга.

Лоран вскочил на ноги и принялся ходить по комнате, стараясь быстро найти выход из положения.

— Думай, думай! Где быстро найти рассеивающий артефакт?

Я дважды засиял зелёным светом, вызываясь помочь.

— Где бы найти… — продолжал бурчать Лоран, не обращая на меня внимания.

Но меня заметила Маргерит:

— Эви! Он говорит, что может помочь.

Лоран пренебрежительно хмыкнул:

— Чтобы дух лечил человека?! Да я…

Но Лебо не успел договорить, потому что Эмиль закричал, громко, пронзительно. Его ногти впились в деревянный пол.

Маргерит решительно посмотрела на Лебо снизу вверх.

— Либо Эви поможет Дюбуа, либо мы сейчас потеряем студента!

Лоран замер, закрыв глаза ладонями, приглушённо застонал, а затем едва слышно сказал:

— Эви, помоги ему, если сможешь.

Это было впервые, когда Лоран обратился ко мне по имени.

Я согласно мигнул жёлтым и тут же опустился к больному. Аккуратно потянувшись, коснулся его груди. В ней было много боли, старой, непроходящей. Именно она не давала парню выпустить свою магию и определиться с даром.

Я подключился сначала к огню, потихоньку, чтобы не было резких перепадов и впитал в себя часть пламенной силы. Алая магия наполнила меня, засияла, отчего я стал видимым для всех, и толпа студентов удивлённо ахнула.

Затем, тем же способом, забрал столько же у воды. Тёмно-синяя стихия начала смешиваться во мне с алой предшественницей, вместе они образовывали контрастный узор переливающегося света. Студенты не мигая следили за мной, мадам Клод замерла с носовым платком у глаз. Маргерит ободряюще улыбалась. И только Лебо не смотрел, повернувшись к нам спиной. Отсветы алого и синего плясали по рукавам его белой рубахи.

Наконец, я закончил, впитав половину от каждой из стихий. Их баланс не был нарушен, но давление внутри уменьшилось. Я осторожно отсоединился от студента, угасая. В данный момент ему ничего не грозило. Но Эмилю всё равно стоило поторопиться с определением своего главного дара. Иначе его магия перегорит, сведя на нет обе силы, или, что ещё хуже, случится новый приступ, но рядом никого не окажется.

Стоило мне отпустить студента, как спазм спал, Эмиль обмяк в руках Маргерит. Задышал ровно, а затем медленно открыл глаза.

Все вокруг с облегчением выдохнули. Мадам Клод заревела в голос, а студенты принялись радостно обниматься, будто это они сейчас сражались за жизнь их друга.

Эмиль растерянно завертел головой.

— Что случилось? Я провалил экзамен?! — прохрипел он, голос его не слушался.

— Всё хорошо, всё позади! — успокаивала его Маргерит, поглаживая по спине и мягко улыбаясь.

Пока Эмиль вставал, Маргерит тайком смахнула навернувшиеся на глаза слёзы.

И только Лоран Лебо стоял хмурый, неподвижный. Ни улыбки, ни радости в глазах. Но в его душе всё же кое-что изменилось. Появилось новое чувство: сомнение. Ему инстинктивно хотелось вырвать этот росток, растоптать, сломать привычной бурей из гнева и ужаса. Но гибкий побег уже пустил длинные корни.

Маргерит помогла Эмилю подойти к парте, усадив его на сиденье. Друзья сразу обступили его, поддерживая и успокаивая.

Спустя десять минут дверь в класс распахнулась и вбежал лекарь.

— Отойдите, отойдите! — замахал руками целитель.

Он сбросил свой саквояж, полный зелий и артефактов, на ближайшую парту.

Лоран парой скупых фраз пересказал лекарю происходящее. А потом Лебо и Леонье вместе, никем не замеченные, покинули класс. Я, уже по традиции, полетел вслед за ними.