— 8 —

Без помощи Фризы сушить волосы после душа оказалось чуть ли не пыткой. Несколько раз промокнув их полотенцем и расчесав, я впервые возненавидела свои локоны, которые без дополнительного воздействия сохли ну очень долго.

С бытовыми чарами у меня не срослось по причине того, что не изучала их, а тепловые использовать было страшно. Одна небольшая оплошность и вместо сухих волос получу воспламенившиеся. Да и к парням идти с фразой «ребят, кто тут феном притвориться не прочь?» не шибко-то и хотелось.

К моменту, когда на письменном столе возникла записка-приглашение, я уже стояла посреди комнаты в длинном синем платье, с уходящей в пол легкой юбкой. Затянуть самой себе корсет оказалось не самым легким заданием, но судя по отражению, я с ним справилась.

Высокие тонкие каблуки черных туфель тонули в ворсе ковра, а я проклинала тех, кто изобрел это орудие пыток и сказал женщинам, что они в нем выглядят привлекательно. Зеркало, вставленное в дверцу платяного шкафа, показывало мне высокую девушку с темно-каштановыми волосами, которые рассыпались мелкими сосульками по плечам. Черные корсет аппетитно приподнимал грудь, приковывая взгляд. А довершением служил небольшой каплевидный кулон, расположившийся на несколько миллиметров выше ложбинки.

Шагнув в сторону, я проследила за тем, как юбка расходится, являя в глубоком разрезе ноги чуть выше колена.

На внешней стороне бедра были прикреплены кожаные ремешки, на которых можно было закрепить по метательному кинжалу или флакону с ядом. Но ничего такого в мои планы не входило.

Одно дело, если жрецы заметят странную деталь гардероба и совсем другое, если на этой детали будет холодное оружие.

Мне надо только усилить внимание к моей персоне, а не вылететь отсюда до выполнения своей части договора.

За дверью послышались шаги, а после раздался стук.

— Айрин, ты скоро? — в голосе Джамаса я уловила нотки неуверенности.

— Да. Иду.

Я в последний раз провела расческой по волосам и, понимая, что полностью они все равно не успеют высохнуть, толкнула дверь. Она тихо открылась, яркий свет в общей комнате больно ударил по глазам.

— Прекрасно выглядишь.

Сын графа Казера стоял передо мной в светло-коричневом костюме с темно-зеленой рубашкой, застегнутой на все пуговки. Светлые волосы уложены на одну сторону, а на правом лацкане пиджака поблескивала эмблема Академии Галэйн — древо с четырьмя ветвями. У меня была такая же. На корсете.

Джамас отступил назад ровно в тот момент, когда дверь в комнату парней распахнулась и на пороге появился Лекс в темно-алом костюме-тройке. Ярко-желтая рубашка била по глазам не хуже света от пульсаров.

И только Фенрир не изменял себе. Черная рубашка, черные брюки, затянутые в хвост короткие темные волосы и единственный новый элемент в его образе — белоснежная жилетка.

— Вижу, все готовы окунуться в новый гадюшник, — усмехнулся слуга и сосед принца. — Айрин, прекрасно выглядишь.

Я присела в шутливом реверансе и поймала странный взгляд Норисдана.

Но поговорить нам так и не удалось. От выделенной комнаты до бального зала идти было не больше пяти минут. Хорошо хоть организаторы додумались нарисовать план на обратной стороне пригласительных и отметить нужное место на карте жирным крестом.

Стоило перешагнуть высокий деревянный порожек, как по ушам ударила громкая музыка, по глазам яркий свет и обилие пестрых нарядов. Единственным предметом мебели в огромном помещении, выполненном в светло-сиреневых цветах, была небольшая сколоченная из светлого дерева сцена, которую установили у дальней стены.

Зал наполняли студенты других академий, преподаватели и просто высокопоставленные гости.

— Это правитель королевства Йоз, — Фенрир кивнул на подтянутого мужчину, которому с виду я бы не дала больше сорока лет.

Вокруг него крутились стражники, которые не сильно-то и скрывали оружие, спрятанное под одеждой.

— А это дочь герцогини Фанхеи, — теперь Норисдан кивнул в сторону молоденькой девчушки лет пятнадцати от роду. И только наряд с глубоким декольте и откровенным разрезом до середины бедра накидывал ей лет пять.

И все, кого заочно представлял мне парень, замечали принца королевства Меркулион и важно кивали в знак приветствия.

Не хотела бы я быть на его месте.

Музыка затихла, слуги, разносящие напитки и легкие закуски, отошли к стенам. А на сцену взошел мужчина в темно-серых одеждах, с распущенными черными волосами. Со шрамом, тянущимся от уголка рта к уху.

— Приветствую вас, гости Первой Драконьей Академии.

В официальной версии название упускало слово «Культ». И это немного да сбивало с толку. Меняло восприятие.

А Амерон Нихдитр продолжил говорить:

— Приветствую студентов двадцати шести академий! Надеюсь, что наш прием вы оцените по достоинству и сможете продемонстрировать свои способности на ежегодном зимнем турнире! Расписание появится в ваших комнатах сразу после этого приема. Желаю вам удачи!

Я слушала его вполуха, то и дело пытаясь разглядеть руки колдуна. Но на его пальцах не было украшений. Мужчина не надел кольцо из когтя дракона Хаммаду.

Главный жрец Культа завершил свою короткую речь на вдохновляющей ноте, а собравшиеся зашевелились.

— Сильно не разбредайтесь, — шепнул Лекс, когда гости вновь загомонили, а музыка заполонила воздух с новой силой. — При первом удобном случае советую вернуться в комнату.

— Но почему? — Джамас поймал одного из лакеев и протянул нам по бокалу с терпким красным вином. — Пока ведь все спокойно.

— Он прав, — Норисдан обмочил губы в напитке и скривился, — ничего хорошего ждать от турнира не стоит. Чем быстрее все это закончится, тем лучше.

Было видно, что сын графа Казера не согласен, но спорить с принцем и его помощником он не решился.

А Фенрир, заметив это, добавил:

— Ты, правда, думаешь, что все собравшиеся тут будут участвовать в соревнованиях честно?

— Неужели, ты хочешь сказать, что кто-то может постараться нас устранить? — произнес Джамас и с сомнением покосился на свой бокал.

— Не будем отбрасывать такую вероятность, — хищно усмехнулся Лекс, а у меня от этой улыбки по спине поползли ледяные мурашки. — Я тебе столько похожих историй могу рассказать. Но хочешь ли ты их услышать?

— Пожалуй, откажусь.

— Хорошо, — я передала опустевший бокал пробегающему мимо слуге, — тогда ориентируемся по музыке. Десять танцев. Ровно столько мы пробудем тут. Если уйти сейчас, это привлечет внимание.

Фенрир улыбнулся:

— Согласен. Этого времени должно хватить чтобы примелькаться, но не вызвать интереса. Встречаемся у выхода.

Лекс кивнул и, развернувшись, направился к стайке выряженных в яркие платья девушек. Похоже, он сразу решил, как проведет эти десять танцев.

Джамас неуверенно осмотрелся и спокойно выдохнул:

— Тогда хорошо провести вам время.

Я не успела удивиться такой формулировке вопроса, а рука Фенрира уже обхватила меня за талию:

— Какие у тебя планы? И будут ли они совместимы с экзаменом по бальным танцам?

— Каким-каким экзаменом? — уточнила я.

— Ну как же, — на губах Норисдана блуждала лукавая усмешка, — пора показать, чему ты научилась на занятиях мадам Влисы.

Я сделала задумчивое выражение лица:

— С чего бы начать? С обморока или с паники?

Фенрир рассмеялся и увлек меня за собой в ряды танцующих. Лилась музыка, звенел женский смех, мелькали яркие платья.

— Начни с того, что у нас по планам. Сейчас самый лучший вариант все обсудить.

Я закусила губу, глядя в темно-серые смеющиеся глаза. Стоит ли говорить ему, что я тоже прикрытие? Стоит ли объяснять в чем именно заключается мое задание? Я не хочу ему лгать, но и коротко сформировать мысль не смогу.

— Ты готов мне довериться?

Норисдан закружил меня в танце и удивлённо приподнял брови:

— Да.

— Тогда подыграй, — я усмехнулась и в очередном па крутанулась так, чтобы юбка разлетелась в стороны, открывая ноги выше, чем позволял разрез платья. Сильные руки удержали от неминуемого падения.

Это длилось всего секунду. Вокруг было слишком много людей, но внимание одного жреца, что клевал носом на балконе над сценой, я все же привлекла. Он дернулся, мазнул по мне взглядом. Спина выпрямилась, руки сжались в кулаки, а губы превратились в тонкую ниточку.

Миссия на сегодня выполнена.

Я натянуто улыбнулась нахмурившемуся Норисдану, но пока ничего не сказала. А он ничего не спросил.

И только когда мелодия замедлилась, он сократил между нами расстояние, прижал к себе и обжег ухо шепотом:

— Ты специально привлекаешь их внимание?

Я кивнула:

— Так надо. Я такая же пешка, как и вы.

На лице Фенрира промелькнуло удивление:

— Двойное прикрытие?

— Да.

— Все идет по плану?

— Пока да.

— Хорошо.

Больше мы не разговаривали на эту тему. Но болтали о погоде, моде, о чем-то таком, о чем никогда не стали бы говорить наедине. На лицах были приклеены фальшивые улыбки и от этого становилось противно. Но Фенрир подыгрывал мне, как и обещал.

Он ошибся, сейчас говорить о делах было опасно.

Десять танцев тянулись слишком долго. Я чувствовала обжигающие взгляды жрецов, которые время от времени появлялись в зале. Но Главного среди них не было.

— Все, — шепнул Фенрир, отступая на шаг, когда очередная мелодия на мгновение затихла, а за ней последовала следующая.

— Все, — подтвердила я, натянуто улыбаясь и увлекая парня к выходу из зала.

Со стороны это должно было выглядеть так, будто нам жутко хотелось остаться наедине.

У двери нас ждал хмурый Лекс и уставший Джамас.

Хотя, судя по их первоначальному выбору, все должно было быть наоборот.

— Жрецы с вас взгляда весь вечер не сводили, — шепнул Лекс, когда зал остался за спиной, а мы неспешно направлялись к выделенным нам комнатам.

— Все в порядке, — я легко улыбнулась. — Фенрир тебя потом введет в курс дела.

Джамас скользнул по слуге принца придирчивым взглядом, но промолчал. Хотя невооруженным взглядом было видно, что он ему не доверяет. А я очень надеялась, что Норисдан сам решит, что говорить своему помощнику. Но нужно было сделать так, чтобы он не мешался под ногами. Пусть выполняет свои прямые обязанности — помогает принцу.

В общей комнате все также ярко горели «лампочки» в огромной люстре, а стол был сервирован на четверых.

— Вот то, что сюда имеют доступ незнакомые люди, мне не нравится, — признался Лекс, осматривая блюда, над которыми еще поднимался пар. — Особенно не хотелось бы допускать никого постороннего в спальни. Если вы позволите взять с вас по волосу или капле крови я могу изготовить артефакт, который будет сигнализировать о проникновении постороннего.

Я бросила взгляд на Фенрира, а тот коротко кивнул.

— Хорошая идея, — проговорила, обращаясь к помощнику принца. — Не хотелось бы попасть в одну из тех историй, которые ты хотел рассказать Джамасу.

Сейчас я думала не только о конкурентах, которые захотят нас устранить или подставить, но и о жрецах. Если моя спальня со всеми вещами и оружием будет доступна им без защиты, это будет выглядеть слишком наивно.

Никогда не думала, что играть шпионаж будет сложнее настоящего шпионажа.

— Тогда займусь этим после ужина, — Лекс развел руками. — Как бы странно это ни прозвучало, но мне нужны ваши волосы, господа.

Нож нашелся быстро, парень отрезал по пряди у нас с Джамасом и бережно завернул их в две салфетки. Только после этого мы приступили к уже остывшему жаркому и горячему вину со специями.

— Нас тут спаивают, — хмыкнул Джамас, повторно наполняя свой кубок ароматным напитком. — Это можно считать происками соперников?

— Сейчас посмотрим, — я отодвинула стул и подошла к входной двери, на которой висел свиток с расписанием соревнований. — Так, завтра утром у нас первое задание по рунической магии, после обеда по артефакторике. Тут налицо действия против Фенрира. Артефакты ведь никто не выбирал?

Лекс развел руками:

— Я бы выбрал, но увы, тут на лётных правах.

— Так и знал, что меня тут опасаются, — вздохнул Норисдан. — И сразу самым коварным оружием бьют. Выпивкой.

Он сделал глоток из своего бокала и рассмеялся.

А я почувствовала, как усталость наваливается на плечи. Все же день выдался тяжелым.

Последующие буду не в пример легче.

Пожелав всем спокойной ночи и допив вино, я направилась к спальне. Плотно прикрыв за собой дверь, я сбросила ненавистные каблуки и застонала от удовольствия. Под ступнями оказался ровный пол, покрытый мягким ковром. И это казалось сейчас вершиной блаженства.

Платье с шорохом опало вслед за туфлями. Сил на то чтобы повесить его в шкаф просто не было. Сбросив с ног кожаные ремни, я выудила из чемодана тонкую полупрозрачную сорочку сиреневого цвета и мысленно высказав мадам Рози все, что думаю о непрактичной одежке, накинула ее на себя.

Одеяло оказалось тяжелым, мягким и таким же шуршащим, как ткань платья. Подушки воздушными, а усталость сильной.

Словом, стоило только принять горизонтально положение, как я выключилась. Сны обрывками рассыпались перед глазами, манили загадками, которые хотелось разгадать. Я тянулась к ним, но все никак не поучалось поймать хотя бы один.

А потом… стук.

Не тут. Там.

Я резко распахнула глаза и затаила дыхание. Стук повторился, но в этот раз громче.

Одеяло предательски зашуршало, отлетая в сторону, под ногами скрипнула половица. Я сделала шаг за ширму, ожидая увидеть незваного гостя в своей комнате, готовясь призвать посох. Но в спальне было пусто.

Стук раздался со стороны окна, а в следующее мгновение на балкончик сиганула черная фигура.

Поймав подлетевший ко мне посох, я была готова отражать нападение. А потом признала в темной фигуре Фенрира.

— Что ты тут делаешь? — я прислонила оружие к стене и открыла дверь, впуская ледяной ветер вместе с Норисданом.

На парне были только тонкие темные штаны. А воздух вокруг принца, казалось, плавился от жары.

— Один уже не справляюсь, — усмехнулся он, поднимая на меня взгляд.

А я охнула, отмечая в полумраке комнаты цвет его глаз.

— О, Теневая! Дракон. Держись.

Фенрир шагнул вперед, пошатнулся, схватился рукой за ширму:

— Он приходит теперь ночью. Когда я наиболее слаб. Пытается захватить контроль.

— Ты говорил, что рядом со мной Зверь отступает, — я помогла Норисдану сесть на кровать, сама остановилась рядом. — Что я могу для тебя сделать?

Сейчас я сама слышала в своем голосе нотки паники. Понимала, что ситуация выходит из-под контроля.8c847c

А Фенрир криво усмехнулся, его руки обхватили меня за талию, потянули к себе. Заставили сесть на колени. Лицом к лицу.

— А что ты готова сделать?

От него исходил нестерпимый жар, я чувствовала, как перекатываются под кожей мышцы, будто Норисдан борется за свое тело. Отстаивает ипостась человека. Дает отпор богу.

— Это провокация, — я усмехнулась и потянулась к нему первая.

Его губы обжигали, дыхание было рваным. А руки скользнули по спине и сомкнулись в кольцо, не желая меня отпускать.

— Я не собираюсь бежать, — выдохнула, всего на мгновение разрывая поцелуй. — Я же уже сказала, что приняла решение. А Сестры Тени от своих слов не отступают.

Норисдан мазнул пальцами по бедрам, задрал сорочку. Я подалась вперед, выгибаясь, позволяя ее с меня снять.

Ткань соскользнула, упала на пол, а мужские обжигающие губы коснулись груди. Я обхватила его за шею, подаваясь вперед, позволяя целовать и покусывать, позволяя рукам исследовать тело.

— Остановись пока не поздно, — он оторвался, заглянул мне в глаза. Смотрел снизу вверх. И сейчас его радужки стали темно-серыми. Всего на мгновение.

Я тихо рассмеялась и уперлась ладонями ему в грудь, заставляя лечь на спину. Наклонилась и перед тем как поцеловать шепнула:

— Не глупи, Норисдан.

Ох хмыкнул, перевернул меня и оказался сверху. Не разрывая поцелуя. Пальцы мазнули огнем по внутренней стороне бедра, коснулись тонкой полоски ткани, слегка надавили и отодвинули ее в сторону.

Я подалась бедрами вперед. Дразня.

Норисдан тихо рыкнул, разрывая поцелуй. Поднимаясь надо мной.

Я его опередила. Первая нащупала шнурки на штанах.

Фенрир усмехнулся, подхватил мен под ягодицы и сдвинул ближе к краю, закинул ноги себе на плечи. В его глазах плескалось пламя и безумие.

Это опьяняло.

Вспышка боли была настолько кратковременной, что я, кажется, ее не заметила. А потом ее затмил вихрь чувств и эмоций.

Его пальцы впивались в бедра, толчки казались слишком медленными. Дразнящими. Но в такой позе у меня не было и шанса что-то изменить.

А Фенрир усмехался, понимал меня без слов.

— Я перегрызу тебе глотку, — рассмеялась и потянула Норисдана на себя.

— Тогда точно не получишь то, чего хочешь, — он опустился на локоть, навис надо мной, мазнул губами по шее и еще сильнее замедлил темп.

Я заурчала от нетерпения, подалась вперед бедрами. Парень усмехнулся и наконец ускорился.

Стоны рвались из груди, пальцы скользили по обнаженной спине, ногти впивались в плечи каждый раз, как наслаждение практически достигало пика.

Я вцепилась в его руку зубами, заглушила вскрик, который полностью подавить не удалось. И расслабилась, откидываясь на подушки.

Норисдан на мгновение замер, а потом рухнул рядом, притяну меня к себе, зарылся носом в волосы:

— Моя.

Ничего не ответив, я закинула ему на пояс ногу и прижалась к груди.

Знала, что сейчас Зверь отступил, проиграл битву. Но он вернется. Обязательно вернется за тем, что принадлежит ему по праву.