— 11 —

Руки слегка дрожали, как и всегда перед любым важными мероприятиями. Не сказать, что досрочные экзамены по предметам для простолюдинов, казались мне сложными, просто в силу вступила привычка.

Выдохнув несколько раз, чтобы восстановить сбившееся от быстрой ходьбы и налета переживаний дыхание, я протянула руку и постучала по темной лакированной двери.

Если верить карте, то именно тут проводил свое свободное время преподаватель, который должен был обучать простой арифметике, чтению и письму на общепринятом языке.

Скрипнув петлями, дверь открылась вовнутрь сама. По ту сторону виднелась небольшая, но очень уютная аудитория: стены обшиты темно-бордовым бархатом, с потолка спускаются тяжелые люстры, у широкой черной доски стоит массивный стол из темного дерева, а за ним сидит высокий худощавый мужчина с тонкими черными усиками над верхней губой.

С сожалением отложив в сторону книгу, которую он до этого читал, преподаватель поправил на переносице узкие очки в золотистой оправе и повернулся ко мне:

— Добрый день, проходите. По какому вопросу?

— Здравствуйте, — я переступила через высокий порожек, рассматривая мужчину в белом камзоле, — меня зовут Айрин. Первый курс, факультет Стихии Воды. Я должна в этом семестре посещать занятия по арифметике, чтению и письму. Не хотелось бы отбирать время ни у вас, ни у себя, потому я пришла сейчас, чтобы сдать досрочный экзамен по этим предметам.

— Проходите, студентка Айрин, — мужчина пригласительным жестом указал на первый стол прямо перед кафедрой. — Присаживайтесь. С чего начнем?

— С чего вам будет удобно, — дружелюбно улыбнулась я, раскладывая на парте блокнот в картонной темной обложке, чернильницу и перо. Все это я нашла в верхнем ящике своего письменного стола.

— Тогда начнем с чтения, — преподаватель, чье имя у меня начисто стёрлось из памяти, передал книгу, которую до этого листал. — Если вас не затруднит, озвучьте мне восемнадцатую главу.

Я ожидала чего угодно, кроме того, что мужчина в летах будет читать любовные романы, а потом попросит меня прочитать кусок с довольно пикантными сценами.

Заняло у меня это не больше пятнадцати минут. Выразительно зачитав о том, как главный герой признавался в любви какой-то герцогине, а потом они вместе принимали горячую ванну, я подняла взгляд на преподавателя, ожидая его оценки.

Но мужчина молчал, смотрел куда-то вдаль и, кажется, представлял себя на месте одного из героев. Я прождала ровно семь минут прежде, чем тактично напомнить о себе тихим кашлем.

Преподаватель дернулся и посмотрел на меня таким взглядом, будто бы до этого никогда не видел. А через мгновение выдохнул:

— Хорошо. Высший балл за чтение. Перейдем к письму.

Книга вернулась к его владельцу и теперь мне пришлось под диктовку записывать сцену о том, как вернулся законный супруг главной героини и как схлестнулись они с ее любовником в смертельной схватке.

Я выводила символы один за другим и очень надеялась на то, что для экзамена по арифметике мне не придется листать книгу и считать, скажем, сцены с поцелуями. А потом искать сцены интимного характера и вычитать их сумму из суммы первых.

Где-то за этими размышлениями я и поставила кляксу. А потом мысленно дала себе подзатыльника и, стараясь не отвлекаться, дописала последнее предложение, в котором любовник побеждает законного супруга, а героиня в слезах соглашается стать его на века.

Отдав блокнот преподавателю, я повернулась к окну, ожидая, что проверка займет по меньшей мере минут десять. Но колдун провел рукой над несколькими исписанными листами и вернул мне тетрадь.

— Высший балл. Перейдем к арифметике.

В какой-то степени мне повезло, примеры не были связаны с книгой. Но с другой стороны, умение складывать, вычитать, делить и умножать, преподаватель проверял доскональнее, чем умение читать.

Было такое чувство, что все математики из всех миров договорились и теперь считают, что именно этот предмет важнее всех остальных.

Задвинув всплывшие воспоминания с Земли, где мне довелось несколько лет отзаниматься в школе, а потом в университете, я вывела последний символ и передала блокнот мужчине.

— Хорошо, — спустя секунду, отозвался он. — Вы сдали три экзамена, студентка Айрин. — Можете вычеркнуть их из списка обязательных предметов. Поздравляю.

— Спасибо, — я широко улыбнулась и загнала пробку в чернильницу. — Не подскажете, к кому стоит подойти, чтобы сдать экзамены по вэадонскому и монскому языкам? А то в списке преподавателей стоит прочерк и аудитория тоже не указана.

— Я вам лучше нарисую как туда пройти, — отчего-то вздрогнул колдун. — Но мой вам совет, студентка Айрин, не будите его до обеда. А лучше и вовсе придите глубокой ночью.

Нахмурившись, я наблюдала, как мужчина выводит на небольшом клочке бумаги какую-то схему, рисует на ней стрелочки с пояснениями, а потом проводит рукой над чернилами, чтобы те поскорее высохли.

— Вот, — он передал мне карту. — Вам туда, где стоит жирная клякса. На самом деле я поставил ее случайно, но разве пристало в таком признаваться преподавателям?

Я усмехнулась:

— Спасибо вам большое.

— Не за что, — отмахнулся мужчина, и от этого движения темный парик слегка съехал в сторону. — Скажите только, откуда у вас все эти знания? Ведь насколько я понимаю…

Он замолчал, стараясь как можно аккуратнее указать на мое происхождение.

— Я из обнищавшего рода, — мягко улыбнулась я, придумывая на ходу очередную правдивую ложь. — Потому воспитание я получила, а вот поступить сюда смогла только как простолюдинка.

— Прошу прощения, — колдун в то же мгновение посерьёзнел. — Надеюсь, что не нанес вам оскорбления, студентка Айрин.

— Вовсе нет, — я продолжала улыбаться, ужа сама понимая, насколько это фальшиво выглядит. — Еще раз спасибо.

Распрощавшись с преподавателем, я выдохнула и прислонилась к стене в коридоре.

С каких это пор мне стало так сложно лгать, глядя в глаза собеседнику? Раньше никогда не замечала за собой подобных реакций организма. Меня хоть магией проверяй — никто бы не сказала, что я где-то что-то утаила.

Сверившись с картой и той схемой, которую выдал мне сердобольный маг, вспомнила о его наставлениях и решила, что перед очередным экзаменом стоит вначале подкрепиться.

Столовая находилась на верхнем этаже жилого крыла и отсюда идти до него было прилично. Но следуя наставлениям колдуна, который мне только что поставил три «отлично», спешить к преподавателю иностранных языков не стоило.

Петляя по длинным коридорам, я добралась до восьмого этажа спустя полчаса. К этому моменту пустой желудок уже свернулся в маленький клубочек и ненавязчиво урчал, напоминая о себе.

Толкнув полностью стеклянную дверь, я оказалась в огромном — занимающем весь последний этаж — помещении. Через прозрачные стены виднелся густой лиственный лес, среди зелени пробивалась голубизной одна из рек. Над головой плыли тяжелые серые облака, которые вот-вот готовы были разрыдаться монотонным осенним дождем.

Но от холодных порывов ветра и редких ледяных капелек спасал литой потолок из тонкого прозрачного стекла.

В первый раз, когда я сюда попала, у меня перехватило дыхание от того, что даже та стена, на которой виднелось слабое очертание двери, была прозрачной. Конечно, это было сделано с помощью мощнейшей иллюзии, но чувство, что ты стоишь на открытой площадке, никуда не исчезало.

Белоснежные каменные столы, расставленные в хаотичном порядке, занимали практически все место. А там, где их не было, стояли огромные вазоны с высокими зелеными растениями. Деревца распускали в своих кронах большие яркие цветы, плющи ползли вверх по прозрачным стенам, создавая очередную иллюзию нереальности, а небольшие шарообразные кустики отгораживали часть столовой с преподавательскими столами на одного-двух человек.

Обосновавшись в углу и откинувшись на высокую спинку стула из светлого дерева, я улыбнулась, явственно чувствуя позади себя огромную пропасть. В солнечную погоду тут, наверное, будет жарко. Но сейчас именно то, чего хочется после напряженного утра.

— Приятного аппетита, — тихо пожелал невидимый хранитель столовой, материализуя передо мной глубокую миску с тушёными овощами и картофельным пюре. Через мгновение рядом появился глиняный стакан с объемным цветком на боку.

— Спасибо.

Я только сейчас поняла насколько проголодалась. Схватившись за серебряную ложку с ручкой, украшенной витиеватыми узорами, зачерпнула овощей и отправила в рот. Пряности ударили в нос, жар опалил нёбо, а на глаза невольно навернулись слезы.

Но просохли они настолько же быстро, как и появились. А все потому, что в пустой столовой появилась парочка, направляющаяся к столу, за которым сидела я.

Высокий светловолосый парень в зелено-коричневой форме выглядел еще больше, чем при нашей первой встрече. Зачесав волосы назад, он стал походить на высокородного: узкий нос, брови вразлет, тонкие губы. Единственное, что отличало Джамаса от «голубой крови», загар.

Он подталкивал в спину сестру, одетую сегодня в узкие темно-алые брюки и легкую золотистую блузу с глубоким декольте.

Фриза упиралась, но под натиском брата шла вперед и, кажется, шипела проклятия.

— Доброе утро, — парень отодвинул один из стульев и подтолкнул к нему сестру, а когда та заупрямилась, надавил на плечо, заставляя сесть.

— Доброе, — коротко бросила я, стараясь показать, что не намерена вести долгие беседы о погоде.

Перед родственниками появились миски с обедом, но Джамас не спешил приступать к трапезе:

— Айрин, ты ведь уже сдала экзамены по каким-то из обязательных предметов?

— Да, — я потянулась за стаканом и сделала глоток.

Прохладный травяной чай с нотками ягод дополнял вкусный и сытный обед. Пожалуй, повара тут самые настоящие волшебники.

— А что сдала? — настаивал на своем парень. — А то Фриза-то тоже кое-чему научилась в детстве, какой смысл-то посещать эти занятия?

— Я ведь уже сказала, — буркнула девушка, сложив руки на груди и игнорируя исходящие паром овощи. — На эти занятия я похожу с тобой!

— Немаленький. В няньке не нуждаюсь, — а потом уже обратился ко мне. — Айрин, нарисуй мне, пожалуйста, как добраться до преподавателей по обязательным предметам.

— Ладно, — я потянулась за сумкой, лежащей на соседнем стуле, и вытащила блокнот.

Фриза все это время прожигала меня злобным взглядом, хотя было понятно, что ее эмоции направлены не на меня, а на старшего братца, который пытался отказаться от ее помощи.

— Держи, — я выдрала лист и передала Джамасу. — Правда имя его я не помню, в расписании надо посмотреть. И да, к преподавателю по языкам лучше в первой половине дня не ходить.

— Спасибо, — парень широко улыбнулся, отчего на щеках проступили ямочки.

— Не за что, — допив чай, я встала из-за стола, бросила взгляд назад и, вновь почувствовав, как перехватывает дыхание от чувства обрыва, направилась к выходу.

Если вчера в это время в столовой людей практически не было, то теперь кое-где за столами сидели студенты, одетые в цвета факультетов. От яркости рябило в глазах и потому единственное черное пятно за столом, придвинутым одной из сторон к прозрачной стене, привлекло мое внимание.

Парень отставил глиняный стакан и, словно почувствовав мой взгляд, повернулся.

Серые. Холодные. Цепкие.

Я дернулась, разрывая зрительный контакт, и быстрым шагом направилась к двери. Уже на ходу, доставая из сумки схему, нарисованную преподавателем, который вел слишком много предметов для простолюдинов, я услышала за спиной шаги.

Вздохнув, я повернулась.

Честно говоря, ожидала увидеть того парня. Кажется, библиотекарь назвал его Фенриром. Но меня нагонял Джамас, загораживая плечами практически весь свет, проходящий через стеклянную дверь.

Сейчас он у меня ассоциировался с медведем.

— Айрин, я хотел с тобой поговорить, — заговорщицки прошептал он, а потом обернулся, словно ожидал, что за его спиной стоит сестра. — У тебя будет несколько минут?

— Да, — согласилась я, понимая, что отделаться от этой парочки мне теперь не удастся, главное держаться на расстоянии.

— Спустимся? — Джамас вновь воровато обернулся.

Узкая лестница с резными тонкими перилами вывела нас на пролет между этажом-столовой и последним жилым. Серые тучи пропустили несколько солнечных лучей, которые подсветили яркие стеклышки витражного окна.

— Я хотел поговорить о Фризе, — признался парень, опираясь спиной о высокий каменный подоконник. — Думаю, что ты уже заметила, что у нее весьма непростой характер. Но могу сказать с точностью, она очень добрый и отзывчивый человек. Просто не умеет доверять людям. Хочет, но не может.

— Давай ближе к сути.

— Подружись с ней, прошу.

— Что? — кажется, я спросила это громче, чем стоило. Но и просьба парня показалась мне не самой адекватной, если не сказать «дикой».

Джамас молчал, собирался с мыслями, а потом выдохнул:

— Прости, Айрин, но я вижу, что тебе трудно быть одной. Веет от тебя каким-то холодом. Если бы ты подружилась с Фризой, то она бы научилась доверять людям, а ты перестала бы закрываться в себе.

Я приподняла одну бровь, а парень взмахнул руками:

— Не хотел тебя обидеть, не подумай! Просто… Я не знаю к кому еще обратиться за помощью. Фриза искала меня полтора года. Что с ней происходило за это время, она никогда не рассказывала. Да что там, она и сейчас запрещает касаться этой темы… Пожалуйста, хотя бы подумай над мой просьбой, Айрин.

Собравшись с силами, я выдавила из себя улыбку и кивнула.

— Это можно считать обещанием? — Джамас ожил, дернулся, а в болотно-зеленых глазах промелькнул лучик надежды.

— Я подумаю, — кивнула я второй раз. — Но пока ничего обещать не буду.

— Спасибо!

За следующую секунду произошло сразу несколько вещей.

Джамас шагнул ко мне и попытался обнять в знак благодарности. Мои рефлексы сработали быстрее, чем я успела подумать — выпустив легкое шоковое заклинание, я отскочила в сторону, уходя от возможной опасности. А на пролете появился свидетель.

— Как интересно нынче простолюдинки от ухажеров отбиваются, — усмехнулся Фенрир.

Я тихо выругалась, понимая, что моя выходка может стоить места в Академии Галэйн.

— Жив? — человек, носящий фамилию Норисдан, помог подняться Джамасу с пола.

— Да, спасибо, — тот тряхнул головой, отгоняя звон в ушах. — Что это только что было?

— Кажется, тебе отказали в ухаживаниях, — продолжал потешаться над ситуацией Фенрир. — Сам до комнаты дойдешь?

— Да, спасибо, — повторил сын графа Казера. — Джамас.

— Фенрир.

Они пожали руки, кивнули друг другу так, будто были знакомы не первый год. После чего Джамас бросил на меня острожный взгляд и, ничего не сказав, направился к лестнице.

— Черт, — выругалась я во второй раз. Вот так и теряют доверие. Хотя с другой стороны — ко мне больше никто не будет приставать с просьбами подружиться с его сестрой.

— Что это за заклинание было? — повернулся в мою сторону нарушитель законов Академии.

— Шоковое. Первая ступень. Ничего особенного.

— Ну как тебе сказать, — Фенрир усмехнулся, — большинство поступивших сюда студентов даже со Стихией не всегда определились, ни то, что заклинания могут направо и налево использовать.

— А как тогда…? — я прикусила язык, ведь и так стало понятно, как они сюда попадают.

— Деньги и влиятельность родов, — словно озвучил мои мысли парень. — Так что сильно не красуйся на публике тем, что умеешь.

— И в мыслях не было.

Фенрир небрежно пожал плечами и, повернувшись ко мне спиной, направился к лестнице. А затем замер и добавил:

— И предупреждай парней в следующий раз, что обниматься с тобой опасно для жизни.

Ничего не ответив, я обогнала его и, перепрыгивая через одну ступеньку, побежала на первый этаж. Благо, аудитория преподавателя иностранных языков находится чуть ли не в другом конце замка, так еще и в полуподвальном помещении. Хоть остыну.

Нет, с эмоциями явно что-то надо делать. Я, как только почувствовала себя в относительной безопасности, расслабилась и позволила себе вести себя так, как того хочет сердце.

Нельзя никого подпускать. Нельзя ни с кем сближаться. Нельзя нарушать правила Ордена Сестер Тени.

Я отмахнулась от сцены, которая произошла какие-то три минуты назад, и пуще прежнего припустилась по узким виляющим коридорам.

Лишь когда до нужной аудитории оставалась одна лестница, ведущая вниз, я остановилась, привалилась к стене и несколько раз глубоко вдохнула, пытаясь восстановить дыхание.

Легкая физическая нагрузка временно поставила мне мозг на место и помогла сосредоточиться на самом основном — на учебе. Сейчас нужно было оживить в памяти два иностранных языка. На одном говорили жители огромного архипелага, что насчитывал свыше трехсот островов, а на другом — жители севера со Второго Материка. Учитывая, что именно они поставляли снежные кристаллы, звездный порошок и чешую некоторых магических рыб в большой мир, знание их языка было нужно людям из высшего света для выгодных сделок.

Я же в нем не видела никакого смысла.

Собравшись с духом и еще раз сделав глубокий вдох, я медленно спустилась по темной лестнице на один этаж вниз. На стенах висели факелы, но не горели. После использования шокового заклинания у меня осталось совсем немного энергии и тратить ее на освещение пути совершенно не хотелось.

Хотелось, как можно скорее разобраться с досрочными экзаменами, обучиться владению посохом, управлению магией хотя бы до третьей ступени и построению ментальных каналов. Мне бы этого хватило и для спокойной жизни, и для выполнения всех планов.

Где-то на этой мысли костяшки ударили в железную дверь, извлекая звонкий громкий звук.

— Войдите, — прошелестело, казалось, у меня за плечом.

Борясь с иррациональным страхом, я нажала на узкую, заостренную к концу, ручку и сделала шаг вперед.

Вопреки всем ожиданиям в аудитории, оказавшейся по ту сторону двери, было светло. Я бы даже сказала, очень светло, по сравнению с коридором. В практически пустом помещении под самым полком зависло темное пятно и медленно перетекало по воздуху, словно балансировало на нем.

Из мебели тут было несколько стульев без спинок, придвинутых к стенам.

— Зачем пожаловала? — прошелестело то самое пятно и дернулось, обретая формы, похожие на человеческие.

— Здравствуйте, — пискнула я, понимая, что к такому меня жизнь в Ордене не готовила. Да даже «прыгая» по мирам я всегда сталкивалась только с живыми существами. — Я бы хотела досрочно сдать экзамены по языкам.

— Первокурсница? — уточнило приведение, медленно направляясь ко мне.

— Д-да. Айрин. Факультет Стихии Воды.

— И что, Айрин, ты знаешь монский язык?

— Беалтеакид, — подтвердила я, без особых проблем переходя на другую речь.

— И вэадонский?

— Индуви.

— А что насчет демонического?

— Вот его не знаю, — честно призналась я тому, кому лгать совершенно не хотелось. — Но, если можно, я бы хотела не посещать этот предмет.

— Неужели преподавателя испугалась? — призрак дернулся и через миг появился у меня перед лицом, демонстрируя набор тонких острых зубов.

— Нет, — у меня даже голос не дрогнул. — Просто то, чем я планирую заниматься, никоим образом не будет пересекаться с демонами и остатками их цивилизации. Не вижу смысла тратить ваше и свое время.

— Мое время безгранично, дитя, — взмахнул рукой тот, кто при жизни наверняка был красивым мужчиной. — Но ты ни разу не солгала, что достойно уважения и награды.

Он вновь вспорхнул и завис под самым потолком. Шли секунды, минуты. Я, конечно, понимала, что ему время неважно, а мне бы не помешало сегодня еще много чего успеть.

— Хорошо, — наконец проговорило приведение. — Я освобождаю тебя от всех трех предметов, Айрин с факультета Стихии Воды. По первым двум поставлю тебе «отлично». За демонический больше «удовлетворительно» не могу. Но этого будет достаточно.

— Спасибо, — я широко улыбнулась, на какое-то мгновение забывая, что разговариваю с не совсем живым собеседником. — Огромное вам спасибо. 1439f7c

— Не за что, дитя. Не за что.

Я выскочила за дверь, не забыв попрощаться, и только тогда поняла насколько бешено стучит сердце, ломая ребра изнутри.

Теневая, я тут всего несколько дней, а уже столько всего произошло. Подари мне сил и уверенности в них. Это мне уж ой как пригодится.

Послав эту короткую, но емкую мысль богине, в которую верили в Ордене, я взяла курс на комнаты. После сегодняшних происшествий хотелось отодвинуть все планы подальше, понежится в горячей ванне, а затем, закутавшись в пуховое полотенце, забраться с ногами на кровать и погрузиться в чтение какой-нибудь интересной книжки.

Уже предвкушая все это, я приближалась к двери, которую защищал самый вредный хранитель в жилом корпусе, когда в мои мечты вторгся образ соседки. Наверное, Джамас уже рассказал ей о том, что произошло и теперь меня ждет душераздирающая беседа о том, как нехорошо обижать чужих братьев.

Толкнув дверь, я встретилась взглядом с Фризой, которая все также сидела на диване и листала какую-то книжку. Честно говоря, я уже была готова вступить в словесную перепалку, но соседка лишь приветственно мне кивнула и вернулась к чтению.

Тихо выдохнув, я направилась в сторону купальни.

Неужели, он ей ничего не сказал? Или просто не успел?