Глава 10. Свидание

Миранда пришла вовремя — появилась тонкой тенью у входа на территорию академии и, кивнув, молча скользнула внутрь экипажа, проигнорировав протянутую руку. Она забилась в самый уголок, демонстративно избегая даже прикасаться к Родерику, и он лишь молча выругался про себя. И как с такой поладить? Того и гляди, зашипит как рассерженная кошка, а потом бросится и выцарапает когтями глаза. А в том, что у Миранды есть и когти, и острые зубы, он не сомневался.

— Я заказал столик в одном из ресторанов Фургарта, — сказал он, когда экипаж оторвался от земли.

В лучшем ресторане. Этот вечер должен стать максимально романтичным, чтобы даже ледяное сердце огненной красотки дрогнуло и растаяло.

Миранда молчала, и ее черные глаза казались бездонными дырами.

— Ты очень красивая, — заставил себя сказать Родерик.

Она отвернулась и посмотрела в окно. Академия осталась позади, и теперь внизу расстилалось бурое море жухлой травы.

— Когда наступит весна, все тут будет в цветах.

Тишина была ему ответом. Родерик вздохнул и отвернулся к другому окну.

Они прибыли через полчаса гнетущего молчания. Родерик открыл дверку и принципиально подал руку. Конечно, Миранда вышла сама, придержав длинную черную юбку.

— По ком ты носишь траур? — не выдержал он.

— По себе.

— На вид ты вполне живая, — не удержался Родерик. — Может, хватит драмы? Да, я отменил твою свадьбу, но разве стоит жалеть о мужчине, который так легко от тебя отказался? Да, тебе пришлось уехать из дома. Но разве здесь не интереснее? Да, твой хаос не запечатали, как планировалось. Но ты уверена, что хочешь этого?

— Если во мне и правда огонь, то его запечатают после, — ответила она. — Разве нет?

Родерик подавился ответом и последовал за девушкой, которая вошла в гостеприимно распахнутые двери ресторана. «Магия вкуса» — так он назывался. Тут работал стихийник огня. Совсем слабый, его даже ни разу не взяли в патруль, но это не помешало ему стать лучшим поваром в мире.

Их провели к дальнему столику, и Родерик отметил, что все сделали, как он и просил: свечи, цветы, скрипач чуть в отдалении уже прилаживал смычок, и нежная музыка совсем скоро полилась по залу. Народу было немного, на зиму многие уезжают из Фургарта. Тихий перезвон серебра, приглушенный свет, и женщина напротив, глядящая на него с неприкрытой ненавистью.

К ним подошел официант, и Миранда, к удивлению Родерика, сделала большой заказ. Он бы предположил, что дама скорее будет цедить стакан воды и разве что плеваться время от времени.

— Как прошел твой день? — решил он начать с ничего не значащих вопросов.

— Неплохо, — ответила она.

— Ходила на занятия?

— Да.

Очень информативно.

— А где ты была ночью?

— Не твое дело.

— Мы помолвлены, Миранда, — он все же не сдержался.

— Нет, Родерик, не помолвлены, — возразила она. — Ты получил от императора разрешение на брак, но не дал ему хода. Тебе надо сперва убедиться, что хаос во мне примет стихию огня. Так что я совершенно свободна и могу проводить ночи с кем и где захочу.

Выдав эту тираду, он отпила воды и с вызовом посмотрела ему в глаза.

Крыть было нечем.

— Ты не справишься с учебной программой, если не будешь высыпаться, — сказав это, он тут же почувствовал себя бабушкой.

— Ничего, на некромантии отосплюсь, — улыбнулась Миранда.

Уже что-то.

— Мастер Изергаст — очень интересный мужчина, — продолжила она, и Родерик невольно заскрежетал зубы.

— Ты у него была этой ночью?

— Не твое дело, — ответила она, глянув в сторону. — Можно убрать музыканта? От его скрипки у меня голова болит.

Родерик вздохнул и взмахнул рукой. Скрипач, кивнув, ушел. Вскоре официант подал блюда, и Родерик принялся за сочное мясо, приготовленное так, как он любил — с поджаристой корочкой и сочное внутри. Свидание не задалось с самого начала, но готовят в «Магии вкуса» отменно.

Миранда тоже ела с аппетитом, смакуя овощи-гриль и куриные крылышки с таким наслаждением, что Родерик невольно залюбовался. Его невеста с характером и, похоже, гулящая. Но чего еще он ждал от девушки с магией огня? Он и сам раньше был влюбчив и натворил такого, о чем предпочитал не вспоминать. Пройдет немало времени, пока Миранда научится сдерживать свой огонь.

— Давай начистоту, — сказала она, облизнув яркие губы. — Что тебе от меня надо? Ты можешь принудить меня выйти за тебя замуж, но я устрою тебе такую жизнь, что мало не покажется, обещаю. Так не проще ли найти другую стихийницу огня? Запечатанную, послушную девочку, которая будет счастлива стать госпожой Адалхард. Если не знать, какая ты скотина, то чисто внешне можешь сойти за нормального. Женишься быстро, пока та бедная глупышка не поймет, с кем связалась, заделаешь ей малыша, носителя огня. У меня ведь, как ты конечно знаешь, это может стать проблемой.

Он был полностью согласен с ее рассуждениями. Все верно. Если бы ему нужны были дети.

— Однако ты находишь еще не запечатанную девушку, — продолжила рассуждать Миранда, и, протянувшись через стол, наколола на вилку помидорку, так что сок брызнул Родерику на рубашку. — Упс, — сказала она. — Возникает вопрос — зачем? Сегодня у нас было занятие по Наследственности хаоса. Мудреная штука, хочу заметить. Все не так прозаично, как хотелось бы, да. Я просчитала свою наследственность. Я могу стать огнем, анимагом, путником. Это если моя мать, запечатанная магичка, действительно была потенциальным огнем. Но в ее роду магию запечатывали очень долго. Узнать, что именно текло в ее венах, невозможно. Я могу оказаться кем угодно, Родерик.

— Вот и узнаем. После Лабиринта.

— Слуушай! — протянула она. — А не проще ли тебе жениться на обычной женщине? В этом случае наследственность прямая! И вы с императором получите своих огневиков, если они вам так позарез нужны. Кстати, я узнала, у нас в академии на втором и третьем курсе таких штук десять. Да, немного, но больше, чем некромантов.

— А ты не хочешь допустить, что я вдруг влюбился в тебя всей душой?

Миранда прыснула, а после расхохоталась, промокая салфеткой выступившие слезы.

— Родерик!

Он обернулся и, встав, пожал руку Энцо Лефою.

— А я думаю, у кого это спутница такая хохотушка, — Энцо галантно поклонился Миранде. — А это ты, мой друг, не теряешь формы.

— О да, — согласилась Миранда, приступая к десерту. — Такой юморист.

— Вы не позволите украсть его у вас буквально на минутку? — спросил Энцо.

— Забирайте хоть навсегда, — щедро предложила она, зачерпывая полную ложку клубничного мороженого.

Родерик отошел в сторону за другом, который отчего-то вцепился ему в локоть как клещ.

— Ты тут один?

— Да, — ответил Энцо. — По правде сказать, я пришел сюда ради тебя. Это ведь мой ресторан, и я узнал, что ты заказал здесь столик.

— Обслуживание, еда — все высший класс, — похвалил Родерик. Спутница не та, но это не вина Энцо. — Ты что-то хотел?

— Да, — друг быстро облизал и без того влажные губы, отвел глаза. — Такое деликатное дело... Не знаю даже, с чего начать.

— Проблемы с Эмметом?

— Нет, нет, он, конечно, не самый прилежный студент, но справляется, — Энцо выдохнул. — Ты ведь помнишь Кармеллу Алетт?

— Тааак, — протянул Родерик. — Помню. Ее не забыть.

— Потрясающая женщина, — оживился Энцо. — Такая красотка, живая, энергичная...

— Не то слово, — кивнул он.

— Я за ней, вроде как, ухаживаю, — друг расстегнул пуговицу светлого пиджака, сидящего на нем слишком туго, потом снова застегнул, потеребил запонку с крупным сапфиром.

— Я, кажется, догадываюсь, к чему ты ведешь, — вздохнул Родерик.

— Она боится за свою дочь и настаивает на ее исключении из Академии, — выпалил на одном дыхании Энцо.

— Нет, — ответил Родерик так быстро, что друг опешил: его брови дернулись вверх, а губы поджались в тонкую линию.

— Я умею быть благодарным, ты же знаешь, — сказал Энцо. — Это важно для Кармеллы, а значит, и для меня. Скажи, сколько?

— Нет, — покачал головой Родерик, досадуя на то, что дружбе, похоже, пришел конец. — Ты уверен, что тебе нужна женщина, которая в самом начале отношений с такой легкостью тобой манипулирует?

— А мне и нужна такая! — запальчиво ответил Энцо. — Кармелла наслаждается каждым днем, берет от жизни все и не боится хотеть еще большего. А если ты заглянешь в магическую управу и посмотришь на ее портрет в галерее...

— Так она же не маг, — нахмурился Родерик.

— Так она там с дочкой, — ответил Энцо. — Послушай, друг, ты знаешь, через что я прошел. После смерти Алисы я был вне себя от горя, и Эммет... Хотя и до ее самоубийства наш дом походил на могилу. Ей не надо было ничего. Равнодушная, холодная...

— Я хорошо помню Алису, — перебил его Родерик. — Я помню ее и до запечатывания, и после. Ты хочешь такой судьбы для Арнеллы? Сколько по-твоему это должно стоить?

Энцо открыл рот и закрыл, а после развернулся и пошел прочь.

Родерик сел за стол, чувствуя себя так погано, словно окунулся в грязную лужу. Но до чего же упертая женщина! Взятку решила предложить!

— Я слышала имя Арнеллы, — сказала Миранда. — Что там с ней?

— Не твое дело, — резко ответил он, взял чашку кофе, который успели принести, и, шикнув, отдернул руку.

Темные брови Миранды приподнялись, а глаза расширились от удивления.

— Маг огня обжегся чашечкой кофе? — задумчиво произнесла она. — Как интересно...

***

На обратном пути Миранда села напротив и уставилась на Родерика тяжелым немигающим взглядом.

— Здесь темновато, — сказала она. — Может, огоньку?

— Вот поэтому женщин со стихией огня сразу и запечатывают, — проворчал он, выглядывая наружу, будто заинтересовавшись огнями Фургарта. — Мы летим. Воздух, ветер, любая искра — и экипаж через минуту превратится в факел. Это опасная магия, Миранда, привыкай думать, а потом уже делать.

Девушка хмыкнула, и как-то сразу стало понятно, что она не поверила ему ни на грош. Плохо. Очень плохо. Наблюдательная и сообразительная, как некстати.

— Я немного замерзла, — пожаловалась Миранда и, склонившись, положила ладонь ему на бедро. Облизав губы, доверительно прошептала: — Говорят, маги огня всегда горячи. Это так, Родерик?

— Хочешь проверить прямо сейчас? — улыбнулся он.

Она провоцировала его, играла, как кошка с мышью. Девчонка из глухомани оказалась серьезным противником.

Откинувшись назад на спинку сиденья, Миранда медленно расстегнула несколько пуговок на черной блузке. Белая атласная кожа, казалось, светилась в полумраке.

— Что ты делаешь? — спросил он.

— А ты как думаешь, — улыбнулась она. — Прикоснись же ко мне, мастер Адалхард. Дай почувствовать твой огонь.

— Не боишься обжечься?

— Как ты о чашку кофе? — она нагло ухмыльнулась.

Он пересел на ее сторону сиденья, обхватил белую шею ладонью, вторую руку запустил в рыжие волосы, слегка потянув их назад. Венка под его рукой забилась быстрее. Как бы Миранда ни хорохорилась, она просто девчонка. Молодая, наивная, еще недавно влюбленная в какого-то остолопа. Такую легко обмануть романтичными бреднями.

— Говорят, если два мага одной стихии любят друг друга, то их силы умножаются, — сказал он тихо, глядя в черные глаза девушки и поглаживая гладкую кожу на шее. — Богов изображают с двумя лицами не просто так. Мужчина и женщина, две половинки. Если они находят друг друга, то становятся равными богам.

Миранда дернула головой, оттолкнула его руку и пересела на другую сторону.

— В этом все дело? — хмуро спросила она, застегивая пуговки. — Ты хочешь усилить свою магию, заполучив мою? Ты собираешься украсть ее у меня?!

— Успокойся, — устало вздохнул он, отворачиваясь к окну. — Ничего я красть не собираюсь. Все твое останется при тебе.

— Так скажи прямо, Родерик. В чем твоя проблема, кроме того, что ты самовлюбленный, наглый, эгоистичный мерзавец?

— А еще я старый, бедный и больной, — улыбнулся он уголком рта, вспомнив, какой характеристикой наградила его Арнелла.

Надо бы приглядеть за девочкой. Очевидно, что ее мать не отступится.

— Я в шоке, — с наигранным ужасом произнесла Миранда. — Разве ты бедный? Я надеялась пустить по ветру твое состояние, а теперь выясняется, что и пускать-то нечего! Как подло!

— Ты же, вроде, не хотела выходить за меня замуж.

— Догадливый какой, — похвалила она его.

— И ты... скажем, не особенно твердых моральных устоев.

Миранда прищурила глаза, как будто раздумывая, не дать ли ему пощечину. Наверняка рука у нее окажется еще тяжелее, чем у Арнеллы.

— Приму твое молчание за согласие, — кивнул Родерик. — И хочу сделать тебе предложение, от которого ты не сможешь отказаться.

Так хотелось рассказать ей все... Но она напоминала хищника, нарезающего круги вокруг жертвы и выискивающего незащищенное место. Стоит дать слабину — она тут же набросится на него, и его секрет узнает вся академия.

— Хватит уже мяться как девчонка, — буркнула она. — Что там за предложение?

— Ты переспишь со мной, — сказал Родерик. — Может быть, несколько раз.

— После Лабиринта? — уточнила Миранда.

Родерик мысленно выдохнул. Он опасался, что реакция будет другой.

— Да, после Лабиринта, — подтвердил он. — И потом можешь быть свободна.

— То есть тебе просто приспичило заполучить любовницу с огнем? Джемма Кристо с магией воды уже не устраивает?

— Откуда ты... — Родерик осекся, а Миранда довольно осклабилась.

— А мне какая выгода? — спросила она. — Ты сказал, что это предложение, от которого я не смогу отказаться, но я очень даже могу. Оно совершенно не кажется мне привлекательным. Отвратительное предложение, по правде сказать. Как тебе и в голову могло прийти такое? Переспать с тобой? Фу! — она демонстративно скривилась. — И если в браке я хотя бы могла оторваться, испортив тебе и жизнь, и репутацию, то в качестве любовницы мне лучше скрывать этот факт, чтобы не позориться.

— Теперь о твоей выгоде, — продолжил Родерик. — Я не стану убеждать тебя в том, что не так уж плох, как тебе хотелось бы думать.

— И не надо, — кивнула она. — Я все равно не поверю.

— Я выбью для тебя разрешение у императора на освобождение от запечатывания, — сказал он.

Сколько это будет стоить — лучше не думать.

Миранда умолкла и прикусила губу.

— Ты сможешь закончить академию и стать полноценным магом. Если, конечно, удержишь свой огонь, — добавил Родерик.

Экипаж слегка тряхнуло, когда колеса коснулись земли. Он прокатился еще немного и остановился, но ни Миранда, ни Родерик не спешили выходить.

— Может, потом ты сама захочешь за меня замуж, — не сдержавшись, поддел он ее, — станешь умолять о чести носить фамилию Адалхард...

Миранда, фыркнув, выпрыгнула из экипажа. Она ходила беззвучно как кошка, а вскоре и ее тонкая фигура растворилась в ночи.

Как ни странно, Родерик чувствовал облегчение. Миранда пока не согласилась, но для них обоих это было бы оптимальным вариантом: провести пару ночей вместе и разбежаться. Он-то, как порядочный, потратился на разрешение императора, думая, что заполучит благосклонность девушки лишь на этих условиях.

Родерик заплатил извозчику и отправился домой, насвистывая веселую мелодию. Какое счастье, что его невеста — шлюха.

Он сразу понял, что дома кто-то есть: в глубине горел свет, а Мисси нервно металась в холле из угла в угол.

— Скажи, зачем тебе она? — воскликнуло привидение, прижимая бесплотные руки к прозрачной груди. — Она тебя не достойна, любовь моя! Это ведь не больше чем низменные радости тела, да?

— Да, — коротко согласился Родерик, уже понимая, в чем дело.

Из ванной комнаты доносился плеск воды и тихое мелодичное пение. Лучше бы избавиться от призрака, хотя бы на час. Ее укоризненный взгляд и глаза, полные слез — не лучшая приправа к тому, что его ожидало.

— Мисси, проверь, пожалуйста, периметр академии, а потом еще женское общежитие и мужское, и...

— Скажи просто, что хочешь избавиться от меня! — взвизгнула она и взметнулась к потолку.

— Проследить за порядком никогда не будет лишним. Никто не сделает это так тщательно, как ты.

Всхлипнув, Мисси кивнула и исчезла, а Родерик, сбросив пиджак, направился в ванную, расстегивая на ходу рубашку.

Джемма нежилась в ванне, полной пены, и, словно случайно выгадав момент, потянулась, так что упругие груди приподнялись над водой, когда Родерик вошел. Сегодня он был рад ей. Хоть и не любил, когда Джемма приходила без предупреждения.

— Присоединишься? — лукаво поинтересовалась она.

Родерик расстегнул ремень, присел на край ванны.

— Где ты был? — спросила Джемма, вытягивая стройную ножку. Он погладил ее коленку, провел по внутренней поверхности бедра.

— Ужинал.

— С кем?

А ведь она уже знает — он чувствовал это по ее тону, видел по взгляду — самую малость обиженному. И если бы с Мирандой все прошло хорошо — что бы сказала его невеста, застав в ванне другую женщину? Неужели Джемма пришла специально? А ведь уверяла, что понимает...

Она приподнялась и обвила руками его шею, влажные красные губы потянулись к его губам, и он отстранился.

— Родерик, — прошептала она томно. — Почему ты не целуешь меня больше? Я так любила твои поцелуи...

Пена вдруг взметнулась до самого потолка, и брызги заляпали Родерика с головы до ног.

— Хаос! — Мисси закружилась над ванной, истошно вопя. — Хаос! Хаос! Хаос! В женском общежитии хаос!

— Не врешь? — уточнил он, стирая ладонью пену с лица. С Мисси сталось бы.

— Чтоб мне помереть! — пафосно заявила Мисси, и Джемма сердито отмахнулась от призрачного подола, который лез ей в лицо.

— Родерик, сделай с ней что-нибудь! — капризно потребовала она. — А если не можешь сам, обратись к Моррену.

Хлопнула дверь, раздались быстрые шаги.

— Родерик! — на пороге ванной появился сам Изергаст собственной персоной. Как обычно, до отвращения безукоризненно одетый и невозмутимый. — Джемма, прекрасно выглядишь, — сказал он и, повернувшись к Родерику, протянул его посох: — В женском общежитии хаос. Кого-то рвануло.

Родерик кивнул, застегнул штаны под холодным взглядом зеленых глаз некроманта и схватил протянутый посох со скалящимся драконом на вершине. Сейчас это просто бесполезная палка, но привычная тяжесть в руке успокаивала.

— Кто там? — спросил Родерик, уже выбегая из дома. — Арнелла Алетт?

Кто знает, отчего именно ее имя всплыло в голове, но он вдруг вспомнил и теплые ореховые глаза, и золотистую кожу. В его ванне, в пышной белой пене она смотрелась бы просто прекрасно.

— Нет, — ответил некромант, без труда догоняя его. — Второкурсница-анимаг. Хлоя.

Коренастая шатенка, резвая как рысь, с веснушками, кудряшками и озорной улыбкой. Жаль ее.

— Жук?

Моррен на бегу выхватил из кармана артефакт. Спинка матово светилась — заряжен. Шесть тонких лапок слегка подрагивали, готовясь впиться в нежную плоть.

— Давай ты это сделаешь, — предложил Родерик. — Некромантия против анимагии всегда хорошо срабатывает.

— Это не входит в мои обязанности, — ответил Моррен, свернув к общежитию, и расщедрился на пояснение: — Меня от запечатывания просто воротит.

Он подбросил жука, и Родерик поймал его на лету. Лапки оцарапали кожу, а выгнутая поверхность обожгла ладонь.

— Я отвлеку ее, а ты подберешься сзади, — сказал Моррен. — Все в порядке, Рик?

Он давным-давно не называл его так, и Родерик покосился на бывшего друга.

— Все просто прекрасно, Моррен, — соврал он.