Глава 18

— Это временно, не переживай, Диана, — доктор Райнс отпаивал меня водой, пытаясь остановить мою истерику. — Это пройдет…

— Почему вы мне не сказали? Это уже было вчера, да? И вы молчали? — я задыхалась от слез и ужаса.

— Я собирался тебе рассказать сегодня, когда ты немного окрепнешь, — мягко успокаивал доктор. — Это последствие длительного пребывания в Бездне. Без определенной защиты она вытягивает из человека не только силы, но и его время. Однако маги времени постепенно восстанавливаются во всем, и внешнем облике в том числе. И ты восстановишься.

— Когда? — меня била дрожь.

Это было так дико и несправедливо. Я старуха!

— Диана? Что случилось? — в дверях показался Александр. — Ты плачешь?

Я отчаянно замотала головой, призывая Райнса и друзей, которые до сих пор не ушли, ничего ему не говорить. Лишь от одной мысли, что Алекс узнает, во что я превратилась, меня кидало в еще больший ужас. А ведь он вчера обнимал меня, касался… О боги, не думала, что буду радоваться его слепоте!

— Все в порядке, — отозвалась я, стараясь выровнять голос. — Тебе показалось… Мы тут, наоборот, смеялись. Вот Чарли пришла… И Марк с Яном…

— А что с твоими глазами? — брат подбежал к Александру, тем самым отвлекая его внимание от меня.

— Немного болят, но скоро все будет хорошо, — Алекс нащупал его голову и потрепал по волосам. — Это не страшно. Диана? — он хотел было двинуться ко мне, но Райнс его остановил:

— Александр, вернись в палату, я сейчас закончу с Дианой и приду к тебе. Сменим повязку и положим на глаза лечебные камни. Ты еще тоже нездоров.

— Да, иди, — сказала я тихо. — Встретимся позже.

— Я провожу тебя, — Марк подхватил Александра под руку. — Идем, идем, не геройствуй. С тебя уже хватит… — и он его увел, к моему облегчению.

— Так когда я восстановлюсь? — схватила я доктора Райнса за руку. Моя кисть была покрыта мелкой сеточкой морщин, которую я вчера приняла за излишнюю сухость кожи после обезвоживания.

— Через неделю… Может, две или три… Это зависит от твоего организма, — слова Райнса совсем не успокоили.

Три недели! Три! А если еще больше?

— Этот процесс ускорит отдых и отсутствие отрицательных эмоций, — продолжил он. — Понимаешь? Поэтому соберись, вытри слезы и помни, что это пройдет.

— А если нет?.. — всхлипнула я.

— Пройдет, верь мне, — Райнс улыбнулся. — И помни: отдых и никакого волнения. Так что отдыхай, а я пойду успокою Александра.

— Только не говорите ему обо мне! — взмолилась я.

— Не буду, — доктор вздохнул и вышел.

— Не смотри на меня так, пожалуйста, — срывающимся шепотом обратилась я Чарли, стоящей в сторонке. —Я прекрасно понимаю, что сейчас вызываю у тебя отвращение.

— Ты с ума сошла? — воскликнула она и тут же бросилась ко мне, заключила в объятия. Я крепко обняла ее в ответ. — Ты не можешь вызывать отвращения… Ты моя подруга, и я люблю тебя любой. Главное, что ты жива и относительно здорова. Я так боялась тебя не увидеть больше, мне было страшно. А вообще, — тут Чарли внезапно чуть отстранилась и хитро улыбнулась, хотя ее глаза были влажными и покрасневшими. — теперь ты знаешь, какая будешь в старости. И кстати, ты очень милая старушка.

— Да ну тебя! — я тоже засмеялась сквозь слезы.

— Ты похожа на нашу бабушку, — Ян тоже забрался на мою кровать. Было видно, что он уже не боится меня, наоборот, с интересом рассматривает. — Нину.

— Ну спасибо, — усмехнулась я, — ты тоже умеешь подбодрить.

— Я хотел бы тоже сострить что-нибудь, чтобы тебя развеселить, но вижу, ты уже улыбаешься, — с этими словами в палату вернулся Марк.

— Если честно, мне хочется спрятаться ото всех, — я натянула одеяло до глаз, — и не появляться на людях, пока эта гадость не пройдет.

— Как там… в Бездне? — осторожно поинтересовалась Чарли. — Очень страшно, да?

— Я плохо помню… Я едва видела, что вокруг меня. Сплошной туман, — призналась я. — Мне было страшнее оттого, что с вами что-то случилось, что вы не смогли вернуться.

— А нам было страшно, не зная где ты, — отозвался Марк уже без улыбки.

— Спасибо… — прошептала я. — Спасибо, что дождались меня…

— А вот эти сантименты лишние, — хмыкнул Марк невесело. — Ждать — все, на что мы оказались способны. В отличие от Александра.

— Можно? — в дверь палаты заглянул Лукрецкий.

Я кивнула, по-прежнему прячась под одеялом.

— Мы зайдем позже, — пообещала Чарли, поднимаясь. — Не раскисай.

Ян чмокнул меня в лоб, чем вызвал небывалый прилив сестринской нежности, и побежал за Чарли с Марком. Мы с Лукрецким остались одни.

Роберт взял стул и поставил его рядом с моей кроватью, сел, сцепив пальцы в замок, и посмотрел на меня.

— Мне очень жаль, Диана, — его голос прозвучал непривычно хрипло и виновато. — Жаль, что все так обернулось. Мне нет прощения за то, что я допустил такое. Твои родители мне бы не простили… — он тяжело вздохнул.

— Но я жива и спасена, хоть и выгляжу не очень, — я криво усмехнулась.

— Это пройдет, — Лукрецкий тоже улыбнулся, устало и тепло. — Хотя я понимаю, что для девушки такие изменения трудно терпеть.

— Если подумать, в Бездне было похуже, — призналась я. — Сейчас есть шанс, что все пройдет, а там…

— Мне очень жаль, — повторил Роберт и неловко погладил меня по руке. — Ты общалась с Властителем?

— Он приходил ко мне… Не раз, — я слегка поморщилась от этих воспоминаний. — Что-то говорил… И ждал… Вы же знали, что мой дар может быть использован против нас всех? — сменила я тему. — Я имею в виду, Сердце Времени, которое может стать Сердцем Бездны. Почему не сказали?

— Знал… Но не думал, что до этого может дойти… — вина снова сквозила в словах Лукрецкого. Сам он выглядел поникшим и разбитым, будто его подменили. — Слишком был самоуверен… Счастье, что удалось найти и спасти тебя раньше, чем случилось… самое плохое.

— Я бы тогда стала оружием в руках Властителя, да? — мой голос от переживания тоже то и дело срывался на шепот.

Роберт кивнул:

— Очень сильным оружием.

Я прикрыла глаза, пытаясь справиться с эмоциями. Затем заговорила снова:

— Властитель сказал, что мои родители были посланы к нему, чтобы договориться о компромиссе и заключить перемирие, разделив сферы влияния. Были посланы кем-то из Альянса. Это ведь были вы?

— Это было еще одной нашей ошибкой, за которую мы поплатились, — признался Роберт. — Но предложение перемирия было лишь отвлекающим маневром, на самом деле твои родители пытались разведать для нас кое-какую информацию, которая могла бы помочь в будущем…

— Разведали?

— Частично, — кадык Лукрецкого дернулся. Кажется, развивать эту тему дальше он не собирался.

— Можно еще один вопрос? — спросила я.

— Конечно.

— Властитель был магом времени когда-то, так?

— Откуда ты это узнала? — Роберт выпрямился. — Властитель тебе сказал?

— Нет, я увидела это… Когда он случайно ко мне прикоснулся, — объяснила я. — Будто я смогла попасть в его мысли или воспоминания… Там он был в мантии ученого, и кристалл усиления на груди…

Лукрецкий посмотрел на меня задумчиво и ответил:

— Он действительно когда-то был одним из нас, но считал, что заслуживает большего. У него были непомерные амбиции при довольно средних способностях, хотя он и был членом ученого совета. Но ему было этого мало. Он считал, что ему нарочно не дают достичь определенных высот, во всем видел козни врагов. А потом он оставил совет и пропал. Долгое время о нем не было слышно, все успели забыть о нем, как вдруг… Он появился в своей новой роли… И напал на Амверту. Это был его родной мир.

— Как его настоящее имя? — поинтересовалась я.

— Вэйлор Гросс, — Лукрецкий подавил вздох.

— Вы были знакомы с ним лично?

— Мы учились с ним вместе в Академии, потом виделись в совете, но близко не общались. Он был младше меня на пять лет… Сейчас же я даже не знаю, как он выглядит. Бездна могла съесть его время и молодость, а могла и остановить старение…

— Почему же о нем нет информации в книгах, учебниках, раз имя его известно? Почему все о нем молчат, будто его не существовало раньше?

— Так и есть. Он перестал существовать для всех, кто его знал. И его имя и происхождение запрещено упоминать в любых источниках информации.

— И что мы будем делать дальше? — спросила я. — Теперь, когда весь план пошел наперекосяк.

— Будем думать, — Лукрецкий пожал плечами. — У нас есть еще время и один аркавитум… Сейчас главное, чтобы ты поправилась скорее.

— И Александр… — осторожно добавила я.

— Конечно, и Александр, — рассеянно кивнул Роберт. — Кстати, пойду его проведаю… Как он там…

— Он будет рад, — едва слышно отозвалась я.

Лукрецкий снова неопределенно махнул головой, ободряюще похлопал меня по руке и со словами:

— Поправляйся, — вышел из палаты.

День в одиночестве, наполненный мыслями и страхами, выматывал. Где-то за стенкой был Александр, я хотела и не хотела видеть его одновременно. Мой нынешний облик обрекал меня на страдания, и я бы многое отдала за то, чтобы перескочить в тот день, когда стану прежней. Я то и дело щупала свое лицо в слабой надежде, что оно уже не покрыто безобразными морщинами.

Время от времени ко мне заходил доктор Райнс, ставил капельницы и покрывал меня лечебными камнями.

— Александр спрашивал, можно ли к тебе, но я пока придерживаю его, объясняю все множеством процедур, — сказал мне доктор. — Но если ты разрешишь, я пущу его…

— Подержите его еще немного, — мне было очень стыдно просить об этом, но еще больший стыд я испытывала от мысли, что Алекс узнает, какая я сейчас. — Мне надо еще немного времени… Чтобы привыкнуть…

Райнс понимающе кивнул.

— Доктор, — позвала я его, когда он уже собрался уходить, — а есть шанс, что моя прежняя внешность вернется ко мне раньше, чем зрение к Алексу?

— Трудно сказать, — он слабо улыбнулся. — Возможно, это случится и в одно время.

Ох, как бы хотелось в этом хоть бы на минутку опередить Александра…

После ужина ко мне снова заглянула к Чарли, вот только она была не одна, а с Ритой. В первое мгновение я даже разозлилась на нее за то, что она привела с собой нашу бывшую врагиню. Через что бы мы не прошли с Ритой вместе, но ее отношение ко мне в прошлом забыть было трудно. И метаморфозы, произошедшие со мной, вполне могли вызвать у нее злорадство.

Но Рита вела себя довольно сдержанно, просто поздоровалась и спросила, как я себя чувствую. Правда, любопытство, с каким она рассматривала меня, скрыть ей было трудно.

— Мне уже намного лучше, — с бравадой проговорила я. — А что слышно в Академии?

— Все по-прежнему, — Чарли пожала плечами и села на свободный стул. — Мы все временно вернулись к занятиям, хотя настроение совсем не учебное. Один Скай, кажется, рад. А мы, вообще, тут с одной идейкой пришли, — перевела она тему, поглядывая на Риту.

— У меня есть крем, — та достала из кармана баночку. — Он с магией аллаев. У него очень сильный омолаживающий эффект, хоть и кратковременный. Им постоянно пользуется моя престарелая тетка и выглядит вполне ничего. Мы вот подумали, что тебе он тоже поможет… — и она протянула его мне.

— Спасибо, — я была растеряна таким жестом помощи, особенно от Риты. — Но откуда он у тебя в Академии? Тебе он явно не нужен, — я натянуто усмехнулась.

— Через меня его передают профессору Велленсу, — понизив голос, призналась Рита. — Он заказывает его у моей родни постоянно.

— Профессор Велленс? — я, хихикнув, вспомнила молодящегося преподавателя «Философии времени». Он должен был вести у нас этот предмет на втором курсе, но за эпатажный вид и поведение мы все узнали и запомнили его куда раньше. — Надо же…

— А меня это даже не удивило, — хмыкнула Чарли. — Ну давай же, пробуй скорее крем.

— Прямо сейчас? — я отчего-то запаниковала.

— Ну конечно, чего тянуть? — поторопила подруга.

Я открыла баночку и зачерпнула немного крема. Запах у него был немного горьковатым, а консистенция очень густой. Я нанесла его на лицо тонким слоем.

— Разглаживаются! — вскрикнула Чарли. — Морщины! Они исчезают!

Я быстро схватила зеркальце — и просияла. Я, конечно, не стала выглядеть на свои реальные двадцать, но лицо заметно разгладилось. Во всяком случае на ощупь было почти как прежде. Теперь я могу показаться перед Александром!

— Спасибо, Рита, — но только я успела это произнести, как мое лицо снова стало меняться не в лучшую сторону. Морщины возвращались. — Ох… — разочарование было трудно скрыть.

— Я же говорила, что эффект временный, — виновато произнесла Рита. — Обычно его хватает на день, но в твоем случае, видимо…

— Нужно просто нанести его жирнее! — подскочила Чарли и сама стала мазать мне лицо. — Вот так.

На этот раз эффекта хватило почти на пять минут, и это была маленькая победа, потому что я наконец смогла встретиться на те самые пять минут с Александром, чтобы успокоить его и убедиться самой, что он идет на поправку. Однако мне пришлось, как Золушке с бала, убежать от него, как только ощутила, что лицо вновь покрылось морщинами.

Но как ни крути, это было для меня хоть маленькое, но спасение. Тем удивительней, что его подарила мне именно Рита Клиренс.