Глава 23

От неудобной позы во сне тело все затекло, и я поморщилась, выныривая из дремы. Светало, и в помещение уже пробивались первые лучи солнца. Вот только я помнила, что засыпала, приткнувшись к стене, проснулась же, лежа на плече Александра. Сверху я была укрыта его же пиджаком. Сам он сидел с закрытыми глазами и мерно дышал. Спит? Я осторожно убрала голову с его плеча, потом тихо встала, чтобы немного размять мышцы.

После моей ночной «вылазки» в окно мы почти сразу пошли спать, хотя я и была не прочь поболтать о чем-то. Но Александр был как всегда неразговорчив, вновь погрузился в свои мысли, лишь однажды поделился со мной волнением перед встречей с мамой.

— Я даже не знаю, что ей сказать при встрече, — признался он. — Столько лет не видел ее…

— Все произойдет само собой и наилучшим образом, — попыталась подбодрить его я. — Но если хочешь… Я могу сходить с тобой за компанию.

— У тебя учеба в это время, — хмыкнул Александр.

— У тебя тоже, — возразила я. — Придумаю что-нибудь. Возьму справку в медкрыле. Да и в эту пятницу никаких серьезных зачетов нет.

— Я не уверен, что это хорошая идея, но… я подумаю, — ответил он, тем самым подарив мне маленькую надежду.

Я посмотрела на спящего Александра: даже во сне его лицо не было расслабленным, а на лбу залегла легкая морщинка. Он сам, его поведение, слова, поступки — все это было загадкой для меня. Он то притягивал к себе, то отталкивал, строил барьеры и тут же ломал их, обдавал холодом, а после согревал взглядом или словом. Это сводило с ума, заставляло сердце метаться в растерянности. Что у него самого в мыслях и на сердце?

Александр открыл глаза за мгновение до того, как в замке провернулся ключ. Мы даже не успели перекинуться словом, как дверь открылась, впуская Лукрецкого.

— Доброе утро, — сухо произнес он. — Надеюсь, ночь раздумий пошла вам на пользу.

— Смотря что считать пользой, — огрызнулся Александр, поднимаясь.

— Если тебе не хватило ночи, не беда, — отозвался Роберт, — у тебя будут еще сутки для прочистки мозгов. Надеюсь, ты не забыл, что сегодня после обеда и до завтра ваша группа отправляется на Вечный остров для тренировок? Вместе со мной.

Александр изменился в лице. Похоже, он действительно об этом забыл. А завтра ведь пятница, и он хотел снова сходить в Эллиос… Вот черт! Мне самой стало досадно от сложившейся ситуации, представляю, каково ему.

В комнате меня ждали взволнованные Чарли и Ян. Брат сразу обнял меня, а подруга затараторила:

— Наконец-то! Я ночь не спала, место себе не находила. Мне передали, что ты наказана ректором вместе с Александром, но не сказали за что. Мы с Марком уже всякое передумали… Что вы натворили?

— Попали под горячую руку Лукрецкому, — ответила невесело я и вкратце рассказала, как все было. Тайну Александра о его родителях я, конечно же, сохранила.

— Ужас, как вы всю ночь в этой башне провели? — Чарли обняла меня.

— Не самое приятное место, это уж точно, — вздохнула я.

— С другой стороны… — выражение лица подруги изменилось, появилась хитрая улыбка. — Провести всю ночь наедине с одним из самых популярных парней Академии… Неужели ничего такого не было, а?

— Ничего, — отчеканила я. — И можно я наконец пойду приму в ванну? А то кошмарно себя чувствую…

— Конечно-конечно! — замахала руками Чарли. Водные процедуры для подруги было святым.

На завтраке я тоже получила толику заботы в виде двойной порции от Тины.

— Ешь, — сказала она на мое робкое возражение, — со вчерашнего обеда голодная!

И это было правдой: голод меня мучил страшный. Я заметила, что у Александра порция тоже была больше обычной, только ел он ее не особо с аппетитом. Он даже поделился частью с Марком, который в это утро сидел с ним. Они о чем-то переговаривались и, судя по серьезным лицам, о приближающейся тренировке.

Я не видела, как они уходили в портал на Вечный остров, узнала об этом от Яна, который бегал провожать их. Вернулись они действительно на следующий день к обеду, вполне себе бодрые, и все в целости и сохранности, небольшие царапины и ссадины — не в счет. Похоже, подобные совместные тренировки отнюдь не такие страшные, как нахождение на острове одному и в качестве наказания. Позже Марк рассказал, что во время них на ночь ставят защиту от всяких тварей и непогоды, поэтому им даже обычно удается поспать.

Ну а впереди у всех нас маячила суббота и очередное испытание Турнира. Волнений, как в первые соревнования, не было, лишь легкое напряжение и бесконечные предположения о том, что нас ждет на этот раз.

Начало испытания мало чем отличалось от предыдущих. Нас вновь собрали на стадионе и стали выдавать уже привычные ленточки в синем и красном цвете.

— Сегодня вы снова будете разделены на пары, — сказал Лукрецкий, — как и в прошлый раз: выбираем участников среди тех, у кого лента другого цвета. У вас пять минут.

— У меня синяя, — расстроенно протянула я, глядя на такую же синюю ленту у Чарли.

— Не повезло, — горестно вздохнула та.

Синими же оказались ленты и у Марка, и у Александра и даже у Ская, поэтому выбор партнера усложнился. Не Риту же брать в пару?

— Давай со мной, — около меня появился мой однокурсник Аридж Дикер.

Во время занятий мы редко общались, а на первом испытании я и вовсе получила от него красящую пулю, но из тех, кто был под «красной лентой», он единственный, кого я более-менее знала. Поэтому я не стала отказываться и кивнула:

— Давай.

Остальные тоже потихоньку разбивались на пары, чаще все так же со своими однокурсниками.

— Вижу, все определились, — зазвучал опять голос Лукрецкого. — Теперь правила. Сегодня будет легкие испытания, никакой спешки, нагрузок, неизвестности и опасности, никакой другой реальности. Это даже скорее не испытание, а игра. Все будет происходить здесь, на стадионе. Возможно, кого-то это обрадует и подбодрит, — он усмехнулся. — Испытания будут на вашу логику, внимание и память. Кроме того, сегодня запрещено использовать магию, имейте до в виду. Да, и бороться вы будете друг против друга в паре.

Все начали нервно переглядываться между собой, даже Марк проявил озабоченность и растерянность.

— Да, вы правильно поняли, — ректор заметил наше волнение и опять чуть усмехнулся. — Сегодня, разбиваясь на пары, вы выбирали себе не партнера, а соперника. Таким образом, после окончания испытания из двадцати вас останется всего десять, остальные покинут Турнир. Испытание будет включать в себя три раунда, три игры, которые многим знакомы с детства. За каждый вы получите по одному очку. Кто наберет два очка — тот сразу побеждает. Итак, начинаем первый раунд. Играем в «Баланс».

Перед нами появились десять столов, а на них — высокая квадратная башня из брусков.

— Догадались о сути игры? — спросил Лукрецкий.

— «Падающая башня»? — хмыкнул Марк.

— У нас она называется «Джоуг», — вспомнил Аридж.

Мне тоже была знакома эта игра, хотя, стыдно признаться, я в нее ни разу не играла. Кажется, нужно вытягивать по очереди по одному бруску, но так, чтобы башня не обвалилась. Проигрывает тот, на чьем ходу она все-таки рухнет. В следующую секунду Лукрецкий подтвердил мои догадки и объявил о начале раунда.

— Давай ты первая, — усмехнулся Аридж. — Девушки вперед.

— Вот уж спасибо, — вздохнула я. И вытянула брусок из верхнего ряда. Осторожность пока не помешает.

Аридж оказался более решительным и ловко забрал брусок из середины. Снова моя очередь. Надо взять для баланса с другой стороны. Есть!

Соперник тоже сделал свой ход без потерь.

Мой ход. Фух, пронесло…

Башня пока была устойчива, но каждый последующий шаг мог стать для меня роковым.

Аридж изловчился и вытянул почти снизу, посмотрел на меня выжидательно исподлобья. Похоже, решил пойти ва-банк.

Грохот падающих брусков с соседнего стола отвлек нас обоих. Это был Марк и его соперник Оскар Юнд. Последний выглядел раздосадованным, а вот Марк лучился торжеством. Кто из них победил, ни у кого не возникало сомнений.

У Риты Клиренс тоже раунд подошел к концу: ее башня рухнула на несколько секунд позже. Из-за нее.

Но мне надо было наконец сделать свой ход. Я прикусила губу, вглядываясь в бруски. Какой, какой из них не нарушит баланс? Руки вспотели, пока принимала решение. Ладно, вот этот. И я потянула… Башня качнулась, а мое сердце ушло в пятки. Но прошла секунда, другая… Стоит! Она устояла! Невероятно!

— Теперь ты, Аридж, — тихо сказала я. И сердце замерло в ожидании.

Аридж долго примерялся, пока наконец не схватился за брусок. Медленно, медленно начал тянуть…

— Нет! — его разочарованный возглас потонул в грохоте развалившейся башни. Нашей башни.

— Одно очко за тобой, Диана, — с улыбкой похлопала меня по плечу проходившая мимо Каролина.

А на табло в этот же миг появилась надпись: «Диана Венедиктова/Аридж Дикер — 1/0». Ниже я увидела строчку с именем Александра. В этом раунде очко тоже было за ним. А вот Чарли проиграла и стояла расстроенная в сторонке.

— Второй раунд, — поднялся Лукрецкий. — У вас по двадцать шариков, красного и синего цвета соответственно. И поле с ячейками пять на пять, — в следующий миг на уже пустых столах появилось квадратное деревянное поле с круглыми лунками. — Делая по одному ходу, вы должны заполнить своими шариками одну из линий: горизонтальную, вертикальную или по диагонали. Играете тоже до двух побед.

Так, а это уже похоже на «крестики-нолики», только чуть сложнее, не по три в ряд, а по пять. Что ж, попробуем…

Эта игра шла быстрее, и я, и Аридж чувствовали в ней себя куда уверенней. Однако первый заход закончился победой Ариджа. Во втором же мне удалось отбиться и выстроить свои шарики по диагонали. Наступил третий заход… Если я сейчас выиграю, то выиграю и все испытание, так ведь? Две победы здесь, и две победы из трех во всем испытании.

— Извини, — с этими словами Аридж положил свой шарик между моими, тем самым разбивая мой ряд и создавая свой.

И как я не заметила? Черт! Ведь это было так очевидно! Надо было ходить по-другому! Теперь я видела возможности для своего выигрыша, но было уже поздно. Какое разочарование…

— Пока ничья, — я попыталась улыбнуться.

— Да, сражаемся дальше, — подмигнул Аридж.

А вот для шести пар испытание Турнира уже подошло к концу со счетом «2/0». Я не удивилась, увидев среди вышедших в следующий тур Марка и Александра, Скай тоже получил два очка, а вот судьба Чарли, как и моя, должна была решиться в третьем раунде.

— Оставшиеся участники, приготовьтесь, — произнес Лукрецкий, — последняя игра. На внимание и память. Перед вами будет ряд из двенадцати шариков разных цветов. У вас будет тридцать секунд, чтобы запомнить их расположение. Затем от вас потребуется восстановить этот ряд в точности. Сверять шарики будут по одному. У кого первого встретится ошибка, тот и проиграл.

Уф, а вот здесь придется попотеть. Ну ничего, я люблю играть во всякие запоминалки.

Теперь около нас стоял еще и один из преподавателей. Нам достался профессор Роуэнс, не самое позитивное сопровождение, но все ж лучше, чем историк Цвик, который оказался у Чарли и ее соперницы.

Профессор отодвинул деревянную «шторку», за которой в длинной лунке оказался ряд шариков. По бокам были еще две лунки, пока пустые, для нас с Ариджем.

— Время пошло, — объявил Роуэнс.

Так, запоминай Диана… Красный, два желтых, зеленый, синий, снова зеленый… Я проговаривала цвета про себя, пыталась найти ассоциации, чтобы хоть как-то уберечь в памяти.

— Время вышло, — Роуэнс резко закрыл ряд. — Теперь у вас минута, чтобы восстановить все у себя.

Итак, начнем. Первый точно красный. Первый и последний. Потом два желтых, да! Предпоследний зеленый, помню. Так.. После желтого тоже зеленый… Там, кажется, шло чередование зеленый-синий-зеленый… Я бросила украдкой взгляд на Ариджа и его ряд. Что? У него синий-зеленый-синий? А вдруг я ошиблась? Вдруг там действительно был вначале синий… Ладно, заполню пока остальные, потом вернусь к этим, подумаю.

После же всего на раздумьи оставались секунды. Аридж же выглядел вполне спокойным и уверенным, не то что я. Так что? Синий или зеленый? Синий…

— Все, минута вышла, — объявил Роуэнс.

Черт, не успела! Ладно, пусть остается зеленый.

— Проверяем, — произнес профессор и отодвинул шторку на один шарик.

Красный, да! Аридж тоже улыбнулся.

Желтый, да… Снова желтый… Отлично.

И вот наконец тот самый момент. В висках застучало от волнения, губы пересохли. Аридж тоже напряженно прищурился. Зеленый или синий?

Роуэнс медленно сдвинул шторку… Зеленый? Действительно, зеленый?

— Диана выиграла, поздравляю, — спокойно констатировал Роуэнс, захлопывая ряд.

Вместо крика радости из меня вырвался какой-то писк, а Аридж расстроенно ударил рукой по столешнице. Но потом все же произнес:

— Поздравляю, Диана.

— Поздравляю! — это был уже Марк, который спешил стиснуть меня  в своих медвежьих объятиях. — Ты снова с нами!

— И я! — раздался счастливый визг Чарли. — Я тоже прошла!

— Дай тогда и тебя обниму, красотка! — и Марк подхватил ее и покружил. У подруги к ликованию от победы добавилась еще и эйфория от объятий Марка. Выглядела она весьма и весьма ошалело.

— Поздравляю, — услышала я Александра. Он, как всегда, подошел неслышно и остановился чуть поодаль.

— И тебя с победой, — отозвалась я, улыбаясь.

Алекс на это лишь усмехнулся.

Когда Лукрецкий стал перечислять имена тех, кто выбыл из Турнира, и поздравлять выигравших, его уже мало кто слушал. Стадион гудел, обсуждая прошедшее испытание, участники тоже спешили поделиться друг с другом своими эмоциями.

— Смотрите, снег! — вдруг воскликнула Чарли, показывая наверх, на прозрачный купол, под которым прятался стадион. На него, падая, ложились крупные белые хлопья.

— Самое время, — Марк, прищурившись, запрокинул голову. — Завтра ведь первый день зимы…

И теперь весь стадион, как зачарованный, смотрел на купол, который с каждой секундой все больше покрывался снегом. Первым в этом году.