Глава 6.2

– Да я же ничего не сделал! Это как раз вы помешали мне спокойно украсть артефакт и разобраться с наемниками!

– Красть нехорошо, – менторским тоном произнес я. – Второй урок тебе за сегодня.

Ян фыркнул.

– А может, я как раз должен был унести этот артефакт, когда вы мне помешали, а?! Потому в вашем времени столько изменений.

– Может, – серьезно согласился я. – Но пока вернемся к нашим баранам, то есть к тому, почему ты так важен. Ты слишком быстро сориентировался и не стал задавать вопросов, как оказался в будущем. А это, в свою очередь, приводит к мысли, что ты прекрасно знал, что воруешь. Однако сам ты явно в артефакторике не разбираешься. Наши имена ты уже знаешь. Тебе не кажется, что пора рассказать хоть что-нибудь о себе, раз уж мы трое связаны одной бедой?

– Как я уже сказал, я просто Ян, остальное не вашего ума дело, – отрезал он.

– Откуда ты? Из Элавии? – допрашивал я.

Вор помедлил.

– Из Фаэртона. Этот город в вашем времени еще существует?

– И по-прежнему стоит на границе с Иинаем, хотя его потрепало в Оборотническую войну, – ответил я.

Он склонил голову, внимательно наблюдая за мной.

– Какая еще Оборотническая война?

– Она разразилась под конец правления Исангерда дель Йенса, ты не можешь о ней знать.

– И… – Ян выдержал подозрительную паузу. – Чем она закончилась?

– Нашей победой, конечно же. Герцог дель Йенс выпустил указ, что оборотни – это не демоны, не какие-то мифические твари, а такие же граждане Маравийского герцогства, как и все остальные. Нас поддержали оборотни со всего континента – их оказалось гораздо больше, чем могли предположить в то время. С тех пор преследования оборотней у нас отменены, а в войске самые лучшие солдаты – это всегда оборотни. Так что вас даже любят.

– Вас? – он покачал головой. – Ты ошибся. У меня ничего общего с оборотнями нет.

Ну да, ну да. Я усмехнулся, решив промолчать. Переглянулся с Эвенвуд – она, судя по выражению лица, думала о том же самом. Все-таки она на редкость сообразительная девушка.

Наш новый знакомец по имени Ян мог отнекиваться сколько угодно, но то, что он оборотень, скрыть было невозможно. Нечеловеческие ловкость и скорость, поразительная гибкость, невероятно быстрое восстановление зрения после магической вспышки, еще и превосходное зрение в темноте – это он помогал нам выбраться из хитросплетения ходов подземелья, пока мы с Эвенвуд тыркались во мраке лбами в стены. Я бы предположил, что перед нами кто-то из семейства кошачьих – кот или рысь.

Однако если пройдохе угодно хранить свои секреты – пусть. Главное, что нам тоже не стоит ему полностью доверять.

– Кто приказал тебе украсть прибор и что сказал по поводу него? – продолжил я допрос.

Ян прикусил губу и с сомнением глянул сначала на Эвенвуд – та сложила на груди руки и приняла строгий вид, – затем на меня.

– Это часы времени, – признался он. – Их создал Кейн дель Адельграс, декан факультета артефакторики.

– Адельграс, – пробормотал я. – Он спроектировал и Ледяную Сферу, которая окружила целое герцогство магическим барьером. Великий ученый. Жаль, после него наш факультет стал угасать – не нашлось ни одной звезды, которая бы затмила его гений.

– Может, и к лучшему, потому что он не подумал, какую опасную штуку изобрел. С этой фиговиной можно прыгать, куда приспичит, и изменять действительность так, как нравится. Конкуренты заключают неудобную тебе сделку – скакнул и подстроил так, чтобы она не состоялась. К власти пришел неугодный тебе человек – снова скакнул и сделал так, чтобы этот человек никогда не рождался, – он посмотрел на нас ясными голубыми глазами. – Понимаете?

– Как тут не понять, – пробормотал я. – Артефакт хоть раз кто-нибудь использовал?

Он покачал головой.

– Мне об этом неизвестно. Адельграс не держал в секрете свою разработку, но и не сильно хвастался. Это только… как там у вас это называется… – Ян щелкнул пальцами, подбирая слово. – Прототип. Поэтому Адельграс пока не объявлял об изобретении во всеуслышание – боялся, что эта штуковина не будет работать и его все засмеют.

– Если бы в прошлом создали артефакт, позволяющий перемещаться во времени, мы бы об этом знали, – вставила Эвенвуд. – Такое открытие точно вошло бы в анналы истории!

– Разумная мысль, – согласился я. – Значит, в нашем времени Адельграса убедили уничтожить все записи о его изобретении. Но либо у него не поднялась рука разбить часы, либо их кто-то успел украсть и спрятать, иначе бы я не нашел их на черном рынке.

– Ай-яй-яй, господин декан, – упрекнула аспирантка. – Человек вашего положения – и черный рынок?

– А вы бы что сделали, Эвенвуд? Позволили старинным шедеврам артефакторики дальше валяться в пыли и безвестности – и это при том, в каком упадке наша наука? – нахмурился я.

Она отвернулась, щеки прелестно зарумянились. Ну да, как я и предполагал. Лилиан сделала бы то же самое. Аспирантка, достойная своего научного руководителя…

Ян задумчиво почесал затылок.

– Не знаю, что там у вас за анналы и что в них должно войти, но выходит, что никто из нас не понимает, как эта штуковина действует и как ее починить, чтобы мы все могли вернуться домой. Верно?