Глава 13.2

– Вы надо мной издеваетесь? – едва не взревел Стив. – Лилиан, выходи! Я знаю, что ты здесь!

– Ой, простите, это мое, – неожиданно кокетливым голосом протянул Ян, поднимаясь, и плавно подал Бэннону крепкую мозолистую ладонь для рукопожатия. – Простите моего грубого спутника. У него такие отсталые манеры… Позвольте представиться, Марианна!

Опешил не только Стив, но и я сам. А Ян совершенно женским движением повел плечами и как бы невзначай уточнил, перегораживая Стиву путь:

– А вы в каком купе остановились? Вы необычный мужчина, мне бы очень хотелось продолжить с вами знакомство, – провел он пальцами по груди неудачливого жениха Лил. – А то Дейман иногда бывает так суров…

Он подвигал бровями. Выглядело это… своеобразно. Особенно с учетом того, что одет герой Фаэртона был в мою, тесную ему и потому обтягивающую рубашку.

– Два шута! – процедил Стив, бросив то ли брезгливый, то ли испуганный взгляд на руку оборотня, и захлопнул за собой дверь.

Мы с облегчением выдохнули. Затем я посмотрел на Яна, вздернув бровь.

– Марианна, значит?

– Не спрашивай.

– Даже не думал.

– Я сам расскажу, – довольно осклабился оборотень.

– Ни мгновения в тебе не сомневался.

Ян усмехнулся.

– Я был шпионом. Чтобы пробраться во дворец герцога неузнанным, пришлось надеть личину служанки по имени Марианна. Но учти: мне это не нравилось, и повторять этот опыт я не намерен.

– Да уж надеюсь…

Я поднял диван и подал руку Эвенвуд. Та села, закашлявшись.

– Вы в порядке? – встревожился я.

– Да, в полном. Здесь терпимо, только пыльновато. Я, кстати, подумала, что тут вполне может поместиться рысь…

– Нет, – сразу же отреагировал Ян, плюхаясь на свое сидение. – Нет и еще раз нет! Я же вам не таракан, а рысь! Благородная рысь, которая любит свободу и личную постель!

– А ведь какая была идея, – вздохнула Лилиан.

 

…Через полчаса мы сидели за столиком в купе и пили кто чай, кто кофе, наблюдая за тем, как в окне проносятся заснеженные ночные пейзажи Маравийского герцогства. Ян устроился на своем диване с ногами и хмурился. Он всё-таки беспокойно себя чувствовал в «этой железке», как постоянно называл паровоз. К тому же, поезд неслабо шатало на этом участке дороги через лесные холмы. Мы над ним и не думали смеяться. Для того, кто жил два века назад, оборотень на самом деле очень неплохо приспосабливался к современным достижениям науки.

Я только-только присел после того, как ходил к проводнику. Минут десять назад у поезда была короткая остановка. На ней высадили Стива. Мне даже жаловаться на него не пришлось – доберман чуть не укусил какую-то большую шишку, которая ехала в соседнем вагоне, и Бэннона со скандалом выставили прочь. А еще на этой станции в поезд сели новые пассажиры, и проводник меня разочаровал: свободных купе не будет, так что нам придется куковать втроем.

Когда я обмолвился об этом при проводнике, тот здорово занервничал.

– Извините! Вы у меня записаны как супруги Дейман и Лилиан Грант, а также их питомец, кот по имени Ян. У нас, к сожалению, нет специализированного вагона для домашних животных. Может, для вашего котика подойдет багажный?..

– Мы потерпим, – заверил я его.

Котик, м-да. Элла, старая выдумщица… Ну, три билета она все же достала. А как – это уже на ее совести. Мы в любом случае должны быть ей благодарны.

Не успел я устроиться и хлебнуть горького напитка, как Ян вытянул ноги и уселся за столом нормально, уставившись на нас с Лилиан.

– Доберманы, Стивены, пыхтящие железки – это всё прекрасно, но вы так и не объяснили, на кой нам ехать в Гернборг. Что там такое, чего нельзя было сделать в Элавии?

– Профессор Нейман Эшвинг, – я порылся в своей сумке и вытащил толстенькую монографию с его именем на обложке. – В нашем времени он был выдающимся экспертом по артефакторике, владея при этом и стихийной, и ментальной магией.

– О, Эшвинг! – глаза Лилиан восторженно загорелись, когда она повернулась ко мне. Из-под упавшей челки, отражая пламя свечей в подсвечнике, мягко светились ее глаза – будто огоньки в темной беспросветной ночи. – Современный гений! Всегда мечтала с ним познакомиться.

– Дейман, не появился ли у тебя соперник? – сощурился Ян.

Я строго посмотрел на него.

– Придержи свои фантазии при себе. Профессору Эшвингу семьдесят лет. Поскольку в Маравии артефакторика запрещена, официально он ей больше не занимается. Но содержание его трудов, – я постучал пальцем по тисненому названию книги, – выдает, что тот Эшвинг, которого знал я, и его местная версия мало отличаются друг от друга. И если я всего лишь посетил пару его лекций, то с местным Дейманом они, похоже, были хорошими друзьями. Ночью у себя в кабинете я нашел несколько писем, в которых они обменивались сведениями о магии, использующейся притивными племенами. Артефакторика там тоже упоминалась – ее же только в Маравии недолюбливают, а в остальном мире ей как занимались, так и занимаются. И еще в письмах профессор интересуется у меня такими вещами, на которые постороннему человеку было бы плевать: подыскал ли я себе невесту, как поживает Элла и так далее.

– К часам-то это какое отношение имеет? – нахмурился Ян, постукивая пальцами по столу. Кажется, он начинал злиться, когда не успевал за ходом мысли.

– Такое, что в моем времени Эшвинг был хранителем Музея артефакторики. Здесь его, разумеется, не существует. Однако в письмах профессор тонко намекает, что мог проверить некоторые теории на своем оборудовании, которое называет алхимическим.

– А артефакторы применяют то же оборудование, что и алхимики, – пояснила для Яна Лилиан.

– Так что если у нас и есть шанс, то с Эшвингом, – продолжил я. – А если и там будет провал, то в любом случае в Гернборге проще найти нужные материалы. Столица всё же.

– Если только с ней не произошло еще больше катастрофических изменений, чем в Элавии, – заметил оборотень, опустив подбордок ниже и поглядывая на нас исподлобья.

– Ну, не увидим – не узнаем, – я пожал плечами. – Большого выбора у нас нет: либо сидеть сложа руки и ныть, либо делать хоть что-то. А поныть всегда успеем.

– Справедливо, – согласился он, усмехнувшись. – Я уже говорил, что мне нравится ваш оптимизм? Пожалуй, надо брать с вас пример.

И Ян лениво потянулся и вытащил из вещей бордовый томик «Истории Маравийского герцогства». Кажется, тот самый, где описывалась Оборотническая война.

– Э-э… – протянула Лилиан, подавшись вперед. – Ты серьезно хочешь подсмотреть действия своих врагов?

– А что? – Ян поднял на нас выразительный взгляд с приподнятыми бровями: глаза смотрели непривычно холодно и дерзко. Быстро он из дурашливой «Марианны» превратился снова в опасного хищника, судя по всему, действительно неглупого и довольно расчетливого, который свое не упустит. – Дейман сказал, я буду генералом. Глупо было бы оказаться в будущем и не выяснить, как это произошло!

Я не удержался и собрался было хмыкнуть, но неожиданно для себя передумал и только зевнул. Надежды, возлагаемые на кофе, не оправдались. Впрочем, и кофе в паровозе по качеству сильно уступал тому, к какому я привык.

– Ладно, вы как хотите, а я этой ночью почти не спал, поэтому собираюсь хорошенько выспаться перед встречей с профессором Эшвингом, – сообщил я. – Чего и вам рекомендую.