Глава 25

Я уходила из общежития на закате. Эстиона Разящая любезно помогла мне уменьшить мой нехитрый скарб и весь он уместился в две коробки. В одной был гардероб, во второй книги и тетради. Флори вызвалась помочь мне с переездом и дотащить одну из коробок. Дриада также обещала помочь с кроватью. Учитывая, как легко Флори меняла все деревянные предметы одним прикосновением, в этом вопросе я ей доверяла.

Лавка аптекаря была закрыта. Коробки я до времени оставила внизу, а сама отперла чердак. Запустив впереди светлячок, мы с подругой вошли и с любопытством огляделись.

Против ожидания, пыли и паутины здесь не было, а потолок оказался достаточно высоким, чтобы я могла выпрямиться в полный рост. Вдвоем с дриадой мы втащили наверх две узкие лавки, установили антимагический барьер и дочь леса принялась колдовать.

Спустя десять минут я стала обладательницей небольшой, но очень красивой кровати из дерева теплого золотистого цвета. Ее полукруглое изголовье было украшено целым пейзажем, сотканным из прожилков в древесине. Можно было разглядеть высокие горы, покрытые лесом, водопад, облака на небе и дорогу, уходящую в сторону заката.

В углу нашлись три доски, которые дриада несмотря на мои протесты, реквизировала для обустройства жилища. С легкой руки Флори одна из досок выровнялась до приятной гладкости. Дриада прирастила ее к окну, и получилось что-то среднее между подоконником и небольшим столом. Вторая доска стала удобной книжной полкой. Третья же на миг размягчилась, словно тесто, превратилась в шар, а после приняла форму табурета.

— Я хотела стул, но тут дерева не хватило — смущенно развела руками мой кудесница, после чего я в благодарно обняла подругу, не дав сказать больше ни слова.

Единственное что огорчало: некуда было вешать одежду. Но завтра я собиралась прикупить большой сундук с тремя отделениями и прибить на стену несколько крючков.

От лавки до академии было пять минут ходьбы. Мы с дриадой успели в столовую к ужину, после чего попрощались и я покинула ставшие родными стены.

Пока в сумерках шла до лавки аптекаря, прочувствовала все оттенки тоски и одиночества. Я привыкла, что дриада рядом, к тому, как вечерами вместе делаем домшаку, сидим за чаем или болтаем в темноте перед сном, а теперь я снова одна.

К тому же мне сегодня предстоит спать на жесткой деревяшке. Что ж, говорят, это полезно для спины! Но видят стихии, эта мысль не помешает мне проклинать своего "жениха" пока не засну! Чтобы ему, костлявому, икалось там, в Снорре!

Если сейчас я питаюсь в столовой, то летние каникулы станут будут для меня катастрофой! Без стипендии, отдавая по десять оденов за свой чердачный приют, я останусь только с пятнадцатью серебрушками, которые надо растянуть на месяц. На это можно один раз в день есть у Блэза, но только первую половину месяца. А дальше можно спокойно садиться рядом с нищими у храма Четырех Стихий. К тому же мыться мне отныне придется ходить на реку. Благо я недавно разучила заклинание невидимости и можно не опасаться, что меня увидят.

Надо искать вторую работу на лето или изобрести способ, магией варить кашу прямо на своем чердаке. Но долго ли я протяну на такой диете?

Хорошо еще, что завтра нет занятий. Выходной я планировала потратить на приобретение постельного белья, одеяла, подушки и матраса, но утром мои планы неожиданно изменились.