Глава 9. Полигон

Для разнообразия я проснулась раньше будильника. Голова уже не болела, видимо, капельница от дока сделала своё дело, а вот на рёбрах растеклись два симметричных светло-голубых синяка. Когда я вернулась в бокс, Натан сгрёб меня в охапку и чуть не придушил в медвежьих объятьях, причитая, что всё случившееся – его вина. Он долго извинялся, что назначил место встречи в столовой и опоздал, и если бы не его сообщение, то я не пересеклась бы с ларками и не ввязалась бы в драку… Так я не рискнула ему говорить о том, что синяков он наставил мне больше, чем мои обидчики с боевого направления. Я даже представить себе не могла, что Натан так сильно за меня переживал всё то время, пока я пребывала в гостях у дока. Отчасти я даже обрадовалась, что «Люцифер», так я стала называть про себя командора Киара Леру, приказал мне вернуться в бокс, а не ночевать в медотсеке.

Наскоро приняла душ и посмотрела на жирные пятна от сырного соуса на своей форме. Шварх, обычное мыло так и не взяло их, придётся идти за пятновыводителем. У нас с кадетом Танеко была одна на двоих стиральная машина, установленная в общем санузле, а вот сублимированные таблетки для стирки и пятновыводитель кадеты должны были покупать сами.

Время было раннее, Натан всё ещё спал, а потому я мышкой прошмыгнула в гостиную, а оттуда – в коридор и направилась к вендинговым автоматам, еженедельно пополняемым всякими нужными мелочами. Выбрала самый дешёвый пятновыводитель, а затем мой взгляд задержался на автомате с женскими гигиеническими принадлежностями. А мне как раз не помешает пополнить собственные запасы. Оглянулась – в коридоре никого не было. Метнулась к автомату, быстро сунула купюру в отверстие, сгребла всё нужное и раскидала по карманам. Автомат зашуршал, начиная отсчитывать сдачу. Из-за угла послышались чьи-то шаги и голоса. Вот ведь шварх! А был бы у меня чип с привязкой к банковскому счёту, а не наличные, не пришлось бы ждать. Автомат, словно издеваясь, медленно, монета за монетой отсчитывал сдачу. Шаги и голоса стали громче, я почувствовала, как потею от нервного напряжения. Если меня сейчас застанут у автомата с женскими принадлежностями, то я вопросов не оберусь. Наконец, последняя монета упала в мою подставленную ладонь, я выдохнула, выпрямилась, и в этот момент почувствовала чью-то руку на своём плече.

– Станислав?

Я медленно оглянулась, судорожно соображая, что сказать в своё оправдание, но слова так и замерли у меня на губах. Передо мной находились два мощных ларка, и шерстяные треугольные уши на их головах стояли торчком. Я сглотнула сухой ком в горле. Неужели и эти – друзья Тодда, пришедшие мне отомстить за кадетов Ригора, Трайна и Раймона?

– Ты же Станислав Радонежский, да? – повторил один из них.

Я кивнула головой. Как назло в коридоре больше никого не появлялось.

– Ой, как здорово! А я – Свэн Свитти, – ларк широко улыбнулся и подал мне свою огромную ладонь.

Я осторожно приняла рукопожатие, но почти сразу моей рукой завладел второй ларк.

– А меня зовут Керри Кент, – представился он.

Несколько секунд мы стояли молча и смотрели друг на друга. Я всё время ожидала подвоха и была готова дать стрекача в любую секунду, а ларки играли в гляделки друг с другом.

– Мы вчера видели, как ты с девчонками общался, – начал свою речь Свэн.

Я вчера с девчонками? Какими? Когда?..

– Ну, и задание шаутбенахта Крагора ты здорово выполнил, конечно! – подхватил Керри.

– А, вы из моей группы, что ли? – до меня только-только стало доходить, что это не друзья Тодда.

– Да, а что, ты нас не узнал? – немного насупился Керри.

– Нет… – я пожала плечами, как бы извиняясь.

– Ой, да ладно, он же человек, – махнул рукой Свэн. – Мы для него все на одно лицо, не расстраивайся, Керри.

Я не могла сказать, что все ларки для меня совсем уж на одно лицо, но одинаково мощные корпуса, шерсть на груди и даже немного на шее, а также большие треугольные уши делали их достаточно похожими друг на друга.

– Я жил среди людей на Захране, а потому, действительно, не очень хорошо разбираюсь в других расах, – примирительно произнесла я. – К тому группа у нас большая, сорок человек, я всех ещё и не запомнил. Только вот девушек пока, их-то всего трое…

– И правда, – вдруг заливисто расхохотался Керри немного отрывочным, лающим смехом, – как же я сразу не сообразил. Ты запомнил всех цыпочек из нашей группы, зачем тебе знать в лицо нас?

Он с такой силой похлопал меня по плечу, что я с трудом устояла на месте и удержала на лице улыбку. Такими темпами синяки у меня будут не только на рёбрах, но и на плечах. Нет, определённо, чем лучше гуманоиды ко мне относятся, тем больше синяков ставят. Кадеты Ригор, Трайн и Раймон выбрали неверную тактику, им не толкаться и унижать меня надо было, а просто каждый день горячо здороваться. Последняя мысль заставила улыбнуться.

– Мы это… в общем, видели, как тебе махали рукой Тамара и Дорина, – наконец перешёл к делу Свэн.

– Познакомишь нас с ними, а? – взмолился Керри и сделал такие большие просящие глаза, живо напомнив мне бродячего пса, который постоянно крутился у школьной столовой в моём детстве, что я чуть не прыснула со смеху.

– Познакомлю, – кивнула я. А чего? Мне не жалко. Девчонки и вправду хорошие, а за последнюю неделю, как я стала лучше говорить на общегалактическом, они так насели на меня в столовой, что от их трескотни голова стала пухнуть. – А чего сами не подойдёте и не познакомитесь?

– Да ты их видел? Они ж такие красотки, – мечтательно произнёс Керри. – С такими, как мы, без общих знакомых они даже не заговорят.

Я ещё раз посмотрела на Керри и Свэна. Ларки как ларки, крупные, мускулистые, в стандартных синих комбинезонах Космического Флота с белозубыми улыбками и немного пугающими меня вертикальными зрачками. Свэн чуть выше ростом и шатен, Керри ниже, но коренастее, каштановый брюнет. В общем-то, ничего необычного. То ли я не разбираюсь в мужской красоте, то ли конкретно в ларках, но по мне ребята как ребята.

– Ой, а что это ты стоишь у этого автомата? – неожиданно спросил меня Керри, впервые посмотрев мне за спину.

И тут я поняла, что попала. Краска тут же залила мне лицо и шею, стало трудно дышать. Шварх, шварх, шварх!!!

– Э-э-м-м-м… покупаю, – промямлила я, оттягивая неизбежное.

– Что покупаешь? – брови Керри взлетели вверх.

– Нужные вещи, – я пыталась увильнуть от ответа.

Свэн толкнул друга локтём в бок и громко зашептал:

– Слушай, Керри, ну что ты, как маленький, а? В этом автомате самые большие упаковки резинок. В соседнем всего лишь по три и по двенадцать есть. Сам же видел, что Станислав всегда в женском обществе в столовую ходит, и даже Дебора ему единственному разрешила за соседний симулятор сесть…

Я смотрела на ларков ни жива, ни мертва. Как же мне всё-таки повезло, что конкретно в этом автомате продаются ещё и средства контрацепции! Да, конечно, в современных реалиях девушки предпочитают пользоваться противозачаточными имплантами, которые вшивают сразу на несколько лет. Но импланты не защищают от болезней, передающихся половых путём, не говоря о том, что при таком раскладе мужчине приходится на слово верить женщине. Именно поэтому старые верные презервативы всё ещё популярны среди представителей мужского пола, которые не хотят внезапно обзавестись незапланированным потомством.

Пришлось, не пошевелив и мускулом лица, чтобы себя не выдать, развернуться и на глазах лыбящихся ларков купить упаковку на двести пятьдесят шесть презервативов. В душе я проклинала чрезмерно любопытных одногруппников, так как потратила на это дело ещё целых пятнадцать кредитов! С другой стороны, пятнадцать кредитов – не такая уж и большая сумма, чтобы моё инкогнито осталось не раскрытым.

Под незлые подшучивания и подмигивания Керри и Свэн проводили меня до моего бокса, где в дверях уже ожидал мрачный Натан. Перезнакомив всех друг с другом, я распрощалась с новыми знакомыми до занятий и повернулась к соседу, замершему со скрещенными руками на груди.

– Ну-с? И как это называется?

– Что? – опешила я от грубого тона Натана.

– То, что с утра пораньше ты пропадаешь из собственной спальни, а возвращаешься в обществе каких-то шерстяных охламонов, в то время как вчера на тебя напали двое из этой расы.

Я стояла, открыв рот от изумления и не понимая, что не так.

– Натан, это мои одногруппники, – попыталась я до него донести, – мне так и так придётся с ними общаться, почему бы не подружиться? Ты сам знаешь, что Космический Флот на добрую треть состоит из ларков! Тот факт, что трое из них на меня напали вчера, не делает всю расу подлыми и агрессивными гуманоидами!

Мой сосед лишь плотнее сжал челюсти, несколько секунд буравил меня взглядом исподлобья, поигрывая своей внушительной мускулатурой, а затем молча развернулся и ушёл в свою комнату. Я всплеснула руками. Ну, вот и что я сделала не так на этот раз?!

В комнате на кровати меня ожидало мигающее сообщение на коммуникаторе. Я поставила наручный коммуникатор на ночь на зарядку и, собираясь к вендинговым автоматам, забыла его надеть. Шварх! Люцифер прислал мне моё новое индивидуальное расписание, согласно которому у меня будут дополнительные тренировки по физической и боевой подготовке вместе с ним. И первая – уже сегодня вечером. Настроение, испорченное ссорой с Натаном, упало ещё ниже.

Я внимательно изучила расписание ещё раз. С другой стороны, у меня пропадают математический анализ, вариационное исчисление и теория струн. По всем этим дисциплинам я получаю отметку «отлично» автоматически в соответствии с результатами сданных экзаменов. Ну что ж, всё не так плохо, как могло бы и быть. Согласно новой программе, у меня остался целый выходной в воскресенье, а также встречается несколько окон на неделе для выполнения домашних заданий, да и такие дисциплины, как программирование и пилотирование на симуляторах, остались нетронутыми. Этот Люцифер – гад ещё тот, но, судя по всему, опыт курирования кадетов у него имеется.

Я вздохнула, переоделась в спортивную форму, так как первой парой у меня стояла общая физическая подготовка с капитаном Валлуни, и поплелась в столовую. Таноржец всё ещё дулся на меня, а потому на моё: «Натан, тебя на завтрак ждать?» – ответил молчанием и даже не вышел из своей комнаты. Завтрак я поглощала машинально, не чувствуя вкуса. К счастью, из знакомых в столовой никого не было, и я сидела за столом одна. Мысли были заняты тем, что предстоящая пара будет не просто унизительной, а сверхунизительной для меня. Мало того, что сейчас все будут вновь тыкать в меня пальцем и смеяться из-за того, что я значительно слабее общей массы, так ещё пара сдвоена с боевиками! То есть там будут все кадеты, которые присутствовали вчера на обеде и видели, как Дик меня держал за волосы… Я застонала, опуская ложку с пшённой кашей в контейнер. Нет, не могу больше есть. Скинула остатки еды в утилизатор и положила поднос на место.

В итоге в секцию станции, значащуюся на карте коммуникатора как «полигон», выдвинулась раньше, чем планировала. И не прогадала. Оказалось, что полигон вынесен за пределы основного модуля, и добираться до него следует через тонкий прозрачный мост. Стены моста представляли собой настоящие иллюминаторы в пол, а не плазменные экраны как в моём боксе. Через тонкий стеклопакет открывался вид на великолепную галактику. Я даже не представляю, сколько времени простояла, не в силах оторваться от иллюминатора. Множество крошечных светящихся точек – белоснежных, песочно-жёлтых, холодных голубых и алых, являющихся центрами систем, – подобно цветочной пыльце вращались по эллипсам и уплотнялись ближе к центру, образуя настолько ослепительно яркое скопление, что на глаза наворачивались слёзы. А где-то там, внутри этого невероятного сияния, находилась сверхмассивная чёрная дыра.

– Вселенная! Как же красиво! – вырвалось у меня.

– Всего лишь гигантское космические скопление звёзд, газа и пыли, удерживаемое силами гравитации, – хмыкнул кто-то позади меня.

– Ты только представь, сколько там планет, видов и форм разумной жизни, неизвестных нам металлов и газов! А сама галактика! Представь, что галактика, которую ты видишь через каких-то два или три миллиарда лет столкнётся с той, в которой мы находимся сейчас. Звёзды и планеты будут перемешиваться, притягиваясь, центры галактик сольются в одно единое, а ты, как крошечная песчинка среди бушующей бури в пустыне, даже не заметишь этого! – я проговорила это, всё ещё любуясь упоительной во всех смыслах картиной.

– Да ты настоящий поэт. Удивительно, что пошёл на технаря, а не аналитика с таким виденьем мира, – ответил мне голос.

Я обернулась, чтобы посмотреть, кто же мой циничный собеседник, и встретилась с пронзительными фиалковыми глазами цварги. Чёрный комбинезон обтягивал её стройное гибкое тело, выгодно подчёркивая тонкую талию и небольшую, но высокую грудь. В отличие от мужчин её расы у девушки не было ни рогов, ни хвоста. Лишь клыки да необычный фиолетовый цвет кожи выдавали в ней цваргу. Кажется, ларки упоминали, что одногруппницу зовут Дебора.

– Аналитики большую часть жизни сидят в своих лабораториях и исследуют эти виды и формы жизни, а я же хочу бороздить космос и наслаждаться его разнообразием, – примирительно ответила я. – А ты как оказалась на техническом?

Видимо, я задала какой-то неправильный вопрос, так как Дебора напряглась всем телом и зашипела, словно потревоженная гадюка:

– Что, тоже считаешь, что мне не место на техническом?! Тоже думаешь, что это направление способны потянуть лишь парни, а я оказалась здесь лишь благодаря папочкиным деньгам?! Как бы ни так! Я честно сдала абсолютно все экзамены!

Фиалковые глаза заметали молнии, Дебора бросилась к шлюзу, ведущему в полигон, но я рванулла за ней и схватила за руку. Как же сильно в этот момент цварга напомнила меня саму! Ведь одноклассники постоянно дразнили меня «мусорной королевой» и считали, что мои высокие оценки и уважение учителей – лишь следствие отцовских денег. Один только Рик был долгие годы моим другом и поддерживал, успокаивал, верил в меня, в конце концов. Мне стало жалко Дебору, ведь у неё-то здесь явно не было друзей, захотелось её поддержать, сказать, что она молодец, раз сама смогла поступить в Академию Космического Флота. Я прекрасно понимала, что это такое, когда тебя воспринимают лишь придатком к кошельку родителя. Боль, отразившаяся в фиалковых глазах, была слишком сильно мне знакома.

Миг – и цварга с перекошенным от ярости лицом обернулась ко мне, обнажив своим острые клыки.

– Отпустил, я сказала! – прошипела она так, что мороз прошёлся у меня по коже, а фиалковые глаза заволокло красной пеленой.

Очевидно, вместо того, чтобы успокоить её, я смогла добиться прямо противоположенного эффекта.

– Прости… я не хотел… – я мгновенно отпустила руку, будто обжёгшись обо что-то горячее.

Цварга криво усмехнулась и произнесла:

– Я была о тебе лучшего мнения. А оказывается, ты такой же, как все, – и скрылась в шлюзе.

Я ещё несколько секунд переваривала услышанное, прежде чем тронуться с места. Какой шварх на меня нашёл хватать её за руку? Зачем вообще погналась? Ладно, остынет, и, может, мне удастся с ней поговорить нормально. А ещё было бы неплохо выяснить у Ирэны и Арэны, что я сделала не так.

С этими мыслями я перешагнула порог шлюза, и меня практически вдавило в пол, как будто мой вес увеличился как минимум вдвое. Даже дышать неожиданно стало заметно труднее. Что за шварх тут происходит? Почему всё так тяжело?! С усилием переставляя ноги, я прошла по коридору и вошла в огромный просторный зал. Вдоль правой стенки в ряд выстроились кадеты, среди которых были и ларки, и цварги, и миттары, и даже пикси. Множество знакомых и незнакомых лиц одновременно. Кто-то узнал меня в лицо, Тамара и Дорина вновь помахали руками, Керри и Свэн сдержанно кивнули. Тройки вчерашних нападавших я не увидела, зато зацепила взглядом свидетелей моего позора. Стараясь на них не смотреть, мышкой прошмыгнула на полигон и встала в строй последней, сразу за Деборой. Она гордо задрала подбородок и сделала вид, что рядом с ней пустое место. Ну и ладно.

В зал вошёл капитан Стивен Валлуни. Сейчас он показался мне чуть крупнее, чем я его запомнила в баре «Три пингвина», а может быть, это обманчивый полумрак тогда скрыл комплекцию офицера, сыграв со мной злую шутку. Ведь недаром даже траск отступил тогда перед капитаном, не желая ввязываться в драку. Стивен хмуро осмотрел нас, ненадолго задержал взгляд стальных серых глаз на мне, а затем произнёс:

– Добро пожаловать на полигон, кадеты! Отныне все ваши тренировки по физической подготовке будут проходить в этом месте. Вижу, что не все успели добраться до места занятий вовремя. Очень жаль.

Именно в этот момент дверь открылась, и на пороге появилось двое растрёпанных пикси и один миттар. Все трое выглядели запыхавшимися. Явно спешили, не рассчитав, что придётся добираться так далеко.

– Тридцать отжиманий за опоздание и встать в строй, – отдал приказ капитан Валлуни, не оборачиваясь на вошедших. – Итак, на чём я остановился? Ах да, все тренировки будут проходить здесь. Вы, наверно, уже обратили внимание, что полигон вынесен от основного модуля станции, а чтобы попасть сюда, вам даже пришлось пройти через шлюз. Кто мне скажет, что это может означать?

В зале наступила тишина, которую нарушило лишь тяжёлое дыхание троих опоздавших. Я мысленно содрогнулась от наказания капитана. Сурово он. Не представляю, как можно отжиматься здесь, когда даже обычные шаги даются мне с таким трудом, будто бы на каждую ногу навесили по здоровенному утяжелителю.

– Что, ни одного мыслящего существа на целых два направления?! – возмутился капитан Валлуни.

– Сэр, я думаю, что полигон вынесен за пределы станции, чтобы удобнее было тренироваться, – произнёс какой-то ларк с боевого.

– Сорок отжиманий, кадет Горн! Разумеется, полигон вынесен отдельно, чтобы было удобнее тренироваться! Не ёрничать мне тут. Ну, кто ещё выскажет разумные предположения?

После того, как кадета Горна наказали, уже никто не хотел строить догадки. Я неожиданно поймала себя на том, что этот грозный капитан совсем не похож на того добродушного и подвыпившего мужчину с Зоненна, который спас меня из крупной передряги.

– Здесь столько народу и ни одного гуманоида, который имел бы мозги, а не кашу в голове?! – капитан Стивен был недоволен тем, что мы молчали.

Неожиданно слева от меня взметнулась чья-то рука.

– Да, кадет?

– Мне кажется, что полигон вынесен за пределы станции из-за технических особенностей этого сектора и специального оснащения.

– Имя?

– Дебора Даффи, сэр.

– Направление?

– Техническое, сэр.

– Что ж, хорошо, кадет Даффи, – кивнул капитан. – Ваша догадка верна. Что Вас натолкнуло на такие мысли?

– Притяжение, сэр. Оно здесь заметно сильнее, чем в общем отсеке. К тому же, Вы сами обратили внимание, что данный сектор соединён со станцией шлюзом. Это слишком дорогостоящая вещь, чтобы быть обычным соединением. Я полагаю, что это специальная состыковка между частями станции, на которых действует различная сила тяжести.

Меня как обухом по голове ударило, я невольно покосилась на цваргу с уважением. А точно же! Как же я сама до такого не додумалась! Это объясняет то, почему тут так сложно ходить… Шварх, да тут даже стоять тяжело! Опоздавшие кадеты, обливаясь потом и тяжело дыша, встали в строй. Причём шестирукие пикси, которым, казалось бы, упражнение вообще должно было выйти как щёлканье орешков, выглядели ещё более вымученными, чем миттар.

– Кадет Даффи получает «отлично» за применение мозгов на занятии по физической подготовке, – объявил капитан Валлуни. – Больше никто высказаться не желает?

Он обвёл взглядом строй. Все молчали. Я украдкой посмотрела на однокурсников и обратила внимание, что кое-кто из них незаметно для себя приоткрыл рты, кто-то заметно побледнел. Вот ведь шварх, неужели это всего лишь действие повышенной силы тяжести?!

– Я смотрю, в строю присутствуют трое кадетов с Танорга, – я даже вытянула голову и посмотрела туда же, куда смотрел капитан. Действительно, трое темноволосых накаченных парней со смуглой кожей стояли через пятнадцать гуманоидов от меня. – Эта планета всегда отличалась технологическими новинками. Что скажете?

– Сэр, мы полностью согласны с кадетом Деборой, – произнёс один, сделав шаг вперёд.

На лицах практически всех присутствующих читалось одно и то же выражение: «Мы что, разглагольствовать пришли сюда? Когда уже тренироваться начнём?»

– Ясно, – в голосе капитана прозвучало еле уловимое разочарование. – Тогда встать в строй, право-о-о, шагом…

– Капитан! – с удивлением я услышала собственный голос.

– Да, кадет Радонежский? – капитан обернулся ко мне, а его серые глаза уставились на меня с непонятной мне смесью чувств. – У Вас есть что добавить?

Все посмотрели на меня, как на самоубийцу. Перебить капитана, который явно был не в лучшем расположении духа, да ещё и сурово наказывал!

– Да, сэр! Я считаю, что помимо повышенной силы тяжести в данном отсеке ещё изменён состав воздуха. Я практически уверен, что на полигоне пониженное содержание кислорода.

– Что Вас заставило так думать, кадет Радонежский? – холод в серых глазах на миг сменился удивлением.

– Во-первых, состояние однокурсников. Одышка, частое дыхание, обильное потоотделение у тех, кто отжался менее пятидесяти раз. Во-вторых, всё тот же дорогостоящий шлюз, на котором Вы акцентировали наше внимание. Если бы дело было лишь в силе тяжести, то можно было бы обойтись более простым механизмом. Ну, и в-третьих, с Вашим наказанием легче справился миттар, чем пикси, хотя у последних нагрузка распределилась не на две руки, а на все шесть. Единственное, в чём миттар превосходит пикси в силу особенностей расы – система дыхания, так как у него есть и лёгкие, и жабры, а, следовательно, он может добывать больше кислорода из окружающей среды.

– Хвалю. Ставлю «отлично» кадету Радонежскому. Пониженное содержание кислорода в воздухе можно заметить лишь по косвенным признакам. К сожалению, организмы гуманоидов настолько глупы, что у нас нет встроенных систем оповещения, когда уровень кислорода в окружающей среде падает до критической отметки. Именно поэтому внезапная потеря сознания от гипоксии – самая частая причина смерти десантников Космического Флота на планетах, которые по всем показаниям приборов пригодны к жизни. На моих занятиях вы будете постоянно сталкиваться с чем-то необычным, придумывать, как решать задачи в нестандартных условиях и адаптироваться к изменяющимся условиям. Физическая подготовка – это не просто накачанные мышцы, это, в первую очередь, работающая голова на плечах! А теперь, кругом, шаго-о-ом марш! Бе-го-о-ом!

И мы побежали. Было зверски тяжело, пот заливал глаза, я с трудом переставляла ноги. Радовало то, что я не услышала ни одной пошлой шутки в свой адрес – все ларки с боевого направления сражались с нехваткой кислорода так же, как и я. Но мне было сложнее вдвойне, так как моя выносливость не шла ни в какое сравнение с выносливостью остальных кадетов. Неожиданно для ларков и цваргов, привыкших, что именно они лучше всех справляются с заданиями по физической подготовке, вперёд выбились миттары. Судя по их перекошенным лицам, это стало сильным психологическим ударом. Затем пошли самые обычные упражнения, такие как отжимания, подтягивания, качание пресса и приседания. Разумеется, чтобы не умереть прямо на полигоне, я халтурила, как могла. Отжималась медленно, недоделывала упражнения, незаметно давала себе отдых тогда, когда никто на меня не смотрел. К концу тренировки пот катился с меня градом, форма насквозь промокла, мышцы ломило, от меня воняло так, как не воняло ещё никогда в жизни, а самое главное: я чувствовала лёгкое головокружение, свидетельствующее, что ещё немного – и я потеряю сознание. Несколько пикси и один таноржец всё-таки рухнули на пол ближе к концу тренировки. Кто-то бросился к ним, но был остановлен властным окриком:

– Оставьте, роботы уберут.

Когда капитан объявил, что тренировка окончилась, я просто не поверила своим ушам.

– Все могут идти, кадет Радонежский, задержитесь, пожалуйста.

Отчаянно кусая губы, я сдержала разочарованный стон. Как же я ненавидела этот полигон! Как же мне хотелось вдохнуть настоящий воздух с нормальным содержанием кислорода! А помыться… да я бы все оставшиеся кредиты отдала бы за то, чтобы мне разрешили помыться!

Капитан Стивен удивил меня. Как только двери за последним кадетом закрылись, офицер протянул мне кислородную маску. Разумеется, без лишних вопросов я сразу же надела её и сделала несколько жадных вдохов-выдохов живительного кислорода. Когда моё дыхание стало более или менее нормальным, капитан начал диалог:

– Станислав, я не просто так Вас позвал. Мне доложили о вчерашней драке в столовой.

Я мысленно застонала. Ну да, было бы глупо предположить, что капитан позвал меня лишь для того, чтобы заботливо дать подышать через кислородную маску.

– К сожалению, в этом году я являюсь куратором боевого направления, – было следующей фразой капитана, которая стала для меня открытием.

И вот тут я всё-таки застонала. Шварх! Неужели меня попросили остаться, чтобы повторно промыть мне мозги на тему того, что я вела себя недостойно? Капитан усмехнулся непонятно чему.

– Сам не рад этому. Я окончил техническое и считаю, что самые талантливые кадеты учатся именно на нём. Но адмирал настоял на том, что в последние годы среди боевого направления совершенно нет офицеров, кто получил бы звание выше майора. Выпускники этого направления – отличные бойцы, но они совершенно не умеют думать. Их просто некому вести в бой и направлять.

Я слушала и чувствовала, как мои зрачки становятся от удивления всё больше и больше. Так вот почему в начале нашей тренировки был такой странный опрос, что не так с полигоном, и почему капитан пытался добиться ответов от кадетов.

– Вы поэтому хотели, чтобы мы сами заметили, что состав воздуха отличается? – осторожно предположила я.

– Да, – капитан кивнул. – Я рад, что ты заметил, это доказывает, что я всё-таки не ошибся в тебе. Что касается вчерашней драки…

Капитан Валлуни замолчал, подбирая слова.

– Этого больше не повторится. Я знаю, что поступил плохо и должен теперь извиниться перед ларками, – забубнила я, вспоминая разговор с Люцифером.

– Это тебе твой куратор сказал? Киар Леру?

– Да, командор, – уныло подтвердила, избегая встречаться с капитаном взглядом.

В голове моментально всплыли его оскорбительные слова о том, что невозможно измерить коэффициент того, что в природе отсутствует. Капитан Валлуни несколько секунд наблюдал за моим лицом, а затем неожиданно запрокинул голову и весело расхохотался:

– Вот ведь, паршивец! Решил, что если унизит тебя, то таким образом отомстит мне.

– Простите? – я смотрела на преподавателя по физической подготовке по все глаза.

Он перестал смеяться почти так же внезапно, как и начал.

– Вот что я тебе скажу, Стас, – он дружески хлопнул меня рукой по плечу. – Я уже поговорил с идиотами со своего направления, они обещали, что больше не полезут к тебе. Что касается извинений – тот тут решать тебе, как поступить. Ничего не могу посоветовать. Формально, конечно, это ты первым заварил драку, да ещё и нанёс им серьёзные травмы, но фактически они сами на тебя напали. Я уже наказал их по всей строгости. Что касается тех ларков, что смотрели и не вмешались, – будь уверен, они тоже будут наказаны. А теперь беги по своим делам. Только я рекомендовал бы зайти тебе в медотсек и попросить энерговосстанавливающую сыворотку на основе кислорода, глюкозы, эль-карнитина и аминокислот. Скажи Дориану, что это я попросил тебе её выдать.

Я не могла поверить своим ушам! Капитан Стивен Валлуни, куратор боевого направления, не только не накинулся на меня с обвинениями, но ещё и дал «добро» на сыворотку! Реакция капитана шокировала меня до глубины души.

– Спа… спасибо, – произнесла я растроганно, возвращая кислородную маску.

– Ты, кстати, починил своего робота? – вдруг спросил Стивен.

– Нет, капитан, – я опустила глаза, вспомнив об Анчоусе и том, что с сегодняшней вынужденной покупкой презервативов я ещё не скоро скоплю на плату и инструменты для своего киберняня.

– Да брось, Стас, мы пили с тобой вместе. Когда мы вдвоём, можешь обращаться ко мне на «ты» и звать Стив.

Я удивлённо посмотрела на капитана и медленно кивнула головой. Мне-то в целом всё равно, как к нему обращаться, я-то наоборот не хотела нарушать субординацию, но если он настаивает, то кто я такая…

– У тебя уже была робототехника или аэрокосмическая техника? – тем временем продолжал расспросы Стивен.

– Нет, но сегодня будет.

– Тогда задержись после урока и прибери за собой. Капитан Теонора очень любит порядок. Она обязательно разрешит тебе воспользоваться инструментами, если ты произведёшь на неё впечатление чистюли, – подмигнул мне Стив.

– Спасибо за совет, – ещё раз благодарно кивнула я и широко улыбнулась. Хороший всё-таки мужик, этот капитан. – Мне уже пора.

– Давай, до встречи, – капитан повторно хлопнул меня по плечу. – И да, Стас, – донеслось до меня, когда я уже выходила из дверей полигона. – Тебе неплохо было бы немного подкачаться. А что касается нашего маленького секрета знакомства, то я надеюсь, никто об этом не узнает. Хорошо?

Мои уголки губ расплылись в невольной улыбке. Похоже, капитан переживает, как бы я не сдала его, что он сделал предложение мне стать кадетом Академии Космического Флота, находясь в алкогольном опьянении. Хотя тело ужасно болело после утомительной тренировки, руки и ноги почти меня не слушались, полигон я покидала в настроении куда лучшем, чем когда я туда пришла.

***

Капитан Стивен Валлуни стоял и смотрел в спину удаляющемуся кадету. Нет, всё-таки он не прогадал, взяв на борт транспортника этого пацана. Одинокий, худой, забитый, он точно будет тянуться к любому, кто предложит ему руку помощи и дружбу. Войти в круг доверия Стаса не составило капитану никаких проблем. Тщательный расчёт Стивена оправдал все его самые смелые ожидания: Киар Леру с первой секунды не только невзлюбил мальчишку, но и настроил против себя. Цварги вообще считают людей самой слабой и хилой расой, а тут ещё явно физически недоразвитый захухря. Для командора Леру, выпускника боевого направления с красным дипломом, кураторство над кадетом Радонежским – словно плевок в душу. И то, что в этом году боевое направление доверили именно капитану Валлуни, а не этому высокомерному цваргу – его рук дело. Капитану даже не пришлось настраивать Стаса против его куратора, тот и так отлично справлялся с этой задачей. Стоило Стивену только услышать о том, что Киар потребовал от кадета Радонежского извинений в адрес его обидчиков, капитана накрыло волной безудержного смеха. Всё складывалось как нельзя лучше!

«Ну что ж, командор. Ты отобрал у меня звание и любимую женщину, а я сделаю так, что твои же кадеты будут ненавидеть тебя и докладывать мне обо всех твоих промахах. В один прекрасный день я найду способ показать Аврелии и всему Космическому Флоту, что ты – лишь выскочка, добившийся своего положения и звания нечестными и подлыми методами».