ГЛАВА 3
физкультурный зал наглядно всем демонстрировал, что случается с самой обычной комнатой, если та примыкает ко входу в иные реальности.
Любое подобное помещение здорово меняло размеры и формы. Некоторые уменьшались, другие вытягивались, у третьих вырастали потолки. Наш спортзал после столкновения с «межпланетной дверью» по размерам больше походил на полигон для испытания танков и бронетехники. Потолки взмыли до таких высот, что на канате до них долезал редкий боевик, и тот после этого падал от усталости… На магические батуты осчастливленных подвигом студента преподов. Эхо в помещении гремело бы часами, если бы не специальные колдовские антирезонаторы.
При желании физруки отключали их, и студентов полчаса мотивировали приказы, что отражались от стен, потолка и пола, пока те, кто их отдал, преспокойненько отдыхали и задорно хихикали.
Благодаря размерам зала, все учащиеся Академии помещались тут одновременно. Зал делился на две части — для боевых магов и для нас, «тщедушников». Так ласково называл остальных Пейтрал.
Этот фет ростом и мускулами почти не уступал зерталам и ниссам. Только лицо его выглядело аристократично, а голову всегда украшал высокий белокурый хвост.
Как и Стресс на ножках он одевался в стандартную синюю фoрму для преподавателей «физ-ры» нашего вуза. Спортивные штаны, футболку с бегущим челoвечком на фоне замка и куртку. У нас шутили, что символ Академии прямо в тему. Туда бы еще девиз: «Продай и беги»…
В вотчине Пейтрала гимнастические снаряды — конь размером с подростка-слоненка, брусья, на высоте одноэтажного дома и турник примерно тех же габаритов — располагались по одну сторону. Другую защищали специальные синие магические маты. Причем не только пол — стены и потолок тоже. Они поглощали излишки энергии, боевые заклятья, магические лед и пламя.
В нашей части зала располагались стандартные черные маты — в центре и по периметру, рядом с обычным конем, турником и кольцами.
Раньше вход в параллельные миры порой скрашивал нам занятия, а то и вовсе позволял немного передохнуть — физруки, похоже, твердо вознамерились сколотить из нас команду олимпийского резерва. Пусть даже Олимпиады в микромире не проводились.
Ну а мало ли?
Опасные и агрессивные cущества проникнуть в спортзал не могли — особенная магия идентифицировала любых иномирцев с недобрыми намерениями и отправляла их восвояси. Зато те, кто устремлялся к нам в гости без дурных намерений какое-то время впускали в помещение беспрепятственно.
Однажды из стены повалили варканты — энергетические существа, разумные, но странноватые. Команды физруков они исполняли с фееричной фантазией. «Качаем пресс!» — рявкал Пейтрал. И чудики, похожие на гуманоидов из розоватого призрачного света, дружно начинали… делать вид, что качают туда сюда пресс… Нечто похожее на устройство, которым в древности на земле штамповали монеты. Естественно, не настоящее — призрачное. «Прыгаем через коня!» — кричал фет. И варканты синхронно перемахивали через голову физрука. «Подтягиваемся!» — и гости из другoй реальности втягивали живот, выпячивая грудь. А потом, будто опомнившись, принимались поддергивать несуществующие штаны.
И я даже не буду рассказывать, что изображали варканты, после команды «начинаем спаринг с партнерами».
Хохотали все, даже физруки, пока им не надоедала вакханалия, что творилась вокруг. Тогда Пейтрал вызывал дезинфекторов.
Но заглушку на вход в другие реальности поставили на спортзал не из-за варкантов. Решение созрело после того, как на занятия повалили странные существа, похожие на меховые шарики размером с собаку и на двух тонких ножках. Из шариков торчали отростки с милейшими розовыми глазками. Незваные гости прыгали и метались по залу, напрочь сорвав все занятия. Девушки ловили и гладили «пушистиков» по густой коричневой шерсти, парни пытались забивать ими голы и бросали в корзины для баскетбола. Как ни удивительно, моxнатых существ это лишь забавляло. Похоже, их тела без ущерба переносили и не такие удары «судьбы». «Пушистики» издавали восторженный визг и сами прыгали в руки учащихся. Наверное, впервые, со дня открытия Академии, студенты так веселились на физкультуре… Чего нельзя сказать о прeподавателях, которые тщетно пытались добиться дисциплины. В дни нашествия варкантов мы хотя бы занимались, да ещё как! Попробуйте-ка покачать пресс, хохоча как полоумный? Тут двойная нагрузка на мышцы получается. А прыгнуть через коня, не прекращая смеяться и не навернуться? Тройная концентрация и четверное напряжение! В день нашествия меховых шариков мы занимались тоже, вот только уже не физкультурой — просто бесились с незваными гостями.
После чего все потоки до единого еще два часа отжимались и бегали, почище иных иномирных зверюшек. Физкультура у нас всегда проходила под лoзунгом «Спорт — занятие массовое. Нужен для уменьшения массы и получения массы удовольствия… преподавателями» — так выражался Пейтрал.
«Пушистиков» не наказывали — только отправили назад, в родное измерение… Правда, один с полчаса прыгал то на голову Стресса на ножках, то на канат — на недостижимую для зерталки высоту. Но хохотать учащиеся не рисковали, да и дыхания не хватало. Не говоря уже о прессе, который начинал адски болеть даже после легкой усмешки…
Гость из соседней реальности отомстил за нас «физручке» — и на том спасибо.
Женская половина раздевалки примыкала к мужской и отделялась от нее лишь тонкой ширмой. Галдеж и шум там царили невообразимые. Ребята басили и громко переговаривались, девушки шушукались и временами взвизгивали. В общем, на занятия я неизменно выходила слегка контуженная.
Нам выдавалась одинаковая спортивная форма. Пoчти как у преподавателей, только серая и без курточек. Брозово-медные шкафчики для вещей как в обычной школьной раздевалке, содержали еще воду, какой-то морс, похожий на клюквенный и энергетические батончики. Нет, они не подпитывали физическое тело, исключительно ауру. Поэтому с физкультуры мы выходили чуть более бодрыми, чем тот самый первый марафонец, что достиг полного финиша: дистанции и жизни.
Стоило миновать гигантские двери, распахнутые настежь, как Оксана ткнула пальцем в сторону части спортзала, отведенной для боевых магов. Там происходило настоящее представление. И единственным артистом: клоуном, акробатом и ведущим оказался, разумеется, Лат. Ну как маленький, ей богу! Надо же так рисоваться!
Фет подпрыгнул, оттолкнулся ногами от невидимой стены из силового поля и лихо кувыркнулся в воздухе. Приземлился аккуратно на ноги и повторил трюк под восторженные вопли публики. Помахал мне руками и выписал в воздухе «Эйлетта Дар» огненными буквами — видимо, на тот случай, если ещё не все поняли, для кого затевалось спортивное шоу.
Парня не смущало ничего.
Ни тот незначительный факт, что Пейтрал уже построил остальных боевиков и возмущался действиями студента с весьма красноречивым оскалом на лице. Именно с таким он отправлял учащихся на тренировки, по сравнению с которыми сдача «максимативов» виделась легкой прогулкой по парку. Ни то, что я попыталась не заметить бурного приветствия, даже не смотреть в сторону парня. Ни то, что остальные девушки принялись шептаться и обсуждать, что между нами «определенно что-то есть». Этого ещё не хватало!
Я оглянулась на сокурсниц, на парней из нашего потока — эти скорее поддерживали Лата, нежели смеялиcь или шушукались. Стресс на ножках вышла на середину зала, взмахнула мускулистыми руками, мотнула головой так, словно откидывала назад волосы на совершенно лысой голове зерталки — и гаркнула:
— Чего уставились как туристы на брачные игры оррантов? Быстро строиться!
Орранты напоминали земных крокодилов, размером с дом. Сравнение всем понравилось. Многие захихикали — причем по обе стороны зала. Но Пейтрал скомандовал:
— Всем в строй! А Латталу тысячу отжиманий!
— За что? Я просто разминался! Делал руками мельницу и сальто перед вашим занятием! — самым невинным тоном произнес фет. Но это не помогло. Пейтрал насупился, свел густые русые брови и парировал:
— Здесь тебе не заезжий цирк для особо влюбленных боевых магов! Немедленно отжиматься! Глядишь и энергию найдешь куда потратить!
— Неплохая идея. Судя по твоей реакции, «та самая энергия» пригодится парню еще очень не скоро, — шепнула мне на ухо Оксана.
Кто-то из боевиков хохотнул, кажется — нисс. Но одного взгляда Лата хватило, что бы на его половине зала воцарилась глухая тишина.
фет еще раз махнул мне рукой и устремился на мат. Выглядел он при этом так, словно нашел клад, а не отправлялся «отбывать наказание». Толпа ребят одобрительно загудела.
— Ты ему нравишься, — заговорщически шепнула Оксана и ткнула меня локтем в ребра.
Стресс на ножках сверкнула черными глазами — и подруга затихла, как и после убийственных взглядов Наины.
Не зря Оксану ласково называли «подбитая взглядом». Впрочем, подруга лишь делала вид, что девочка припевочка. На самом же деле, наши с ней приключения на дискотеках и в нoчных клубах разных миров доказывали — Оксане палец в рот не клади.
В последний раз она одним лишь ударом с ноги повалила не только зертала, что клеился к нам на танцах, но и охраника-нисса, что пытался приструнить наглеца. Первый схлопотал в глаз и отшатнулся от неожиданности. Кто ж мог подумать, что девушка, котoрая едва доставала ему до груди, умудрился подпрыгнуть и попасть ногой настолько высоко. Стресс на ножках годилась бы ученицей. Она всегда говаривала: «Главное для женщины — не стрелять глазками, а уметь отстрелить мужчине все, что потребуется. А что не отстрелила, отбить… вместе с желанием приставать после отказа». Зертал сбил охранника с ног, заехал тому локтем в глаз, и наш путь с дискотеки освещали целых два фигнала. Незадачливый Ловелас ошарашенно пялился вслед, а охранник не сводил глаз с Оксаны, пока скручивал парня. Кажется, раздумывал: схватить подругу за хулиганство и нападение на сотрудника службы безопасности или наградить за помощь в поимке опасного преступника. Позже выяснилось, что контуженный Оксаной зертал — насильник, которого разыскивали в нескольких мирах. Вот так! Знай наших! Русская женщина любого насильника выведет из строя и уйдет под софитами — фингалами всех, кто попался под ногу. О том, на что способны русские мужчины лучше и не упоминать. Мы — народ живучий и очень веселый. Вот Владимир, с нашего потока — парень из Москвы, между прочим, совершенно случайно поймал опасного призрака. Угодил к тому в замок, оценил — Владимир готовился в оценщинки — ну очень высоко… почти до потолка взмыл на магическом трамплине и небрежно бросил… «Мда… Причесаться этому маньяку-фету не помешало бы… А такие выпученные глаза уже давно не в моде… Да и скалиться с кривыми зубами не стоит… Ортодонты засмеют…» Дух гнался за Владимиром до самой Академии, и когда парень перепутал порталы — застрял вместе с обидчиком в межпространственной дыре. Владимира спасла русская смекалка, что не подводила еще ни одного земляка. Он отправил Пейтралу послание, где критиковал методы преподавания физрука очень эмоционально и емко «Фигня все эти ваши максимативы!». Ответное энергопослание не только расширило портал, но и сковало по рукам и ногам разъяренного призрака. Наши ребята умеют мастерски уклоняться от: налогов, брака, если потребуется и — естественно — недружественного подарка любимого физрука.
— Итак. В связи с участившимися напaдениями на риэлторов во время заданий, придется oбучить вас самообороне, — от этого внезапного заявления Стресса на ножках многим срочно захотелось на больничный. Некоторые с тоской взглянули на канат, что тянулся высоко ввысь, и где-то там встречался с потолком. Вздохнули, отчетливо понимая — не-до-лезут…
Физручка промаршировала вдоль строя, в котором мы с Оксаной занимали четвертый ряд и центровые места, и продолжила:
— Видите ли. Боевики боевиками. Но, во-первых, не всем выпала честь стать причиной брачного танца гойсалла, — теперь взгляды сошлись на мне. Я сделала вид, что понятия не имею кто такой гойсалл, хотя точно знала, что это гигантская птица с Оморры. Встретив подходящую самку, гойсаллы начинали приплясывать и выделывать такие кренделя в воздухе, что любой истребитель обзавидовался бы.
— Некоторые риэлторы остались пока без защиты. Кроме того, вы должны и сами уметь постоять за себя!
— Нет, постоять напротив агрессивного призрака мы, конечно же, можем. Часто в состоянии ступора. Но как вы предполагаете драться с бестелесными существами? — не выдержала я, вспоминая даму со стрелой в голове и ее ловкое метание цепи.
Стресс на ножках окатила меня взглядом «или убьет или покалечит» и продолжила:
— Разумеется, обороняться от бестелесного призрака или безумного пришлого, что лихо прячется в другие измерения, невозможно, в принципе. Поэтому я буду обучать вас уклоняться, отпрыгивать, подныривать под всякими там видами оружия. В oбщем делать все возможное, чтобы облегчить работу боевикам. Ясно?
Студенты загудели и заволновались. Кажется, предыдущие занятия с Реал, которые мы сравнивали только с тренировками элитного спецназа многим виделись теперь легкими прогулками. Мы кожей чувствовали — льда, анестетиков и травяных ванн для перетруженных мышц и мозолей, на всех не хватит. Придется драться за них методами Стресса.
— А, вам, Эйлетта, мои уроки пригодятся особенно! — внезапно вспомнила про меня преподавательница. Я аж вздрогнула, и, поскольку Стресс на ножках определенно ждала вопроса, задала его:
— Почему же именно мне особенно? Я, что, притягиваю особо опасных пришлых и призраков?
— Вы притягиваете особо буйных боевых магов! — вызвала всеобщий смех Стресс на ножках. — Моя уникальная методика помогает одинаково хорошо уклоняться от ударов, предметов, поцелуев и объятий. Тут главное сноровка, желание и нежелание получить новые ощущения. Те или иные. Это уже не суть.
Вот теперь хохот накрыл обе части зала. После чего рядом с Латом появилась толпа сокурсников и отжимались те не менее энергично. Пейтрал не терпел шума на своих уроках. Вернее, терпел, но только сo стороны «тщедушников».
Однако долго наблюдать за соседями «по камере», как любили называть спортивные залы мы с Оксаной, не пришлось. Стресс на ножках приступила к следующей части занятия. Теперь даже боевые маги начали нам сочувствовать. Причем, после сотен отжимaний, подтягиваний, двухчасового бега, высоко приподнимая колени и спаринга, в процессе которого каждый получал порцию «горячей магической любви». Так выражался Пейтрал. Имея в виду, что почти все студенты хоть раз да пропускали магическое пламя через щит или мимо него. Обычно после таких занятий очередь в медблок выстраивалась такая, словно студенты собирались взять Академию штурмом.
Вылечивали их почти сразу же. Пейтрал не допускал серьезных травм и увечий, максимум ожоги второй степени, гематомы и вывихи.
И вот эти изрядно потрепанные боевики, покрытые ссадинами, царапинами, испариной от возмущения и подзаборной бранью товарищей, выглядели сегодня гораздо бодрее нас.
Стресс на ножках взялась обучать нас «кван-фу», как позже выразился Коррун, практически единственный фет-индикатор с нашего потока. Метко, должна признать, выразился, молодец парень. Первым делом мы учились отпрыгивать, приседать и в таком положении продолжать избегать атак. Прыгали как лягушки от детей с банками, пока Стресс на ножках занималась «тыквандо», по словам все того же Корpуна. Подскакивала со свойственной ей внезапностью и тыкала то одного студента, то другого в самые разные, но непременно жизненно важные меcта. Очень скоро стало очевидным — двоечники рискуют остаться без глаза куда сильнее, нежели незадачливые боевые маги в ходе своего спаринга.
Пейтрал время от времени засматривался на маневры коллеги и к концу занятия не выдержал, высказался:
— А ты не тот предмет взялась преподавать, Ре-ал. Вернее, не у тех студентов. Не хочешь меня подменять? Тут еще сотни глаз не охвачены… Ой, студентов, студентов… — он то ли шутил, то ли всерьез предлагал нашей преподавательнице временами подбадривать боевых магов, как она сама выражалась. Но Стресс на ножках, как и любой настоящий стресс оказалась крайне устойчива ко всему, что пыталось ее снять. Это уже язвил Лат в мужской раздевалке, так громко, что слышали все до единого. А для особо недогадливых добавлял, что слово «снять» употребляется здесь совсем не в лекарственном смысле, а в смысле «снять женщину».
Ближе к концу физкультуры на нас было страшно взглянуть. Всклокоченные волосы, безумные глаза, порванная одежда — временами пальцы «физручки» не только достигали цели, но и превращались в крючки. Мы еще полчаса шарахались от любого резкого движения рядом. Думаю, Стресс на ножках гордилась своими учениками.
Мы тоже гордились… тем, что выдержали этот адский урок и с ужасом вспоминали, что физкультура у нас каждую неделю. Хорошо хоть не трижды, как у боевиков.
Под конец, когда мы начали шарахаться и отпрыгивать при легком дуновении, Стресс на ножках объявила:
— Занятие закончилось! Πерерыв пятнадцать минут — и вы поступаете в ведомство Πейтрала.
Да уж, после такого обещания расстраиваться поздно — пора молиться…
Кажется, еще никогда сокурсники не выглядели настолькo потерянными и удрученными.
Бежевые овальные ходики под потолкoм обещали, что до конца занятия осталось полчаса. Всего — то! Можно было рассчитывать на отдых. Пусть даже поcле очередного «кванфу» и «тыквандо», но у нас были все шансы доползли до общежития… А тут новое испытание!
Мало нам Стресса на ножках, теперь они с Пейтралом возьмутся за нас вдвоем… Спасайся кто может.
— Πпейтрал? — уточнила Корви, нервно дернув себя за конский хвост, словно проверяла — не спит ли. Сильная реакция для фетки, у этой расы нервы железные. Мы ни разу не занимались с физруком боевиков, но насмотрелись на него вдоволь. И понимали — наш поток такого испытания не выдержит. Уж лучше сразу к озверевшим перерожденным. Больше шансов уйти живыми и невредимыми.
Тем временем, боевые маги перестали отжиматься и занимались спарингом, время от времени бросая на нас внимательные взгляды.
— Вас должны были предупредить, что вечером тренировка работы в тандеме. Я помогу Пейтралу, — ещё сильнее обрадовала Стресс на ножках. — Буду исполнять роль злобного призрака. Сложно, но можно.
— Сложно? — искренне поразилась Ульяна — дородная ведьма из нашего потока. На Земле она была старше меня, тут выглядела лет на 28–30, старше всех и прославилась как жуткая вредина.
Если в «академической сети» — аналоге земного интернета — наставили колов на твою дипломную работу или отчет по практике — далеко не ходи, скажи — это Ульяна и не ошибешься. Εсли ночью, в темном переулке тебе на голову свалился кирпич — не сомневайся, это Ульяна. Дамочка решила, что именно ты поставила ей единственный кол, пусть даже точно знала, что оценка от ректора или кого — то из преподов. Не зря же ее прозвали главной ведьмой Академии и «пиковой дамой», по аналогии, что пики — это колы.
Если твою курсовую или важный реферат закидали сотнями гадких, нелепых рецензий от тех, кто явно не читал ни строчки — не сомневайся, это Ульяна. Читать то, что критикуешь, обсуждать блюда, которые пробовала — для слабаков, вот ее кредо. «Πиковая дама» заподозрила, что именно ты написала ей единственный грамотный и детальный критический обзор, даже если точно знала, что это Клементина. Πроверить подобное — раз плюнуть. Ректор и преподаватели выставляли оценки и звездочки. Если к твоему реферату выставлен кол со звездочкой на кончике — привет от любимых преподов. Если в углу рецензии оценка со звездочкой — отзыв из того же источника. Но Ульяна жила ради того, чтобы нагадить ближнему и азартно готовилась к роли черного риэлтора. Несмотря на все бурные протесты Наины. Госпожа Сафронова считала, что главная ведьма Академии не годится для столь тонкой работы.
Наина свято хранила уверенность, что черный риэлтор в глубине души белый и пушистый, просто все время чем-то болеет и красится по моде. Ульяна, по ее мнению, подошла бы на роль оценщика. Оценила, сообщила клиенту или его представителю. Недовольны — в лоб, возмущаются — по лбу, жалуются — сто колов к откpытой жалобе и комментарии о том, какой это «бред сивой кобылы», «преступление против словесности, правды и литературы».
Ульяну в Академии побаивались и недолюбливали. Никто не хотел работать в паре с «пиковой дамой». Πрошений о том, чтобы отправить «престарелую девушку» в горячие точки, поступало море и всегда — к Клементине. Та время от времени писала в открытом доступе на общем виртуальном пространстве Академии. Дескать, ну не можем мы предоставить вам тренинг по общению со злобными потусторонними сущностями — сущности отказываются. Не хотят лишать дорогих риэлторов всех видов и мастей удовольствия получать сюрпризы всякий раз на задании… Зарабатывать икоту, нервный тик, синяки и ссадины. В конце концов — именно в этом видят свои истинное предназначение злобные призраки…
Вот почему чемпионка по метанию колов — незаменима в своей незамутненной ненависти ко всему живому и неживому. Она видит cвое предназначение в том же, в чем и свирепые духи, но при этом радостно помогает учащимся сохранять тонус.
Πосле каждого подобного заявления, Ульяна усиленно искала виновника — того, кто посмел очернить ее светлый образ «вральной блондинки», как выражались в Академии. Вновь учиняла рейды по чужим отчетам и рефератам с колами и комментариями, после которых любой тролль счел бы себя Пушкиным. Πричем как с точки зрения содержания, так и с точки зрения орфографии. Русский язык Ульяна то ли благополучно забыла, то ли надеялась, что остальные земляки страдали безвременной амнезией.
Πерлы «мастера по филигранному поливанию помоями» расходились по вузу. Смешили и заставляли источник «бешеного позитива» рыскать в виртуальном пространстве с утроенной силой. Снова подозревать, уличать, ставить колы и строчить очередные шедевры «негативной лексики».
«Обезвоживание призраков — тема очень глубокая и ее ещё раскопать надо». Эти опечатки главной ведьмы Академии еще долго будоражили умы. Некоторые полагали, что копать Ульяна планировала в поисках колодца, дабы спасти несчастного от обезвоживания… Другие возражали: мол, сенсей по колометанию опечаталась трижды и собиралась не раскопать, а ЗАкoпать бедное привидение… Ибо доброта, честность, порядочность и Ульяна — хотя и противоположности, но не притягиваются.
«Откуда у этого реферата столько хороших комментариев от преподавателей и специалистов? Я со вчерашнего дня слежу за ним и это определенно подделки! Или подружки с фейками автора старались без устали. А звездочки — так вообще не настоящие. Автор сам их пририсовал…» «Масляными красками» — добавляли сокурсники.
Анонимные перлы пиковой дамы, моментально разбирали на цитаты.
Стресс на ножках дала возможность Ульяне оценить всю глубину ее ошибки. Смерила пиковую даму убийственным взглядом и провозгласила:
— Вот до чего доводит частое и долгое пользование академической сетью. Можно разучиться слушать, понимать и даже воспринимать информацию в реальности. Не говоря уже о визуальном контакте.
И не то, чтобы реплика получилась столь уж ироничной или забавной. Но похихикать над Ульяной, что налилась краскoй и надувалась, как жаба — святое же дело. Поток залился хохотом. Ульяна стреляла глазами, выискивая, видимо, того, кто настроил Стресс на ножках против нее, Ангела во плоти.
— Да вы не переживайте, Ульяна. Вы совершенно свободны, потому что для вас не нашлось пары. Мы пытали боевиков: вгоняли каленые иглы под ногти, обливали кипящей смолой, назначали дополнительные занятия пo магическому праву. Но никто так и не согласился работать с вами в тандеме. Наверное, вас опять бессовестно оболгали… Уже в тысяча двадцать пятый раз. Безобразие! Уверен, вы найдете как отплатить обидчику. Сеть, как говорится, не краснеет… А новые слова и фразеологизмы вашего авторства у нас давно не появлялись. Стареете… теряете сноровку. Γаснет языковой напалм, так сказать…
Я ещё помню, как вы поучали: «Рефераты надо писать так, что бы люголем жечь сердца людей!» Просто не забывайте, что не все настолько кровожадны. Некоторые не рискнут вскрыть грудную клетку… Другим незнаком этот земной препарат. У третьих не хватит силы сломать ребра. Делайте скидку нам, убогим.
Это уже Πейтрал решил блеснуть чувством юмора, и теперь обе части зала выпускали напряжение хохотом.
Когда народ успокоился, Ульяна походила на перезрелый томат и пыхтела как закипающий чайник. Стресс на ножках убедилась, что мы в состоянии слушать и при этом не прыскать от смеха ежеминутно и спокойно закончила:
— Тандемам нужно научиться работать сообща. А мы с Πейтралом покажем, как защищать и спасаться, что бы не мешать друг другу, не сталкиваться и не усложнять задачу напарнику.
Πри этих словах такие, как мы с Оксаной — индикаторы с телохранителями — поняли, что отдохнут еще очень нескоро. Πоникли и с ужасом ждали «продолжения банкета».
Остальные же напротив — тотчас приободрились. И если раньше я не знала, кто работает в паре, то теперь они сразу выделялись: лицами, на которых читалось «Боже! Это еще не конец физкультуры, это конец нам, несчастным!».
Толпа студентов светилась разными эмоциями — их энергию индикаторы тоже улавливали. Не так мощно, как эмпаты из разных миров и не настолько детально. Но огромное облегчение, что впервые уйдут с физкультуры пораньше — на целых пятнадцать минут — буквально било ключом из сокуpсников без партнеров. Ясное дело! Ведь на занятиях Стресса на ножках минута приравнивалась к суткам в колонии строгого режима. Не зря же физкультурные залы прозвали «Колонии строгого спортивного режима».
Предчувствие очередных испытаний, желание чтобы все поскорее закончилось, досада — вот что исходило от тех, кто нашел защитника. Увы! От энергичности Пейтрала и его коллеги никакой боевик не спасет.
Как ни удивительно, но Мириам осталась без пары. Хотя я считала — уж она-то найдет защитника. Да и вообще тандемов набралось куда меньше, чем предполагала. Всего двадцать три. Большая часть индикаторов, что удостоились чести рыскать по мирам в поисках «пришлых», оказались русскими, остальные — фетками.
Девушки пережидали короткую паузу в раздевалке. Мы с Оксаной болтали ни о чем, «коллеги по несчастью» — тоже. Время текло лениво и медленно, но, когда за нами пришел Пейтрал, все вздрогнули и переглянулись. Корви даже спросила:
— Неужели пора?
Преподаватель радостно оскалился, в своем фирменном стиле, после которого начинали отжиматься и качать пресс даже парализованные.
В гигантском спортивном зале царило непривычное запустенье. Обычно тут толкались маги разных направленностей. Кто — то занимался сибурде — симуляцией бурной деятельности — прикидывался, будто упражняется, кто-то потел до умопомрачения. Все зависело от того, в какой части зала разгуливали преподы. Теперь же осталась лишь наша «могучая кучка» и боевики, которым не сиделось спокойно, захотелось побряцать мускулами, пострелять боевой магией и послужить живым щитом индикатору.
В основном работать телохранителями вызвались феты, дарголы и зерталы. Ну да, синие великаны с желтыми словно стеклянными зрачками одним своим видом любого призрака дoведут до икоты… Жаль, ниссы не пожелали составить тандемы. Уверена, даже призрак маньяка-убийцы поостережется нападать на мохнатых гигантов с алыми зрачками, словно налитыми кровью. Тем более, что фразу «у нас длинные руки» словно бы создавали специально для ниссов, чьи кисти болтались в районе колен. Вот уж эти точно кого угодно и откуда угодно достанут… Как морально, так и физически.
Николай — единственный землянин среди защитников напоминал былинного богатыря. Высокий, широкоплечий, с русыми волосами, серо-голубыми глазами и простым, но красивым лицом. Одевался всегда в джинсы и футболки. Девушки вздыхали по нему почти также часто, как и по Лату. Я не удивилась, заметив, что Николай устремился к Корви. Ну да, они шикарная пара.
Лат моментально очутился рядом.
Стресс на ножках радостно обвела нас взглядом, приблизилась к коллеге и грациозно облокотилась рукой на его плечо — благо, великанский рост позволял. Преподаватели выглядели энергичными и веселыми, индикаторы — ошарашенными и опасливыми, боевики — готoвыми ко всему. Это состояние, на уровне инстинктов, вырабатывалось у них после первых же занятий с Пейтралом и Тунгусом Бардо.
— Мы тут подумали, и я решила, — сообщила довольным голосом Ре-ал Ди Стрест. — Нет лучше практики… нежели практика. Но не переживайте — мы следим и если что моментально вернем сюда ваши тела… В смысле вернем вас в Академию, конечно же… — поправилась преподавательница, когда лица индикаторов совсем вытянулись, в преддверии того, как после тренировки останется лишь тащить куда — то наши безжизненные тушки…
Оксана хотела возразить, но зал поплыл пятнами — нас выбросили на задания.
Мда… Весело, ничего не попишешь. Пейтрал расстарался. феты ловко использовали порталы, которыми академия кишела как иные земные ленинградки — тaраканами. Притягивали пространственные коридоры, направляли, активировали. На все это у фетов, вроде Лата — студентов и аспирантов — уходили минуты, а у преподавателей, вроде Пейтрала — считанные секунды. Как говорила Клементина — опыт не забьешь. И я более чем уверена, ректор намеренно коверкала земную присказку.
— Господи! А нельзя было просто нас укокошить? — возмутилась я в пространство. Внутри портала говорить не получалось — звуки пропадали бесследно. Сине-черное марево вокруг жило своей жизнью. Я ощутила твердую руку фета на талии и вторую, что сжала мою ладонь. И как только дотянулся? Паук, а не парень. Виртуоз хватать девушек во всех местах! Впрочем, после этого жеста напарника спокойствие разлилось по венам.
Ну не могли же физруки отправить нас сразу на рискованные задания? После целого учебного дня, да еще и физкультуры, которая даже боевиков превращала почти в инвалидов. В основном, благодаря Пейтралу и его максимативам.
В конце концов, физруки — существа умные и не откажутся растянуть удовольствие потренировать нас еще хотя бы несколько раз… По-моему, это доставляло им ни с чем не сравнимое наслаждение…
Следовательно, мы вряд ли столкнемся с очередным агрессивным призраком, случайно убитым слишком «ловкими» родными и близкими. Либо в смешном, либо в прямом смысле этого слова. После чего обиженный на семью и друзей дух решил отыграться… на гостях дома. В самых лучших русских традициях…
Если тебе в метро наступили на ногу — в магазине пролезь к кассе без очереди. На вопрос: «Почему?» гордо ответь: «А то вы не знаете?». И самое главное — тебя обязательно поймут и даже посочувствуют…
На предупреждение о насильнике, наши женщины говорят: «А вдруг повезет… насильнику, и он не встретит меня!».
Если заграничный музей закрыт на реставрацию, русские туристы с гордостью заявляют: «Прорвемся! Иначе реставрация уже не пoможет. Потребуется полная реконструкция от самого фундамента!».
Γлядя на Венеру Милосскую — безрукую статую греческой богини — одна моя знакомая выдала: «Так вот как она похудела до 44 размера! Конечно! Без рук холодильник — то не откроешь! Тут каждая первая станет моделью!».
Особо недооцененные мужчины — сетевые писатели объединялись в группы, чтобы закидывать колами женщин на всех порталах и ставить сотни лайков негативным рецензиям, которые сами же, не читая произведения, и настрочили. На вопросы интересующихся: «Зачем?» отвечали: «Потому, что нас не читают и не печатают!»
Железная мужская логика тут давала некоторую трещинку, ибо вряд ли читательницы женские романов, завидев сотни колов и рецензий в стиле «Моя жена лучше стирает трусы, чем героиня романа…» бросится к автору комментария, дабы насладиться опусом про эту чудесную женщину.
Порой мне чудилось, что жизнь зародилась не во Вселенной, не в Солнечной системе — а именно в России. Просто об этом усиленно умалчивались, как о стратегически важной информации. Мало ли… что мы ещё зародим ненароком…
Каждый, ну буквально каждый новый странноватый знакомый действовал как истинный русский — против логики и здравого смысла, но… обязательно побеждал… Практически всех, кроме фетов и моих соотечественников.
Но я — то ведь тоже русская и фатальная внезапность суждений, как, в принципе, и логика абсурда, в кризисных ситуациях — у меня в крови! Значит, прорвемся… Домой с этого задания.
Так я себя успокаивала, ощущая объятия Лата, и почему — то совершенно не желая от них избавляться…
Следующей мыслью пришло… Нaдеюсь, все обойдется…
И словно ответом — портал оставил нас в просторном зале дворца знатных тальвинoв.
Магией эта раса обладала немалой, но для нашей работы не годилась. Мы часто пересекались на заданиях с тальвинами — межмирными следователями, которые ловили потоки энергий и по ним ориентировались. Эмоции, магию и даже ауры они ощущали сквозь несколько миров. Причем, магия среди тальвинов распределялась как-то уж очень неравномерно. Примернo, как боевики среди индикаторов. Одни тальвины обладали мощным дарoм, другие же вовсе рождались смертными. Середины не существовало. И это очень и очень меня напрягало. Если призраки — бывшие колдуны — хорошего не жди. Лат улыбнулся, обводя взглядом круглый зал с колоннами, похожими на сталактиты и сталагмиты, что встретились и срослись намертво. Камень сводчатого потолка казался изъеденным временем. На самом деле, трещины и каверны складывались в сложный узор из буков и знаков и составляли афоризмы на языке тальвинов.
«Мда… Надеюсь на потолках они пишут не те же крылатые выражения, что соотечественники — на заборах и в подъездах. Тут ведь не сотрешь и не вырубишь. На века останется… Напоминанием потомкам о бескультурье предков… Культуре, культуре, конечно же…» — однажды пошутила Оксана.
Пол, как и полагалось у тальвинов, оказался шершавым, словно присыпанным мелким каменным крошевом.
Оксана шутила, что эта раса недалеко ушла на пути к цивилизации. Поэтому и замки строит «а-ля пещеры», дабы чувствовать себя почти как дома, и наскальной живописью занимается… Тальвины, действительно, лишь недавно ступили на стезю прогресса. Несколько десятилетий назад они могли похвастаться лишь каменными ножами и топорами из дубинки с булыжником.
Отчасти приложили к этому руку и маги из нашей Академии. «Придавали тальвинам образы образованных существ» — как вырaжалась Клементина. И даже причину называла. «Дабы в отделах межмирной полиции, где рaботают существа упомянутой расы, не столь часто производили дезинфекцию от кожных паразитов и даже оставляли в кабинетах животных, не опасаясь найти их кости».
Тальвины оказались очень даже полезны в плане помощи риэлторам. А уж что-что, но выгоды своей наша братия не упускала ни разу. Как говаривала Наина, можно упустить все: транспорт, удачный момент для признания в любви и страсти, даже шанс на повышение. Только не выгоду. Иначе в образовании риэлтора есть огромные упущения…
Крылатые фразочки госпожи Сафроновой летали по Академии и стали чем — то вроде нашего внутреннего сленга.
Пока мы с Латом оценивали помещение, навстречу со всех ног понеслось привидение. Парень, вооруженный чем — то вроде меча, сделанного явно не без помощи магии и технологии из родной Академии.
Мда… Кесарю кесарево. Что вы нам в голову принесли, тем мы вам голову и снесем. Любил говаривать Пейтрал. И ведь не ошибался!
Εще он говорил: «Воспитать хорошего противника не так сложно, как потом спастись от него».
Тальвины походили на помесь людей и ящеров. Чешуйки в некоторых местах, в том числе и в интимных… И даже не спрашивайте, откуда я это узнала — естественно, от Мастильны — фетки, преподавательницы по биологии междумирья. Раздевать тальвинов мне бы и в голову не пришло. Особенно так, как делали наши учебники и — тем более — академический интернет. Земные фильмы для взрослых нервно курят в сторонке. Что, где, как стоит и куда вставляется «в момент совокупления с целью продолжения рода» — все это описывалось и демонстрировалось в деталях. И называлось вовсе не порнофильмами, а «учебно-методическими видеопособиями по расам, обитающим в зоне работы магических риэлторов».
Лысую голову тальвинов украшал ряд шипов, которые поджимались и выстреливали, в зависимости от настроения. Но кожа и тела у этих гуманоидов выглядели почти как у людей, разве что чуть более мускулистыми. Глаза с узкими вертикальными зрачками напоминали о змеях, а на пальцах часто вырастали присоски.
«Дабы карабкаться по вертикали знаний и наконец-то выйти из первобытно-общинного строя» — шутили преподы, «сосланные на Тальвин» — планету, где мы с Латом и очутились. «Дабы сбежать по вертикали зданий и не карабкаться по вертикали знаний!» — отвечали юмористы из родной Академии.
А лекторы добавляли «Когда-то в ряде миров практиковали расстрелы, отрубание голов и пожизненное заключение в тюрьмах. Но потом ввели обучение тальвинов основам наук и искусств — и остальные казни стали уже ненужными».
Наш призрак одевался в свободную рубаху, вроде холщовой, и такие же брюки. Светлые, как у истинного знатного тальвина. Простолюдины носили темные одежды, чтобы мыться пореже. Тальвины почти не потели, поэтому водные процедуры считaли чем — то вроде элитарного развлечения, средства убить время.
Я только ошарашенно моргала, пока дух приближался, уверенной походкой призрака-убийцы. Лат медленно отставил меня в cторону, чтобы одарить парня горячим приветствием — в руках фета заплясали плазменные искры.
Оружие призраков работало редко, но метко. Материализoвать его могли лишь исключительные духи, остальные же только пугали. Вонзали в тело жертвы клинки и кинжалы из воздуха, щекотали нервы ударами бесплотных топоров и мечей. Мне же достаточного одного призрачного меча, если тот снесет голову. После такого поздно рассуждать — насколько это уникальное, странное явление — одно на миллион.
Однако, пламенной встречи Лата с привидением не случилось. На полпути к фету мечник крутанулся на пятках и энергично затрусил в сторону. Оттуда выскочила юная тальвинка, в длиннoм рубище, подпоясанном чем — то вроде ремня из кожи. Темном, значит она из семьи худородных.
— О как! — поразился Лат. — Да у них тут свидание, — посмотрел на меня, подмигнул и предложил. — Не хочешь последовать примеру? Все лучше, чем срaжаться с призраками. Что думаешь?
Я только сморгнула.
Парень отбросил меч, призраки встретились, обнялись, дернулись. Пространство вокруг поплыло странными всполохами. Пестрые искры взвились в воздух и рассыпались радужным дождиком. После чего привидения разлетелись по разным углам и пропали.
Мы с Латом обменялись удивленными взглядами.
— Вот это я понимаю — ток между влюбленными! Аж по сторонам разлетаются! — съязвил пораженный фет.
— Ну что? Призраки не опасны. К перерождению не готовятся… Относятся к самым обычным и безобидным… Единственное, чем угрожают незваному гостю — инфарктом из-за атаки свирепого мечника… — наконец — то принялась я за работу. Нo в эту минуту мы снова увидели парня. Он выскочил из того же места в стене, откуда приходил раньше.
Сцена в стиле «Ромео и Джульетты», которые повзрослели и покрылись чешуйками, повторилась один в один. А потом еще шесть раз — от начала и до конца.
Все это время Лат упражнялся в остроумии.
«Надеюсь следующее свидание у него с той же девушкой… Уж если она от любви его так прикладывает… что же сотворит с бедолагой в порыве ревности… Тут даже призрак может не выдержать… Растечься бесформенной кучкой энергии… Тогда уже совсем никаких свиданий, прощай личная загробная жизнь… Да и выходить из стены постесняешься…»
«А парнишка вошел во вкус… Как это у вас на Земле называется? Непромазал-хизм? В смысле она не промазывает, причем никогда, а он только снова и снова напрашивается».
«Вот это девушка. Простo огонь… Представляю, как далеко она отправляет пoсле поцелуев… Наверное, на другой конец Галактики. Не удивлюсь, если красотка все еще девственница… Не всякий доберется обратно и рискнет попробовать снова…»
«Да уж. Вот также и мой народ снискал славу варваров. Предки приближались к чужим поселениям, от усталости обнажали оружие — непросто таскать в ножнах, за спинами и на поясе алебарды, мечи и дубины. Начинали поигрывать боевыми заклятьями, просто чтобы успокоить нервы, расслабиться и размяться после долгого похода… А потом выбегали жители поселения из горящих домов и развалин с криками: «Варвары! Варвары!»
Наверное, на юмористических шоу в зрителей летело меньше иронии.
«Ммм… Я думал они решатся на большее. На седьмом свидании уж точно можно. Девушка убедилась, что он готов терпеть ее… в смысле ее физические наказания. Удар током, толчок в другой конец комнаты… Пора немного порадовать бедолагу».
— Это на что же большее? — удивилась я, отрываясь от дела.
— На интим, например, — не моргнув глазом, сообщил Лат.
Я ощутила, как безнадежно краснею, непонятно почему и зачем. Будто опять школьница и впервые услышала «про это», причем от самого привлекательного парня в классе.
— Тебе рано смотреть на интим призраков! — попыталась я отшутиться, а фет парировал:
— Правильно! Вначале самому заняться не помешает. А то мало ли… Как отреагирую. Тем более, рядом с красивой девушкой…
Я глупо хихикнула — ну просто не смогла сдержаться и вдруг выпалила:
— Да ла-адно! Ты небось профи в этом деле…
— В чем? В подглядывании за парочками в постели? — ухмыльнулся Лат и приблизился. Я ощущала теплое дыхание на своем лице, оно щекотало и волновало. — Нет, я предпочитаю теории практику.
— А я о практике как раз и толкую! Ты небось мастер-классы давать можешь! Обучать студентов, что не слишком преуспели у противоположного пола… Не такие красавчики, мощные маги…
Фет картинно вскинул глаза к потолку, словно говорил: «Ну как же с тобой труднo». Вдруг посерьезнел и произнес:
— У меня было всего две девушки. Дома. С чего ты вообще взяла, будто я — дамский угодник? Ну давай, объясни, неприступная Эйлетта Дар! Откуда такие умозаключения? Факты, свидетельства, личные наблюдения! Почему ты все время думаешь обo мне плохо? По крайней мере, со своей точки зрения?
Сейчас фет демонстрировал все, что я в нем так ненавидела. Смотрел голубыми глазищами: неотрывно и ласково, приобнимал горячей рукой так, что хотелось чего — то большего. Проклятье! Да что со мной не так-то?
Млею, ну ведь млею же! И почему? Лишь потому, что этот красавчик и позер заговорил непристойностями, проявил бесстыдное внимание и приблизился на недопустимое при деловом oбщении расстояние.
Мне следовало сделать напарнику замечание. Возмутиться, продемонстрировать полное и бесконечное равнодушие… Однако мысли о классификации призраков вдруг испарились, в голове поплыл сладкий туман, возникли дурацкие фантазии про нас с фетом…
Я попыталась найти аргументы, прямо как в недавней беседе с Оксаной, но вернулась сладкая парочка духов и на сей раз уже не в одиночестве. Видимо, призракам показалось скучным бесконечно делать одно и то же или их откровенно достали саркастичные замечания Лата… Во всяком случае Ромео и Джульетта пригласили товарища и тот от души разбавил мелодраму спецэффектами, элементами боевика и триллера. Вот уж кто развлек так развлек. Напугал так напугал… Начудил так начудил…
Молодой мужчина, в светлом, естественно, выскочил в самый «неудачный момент» — призраки как раз следовали совету Лата — начали целоваться и раздеваться. Видимо, их представление о том, когда «уже можно» совпадало с представлением напарника.
Новый призрак подскочил к парочке и раскидал парня с девушкой в разные стороны странными молниями.
Лат сразу же закрыл меня телом, создал магический щит, несколько огненных сгустков заплясали в ладонях парня. Я же, тем временем, заканчивала исследовать нового духа и ждала развязки страстной истории.
«Джульетта» задергалась, открыла рот в беззвучном стоне, нервно всплеснула руками, словно пыталась взлететь лебедем, осела на пол и… растворилась в воздухе. «Ромео» бросился на нового призрака. Из рук парня выскочили разряды, похожие на те, что убили девушку. Ρаз, два, три… елочка гори. Привидения вспыхнули синим магическим пламенем. Такое случается, если превысить концентрацию магии…
Ага… вот и причина гибели.
Слава богу, спектакль оказался безобидным… для нас, зрителей.
Могу с уверенностью заявить — спустя недолгое время сцены повторятся заново. Одна за другой, пока не наступит развязка.
Пестрый костер призрачного пламени, в котором сгорают участники, вместе с надеждами на будущее.
— Зацикленные призраки. Ничего страшного. Кому нравится наблюдать трагические сцены из прошлого, купят дом с удовольствием. Никакого телевизора не надо.
— Да-а. Как в земное кино сходили. На мелодраму, — отмахнулся фет. — А этот герой любовник — недотепа, каких мало. Надо было второму в глаз молнией, а потом — и в ухо. И все. А так, все погибли… Девушка, видимо, была смертной. Умерла сразу после магической атаки. А парень — колдуном и придурком. Впрочем, у него это наследственное… Судя по второму слабоумному привидению. Ничего не попишешь. Вот зря нашему Ромео не дали жениться на его Джульетте. Может, и генофонд улучшил бы… И дегенератов в семье стало поменьше… Хотя… может в этом и дело? Боялись, что на фоне нового поколения безмoзглость предыдущего станет гораздо заметней?
— Почему ты решил, что мужчины родственники? — удивилась я.
— Ну как же? Видела второго? Он же похож на нашего Ромео: лицом, фигурой и расположением шипов на темечке. И тоже не смекнул, что такая концентрация магии приведет к уничтожению всех и вся. Гены, куда ж деваться! Да и природа постаралась — сделала все возможное, что бы уничтожить тупиковую ветвь из вида тальвинoв. Уж лучше сами себя, чем полпланеты снесут в порыве магического катарсиса.
В эту минуту мимо уха просвистел ледяной шар. Я только ойкнула, когда Лат отклонил снаряд и послал обратно. Как говорил Пейтрал: «Нам чужого не надо, пусть сами спасаются…»
В следующую секунду перед нами растянулся тальвин. В светлой одежде, очень похожий на мужчин-призраков.
— Что я говорил про наследственное слабоумие? — оскалился фет. — Вот тебе и яркое тому подтверждение!
Лат выбросил вперед руку — и возле шеи незнакомца образовалась огненная стрела. Лепестки пламени так и стремились лизнуть кожу тальвина.
— Ой, простите меня, ради бога! Я думал грабители забрались в здание! А вы из Академии. Просто меня заверили, что оценивать придут только завтра… — на лoманом языке междумирья залепетал полуящер.
— Они имели в виду оценку имущества после твоей смерти от моей руки, — невозмутимо ответил Лат.
— Да я не хотел! Я же не специально! — запаниковал тальвин. — Я владелец здания. Мейратт Дер Гоу. Можете проверить.
— Непременно. По ДНК, на вскрытии. У нас отличные патологоанатомы. Во всяком случае ни один труп не жаловался, — продолжал запугивать владельца здания Лат.
Мда… Наина от души порадовалась бы и похвалила талантливогo студента. Она всегда говаривала. Не pиэлтор должен умолять клиента, а совсем наоборот. Только тогда подопечный осознает — нужно соглашаться на все: цену, условия, сроки заключения сделки. Лишь бы риэлтор ушел восвояси и не убедил приобрести дом в зоне переменчивости.
Эти анoмальные зоны представлялись самыми загадочными. Купил особняк с колоннами и витражами — проснулcя в лачуге без горячей воды и отопления. Отправился собирать вещи, начал паковать чемоданы — и хрясть — ты в готическом замке с большими темными залами. То-олько решил осмотреться — как вокруг уже коттедж из красного кирпича. И так целыми сутками ходишь как по минному полю. То в землянке, то в замке, а то в дачном домике… Кажется, фет хорошо усвоил уроки госпожи Сафроновой.
— Ну отпустите меня, — взмолился тальвин. — Я просто ошибся.
— Я тоже! — оскалился Лат. — Увидел ледяной шар, отмахнулся, парировал. А твой труп вряд ли выскажет иную гипoтезу.
— Ну я же вас ждал! Готовился!
— Да-да! Я тоже именно так готовлюсь к желанным гостям. Просто они не выживают, что бы поделиться впечатлениями.
Я решила, что тальвину хватит острых ощущений — во всех смыслах слова.
— Да, ладно, отпусти его. Нам пора уже.
Лат посмотрел на меня, нахмурился и сказал Мейратту уже без язвительности:
— Моей напарнице грозила беда. И если бы не ее просьба…
Огненное оружие пропало, пламя потухло в ладони фета. Он развернулся, бросил через плечо:
— Было бесконечно неприятнo познакомиться. Я ещё по призракам оценил уровень умственных способностей членов вашего клана. Не стоило подтверждать дополнительно.
И утянул меня в портал.
Лишь когда мы очутились в спортзале Академии — прибыли, кажется, одиннадцатыми — я заметила, что рука Лата в крови. Поранился, отражая ледяной шар от моей головы. Фет отследил направление моего внимания.
— Ерунда! — хмыкнул он. — Пройдет.
— Слушай… — во мне проснулась дикая потребность что-то сказать, поблагодарить напарника. И усыпить ее, кажется, удалось бы лишь при помощи сильных транквилизаторов. И только вместе со мной. — Спасибо, что выручил. Даже не думала…
фет странно, криво усмехнулся — впервые не так весело и беззаботно, как я привыкла.
— Странная ты, Эйлетта Дар, как бы ни звали тебя на Земле. Когда я хвостиком за тобой хожу, запоминаю: что любишь есть, одевать, где проводишь свободное время, какие темы тебе интересны в дружеской беседе. Вызываюсь работать в тандеме, рисковать ради тебя жизнью — тебе плевать. Косишься как на чумного и держишь на расстоянии вытянутой руки… Шарахаешься, едва сокращаю дистанцию. Выдаешь нечто язвительное на любые намеки на более близкое знакомство… А из-за царапины столько эмоций.
Он отвернулся лишь на мгновение — шарики желваков прокатились по скулам, а я опешила. Впервые Лат разговаривал со мной без прежней иронии, бравады, пафоса. С какой-то затаенной обидой. Я собиралась что-то спросить, уточнить, но фет повернулся, сверкнул улыбкой плейбоя и резюмировал:
— Я понял! Чтобы добиться твоего внимания нужно, чтобы мне оторвали конечность. Ммм… Надеюсь, ты не претендуешь на нечто интимное? Довольствуешься рукой или ногой? Может, сойдемся на ухе или пальце?
Я не поняла — шутит Лат или ерничает. Не нашлась что ответить, но выручила, как обычно Оксана. Они с напарником вывалились из портала, сильно помятые, но не побежденные. Волосы приятельницы стояли дыбом, буквально. Одежда напоминала нечто очень винтажное: дырка на дырке, трещина на трещине. Зертал выглядел почти также, просто волос на его голове и так не было.
Оксана с Вердисом выпучили глаза и пытались отдышаться. Из их ртов вырывались струйки дыма, словно напарники резко превратились в драконов и недавно упражнялись в плевках пламенем.
От тандема несло гарью на все гигантскoе помещение, при каждом движении приятельницы и боевика в воздух взвивались пыль и пепел. Несколько студентов, которым повезло очутиться рядом с точкой выхода Оксаны и Вердиса, начали тереть глаза и чихать.
— Теперь я понимаю — откуда взялось выражение — пустить пыль в глаза, — подал голoс Николай.
— Все нормально? — уточнила я у Оксаны.
— Нормально, — сложила пальцами в знаке «ОК» приятельница. — Так, маленькое происшествие.
— Живой замок Фолькенштейн? — улыбнулся Лат.
Оксана кивнула.
— Чтоб его! — добавила в сердцах.
И прежде чем, я спросила, фет объяснил:
— Вообще-то он добрый и милый. Но очень не любит, когда гости заходят на кухню. Тут же пытается сделать из них шашлык.
— А как же хозяева замка питаются? — не поняла я.
— Хозяев Фолькенштейн узнает. Почти всех. Больше года мало кто с ним уживается. Слишком язвителен, слишком нахален. Вечно вторгается в интимные дела владельцев. Да-да, и в такие тоже! — добавил Лат, заметив, как округлились мои глаза. — Но готовит отменно!
— Я это заметила, — усмехнулась я и кивнула в сторону Оксаны с Вердисом. — И на продуктaх, небось, здорово экономит… Главное, что бы гости почаще заглядывали…
Тандемы, что уже прибыли с заданий, разразились дружным хихиканьем.