Глава 11

– Веди себя тихо, молчи, – шептала я медведю, поднимаясь по лестнице. – Магистр – это не девочка-студентка, мигом расколет.

Медведь послушно молчал, хотя я буквально пальцами чувствовала, что высказать мне он хочет многое. Например, поинтересоваться, почему такую приятную соседку мы меняем на какого-то магистра и вообще куда делся король. На его величество у медведя, похоже, были серьёзные планы.

Я постучалась в дверь.

– Входите, – раздался голос магистра Рониура.

Я открыла дверь и нерешительно остановилась на пороге. Магистр сидел за столом и что-то писал.

– Так быстро? – спросил он. – И так мало вещей?

Учитывая то, что в руках у меня были только кот и медведь, это предположение звучало почти оскорбительно.

– Вещи заброшу позже, – сказала я. – Сначала хотела убедиться, что для них есть место.

– Место есть. – Магистр Рониур поднялся из-за стола и лениво потянулся всем телом – видимо, от долгой письменной работы затекли плечи.

Жаром обдало с головы до ног, в ушах зашумело.

Черт! Ну нельзя же вот так вот, без предупреждения…

Интересно, он хоть понимает, как убийственно притягательны его грация дикого зверя и исходящее от него ощущение опасности и силы? Вряд ли…

Между тем магистр Рониур вышел из-за стола, сделал короткий взмах рукой, и в стене напротив двери в спальню появилась еще одна дверь.

– Это что? – удивилась я. – Какой-нибудь семейный склеп или сокровищница, которую мне теперь можно видеть?

– Не склеп. Но что-то вроде сокровищницы. Твоя комната.

Моя… комната? Отдельная?

Он распахнул дверь. Это действительно была комната – точная копия спальни самого магистра. Огромная кровать, вместительный шкаф, дверь, уводящая в ванную.

– А как же… «всё должно выглядеть по-настоящему»? – вырвалось вдруг у меня.

Какими словами я себя обозвала после сказанного, в приличном обществе и не повторишь. Но забрать их назад было невозможно. Губы магистра дрогнули в улыбке.

– Пожалуй, отдельные спальни – несколько рискованно. Но вряд ли кто-то это заметит. Комната тайная. Войти в неё можешь только ты. И дверь эту будешь видеть только ты.

– Только я? А вы?

Да что ж это такое, похоже, замужество на меня плохо влияет. Ни одну глупость не могу удержать при себе.

– Я тоже могу, – признался он. – Но не беспокойся, не стану…

Вот уж об этом я точно не беспокоилась. Может, я как раз была бы не против, если бы он заходил в эту комнату. Или вообще снёс её к чертям собачьим. Ох… Хорошо, что из нас двоих ментальный маг – это я.

– … Переноси вещи, обживайся, – закончил магистр Рониур.

– Вы же сейчас не злитесь? – спросила я.

– Нет. А должен?

– Просто обычно вы называете меня на «вы». А на «ты» – только когда злитесь.

– Теперь ты моя жена, и я всегда буду тебя называть на «ты». И тебе неплохо бы начать делать то же самое.

– Ну уж нет! – воскликнула я.

Такого я себе даже представить не могла. Я отпустила Рыжика на пол, усадила медведя в угол и объявила:

– Пойду за вещами.

Я ещё раз окинула свою комнату взглядом. Она мне не нравилась категорически. Впрочем, даже если бы это была лучшая комната во всех возможных мирах, она бы всё равно мне не понравилась.

– Вы кое-что забыли, – сказала я магистру Рониуру. – Стол. Мне же нужно учиться. Вряд ли жёнам преподавателей положены поблажки. Я, конечно, могу устроиться с учебниками за вашим столом…

– Не надо, – быстро ответил магистр. – Будет тебе стол.

Ну что ж, кажется, с моей семейной жизнью всё окончательно и бесповоротно ясно. Осталось только забрать свои вещи и начать влачить унылое существование: без подружек, друзей, вечеринок и, что самое неприятное, без мужа. Кажется, кое-кто особо везучий в очередной раз вытащил счастливый билетик.

Я сходила в свою бывшую комнату, быстро переслала упакованные Эрмилиной коробки. Вернувшись обратно, разобралась с вещами и уселась за учебники.

Стол магистр Рониур в мою комнату, как и обещал, поставил. Огромный такой письменный стол. Он шёл этой комнате как корове седло, но жаловаться я не стала. В конце концов, я ведь просила, чтобы мне было где учиться, а насчёт идеального соответствия интерьеру речи не шло.

Я с головой погрузилась в учёбу. Из-за бала я пропустила ещё один учебный день. Сомневаюсь, что преподаватели отнесутся ко мне снисходительно.

– Что мы тут делаем? – раздался тихий голос медведя.

Ничего себе! А я и не предполагала, что он умеет говорить так тихо, почти шёпотом.

– Живём, – с некоторым злорадством сообщила я. – Я, знаешь ли, замуж вышла.

Медведь вздохнул:

– Судя по окружающей обстановке, не за короля.

Вот же чёртов древний интриган! Дался ему этот король! Неужели и правда мечтал о месте тайного королевского советника?

– Не за короля, – подтвердила я.

И перевернула страницу, давая понять, что обсуждать это я не намерена. В кои-то веки обратилась к нему за помощью, и что получила?

– Теперь мне, значит, ещё и на ваши любовные утехи любоваться?

Бьет по больному, засранец!

– Не будет любовных утех, – рыкнула я.

И снова перевернула страницу. Чёрт, да сколько их уже я перевернула? Как раз нужный параграф пролистала. Никакой от медведя пользы, только вред…

Я вернулась к началу параграфа и стала читать, старательно вдумываясь в текст. И в этот момент в дверь постучали. На пороге стоял магистр Рониур.

– Ты и дальше будешь изображать из себя образцовую студентку Академии? Или всё-таки выйдешь поужинать? И зверя твоего покормить не мешало бы.

Зверь, кажется, о кормёжке не думал. Он развалился на одной из многочисленных подушек рыжим пузом кверху и самозабвенно сопел. Ничто не могло лишить его тяги к здоровому и почти круглосуточному сну, даже какой-то там переезд. А вот я проголодалась.

– С удовольствием отужинаю с вами, дорогой супруг, – ответила я.

Магистр Рониур слегка удивленно изогнул бровь.

Да кто ж меня вечно за язык тянет… Мне бы наоборот, постараться как-то сгладить тот факт, что мы с магистром Рониуром женаты. Забыть о нём, словно ничего такого и не было.

Потому что «ничего такого» действительно не было: ни влюбленности, ни ухаживаний, ни свиданий, ни поцелуев украдкой, ни предложения руки и сердца, ни пышной свадьбы – всего того, что бывает у нормальных супругов. А то, что мы сейчас живём под одной крышей, просто стечение обстоятельств. Так надо для дела.

– Извините, – тихо сказала я. – Наверное, я просто проголодалась и несу всякую чушь.

– Пойдём ужинать, – немного помолчав, отозвался он.

Учуяв запахи еды, Рыжик встрепенулся и пулей вылетел из комнаты. Журнальный столик в кабинете магистра Рониура снова трансформировался в большой круглый стол, на котором стояла куча тарелок, наполненных чем-то ужасно вкусным. Одну из них магистр отдал мне для Рыжика, и тот шустро набросился на угощение, помуркивая от удовольствия. Мы же с магистром ели молча.

Кажется, такое уже было – один в один, когда я впервые осталась здесь ночевать. Только неловкости на сей раз было куда больше.

– Мне ведь начнут задавать вопросы, – заговорила я.

– Вопросы?

– Про вас. И про нас. Как всё началось, ну и всякое такое.

– Можешь говорить что хочешь.

– Если мы будем говорить разное, догадаются же…

– Поверь, мне вопросов задавать не будут.

Я улыбнулась про себя. Вот уж правда, могу себе представить, на что нарвётся тот, кто попытается задать магистру Рониуру вопросы о его личной жизни. Я бы точно не решилась.

– Спасибо, – сказала я.

– За что?

– За то, что спасли меня от короля.

Смутное чувство, что все это уже было. Ну да, точно. В прошлый раз я точно так же благодарила его за дознавателя.

– Мне кажется, у меня уже выработалась привычка тебя спасать. Буду рад, если больше не придётся.

Мои щёки вспыхнули. Это что, упрёк? Хотелось забрать назад своё «спасибо» и высказать магистру всё, что думаю. Вообще-то, я его и не просила меня спасать, и уж точно не настаивала на нашей женитьбе.

С ужином мы покончили в глубоком молчании, магистр Рониур одним движением руки очистил комнату от посуды и остатков еды. А я встала и хмуро направилась в сторону своей комнаты.

– Так и уйдёшь, не прощаясь? – донеслось вслед.

Я обернулась. Магистр Рониур смотрел на меня, как взрослый на обиженного ребёнка. И это разозлило ещё больше. Я ему не ребёнок!

– Извините, дорогой муж! – язвительно сказала я. – К сожалению, не в курсе, как полагается прощаться фиктивным супругам. Пожелать «спокойной ночи»? Поправить одеяло? Или нужен поцелуй на ночь?

– Поцелуй на ночь? – магистр Рониур удивленно приподнял бровь. – А что, отличная идея!

Он шагнул ко мне, было в его глазах что-то такое, что я невольно отступила, потом еще, и еще, пока не упёрлась спиной в стену, лихорадочно шаря по ней рукой. Дверь, тут где-то должна быть дверь.

Он приблизился, не сводя с меня взгляда. В голове панически метались мысли, хотелось бежать или на худой конец упасть в обморок…

Безумно долгое мгновение я смотрела, как склоняется надо мной его лицо, как приближаются его губы…

Теплое дыхание скользнуло по подбородку, и магистр едва коснулся губами щеки. И всё!

Все!

– Спокойной ночи, Юлия, – сказал он выпрямляясь.

– Спокойной ночи, магистр, – еле выдавила я.

И быстро скрылась в своей комнате.

Что это сейчас было? Да что бы то ни было, надо хорошенечко запомнить, а лучше где-нибудь записать: никогда, никогда не шутить при магистре Рониуре. Никогда.