Глава 13

Утром, собираясь на занятия, я с ужасом предвкушала шквал любопытства, что обрушится на меня, едва шагну в коридор. Сплетни вообще разносятся как лесной пожар, а тут… Тут не сплетня, а настоящая бомба! Самый привлекательный магистр Академии, мечта многих студенток, скоропостижно женился на какой-то первокурснице. Кошмар, катастрофа!

Но как ни странно, ничего из того, что я себе представляла, не случилось. Да, конечно, концентрация косых взглядов и шепотков увеличилась, но подойти и спросить напрямую никто не рискнул. И я выдохнула с облегчением. Может быть, особая аура магистра Рониура, не позволявшая никому задавать лишние вопросы, распространилась теперь и на меня?

Все было почти как обычно.

Разве что Лорандис, столкнувшись со мной в коридоре, гордо задрал подбородок и молча прошествовал мимо. Ну надо же… Я думала, его остановит только пуля, и то не факт. А тут такие перемены. Впрочем, это обстоятельство меня точно не огорчило: чем меньше Лорандиса в моей жизни, тем лучше.

Две пары пролетели незаметно. Я уже собиралась на обед, когда ко мне подошла Наира.

– Твой заказ готов, – тихо сказала она и протянула мне пузырёк.

Вид при этом у неё был крайне загадочный.

– Заказ? – озадаченно моргнула я.

– Да. Особое ароматное зелье.

Ой… Совсем про него забыла. И что теперь делать? Отказываться и объяснять, что зелье мне теперь без надобности? Как-то совсем уж неприлично. В конце концов это я виновата, что не отменила заказ. До того ли мне было? А девчонки старались.

Я покрутила в руках пузырёк. Обычный, тёмный, с крепко закрученной крышкой. А вот надпись на нём…

– «Зелье безумной привлекательности»? – расхохоталась я.

– А что мне было там написать? – развела руками Наира.

Действительно. «Зелье непередаваемой вонючести» выглядело бы куда хуже.

– Спасибо, – шепнула я и сунула пузырёк в сумку.

Но Наира не уходила. Наклонившись ко мне, она еле слышно спросила:

– Это как-то связано с твоим замужеством?

– В смысле? – не поняла я.

– Ну, то есть… Ты вышла замуж добровольно? Или он тебя принудил?

– О боже, нет! – воскликнула я. – С магистром Рониуром у нас… – я запнулась. Чёрт. А что у нас с магистром Рониуром? – Любовь с первого взгляда… И всё добровольно.

Врать было стыдно. Особенно про любовь с первого взгляда. Да и про добровольно тоже. Полагаю, магистр Рониур прекрасно обошёлся бы без этого брака. Но у него почему-то выработалась привычка меня спасать. И не похоже, что он этому рад.

– Тогда поздравляю, – усмехнулась Наира, развернулась и пошла прочь.

По всему было видно, что она мне не поверила. Неудивительно, я и сама не верила в то, что говорила.

Как только закончились лекции, меня вызвали в кабинет к ректору. Ну вот, только я обрадовалась, что моё замужество прошло почти незамеченным! Эх, похоже, у ректора ничто не проходит незамеченным.

У знакомого кабинета я ненадолго замерла, собираясь с силами. Потом постучалась и, не дожидаясь ответа, толкнула дверь и шагнула внутрь.

Дед Мороз, сцепив за спиной руки, стоял у окна и задумчиво в него смотрел.

– Здравствуйте, магистр Теркирет!

– Добрый день, леди Юлия, – кивнул он, сел за свой стол и кивнул на кресло, что стояло перед ним: – Устраивайся. Пора начинать наши занятия ментальной магией.

И что, ни одного вопроса о моём замужестве? Я с облегчением выдохнула. Обожаю ментальную магию!

Плотно закрыв дверь, пересекла кабинет и послушно опустилась на краешек кресла.

– Твои способности как-то проявлялись за это время?

– Было пару раз, – честно ответила я: врать ректору не хотелось. – Но совершенно неожиданно и уж точно не по моему желанию.

– Что именно? – он внимательно посмотрел на меня.

И под этим взглядом мне сразу стало неуютно. Может, не так уж я её и люблю, эту ментальную магию…

– Один раз услышала разговор за стенкой, – осторожно сказала я. – А второй раз прочитала мысли. Ну, то есть увидела картинку.

Я напряглась, ожидая следующего вопроса: что конкретно я видела. Но его не последовало.

– Читать чужие мысли считается неэтичным, – проворчал ректор, копаясь в своем столе. – Поэтому очень важная часть нашей с вами работы будет состоять в том, чтобы вы научились закрываться от фона, который вам совершенно ни к чему…

Я кивнула. Весь фон мне, конечно, совершенно ни к чему. А вот его малюсенький кусочек очень даже «к чему». Одной из моих целей, из-за которых я осталась на факультете артефакторов, было как раз то самое неэтичное чтение мыслей. Особенно мыслей декана Хорвирета.

– … Но это позже, – добавил он, продолжая раскопки. – Для начала вам нужно научиться владеть и управлять своим даром, то есть использовать его осознанно.

Ректор выпрямился, озадаченно пожевал усы, потом выдвинул самый нижний ящик и, повеселев, достал оттуда стопку карточек.

– Здесь нарисованы фигуры, – объявил он, раскладывая их перед собой рубашками вверх. – Я буду смотреть на фигуру и думать о ней, а вы должны будете назвать цвет и форму.

Тут же взял одну из карточек и внимательно на неё уставился.

– Синий треугольник! – ляпнула я первое что пришло на ум.

– Не пытайтесь отгадать, – покачал головой ректор. – Старайтесь проникнуть в мои мысли и увидеть. Я тоже ментальный маг, и сейчас совершенно открыт, так что задание совсем простое даже для новичка.

Попытайтесь проникнуть в мысли… Легко сказать! А как это сделать? Я сосредоточила взгляд на переносице ректора и какое-то время сверлила ее глазами. Не помогло. Никаких картинок не возникало. Напротив, в голову лезла всякая чушь.

– Сосредоточьтесь, – тихо сказал ректор.

Сосредоточиться? На чём? Я гипнотизировала его взглядом хороших минут пять, и вдруг что-то мелькнуло.

– Синий квадрат! Так? – воскликнула я.

Ректор молча повернул карточку. Там действительно красовался квадратик синего цвета.

Ох ты ж… У меня получилось!

А он взял новую карточку…

* * *

Из кабинета ректора я вышла через полчаса, уставшая так, словно всё это время двигала там мебель. Голова раскалывалась, и единственное, чего мне сейчас хотелось, – лечь и уснуть. А чего совсем не хотелось, так это столкнуться с Бернадетт.

Она все-таки нажаловалась, что я грозила ей Рыжиком, как только вышла из лазарета. Но ректор, видимо, решил, что тогда мне и без наказаний досталось, так что ограничился короткой воспитательной беседой.

Я собиралась, как обычно, молча пройти мимо. Мы никогда не здоровались, и не было ни малейшего желания что-то менять.

Но она внезапно перегодила мне путь и прошипела:

– Как ты это сделала?

В прищуренных глазах горела злость. Казалось, будь её воля – она испепелила меня этим взглядом.

– Сделала что? – не поняла я.

– Любовное зелье? Какой-нибудь хитрый амулет? Или ты его загипнотизировала?

– Кого, чёрт возьми?

– Магистра Рониура, кого же ещё! Не строй из себя дурочку! Как ты заставила его на себе жениться?

– А тебе-то какое дело? – опешила я.

И тут до меня дошло. Похоже, Бернадетт тоже входила в неофициальный клуб поклонниц загадочного магистра.

– Сначала ты увела у меня Эрмилину, а теперь ещё и его?!

Увела? Кажется, я многого не знаю о своём муже.

– У вас был роман? – вырвалось невольно.

Бернадетт стиснула зубы. Похоже, больше всего на свете ей хотелось сказать: «Да, был». Но…

– Мог бы быть! – процедила она. – Если бы ты не вмешалась!

Если бы да кабы… Я с облегчением выдохнула. Ужасно захотелось напомнить ей, что в подвале у старухи она оказалась потому, что предпочла магистру Рониуру какого-то другого аристократа. Но это были только мои догадки, так что я промолчала. Шагнула в сторону, чтобы обогнуть ее и отправиться дальше…

– Но есть и плюсы… – мстительно ухмыльнулась Бернадетт. – По крайней мере, я верну себе Эрмилину. Служанка, которую ко мне приставили, просто невозможная тупица. Эрмилина, конечно, тоже умом не блещет, но после должной дрессировки вполне потянет.

Дрессировки?! Чёрт! Я ведь собиралась поговорить об Эрмилине с магистром Рониуром или с магистром Теркиретом, но из-за дурацкой кутерьмы с переездом это совершенно вылетело у меня из головы.

– Спасибо, что напомнила, – сказала я и со всех ног рванула к кабинету ректора.

Я застала его уже в дверях.

– Простите, можно вас о чём-то попросить?

– Попробуй, – усмехнулся ректор.

– Эрмилина, моя помощница… Не отдавайте её Бернадетт! – взмолилась я.

– Насколько мне известно, у Бернадетт уже есть помощница.

– Да! Но она хочет вернуть Эрмилину!

Кустистые брови удивленно приподнялись. А потом сошлись на переносице.

– Исключено! – отрезал ректор. – Замена помощников производится только в особых случаях. Случай Бернадетт таковым не является. К тому же Эрмилина показала себя как талантливая и старательная студентка. Думаю, со следующего курса она сможет учиться на стипендию. Если, конечно, сама не захочет опекать кого-нибудь из новичков.

– Спасибо, спасибо, огромное спасибо!

– Не за что, – оборвал он неиссякаемый поток моей благодарности.

И как-то чересчур торопливо зашагал по коридору. Впрочем, чего я хотела: он же только что со мной занимался. Возможно, не только я устала от дурацких картинок, но и он притомился от моих попыток магического взлома.

Так, на сегодня с меня хватит. Зайду в библиотеку, возьму трактат по рогам и копытам (кто бы мог подумать, что в артефакторике это важнейший элемент!) и… можно начинать карабкаться в башню.

В библиотеке было мрачно и пусто, библиотекарша, похожая на бабу Ягу, сидела за столом, традиционно уткнувшись в толстенный фолиант, и мое вторжение в книжное царство встретила традиционным недовольством. В общем, все как всегда.

Я быстро отыскала нужный том и уже собиралась сунуть его в сумку, как обнаружила, что ее нет. Где я могла её оставить? Точно, бросила на подоконник, когда остановилась мило поболтать с Бернадетт. А потом рванула спасать Эрмилину из цепких лапок гадкой девицы, и о такой мелочи, как сумка, совершенно забыла.

Я оторвала бабу Ягу от чтения, записала на себя книгу, выскочила из библиотеки и помчалась по коридору. Сумку заметила издалека. Она по-прежнему сиротливо лежала на том самом подоконнике, где я ее бросила. Странно, но Бернадетт из вредности ее не спрятала, не выбросила. Даже не покусала и не поцарапала. Я затолкала книгу в сумку и побрела домой…

– Юлия? – Эрмилина выглядела удивлённой. – А ты тут что делаешь?

Хороший вопрос. Я и сама понятия не имела. Просто я задумалась, а ноги по привычке принесли меня в нашей с ней жилище. Точнее, теперь уже в её жилище.

Неловко вышло.

– Да вот, решила в гости зайти. Поужинать вместе, как в старые добрые времена. – улыбнулась я.

– «Старые добрые времена» закончились только вчера, – рассмеялась Эрмилина.

– Или у тебя какие-то планы?

– Нет, вовсе нет. У Майка сегодня практические на полигоне, их группа вернётся только поздно вечером. А ужин я сейчас закажу.

Мы засиделись допоздна. Эрмилина взахлёб рассказывала о Майке, мы немножечко перемыли косточки Бернадетт, я передала ей слова ректора, что её, конечно, безумно обрадовало. А потом мы заказали чаю с пирожными, и ещё с пирожными…

– Постой! – сказала вдруг Эрмилина. – Разве тебе не надо домой? Вы же только что поженились? Самое романтичное время! – она со смехом подмигнула мне.

Я кисло кивнула.

– Да, жутко романтичное.

В её глазах мелькнула тревога.

– Вы что, поссорились? Или ты что-то недоговариваешь?

– Нет-нет, не поссорились. Просто он… – я судорожно пыталась сочинить уважительную причину не спешить к любимому мужу. – Ну, раз Майк на полигоне, то скорее всего магистр Рониур тоже? Но ты права – мне надо торопиться. У нас впереди… – я нервно сглотнула, – жаркая ночь любви… ну и всяческой страсти. Да, точно, я побегу.

– И даже чай не допьёшь? – улыбнулась Эрмилина.

– Нет, – уверенно сказала я. – В жизни есть вещи поважнее чая.

Я пулей вылетела из комнаты. Да уж, обманщица из меня прямо скажем, никакая. «В жизни есть вещи поважнее чая»? Что это вообще?

Я вздохнула и отправилась в своё семейное гнёздышко, чтоб ему провалиться.

Сегодня я намеревалась запереться в комнате и не выходить из неё ни при каких обстоятельствах.