Глава 10
Разумеется, на второе занятие я опоздала. Причем настолько, что идти туда уже не было смысла. Да уж, как-то не сложилось у меня с «Основами безопасности». Хотя вряд ли там будут учить чему-то вроде «не ходите по коридорам, на вас могут напасть чертовы гипнотизеры». А стоило бы.
Оставшееся до конца лекции время я просидела на подоконнике напротив двери в аудиторию, гоняя мрачные мысли. Картина вырисовывалась безрадостная: мало того, что я в чужом мире, в котором ничего не понимаю, так еще и магически слаба настолько, что любой шутник, который даже не имел в виду ничего такого, может меня убить.
К этому еще надо прибавить магистра Рониура, который не верит в меня и готов отчислить в любой момент…
Да, он дал мне последний шанс и даже назначил личные занятия. Но на личных занятиях все будет только хуже. Там не спрячешься за спины однокурсников, и Рониур быстро поймет, что я безнадежна.
Да и сами занятия пугали. На магистра хотелось смотреть, но откуда-нибудь издали, спрятавшись в угол и не попадаясь ему на глаза. А тут… При мысли, что я останусь с ним один на один в какой-нибудь совершенно пустой аудитории и он будет ужасно близко, потому что станет заниматься исключительно мной, в животе странно похолодело, волосы на затылке встали дыбом, а по спине прокатились мурашки.
К счастью, двери аудитории наконец-то распахнулись, оттуда хлынула шумная толпа однокурсников и потекла куда-то по коридору. Одним из последних на пороге появился Майк. Он обнаружил меня на подоконнике в обнимку с сумкой и двинулся ко мне.
– А я смотрю, ты не слишком прилежная студентка, – улыбнулся он. – На первый урок пришла неподготовленной, второй прогуляла. Чего ждать к третьему?
Прогуляла?! Ничего себе прогуляла: сначала чуть не шагнула из окна, а потом меня едва не отчислили. Возмущенный ответ уже крутился на кончике языка, но я вовремя его проглотила. Нет уж, не только Майку, но и вообще никому не стоит знать, что меня можно убить в два счета. Вдруг кто-нибудь захочет это проверить? Даже не из ненависти ко мне, а просто так, из спортивного интереса.
Спасибо, как-нибудь обойдусь.
– Да были тут кое-какие дела, – неопределенно сказала я.
– Дела… – весело передразнил Майк. – Пойдем, деловая, провожу тебя в столовую.
– Еще одна черная дверь? – проворчала я, спрыгивая с подоконника. – Надеюсь, там светлее, чем в библиотеке. Хотелось бы все-таки видеть, что тащишь в рот!
– Увидишь, – пообещал Майк, развернулся и пошагал по коридору. – Давай быстрее. А то не останется свободных мест.
Еще быстрее? Я и так почти бежала следом за ним. Странно, но недавние приключения аппетит не отбили. Есть хотелось ужасно.
Дверь оказалась самой обычной, а столовая – огромной и светлой. Ряд больших окон, в которые лился яркий солнечный день, высоченный сводчатый потолок, стены из почти белого камня, снующие туда-сюда студенты с подносами, столы, уставленные едой. Аппетитные запахи, звон столовых приборов, шум, гомон, раздающиеся то там, то здесь взрывы смеха – ну точь-в-точь как в университетской столовке. Разве что наша была куда меньше. И не такая… средневековая.
– Юлия! – услышала я знакомый голос и закрутила головой.
Из-за стола неподалеку поднялась Эрмилина и помахала мне рукой.
– Иди сюда, я заняла тебе место! И обед принесла!
– Спасибо, что проводил, – сказала я Майку.
Он шутовски поклонился и направился туда, где алели мантии факультета защиты.
– Что это за красавчик? – приступила к допросу Эрмилина, едва я уселась рядом с ней и принялась наворачивать что-то непонятное, но вкусное.
– Это Майк, мы вместе учимся, и он вроде бы не собирается ни разыгрывать меня, ни пытаться убить.
– Зато, кажется, пытается за тобой ухаживать, – рассмеялась Эрмилина.
Ухаживать? Я недоуменно посмотрела в сторону алых мантий, отыскивая Майка, наткнулась на его встречный, очень даже заинтересованный взгляд и мгновенно склонилась над тарелкой. Он что, и вправду… Да ну, ерунда какая-то…
– Давай рассказывай, как он с тобой познакомился, – не унималась Эрмилина, – Вы сидели рядом? Как вообще прошли первые пары?
– Нормально, – машинально пробормотала я, с аппетитом уплетая содержимое второй тарелки. – Меня сегодня чуть не убили…
И тут же осеклась. Ляпнула так ляпнула. Вот уж правда, иногда лучше жевать, чем говорить.
– Что? – Глаза Эрмилины стали похожи на два блюдца. – Как? Когда?
Пришлось пересказывать ей всю историю, начиная с гада в зеленой мантии и заканчивая решением магистра Руниура «заниматься дополнительно».
– Ну ты даешь, – протянула Эрмилина, когда я закончила.
– Да при чем здесь я, это же…
– По магистру Рониуру, – перебила она, – тут все сходят с ума, а ты только появилась, и раз… индивидуальные занятия.
– Но ведь это только потому, что я совсем слабая как маг, – парировала я, принимаясь за напиток, похожий на наш компот.
– Какая разница почему, – отмахнулась Эрмилина. – Никто не будет разбираться, а вот желающих с тобой разделаться явно прибавится.
Допивать расхотелось, да и всю последнюю лекцию ее слова не выходили у меня из головы. Я автоматически записывала в тетрадку то, что слышала: про виды щитов, степени защиты и поражающий эффект силы отдачи. К счастью, никаких практических занятий со щитами на этот день не было намечено. Иначе от рассеянности я бы точно или сама покалечилась, или кого-нибудь покалечила. Но пронесло.
После занятий Майк вызвался проводить меня до дома, и я не отказалась, решив, что в целом это не такая уж и плохая идея. По крайней мере, если он будет рядом, вряд ли кто-то попытается меня убить. Когда мы благополучно остановились возле нашего домика, Майк предложил:
– Хочешь, я покажу тебе академию, расскажу, что здесь и как?
– Нет, спасибо, мне еще доклад писать…
Доклад – вполне уважительная причина не осматривать академию. Особенно если ужасно хочется скорее попасть домой, встать под душ и смыть с себя липкий страх и все переживания сегодняшнего дня.
– Доклад – это серьезно, – улыбнулся Майк и, попрощавшись, ушел.
Я поднялась на крыльцо, потянула дверь на себя и обнаружила, что она закрыта.
Ну и дела… Наверняка дверь открывается каким-нибудь простеньким заклинанием, которого я, к сожалению, не знаю. А Эрмилины нет дома, потому что – я только сейчас вспомнила – у нее четыре пары, а это значит, что придет она не раньше, чем через пару часов.
Я спустилась по ступеням и села на лавку, на ту самую, на которой уснула в свой первый день здесь. Вытащила из сумки тяжеленный том, добытый в библиотеке, и углубилась в чтение. Я с трудом продиралась сквозь закрученные предложения и незнакомые термины, когда что-то мягкое коснулось моей ноги.
Я вздрогнула и посмотрела вниз. У моих ног крутился котенок, маленький, рыжий и ужасно очаровательный.
– Ух ты. – Я взяла его на руки, почесала за ушком.
Котенок довольно заурчал, раскинулся у меня на коленях, подставив рыжее пузико. Вид у него был такой потешный, что я впервые за сегодняшний день улыбнулась. Если в этом мире есть коты, может быть, он не такой уж и плохой.
– Да ты, наверное, голодный! – вздохнула я, почесывая теперь уже пузико. – Жаль, покормить тебя нечем.
Хотя как нечем? Утром, когда мы завтракали с Эрмилиной, я положила в сумку бутерброд: хлеб и кусочек чего-то, отдалённо напоминающего сыр. Так, на всякий случай, вдруг захочется перекусить. Но весь учебный день я была слишком занята. Лекции, покушения, знаете ли. Тут не до бутербродов. К тому же обед в студенческой столовой оказался вкусным и сытным.
Я достала бутерброд из сумки, отломала кусочек сыра и протянула котёнку. Он слопал предложенное в считаные секунды – как только палец не оттяпал. Но на этом малыш решил не останавливаться и вцепился всеми четырьмя лапами в бутерброд. Ничего себе, какой голодный! Он уничтожал хлеб вместе с сыром с такой скоростью, что я не могла поверить своим глазам.
– Эй, кроха, тебе столько нельзя!
Я попыталась забрать огрызки, но котенок так опасно сверкнул глазами, что я сочла за лучшее больше не вмешиваться. Не прошло и минуты, как от бутерброда не осталось и крошки. Вот это аппетит!
Вдалеке послышались шаги – видимо, приближалась Эрмилина. Котёнок тут же спрыгнул с моих коленок, шмыгнул в кусты – только его и видели.
– Дышишь свежим воздухом? – подойдя, с улыбкой спросила Эрмилина.
– Нет, – буркнула я, заталкивая книгу в сумку. – Не знаю, как войти в дом.
– Извини, забыла предупредить. Просто скажи «откройся», и всё получится.
«Откройся», ну конечно. Могла бы и сама догадаться. Если это заклинание сработало даже с окном преподавательской башни, уж точно оно подойдёт для двери домика.
– Послушай, – заговорила я, поднимаясь следом за ней по ступенькам, – а нам можно в комнатах держать домашних животных?
– Кого? – удивленно обернулась Эрмилина.
– Ну, котов, собак?
Неплохо бы приютить маленького обжору. Явно его жизнь на улице не слишком сладкая, раз молотит всё подряд.
– А, я поняла, о чём ты! Кажется, читала кое-что. Но здесь нет домашних животных, – сказала Эрмилина, отворяя дверь. – Наших животных невозможно приручить, они дикие и в большинстве своём очень опасные.
Как это нет домашних животных? Не померещился же мне рыжий котенок. А может, он тоже попал сюда каким-нибудь странным образом из нашего мира? Умер там неудачно… Наверное, не стоит о нём пока никому рассказывать.
Я вздохнула, шагнула через порог и отправилась в свою комнату.
– Сегодня вечеринка на Факультете Заботы, – впорхнула ко мне Эрмилина буквально через пару минут. – Пойдёшь?
– Наверное, нет, – поколебавшись, ответила я. – Магистр Рониур задал писать реферат, и мне кажется, это надолго.
– О, ну если сам магистр Рониур… – с особым выражением произнесла она, и я с ужасом почувствовала, что мои щёки вспыхнули, как будто меня и правда поймали на чём-то постыдном.
– Не говори глупостей, – пробормотала я. – Мне нужно учиться. С моими слабенькими силёнками придётся хвататься за любую соломинку.
– Это точно, – со вздохом согласилась Эрмилина. – Может, перекусим? Чаю попьем?
– Давай.
Но перекусить нам не удалось. Мимо окон промчалось что-то большое и темное, перекрывая свет, ступени крыльца жалобно заскрипели, и раздался громкий даже не стук, а грохот.
– Ты кого-то ждёшь? – испуганно спросила я.
– Нет, – так же испуганно ответила Эрмилина. Откашлялась и крикнула: – Входите.
Бабахнула входная дверь, потом дверь в мою комнату, и на пороге возник огромный… байкер. Нет, честное слово, байкер! Окладистая чёрная борода, татуировка во весь лысый череп, бычья шея, необъятные плечи, пудовые кулачищи, упертые в косяки, широко расставленные бревна-ноги. Разве что банданы не хватало, кожаного жилета и, собственно, байка. Может, на крыльце оставил? То-то там все скрежетало и скрипело. Вид у него был столь свирепый, что хотелось сразу начать извиняться. За все!
– Магистр Хорвирет… – изумлённо прошептала Эрмилина.
Но байкер-магистр на неё даже не посмотрел. Он был занят. Он сверлил глазами меня. Вот я просто чувствовала, как в моем лбу образуются две дырки.
– Леди Юлия, новенькая? – голос оказался под стать внешности, словно в дно перевернутой металлической бочки бухали кувалдой, и все сказанное им прозвучало как обвинение или даже как приговор. – Почему прогуливаем занятия?
Ох ты ж чёрт! Одно занятие я и правда сегодня прогуляла. Но я и думать не думала, что наказание настигнет меня так скоро, да ещё и дома.
– Простите, я действительно пропустила одно занятие…
– Одно? – взревел магистр, и со стены упала магически приклеенная картина. – Сегодня их было четыре, и ни на одном я вас не увидел.
Что-то явно было не так. Два-то занятия я точно посетила. Я в полном недоумении смотрела на магистра, а он, сурово сдвинув брови, на меня.
– Простите, магистр Хорвирет, – осторожно вмешалась Эрмилина. – Тут какая-то путаница. Леди Юлия распределилась на факультет Защиты, она и не могла быть на занятиях факультета Артефакторов.
– Какой ещё защиты? Чушь! – снова взревел магистр, я вжала голову в плечи. Сейчас точно тут все разгромит своими децибелами. – Факультет Защиты полностью укомплектован, следующий новичок должен был быть артефактором. И вот я узнаю, что новенькая прибыла и даже не появилась.
– Но шар… – робко пискнула Эрмилина. – Он был красным, я видела.
– Красным? – Вид у байкера стал таким растерянным, словно он внезапно на трассе обнаружил под собой вместо мощного Харлея трехколесный велосипед. – Бардак какой-то, – пробормотал он себе под нос, развернулся и вышел.
Громко хлопнула моя дверь, потом входная, простонали ступени, мимо окон в обратном направлении пронеслось большое и черное, и все стихло.
– И что это было? – отмерла я.
– Это было… был магистр Хорвирет, – задумчиво пробормотала Эрмилина, – декан факультета Артефакторов.
– И его, конечно, тоже все боятся, – догадалась я.
– Нет, что ты! – Она тряхнула головой и улыбнулась. – Он только выглядит грозно, а на самом деле – отличный дядька.
– Ну, значит, все в него влюблены?
Этот брутальный тип явно мог тронуть не одно студенческое сердечко.
– И снова нет. Он женат!
Я фыркнула. Когда это семейное положение останавливало влюблённых студенток?
– А вот его жену, – продолжила Эрмилина, – как раз все боятся.
– А магистр Рониур? – спросила я. – Он женат?
Не знаю, почему спросила. Просто само вырвалось.
– Ага! – воскликнула Эрмилина. – Всё-таки зацепил тебя наш загадочный герой!
– Глупости, – сказала я и всё-таки почувствовала, как предательски загорелись щёки и уши. Быстро отвернулась и, схватив так кстати уроненную магистром картину, стала деловито приклеивать ее на место. – У меня вообще-то парень есть! То есть… был. Ну, там, дома.
От воспоминаний о доме и об Алексе сердце сжалось. Эрмилина приобняла меня за плечи.
– Он вдовец, – серьёзно сказала она.
Я почему-то взвилась.
– Какой он вдовец! Мы ведь не были женаты, только встречались!
– Магистр Рониур вдовец.
Я вздохнула. Думала я сейчас не об Алексе и не о том, какие перспективы открываются, раз уж красавчик магистр свободен. Я думала о визите декана. Слишком уж много странностей и непонятностей со мной. Боюсь, что всё это для меня хорошо не закончится.