Глава 35

После защиты практики, которую наша команда сдала на отлично, я намеревалась немного отдохнуть. И если разговора с Раяном получилось мастерски избежать, то от Саймона было не так просто отделаться.

Он забрал меня на тренировку. Нет, не магическую, физическую. На той самой злосчастной полосе препятствий.

– Физические управления отлично выбивают всю дурь из головы, – ответил он на все мои возмущения.

– Если ты не забыл, я только после болезни.

– Знаю я какая у тебя болезнь была. Скажи спасибо, что соврал Раяну, что забрал тебя на закрытую тренировку до завтрашнего вечера.

– Спасибо, – прозвучало, как да пошел ты!

– В детстве я часто болел, – неожиданно признался он. – Знаешь, очень тяжело, когда ребенок не нужен родителям. Ладно ещё отец, у которого главное детище – королевство, но мама… Она пыталась сделать мир лучше. Часто уезжала. Сначала ненадолго. А потом на полтора года. Когда же вернулась, у нее из глаз пропала вся жизнь. Тяжело видеть таким родного человека. – вся его грусть в одно мгновение схлынула, а ее место заняла беззаботность, – Заболтались мы с тобой. Давай на старт.

Вот же непрошибаемый тип, но я его понимаю. Только странно, как он все это помнит. Ведь совсем малышом тогда был.

– Ты поэтому ни одной юбки не пропускаешь? – спросила, обернувшись. – Потому что пытаешься ими заменить материнскую любовь? Я знаю о чем говорю. Я вообще оказывается бастард. Папа меня откуда-то принес.

В голове щёлкнуло. Рассказ бабы Эммы, Бенедикта и Саймона. Неужели?

– Мы можем переместиться во дворец к твоей маме?

– Зачем? – он искренне удивился.

– Тебе так трудно? Если я права, то это касается и тебя. Не знаю, насколько тебе это понравится, но мое нежелание выходить за тебя полностью оправдает.

– Умеешь заинтриговать. Я позову мать сюда, а ты пока марш проходить полосу.

– Садист, – я приготовилась бежать, но вновь развернулась, – только уточни в послании, что это не вопрос жизни и смерти.

И вновь вернулась к созерцанию полосы препятствий.

Несмотря на все мое нежелание, пришлось послушаться. Саймон просто так бы не стал меня тащить сюда, а значит, это действительно необходимо.

Когда я в состоянии полутрупа, преодолевала последнее препятствие, лира Лукреция отозвалась на зов сына. Так что на финише меня всю такую потрёпанную и измазанную в чем только можно встречали двое.

И если несостоявшийся жених привык к подобному виду адептов, то королева Валентании была в шоке. Но надо отдать ей должное, ее маска вернулась в тоже мгновение. Однако она успела сверкнуть недовольным взглядом в сторону сына.

– Мира, ты о чем-то хотела поговорить? – ласково спросила женщина.

– Да, – я сделала глубокий вдох, как перед прыжком в воду, и на одном дыхании выпалила, – тогда, когда вы телепортировали меня от волотов, это ведь был не первый ваш визит в Вилбург?

Грустно улыбнувшись, она кивнула и подтвердила словами:

– Да, Мирабелла, в прошлый раз я была там девятнадцать с половиной лет назад.

– Ты знала? – спросил наследник Валентании, скорее всего имея ввиду имя.

– О том, что моя дочь – принцесса Сармандии? Да. Правда не с самого начала.

Надо было видеть, как вытягивается лицо парня.

Я подошла к нему и похлопав по плечу сказала:

– Теперь, братец, понимаешь, что нашей свадьбе не суждено было случиться?

Он перевел растерянный взгляд на руку на плече, на мое довольное лицо.

И только потом я обратила внимание на королеву, которая застыла в ожидании чего-то явно неприятного.

Заметив мой вопросительный взгляд, она спросила:

– Ты меня ненавидишь?

– За что? Баба Эмма нам рассказала вашу историю. Вы не по своей воле бросили меня.

Похоже последняя фраза полоснула по сердцу… матери? Даже не верится в это.

Пришлось исправляться:

– Отец неправильно поступил, отобрав меня, но прошлое не вернёшь. Зато можно попробовать исправить будущее.

Брат отошёл от шока и спросил у мамы:

– Поэтому ты была против нашей свадьбы? Но почему не сказала, как есть? Если Мирабелла не сбежала, мы бы…

Он не договорил. Это и не требовалось. Все поняли и так.

– Я расскажу все с самого начала. С Тайлером (отцом Маркуса) мы были знакомы с детства. Жили под одной крышей. Вместе играли, дружили. Нам не нужен был кто-то третий. С возрастом мало что изменилось. И родители, видя это, решили заключить помолвку, а потом и брак. Вскоре умер король и Тайлеру пришлось взойти на престол.

Лира Лукреция или всё-таки мама, погрузившись в воспоминания запустила руки в роскошные золотистые волосы, как у нас с Саймоном.

– Настало тяжелое для королевства время. А как иначе? Ведь на троне восемнадцатилетний мальчишка.

Женщина грустно улыбнулась.

– Да бы упрочить свое положение, Тайлер женился. На момент нашей свадьбы мне было всего семнадцать, а в восемнадцать появился первенец.

Мама с теплотой посмотрела на сына:

– Ты был таким крошечным. Таким беззащитным, что я запретила кому-либо приближаться к тебе. Велела поставить люльку в своей спальне. Не сразу, но радость материнства потерялась в бесконечной рутине. Я стала уставать от всего. Тайлер был поглощен заботами королевства. Не было даже свободной минуты, разве что перед сном. Но я так уставала за день, что засыпала вместе с тобой. Позже все же подпустила нянек к тебе. И вернулась к дворцовым делам, пока не увлеклась целительством. Изначально это было продиктовано боязнью за твое здоровье. Первые шаги не обходились без падений. Хотелось быть готовой ко всему. Вот и начались мои поездки.

Теперь взгляд, устремлённый на принца, был виноватым.

– Так я и попала к бабе Эмме, у которой встретила того, кто мог часами напролет говорить комплементы. А много ли нужно, чтоб растопить девичье сердце, отчаянно желающее внимания? Я потеряла голову, посчитав свои чувства любовью. Так и появилась на свет ты, Мирабелла. Вот только я не представляла, как смогу появиться перед Тайлером с ребенком на руках от другого, как смогу смотреть в его глаза. Но и возвращаться нужно было. Ведь там остался другой мой ребёнок. Я медлила. И это привело к тому, к чему привело. Тогда я не знала кто он, а он считал меня безродной магиней.

– Но вы все же вернулись в Валентанию, – продолжила я, так как женщина замолчала.

– Да, вернулась к сыну, который стал лишним напоминанием о брошенной дочери. А ещё я узнала, что мой супруг тоже времени зря не терял и нашел тех, кто помогал ему снять напряжение после тяжёлого дня. Мы друг друга стоим.. Искали кого-то, позабыв, что третий нам не нужен. В общем, я отгородилась от всех. Сейчас понимаю, насколько это было глупо.

Саймон обнял мать.

У меня на глаза навернулись слёзы.

Брат притянул меня за руку, и мы обнялись втроём.

И так хорошо стало, как уже давно не было.

– Возможно, ещё не всё потеряно, – слова шли из души.