Глава 48

Я вспыхнула до кончиков волос, спрятала глаза и сказала:

– Ваше высочество, у Вас свет клином сошёлся на этом дне?

– Символично, – Раян пожал плечами. – Но, если ты хочешь другой день, как скажешь. Можно хоть завтра. Правда трудно будет все организовать, но мама должна справиться. Ей не впервой.

– Тогда другой вопрос. За кого Вы меня принимаете, Ваше высочество?

– Давай без фамильярности. А принимаю тебя за свою невесту.

– Не помню, чтобы давала согласия.

Обняла себя руками. Все же на дворе не лето, чтоб вот так полураздетой стоять на крыше.

– Пойдем внутрь. Вон какая бледная уже.

Как раз тогда, когда мы приблизились к двери, та распахнулась и показался тяжело дышащий целитель. А за ним маячил тот самый стражник, который помог подняться на крышу.

– Ваше высочество, этот молодой человек поведал, что за обедом вам стало плохо, – сказал лир Тобиас.

– Да, но мне уже лучше.

– Давайте зайдём внутрь, моя невеста замёрзла.

С возмущением уставилась на Раяна, но он не обратил внимания или же сделал вид.

– Да-да, конечно, – сказал целитель и развернулся, а стоило спуститься по лестнице продолжил, – я бы настаивал на осмотре. Отравление Ларгийским ядом может оставить последствия.

– Отравление?

Раян бросил на лира Тобиаса взгляд, словно это он меня пытался отправить.

– Да, а Вы не знали?

В общем, пришлось вести всю эту делегацию в покои, а по дороге рассказывать.

– Мне тоже кажется, что горничная не сама, – заключил принц, когда я закончила. – Кто-то стоит за ней. После осмотра спустимся в казематы.

Мы зашли в покои. Новая горничная, обнаружившаяся в гостиной, при нашем появлении присела в книксене, а после последовала за нами в спальню.

– Раян, тебе лучше выйти, – сказала я, заметив, как он прошел вместе со всеми.

– Нет, – заявил, покачав головой, и подойдя к окну демонстративно сложил руки на груди.

Спорить не стала. Вместо этого устроилась на кровати.

Целитель тем временем достал из саквояжа артефакты и подошёл ко мне.

– Все в порядке, – вынес вердикт он, – но я бы рекомендовал соблюдать постельный режим ещё несколько дней. Вечером передам с помощником общеукрепляющее зелье.

И все это было произнесено не мне, Раяну, все также стоящему у окна.

Ничего говорить не стала, желая побыстрее спуститься к Хелле. Во мне все ещё теплилась надежда.

Поэтому стоило лиру Тобиасу выйти, спросила:

– Пойдем?

– Ты слышала, что целитель сказал? Постельный режим. Родная, со здоровьем не шутят.

– Я иду и точка, – решительно направилась к двери.

– Хорошо, – нехотя согласился парень. – Но пообещай, что после возвращения, пообедаешь и ляжешь отдыхать.

– Обещаю.

– Тогда пошли к твоему брату.

Меня схватили за руку и повели на выход. Правда там уже пришлось вести мне.

Бенедикт был не очень рад, что придётся опять допрашивать горничную, но согласился.

Казематы страшное место. Сыро, затхло, отвратительный запах и мрачно. Не знаю, как нарушители закона сидят здесь годами. В этой гнетущей атмосфере мне стало неуютно с первых же секунд.

Мы зашли в допросную. Небольшое полупустое помещение. Из мебели здесь были стол посреди комнаты и три стула. Магический светильник немного ярче, чем в коридоре.

– Присядешь? – спросил брат, продолжая стоять.

Отрицательно покачала головой. Мне совсем не хотелось к чему-то притрагиваться.

Дверь с лязгом распахнулась вошёл стражник, ведущий Хеллу в кандалах. Девушка не сильно отличалась цветом лица от меня, когда проснулась утром. Глаза красные от недавно пролитых слёз. В общем, не захочешь, пожалеешь.

При виде меня горничная вздрогнула, опустила глаза. Мне показалось, что в них блеснули слезы.

– Лира Эвард, вы признаетесь, что отравили ее высочество Мирабеллу? – спросил стражник, когда девушка села.

– Да, – ее голос звучал глухо.

До этого Раян стоял в стороне, скрестив руки на груди. Сейчас же подошёл к столу и властно произнес:

– Посмотрите на меня!

Даже я и стражник послушно посмотрели в фиолетовые глаза наследника Сармандии.

– Кого Вы покрываете? – продолжал он.

Мне стало страшно. Бен, почувствовав это, приобнял, закрывая от всех.

– Никого.

– Не врите! Спрашиваю ещё раз кого Вы покрываете?

Девушка молча смотрела на стол, заливаясь слезами.

Раян сел за стол, положил руки на виски Хелле и скомандовал:

– Смотрите в глаза и расслабитесь, иначе для вас все закончится очень быстро.

Я хотела вмешаться, но брат покачал головой.

Несколько долгих минут, показавшихся вечностью, ничего не происходило, а потом Раян отпустил руки и поднялся. Девушка же рухнула бы на пол, потеряв сознание, но стражник вовремя подхватил.

– Просто обморок, – пояснил наследник Аслантии. – Что касается отравления, идея принадлежит Амелинде. По ее указке личная горничная поделилась разными женскими штучками, в том числе и некий коктейль, который за ночь очищает организм. Именно в его рецепт был подмешал яд. Бенедикт, вам мой совет, снабдите своих близких артефактами, определяющие наличие яда. У вас ведь супруга в положении.

– Значит, Хелла ни при чем? – спросила я.

– Не совсем. Девушка покрывала истинных виновных, так как они угрожали ей устроить веселую жизнь после твоего отъезда.

Бен же тяжело вздохнул и не обращаясь ни к кому глухо произнес:

– Мать приворотами балуется, сестрёнка ядами. Замечательная семейка.

Он бросил взгляд на стражника и строго произнес:

– Не дай Всевышняя, мои слова выйдут за пределы этих стен.

Хеллу выпустили, стребовав клятву о неразглашении. На клятву верности, которая в наши дни практически не используется по многим причинам (включая то, что работу и работодателя сменить нельзя), девушка решилась сама.

На этом удовлетворенную меня отправили обедать и спать.