Глава 9

– Я не переживу эти два года, – заявила Хильда, скидывая с головы полотенце и падая лицом на кровать.

Я тоже жаждала этих тесных объятий, но постельное белье было жалко, поэтому захватила купальные принадлежности и поплелась в душ, с нежностью вспоминая ванную во дворце и пушистую ароматную пену, которую горничная всегда делала мне после тяжёлого дня.

– К тебе приходили, – заявила подруга, стоило чистой и благоухающей мне вернуться в комнату.

– Кто?

Раян собирался несколько часов потратить на учебу, хотя, учитывая, что преподаватель по физической подготовке нас изрядно задержал, друг вполне мог уже и закончить с заданиями, но в таком случае он бы остался здесь дожидаться меня.

– Не поверишь! – ответила Хильда и замолчала.

– Не поверю и даже не узнаю, если не скажешь.

– Саймон Вебер собственной величественной персоной. Я сказала, что ты в душе, и он ушел.

Только его мне и не хватало. Я что зря сбегала от него после занятия? Между прочим, не так уж просто сидеть в колючих кустах, согнувшись в три погибели.

Промелькнула мысль скрыться у Раяна в комнате, но вот незадача, я понятия не имею, где она.

Раздавшийся стук в дверь заставил подпрыгнуть на месте.

– Мира, ты чего такая перепуганная? – спросил вошедший Дарел, друг Раяна.

Светловолосый парень с невероятно красивой улыбкой, которую он довольно часто демонстрировал.

С ним мы познакомились вчера и он, вместе со своей девушкой Пенелопой, прекрасно влился в нашу компанию.

– С вами тут заикой станешь, – пробубнила, потирая грудь в области сердца.

– Проходи, чего встал в проходе, – возмутилась Пенелопа и совсем недостойно своих аристократских корней толкнув парня зашла внутрь.

Как всегда безупречна. Длинные тёмно-каштановые волосы уложены в простую, но не менее красивую прическу, темно-синее платье без единой складки подчеркивает глубину васильковых глаз.

– Первое занятие по физической подготовке? – понимающе хмыкнул Дарел.

– Оно самое, – ответила, вставая с кровати. – А где Раян? – спросила у старшекурсников у двери.

Дарел учился на третьем курсе на факультете артефактики, а Пенелопа тоже на третьем, но на целительском.

Услышав мой вопрос, они многозначительно переглянулись, но ответить ничего не успели. В дверь постучали.

Всевышняя, прошу, только не Маркус!

Моя мольба была услышала, потому что на пороге появился Раян со свёртком в руках.

– Тей будем? – спросил он, заходя внутрь.

Все подобрались, почувствовав запах выпечки, а мой желудок решил ответить по-своему – громким урчанием, позоря нерадивую хозяйку.

– Так и знал, что пироги окажутся, кстати, – сказал друг, опуская свёрток на стол.

Я занялась теем, мысленно пообещав себе, что следующий ужин для компании с меня.

А уже через несколько минут мы ужинали.

Именно в это время в раскрытое окно влетела бумажная птица-вестник. Она совершила крутой вираж и спланировала мне прямо в руки.

Послание открывала с опаской и не зря.

"Златовласка, вынужден просить прощение за свое неподобающее поведение. Все неправильно понял. В качестве извинения приглашаю вас на наше место в девять вечера", – было выведено размашистым каллиграфическим почерком.

А снизу приписка: "Ваш ночной друг".

Во дворце меня учили по почерку определять характер адресанта. Я смело могу говорить, что писавший уверенный в себе мужчина. Он спокоен, рассудителен, привык принимать взвешенные решения.

Последняя же наша встреча показала, что незнакомец импульсивен. Ведь он сделал вывод толком во всем не разобравшись.

А ещё я обратила внимание на одну деталь: он назвал меня Златовлаской. Сейчас же мои волосы были иного цвета. Голос мой той ночью не слышал, тогда как узнал?

– Кто пишет? – спросила любопытная Хильда, стараясь заглянуть в листок.

Напрасно. Он скрыт чарами от чужих глаз.

Я оторвалась от послания и наткнулась на внимательный взгляд Раяна. Чего это он? Тоже любопытно кто мне послания пишет? Надеюсь, он не ревнует? Этого мне ещё не хватало!

– Да так, ничего интересного, – отмахнулась я, нацепив на лицо маску безмятежности, несмотря на бешено колотящееся сердце в груди.

Бросила мимолётный взгляд на настенный камень времени, который подарил Раян на новоселье. Семь вечера. Успею и с друзьями посидеть и на крышу наведаться.

Ведь наше место именно крыша? Не его спальня же в самом деле.

Последующие несколько часов я то и дело выпадала из разговора, борясь с противоречивыми чувствами. Идти или не идти? С одной стороны очень хочется, но с другой…

Он ведь наверняка аристократ, причём живёт не с кем иным, как с наследником престола и моим несостоявшимся женихом (об этом я узнала, стоя перед дверью коменданта).

Следовательно, незнакомец подданный Валентании. Показать себя настоящую я не могу. А с безродной аристократ никогда не свяжется, только если в качестве временной игрушки. На это уже я категорически не согласна. Не так воспитана.

Хотя и чувство долга мне вбивали в голову с рождения, но на чаше весов нежелание выйти замуж за Маркуса все же перевесили этот самый долг.

Когда же на часах значилось без двадцати минут десять, приняла окончательное решение. В это же время засобирался Дарел и его подхватили остальные.

Странно, обычно мы до десяти сидим. Может они ещё не все задания сделали? Учеба на остальных факультетах куда сложнее нашего, а они к тому же старшекурсники.

– Ну, рассказывай! – с горящими от любопытства глазами велела Хильда. – Кто тебе написал? Саймон?

– Нет, конечно. Один мой знакомый из прошлого.

– Ты ничего не расскажешь, верно? – надула губки девушка.

Я кивнула. Мы с подругой ни раз затрагивали тему прошлого, и я наотрез отказывалась о нём говорить.

– Ты не знаешь как пройти на крышу? – спросила, осознав, что понятия не имею как туда выйти.

С улицы вообще не видно никакой площадки между башнями.

– Свидание? Ладно, поняла, не спрашиваю. Подойди к любой лестнице, ведущей в башню и представь крышу. Даяна говорила, там здорово.

Девушка мечтательно зажмурилась.

Я же достала шаль из тумбочки, служившей нам гардеробной, сервантом, и прочим. После чего направилась на выход.