Глава 27

Следующие пару дней я должна была посвятить подготовке к сессии, даже от работы в приёмной и тренировок ректор меня освободил, только вот вместо подготовки я засела за книги.

Вооружившись блокнотом и карандашом, принялась переводить древние тексты.

Нам нужна информация о древнем духе и заодно о Харитах, о последних искали информацию ребята. Если отец, или кто бы то ни был ещё, хочет, чтобы я нашла младшую из Харит, не указывая о том, кто это, значит, информацию можно найти. По этой логике Сэм, Макс и Киран отправились в библиотеку академии, а Таша, Элор, Ил и Беатриса — в городскую.

Слово за словом перевожу древние книги, тщательно уделяя внимание каждому слову. В первый день я проштудировал книги Мортоне, но в них, как назло, ничего не нашлось. Вот просто ни одного упоминания. Возникло чувство, будто нам специально подсунули пустышку.

Второй день, решила посвятить книгам из семейной библиотеки Илизов, и здесь меня ждал приятный сюрприз. Кто-то записал на полях легенду о первом духе, только записал её на хаите, языке, который я не могу перевести сразу. Приходится сначала переводить его на древнеиехианский, а потом уже на привычный. Всё это занимает втрое больше времени, но других вариантов всё равно нет. Упускать возможность узнать хоть что-то я не готова.

К середине дня желудок завёл песню погибающего кита. Придётся сделать перерыв на обед. Быстро забегаю в столовую и усаживаюсь с подносом за первый подвернувшийся столик. Также без промедлений начинаю уплетать рагу. Святые небеса, что за пища богов! Надо признать, что в академии всегда вкусно кормят, но сегодня просто восторг!

— Вот это аппетит, — раздаётся рядом голос декана Рорна. — Сразу видно, что Лейн у нас боец.

Хорошо не сказал, что сразу видно,, кто подарит ректору семейное пополнение. Отрываюсь от тарелки и перевожу взгляд на декана. Рорн явно не просто так оторвал меня от обеда.

— Я в приёмной оставил листы, в них указано кому из адептов, какие преподаватели закрыли сессию по текущим оценкам, — на этом моменте Рорн просеял, в этом году ректор разрешил закрывать сессию по текущим оценкам в связи со сложным положением в академии, в общем, он спешит выдворить всех побыстрее, чтобы не подвергать опасности.

— Угу, — киваю с полным ртом, уверена, что сам Рорн всем выставил оценки, чтобы экзамен не проводить.

— Выходит, что тебе осталось сдать только боёвку, ваш декан изверг, никому не закрыл экзамен, — сокрушается воин. — Переводись ты ко мне? Я тебе нагрузку снижу, понимаю же.

— Скажите честно, вы издеваетесь? С чего вы вообще взяли, что я беременна? — сверлю декана взглядом.

— Ты в этом семестре сильно похудела, осунулась, а сейчас вон также быстро расцвета. Такое бывает, когда магичка вынашивает ребёнка с магическим потенциалом, сильно превышающий её собственный, — любезно поясняет Рорн.

Сдерживающий рык.

— Такое много причём бывает. При депрессии или простуда, например, — как этот человек умудрился стать деканом?

— Болезнь — так болезнь, рад, что ты снова в строю. А над предложением моим подумай, — беззлобно улыбается Рорн. Мужик он, конечно, хороший, вот не придумывал бы себе всякое.

Зачем декану на факультете я, тоже понятно. Он давно хочет брать к себе всех тех, кому не хватает магического потенциала для поступления на боевика. Однако Рорн хочет, чтобы для таких адептов была другая программа, чтобы они и магию изучали нормально. На самом деле Эсильвар уже даже прошение императору отправил, для создания дополнительного направления на факультете воинов. Эсильвар ещё ничего не говорил декану, чтобы не обнадёживать.

— Спасибо, я подумаю, — поднимаюсь из-за стола с опустевшим подносом. Некогда рассиживаться, древние тексты сами себя не переведут. Плюс всё же надо заскочить в приёмную, если действительно осталось сдать только боёвку, то это хорошо, будет больше времени для перевода текстов.

В приёмной на удивление никого не оказалось, как и в кабинете ректора, а вот оценочные табеля действительно лежат. Быстро пробегаю по ним глазами.

Рорн был прав, мне осталась только боёвка, а вот ребятам повезло меньше, особенно Кирану, ему экзамен закрыл только Рорн. Кстати, декан воинов закрыл экзамен всем, кроме ведьм, видимо, решил насладиться их провалом. Все понимали, что Рорн всем закроет сессию, просто придётся немного опозориться. У большинства ведьм с физкультурой весьма печально.

Неожиданно дверь кухни распахивается, являя ректора с чашкой чая и тарелкой пирожных. От неожиданности я даже вздрогнула. Не думала, что здесь кто-то кроме меня есть.

— Привет, — улыбается Эсильвар. На его лице залегла тень усталости, под глазами появились тёмные круги, скулы заострились, кожа побледнела. Должно быть, опять опустошил резерв в подземелье. — У тебя же выходной?

— Привет, — улыбаюсь и поднимаюсь, чтобы покинуть приёмную. — Да, просто Рорн сказал, что занёс оценочные табеля, вот пришла взглянуть, к чему готовиться не надо.

— Может чаю? — ректор склоняет голову набок. Отчего-то мне кажется, что он борется с какими-то внутренними противоречиями.

Первым порыв отказать, но потом что-то внутри щёлкнуло.

— Конечно, — направляюсь на кухню за чашкой и прихватываю заварочный чайник.

Как обычно, устраиваем чаепитие в кабинете ректора. Это уже стало своеобразной традицией.

— Ты молодец, осталось только боёвку сдать, — улыбается Силь, надо же, уже посмотрел.

— Надеюсь, что это не из-за того, кто я, — грустно вздыхаю. На самом деле практически все профессора относятся ко мне, как прежде, разве что Хейклин перестал отпускать грязные шуточки в мой адрес. Правда, менее острых у него оказалось ещё больше. Решил количеством брать.

— Ты много трудишься, и действительно одна из лучших на курсе, — ректор пододвигает ко мне тарелку с пирожными.

— Надеюсь, что так. Вообще странно, что Николас никому не поставил сразу зачёт, — размышляю вслух. — Это больше в духе Эсильвара Соэнцио.

Ректор рассмеялся.

— А ты очень проницательна, Вивьен Халорд, — он посмотрит на меня с какой-то особенной нежностью. — Уверен, что у тебя не будет проблем с боёвкой.

Наспех допиваю чай, и, прощаюсь с ректором. Не теряя больше времени, возвращаюсь в общежитие и продолжаю свою кропотливую работу.

Уже ближе к ночи в комнату вваливаются ребята, причём те, что из местной библиотеки самыми недовольными, видимо, опять библиотекарь выгнал.

— Как успехи? — спрашиваю Сэма и Кирана, которые чернее ночи.

— Ничего, — вздыхает Сэм и заваливается на мою кровать, прикрывая глаза.

— Как у тебя? — Киран выглядывает через плечо на дреанеиехианский текст, написанный моей рукой. — Э-э-э-э, Ви, вроде бы было нужно перевести текст, а не зашифровывать его. Ребята, у нас Вивьен сломалась!

— Да, и у меня всё под контролем, — хмыкаю.

— Как скажешь, — братец разваливается в кресле, которое ребята перенесли из своей комнаты.

— Думаю, что мы кое-что нашли, — довольно протягивает Ил.

— Не томи, — ёрзает Макс, усевшись на ковёр.

— Хариты, это служители Великого духа, — начинает Таша.

— Какого духа? — переспрашивает Сэм, приоткрыв один глаз.

— Великого, кто это такой мы не нашли, но выяснили, что харит трое и они первые жрицы, которых создал этот дух себе в услужение, — продолжает Таша.

— Но они должны быть очень древними и, вероятно, сильными, где их искать? — хоть какие-то хорошие новости.

— Где искать неясно, но известно, что их звали: Талия, Евфросина и Аглая, — на последнем имени Беатриса хмыкает.

— У нас здесь есть одна Аглая, — поддерживает Макс.

— Ага, великая харита — пожилая женщина вахтёрша, да-а-а-а о её могуществе можно слагать легенды, — закатываю глаза.

— Нет, а что если действительно так? — маскирует кашлем смех Элор.

— В любом случае нужно это как-то проверить, — тяжело вздыхаю.