Глава 36

Пробуждение вышло крайне тяжёлым и болезненным. Слегка шевелю кончиками пальцев правой руки, как всё тело тут же сковывает спазмом боли. Невольно издаю стон и открываю глаза.

Синие покрывало. Светлые стены и горы книг. Спальня ректора, вот только в академии, или же в его поместье?

В кресле около стены спит Эсильвар. Даже сквозь сон видно, как он осунулся, черты его аристократического лица заострились, а под глазами залегли тени. Одежда Соэнцио измята.

Предпринимаю попытку сесть, однако, тело сковывает новый спазм боли.

— Вивьен, — от моего стона Силь распахивает глаза и подскакивает с кресла, дабы помочь мне сесть.

— Спасибо, — благодарно выдыхаю. — Сколько времени прошло? — что-то подсказывает, что ответ мне не понравится.

— Месяц, — спокойно отвечает Эсильвар.

— Значит, я пропустила отборочный тур по имперским играм? — странно, но почему-то первым делом я подумала об этом, чем вызываю нервный смешок Соэнцио.

Определённо точно нужно избавиться от привычки терять сознание, так вся жизнь пройдёт.

— Неужели тебя действительно волнует только это? — он аккуратно присаживается на край кровати.

— Нет. Мы в академии или в поместье? — смотрю в упор.

— В поместье, — подтверждает мои опасения Силь.

— Ясно. А Ирилиан? — вскидываю бровь.

— Он был против и хотел забрать тебя во дворец, — подтверждает Эсильвар. Вспоминаю его слова о том, что гнев императора его не страшит.

— Но ты настоял? — как-то разговор идёт напряжённо.

— Настоял, — вновь кивок. Что-то подсказывает, что Ирилиан не слишком настаивал на том, чтобы забрать меня. Должно быть, ему плевать на меня куда больше, чем Эсильвару.

Повисает пауза. Каждого из нас волнует своё.

— Ты обещал мне рассказать, ещё тогда на полигоне, — с трудом припоминаю последнюю сессию и то, что наша магия переплелась. Я так и не нашла в книгах, что это значит, но это странно.

— Я знаю, что ты видела и знаю, что ты хочешь знать больше, — Эсильвар тяжело вздыхает.

— Но ты не расскажешь, — нервно хмыкаю.

— Прости. Я клянусь, что расскажу тебе всё, но когда придёт время, — он берёт мою ладонь в свои, его магия перетекает по моему телу, боль отступает.

— И когда же оно придёт? — всё же уточняю и так зная ответ.

— Не знаю.

— Ясно, — высвободив руку, я аккуратно вылезаю из постели и встаю на пол. Комната начинает кружиться. Ректор хочет помочь, но я не позволяю. Пальцами вцеплюсь в массивное изголовье кровати.

— Ты очень изменилась, Вивьен, — с грустью произносит Силь. — Однако ты играешь в очень опасные игры.

— Не понимаю, о чём ты, — поднимаю голову, чтобы смотреть ему в лицо. Постепенно комната перестаёт кружиться.

— Я видел, проход, даже учитывая фарс моего братца, я успел заметить, как спуск в подземелье закрылся, — Эсильвар делает несколько шагов в мою сторону, обходя кровать.

И почему мне кажется, что проблемы только начинаются?

— А затем я проверил ключ, и оказалось, что он поддельный. Должен признать, что если бы не ваша провальная вылазка, я бы долго не замечал подмены, — это что сейчас была похвала?

— Что ты делал у башни? Хотел и сам спуститься? — явно же не просто так прогуливался.

— На самом деле нет, у меня просто было плохое предчувствие. И что же вы не вошли, испугались глаза Лорена? Браво, Вивьен, пропуск в запрещённую секцию не пропал даром! — Эсильвар в гневе.

— Думаешь, что остановишь меня? И что же ты сделаешь, Эсильвар Соэнцио? Ты не можешь запереть меня от всего мира! — перехожу на крик. — По факту ты мне никто!

— Так почему бы мне не сдать тебя и твоих друзей императору? — его глаза заволакивает злостью, но мне не страшно. Делаю шаг ему навстречу.

— Меня можешь сдавать кому угодно, но не смей угрожать моим друзьям, — внутри клокочет ярость и ей не терпится вырваться наружу. — Я знаю, что ты и Ирилиан причастны к исчезновению отца, и знаю, что он жив, я найду его, чего бы мне это ни стоило, — тычу пальцем в грудь Соэнцио.

— Ты не понимаешь о чём говоришь! — Эсильвар перехватывает моё запястье.

— Отпусти меня, если не хочешь прямо сейчас оказаться в главной имперской тюрьме, вместе с Николасом и Ирилианом! Мои права на трон неоспоримы и моры поддержат меня! — кричу ему в лицо.

— Надо же, а у кошечки выросли коготки! Игры зашли слишком далеко, давно нужно было это сделать! — Эсильвар дёргает меня к себе, открывая переход.

Первым, что я увидела оказался мраморный пол, с которым я бы обязательно встретилась носом, если бы не хватка взбешённого Соэнцио.

Переход вышел нестабильным, и я едва не ударилась головой об пол, дабы Эсильвар вовремя меня поймал.

Поднимаю глаза и вижу огромную золотую статую Тьмы, — богине всего сущего. Главный храм, вот что он имел в виду! Пытаюсь вырваться, но безрезультатно.

— Как ты сказала, я тебе никто и не могу запереть тебя? Что же, давай это исправим! — какая же я дура, зачем я это сказала!

К нам подходит один из служителей.

— Чем могу помочь? — его абсолютно не заботит моя возня.

— Обвенчайте нас, — рычит Соэнцио, отчего меня словно прошибло током.

— Я никогда не стану твоей женой, даже если умру! — попытаюсь призвать магию, но после истощения та не отзывается. Святые небеса, не оставьте меня!

— Прошу, пройдёмте за мной, — служитель разворачивается и направляется прямиком к статуе богини.

Закинув меня на плечо, Соэнцио идёт следом. Я со всей силы колочу его по спине, но боевик даже не замечает этого. Вдобавок сыплю такими проклятиями, что у заправского мужика от стыда покраснело бы лицо. Магия меня подвела, а физически я намного уступаю Эсильвару. У меня нет шанса, но просто так я не сдамся.

Наконец, лорд опускает меня на ноги, но вновь хватает за руки.

— Согласны ли вы, лорд Соэнцио, взять в жены леди Халорд? — и откуда служитель знает наши имена, неужели всё было спланировано?

— Зачем тебе это? Неужели всё дело в троне? Да он мне не нужен! — резко бью Эсильвара в колено и, улучив секунду, срываюсь на бег.

Нужно выбраться из храма, а там придумаю что-нибудь. Далеко убежать не выходит. Даже хромая, Эсильвар догоняет меня в два шага и тащит обратно.

— Ты мерзкий упырь! Да чтоб тебя черви живьём сожрали! — ору, пока женишок тащит меня обратно к алтарю.

— Согласен, — рычит ректор.

Магия начинает возвращаться ко мне, до чего же вовремя! Накидываю на мага адовый аркан, правда, тот выходит слабым, и ректор быстро развеивает его.

— Согласны ли вы, леди Халорд, взять в мужья лорда Соэнцио? — кажется, этого мужика ничего не может удивить. Должно быть, Эсильвар пожертвовал храму огромную сумму.

— Да я лучше умру, чем стану его женой! — резерв всё ещё наполовину пуст. — Пусть меня заживо сожрут кияки, пусть эльгур разорвёт мою душу, но я не стану женой Эсильвара Соэнцио!

В отчаяние предпринимаю крайнюю меру, создаю ледяной клинок и бью себя в грудь. Фокус, которому меня научил когда-то дядя Алариус. Я рассеиваю свою магию при соприкосновении с телом, но как только магия проходит насквозь, она вновь обретает материальное воплощение. На это уходят остатки резерва.

Эсильвар выругался, но, по всей видимости, серьёзного урона не получил.

— Тогда именем Тьмы объявляю вас супругами! провозглашает будущий труп, — надеюсь, Ирилиан ему этого не спустит!

Соэнцио тащит меня к ритуальной чаше, в которую необходимо опустить руки. Считается, что раньше Тьма решала подходят ли друг другу супруги, и если она благословляла брак, то на запястьях появлялись метки. Но такого уже сотни лет не происходит.

— Я не поклоняюсь Тьме! — пыталась упереться ногами, но они лишь скользят по мрамору. — Я верю в духов Святых небес, которые никогда не одобрят этот союз!

Эсильвар помещает наши руки в чашу и отпускает меня.

— Доволен? Думаешь, тебе это сойдёт с рук⁈ — я тут же дёргаюсь в сторону, увеличивая расстояние между нами. — Я ненавижу тебя, Эсильвар Соэнцио, и обещаю, что ты пожалеешь!

Правую руку опаляет жаром и, взглянув на запястье, я вижу метку Тьмы. Нет-нет-нет! За что⁈ Как духи Святых небес допустили такое⁈

Подавляю желание разрыдаться.

— Богиня благословила ваш союз, — служитель поражён, а я сжимаю кулон Мортоне и переношусь из этого цирка уродцев!