Глава 7

Все собрались в гостиной в доме ректора, ожидали только нас. Как обычно, ребята расположились прямо на полу, а вот Конфетка забрался на диван, странно, что Силь его не согнал. У ног братьев расположились борзые, на коленях у Макса спит кот, а на плече Элора щебечут две птички. Завидев нас, одна из птичек вспорхнула и приземлилась на плечо к Таше.

— У нас возникли проблемы после использования магии духов, — Сэм быстро вводит в курс дела Ташу.

— После тренировки на полигоне новый декан боевиков в лазарете, — без тени осуждения продолжает Киран.

— Да, я едва его не убила, — в очередной раз шмыгаю носом. Перед глазами всплывает Николас, лежащей на земле без сознания. Святые небеса, спасибо, что он выжил!

— Брось, Николаса Соэнцио не так-то просто убить, — отмахивается, показавшийся ректор. Эсильвар успел переодеться из своего костюма в простые штаны и рубашку. — Братец та ещё заноза, но произошедшее странно, а если добавить к нему всё остальное, то выходит, что у нас большие проблемы, — Силь опускается на пол около Макса, а я около Сэма.

— Использовать магию опасно, во всяком случае пока мы не найдём способы её контролировать, — Сэм приводит в беспорядок свои волосы.

— Нужно как-то разделить силы, — задумчиво выдаёт Макс. — Одна часть займётся поисками решения по духам, а вторая — отправителем письма.

— Император Асаэль мёртв и всё это знают, — перебивает его Эсильвар. — Неясно кто, отправил от его имени письмо, но Ирилиан приказал управлению моров разобраться в этом. Так что не лезьте в это дело.

— Да-а-а-а, тот самый император, что был в руках фанатиков и никто этого не видел, — хмыкает Иланий.

— Не лезьте в это, пока не нашли очередных неприятностей, — предупреждающе качает головой ректор.

— Ладно, наши споры ни к чему не приведут, — неожиданно идеи на уступки Макс. — Я успел связаться с отцом, во время обысков в недвижимости, принадлежащей членам культа, было обнаружено это. — Мортоне протягивает резной деревянный ларец, на котором выбита надпись.

— И что здесь написано? — вскидывает бровь Киран, косясь на древние символы.

— У нас только Вивьен читает на древнеиехианском, — вздыхает Эсильвар и подвинул ларец ко мне.

— Сколько древних языков ты знаешь? — с восхищением спрашивает Беатриса.

Начинаю загибать пальцы, мысленно перечисляя.

— Свободно владею тремя, ещё на двух только читаю и знаю ещё пару, но не особо хорошо.

Элор присвистнул. Пожимаю плечами, ничего особенного.

— Род Халордов очень древний. В главном поместье есть огромная библиотека, причём многие книги в ней на мёртвых языках. Халорды всегда обучали своих детей древним языкам, чтобы передавать древние секреты и знания, — любезно поясняет Эсильвар.

Я никогда не была в главном родовом поместье, даже не знаю, кто сейчас там живёт. Перевожу взгляд на братьев, они хмурятся. Юридически они не считаются частью рода, хотя в их жилах течёт кровь Халордов, правда, сильно разбавленная. Во мне была бы такая же кровь, если бы не кровавый ритуал, стоящий жизней сотни потомкам рода.

Дядя Алариус очень много времени уделял изучению языков. А вот Ил, Сэм и Киран не владеют древними языками, как и наши мамы. Обычно девочки из рода Халордов не обучаются ни языкам, ни секретам рода.

Перевожу взгляд на шкатулку. Письмена древние, часть уже плохо видна, но всё ещё пригодна для прочтения.

— Мощь духов стихий удержать сможет лишь скаэм, — перевожу надпись.

— Скаэм? — переспрашивает Сэм.

— Я не знаю, как переводится это слово, — пожимаю плечами.

Иланий снимает крышку со шкатулки. На выцветшем, некогда синем бархате, лежат три кулона. Белый, на котором виднеется руна воздуха, голубой с руной воды и зелёный с руной природы, то, что сейчас мы зовём землёй. Все кулоны представляют собой камни, обрамленные подвесками из разных металлов, тех, что ассоциируются со стихиями: серебро — вода, железо — воздух, латунь — земля. Между землёй и водой пустое углубление.

— А где скаэм огня? — поднимаю взгляд на Максимилиана.

— Не знаю, отец сказал, что это всё, что удалось найти, — боевик пожимает плечами. Какая-то мысль промелькнула в голове, но я не успеваю её поймать.

— Возможно, скаэм огня уничтожил культ, чтобы никто не мог подавить их владыку, — высказывает предположение Таша.

— Вполне возможно, — соглашается Эсильвар.

— По сути, это блокаторы для сил духов, только вот не будут ли они перекрывать иные стихии? — задумчиво произносит Ил.

— Вот и узнаём, — вздохнув, вынимаю скаэм земли и надеваю на шею.

Раздаётся лёгкое шипение, артефакт словно вплавляется в мою магию, через секунду всё прекращается.

Призываю огонь, и он без труда отзывается, как и воздух, и водой, даже земля отозвалась, но теперь уже на том уровне, что и до слияния с Эсаги.

— Но это нерешение, если сила стихии духа продолжит расти, артефакт не сможет её сдержать, — хмурится Соэнцио.

— Откуда знаешь? — Макс косится на Эсильвара.

— Это шкатулка начал, скаэмы появились в то же время, что и духи стихий, как бы уравновешивая друг другу. Я читал об этом, когда изучал культ, — сухо отвечает ректор.

— Всё так, но это даст время на поиск нормального решения, — соглашается Максимилиан.

Сэм и Силь следуют моему примеру и используют скаэмы.

Неожиданно в дверь стучат. Эсильвар поднимается на ноги и уходит в прихожую. До гостиной долетают голоса.

— Господин ректор, я пришла извиниться, — раздаётся расстроенный голос декана Пентори. — Я лишь хотела как лучше, прошу меня простить. И хочу попросить вашей помощи.

— Что же у вас случилось? — холодно интересуется ректор.

— У меня проблема с лабораторией. Прошлый декан оставила там ужасный беспорядок. Все порошки и растворы в банках без этикеток, я, конечно, могу определить что-то на внешний вид, но открывать некоторые склянки может быть небезопасно. Не могли бы вы мне помочь с помощью магии определить, что где?

— И почему именно я? — голос Силя всё ещё холоден. Его явно не тронула история с лабораторией.

— Не хочу, чтобы другие профессора считали меня неумехой, — шмыгает носом Пентори и раздаётся звук бубенчика на её шляпе.

— Идёмте, — обречённо выдыхает ректор, и дверь закрывается.

— С чего начнём поиски? — воодушевлённо спрашивает Таша, стоило парочке удалиться.

— Как насчёт призвать духа и попробовать узнать у него, что делать? — предлагает Киран.

— Среди нас нет некромантов, — качает головой Элор.

— Он нам не нужен, как вместилища духов мы сможем призвать их вновь, наверное, — озвучиваю свою мысль.

— Думаю, что ректору не стоит этого знать, как и о поисках отправителя письма, — задумчиво произносит, молчавшая до этого Беатриса.

— Ты в чём-то его подозреваешь? — Таша удивлённо хлопает глазами.

— Нет, но стремление ректора обезопасить нас от проблем, может выйти нам же боком, — поясняет воин. И я с ней полностью согласна.

— Тогда решено, на выходных призовём Эсаги, — хлопает по коленям Макс.

— А где будем призывать? — интересуется Сэм.

— В конце парка есть заброшенная башня, когда-то в ней проводили опыты, но лет двести уже не используют, — поразмыслив, предлагает Ил.

— Решено, тогда мы с Ташей подготовим всё для ритуала, — Элор подмигивает ведьме, и та заливается румянцем.

— Подождите, но ректора нужно чем-то занять, — напоминаю об одной большой такой проблеме.

— О, у меня есть идея, — хихикает Беатриса и переводит взгляд на Ила, боевик кивает.

Ой, не нравится мне их план. Внутри скребёт плохое предчувствие. Однако делать нечего, кроме Эсаги обратиться нам не к кому. Святые небеса, надеюсь, мы не влипаем в новые проблемы! Хочется спокойно учиться, не переживая о спокойствие всего мира. Сейчас меня мучает вопрос с письмом отца. Не хочу давать себе ложную надежду, но вдруг он всё ещё жив?

Собираемся обратно в общежитие. Оставаться в доме ректора в его отсутствие как-то неправильно.