Глава 52

Из-за нашего с Лэнсом прилюдного поцелуя все в академии решили, что мы встречаемся. Меня это жутко бесило, а Лэнс, как назло, не торопился опровергать эти слухи, а наоборот еще больше подливал масла в огонь, угрожая любому, кто осмеливался «дышать» в мою сторону. После этого даже редкие смельчаки, которые продолжали настойчиво домогаться меня и с которыми я вполне справлялась своими силами, резко испарились с горизонта. Ажиотаж вокруг меня наконец утих. Кроме парней из моей стаи и самого Лэнса никто больше даже близко не подходил ко мне и не заговаривал, и это не могло не радовать. Если бы еще Лэнс перестал прожигать меня своим звериным взглядом каждую проклятую секунду моей жизни, было бы вообще хорошо. Но приходилось довольствоваться тем, что есть. Маркус и его приспешники тоже наконец вылезли из норы и вновь начали ходить на занятия. Сначала я напряглась, но постепенно перестала обращать на них внимания. Они явно боялись меня (или Лэнса?) больше, чем я их. Старались не попадаться мне на глаза, а мне больше ничего и не нужно было. К тому же до меня дошли слухи, что отец Маркуса потерял место на службе, так что я понимала, что вряд ли ему до меня. Мне и так хватало забот с постоянным молчаливым преследованием Лэнса и тройными тренировками с тренером. Если к Лэнсу я более-менее привыкла, то тренер открылся для меня с неожиданной стороны. Он оказался тем еще тираном, и каждый раз, вставая в пять утра, чтобы успеть на тренировку, я вспоминала его всеми матерными словами, которые знала. Помимо того, что у нас и так по расписанию боевые практики были каждый день, мне еще приходилось дополнительно заниматься утром и вечером, из-за чего в конце дня я буквально валилась с ног. И если вечером я еще могла как-то халтурить, потому что тренер занимался не только со мной, то утром мне приходилось выкладываться по полной под его пристальным вниманием. Тренер подробно объяснил мне, как будут проходить финальные бои, и я наконец поняла, почему он так плохо отреагировал на новость о моем участии. Я думала, что мне просто нужно будет драться, а оказалось, что придется проходить испытания, чтобы дойти до финала, и уже там одолеть остальных участников. А когда выяснилось, что из себя представляют эти испытания, у меня аж глаза на лоб полезли. Один только бег сквозь препятствия в звериной форме чего стоил! Мало того, что нужно было пробежать огромную дистанцию и перепрыгивать через гигантские обрывы и ямы, так еще и сдаться и уйти не закончив, было невозможно! Испытания длились до тех пор, пока все участники не достигнут цели или не погибнут. Даже если я буду неделю бегать по этим скалам, меня не дисквалифицируют! Не то, чтобы я хотела сдаться, но сама идея того, что я влипла во что-то безвыходное, немного пугала. А еще возникли вопросы к Дарсу, который меня в это впутал и даже толком не объяснил, что мне предстоит делать. Хотя я и сама хороша. Нужно было спросить. С другой стороны, я все равно понимала, что не отказалась бы, даже зная, что меня ждет. Это было единственным условием Дарса, а в ответ он обеспечил мне спокойную жизнь в академии. И я до сих пор считала, что оно того стоило. По крайней мере, это было лучше, чем соглашаться на непристойное предложение Лэнса. Оставалось надеяться, что тренер сможет меня подготовить. Я доверяла ему и послушно выполняла все указания. Методики у него были немного странные: например, однажды он заставил меня измерить длину моих рук и ног, чтобы всегда знать, какое расстояние мне нужно, чтобы дотянуться до противника. Сначала это казалось мне смешным, но чем больше он со мной занимался, тем больше я убеждалась, что тренер прекрасно знал, что делает. И с каждым днем я действительно совершенствовала свою технику. Я чувствовала, как день ото дня становлюсь сильнее, выносливее и быстрее. После недели таких тренировок я отметила, что мое тело начинает к ним привыкать. Мне стало уже не так сложно доползти обратно в спальню после вечерних дополнительных. Правда, я все равно вырубалась почти сразу, как только оказывалась в постели, и даже мрачный вид Лэнса меня не смущал. Так проходил день за днем, пока однажды тренер не исчез. Я как обычно пришла на тренировку, но только зря прождала его во дворе академии, где мы занимались по утрам. Завтрак уже близился, а он все не приходил, и мне пришлось уйти ни с чем. Тренировку, которая значилась в расписании, у нас отменили, но к вечерним дополнительным тренер наконец появился. Когда я вошла в зал и увидела его, первое, что заметила – очень задумчивый взгляд и золотистую отметину на тыльной стороне ладони. Я была уверена, что раньше ее не было, и, хотя откровенно пялиться было неприлично, не могла заставить себя отвести взгляд от завораживающих золотых узоров, блестевших на его руке. В конце концов тренер заметил мой взгляд и хмыкнул. – Что? Никогда такого не видела? Я покачала головой. – Что это? – смущенно спросила я. – Так красиво… – Красиво? – тренер злобно хмыкнул, и мне стало не по себе. Его глаза ожесточенно сверкнули, а на лице появилось болезненное выражение. Он оглядел метку на своей руке и прошипел: – Ты не знаешь, о чем говоришь. Это – не красиво. Это – настоящий ад. Он так сильно сжал кулак, что я невольно сделала шаг назад. Что бы это ни было, я поняла одно – лучше его об этом не спрашивать.