Глава 71

Вечером того дня Лэнс и в самом деле притащил в мою башню еще одну кровать, бесцеремонно подвинул меня с порога, занес ее в комнату и поставил всего в полуметре от моей. А потом с довольным видом потер ладони. Я настолько опешила, что потеряла дар речи. И только спустя несколько минут беспомощно пробормотала: – Ты бы еще вплотную их поставил. – Хорошая идея. Он сделал вид, что собирается сдвинуть их, но увидев, как у меня округлились глаза, рассмеялся. – Ладно, расслабься. Если бы я себя не контролировал, то взял бы тебя еще ночью, когда ты сама ко мне лезла. Или может все-таки стоило? Он вперился в меня взглядом, и я почувствовала, как краснею. – Что ты несешь? – возмутилась я. – Я не лезла… И вообще… Лэнс приподнял одну бровь, а я поняла, что, если продолжу с ним спорить, только глубже себя закопаю. Ведь, что бы я ни говорила, мы оба знали, что именно я каким-то образом лишилась ночью рассудка и решила использовать Лэнса как матрас. Прикусила язык, чтобы больше не возвращаться к этой теме, и спряталась за учебниками, притворяясь, что его в комнате нет. В конце концов мне не впервой уживаться с Лэнсом в одной спальне, и до этого я как-то справлялась. Так что решила и дальше продолжать в том же духе. Вот только я не учла тот момент, что раньше помимо нас в комнате находилась еще целая толпа. Не только тех, кто там жил, но и тех, кто постоянно заглядывал. Мы почти никогда не были там вдвоем. А теперь, оставшись наедине с Лэнсом, я чувствовала, как с каждой минутой воздух все больше накалялся. Вдобавок ко всему, он пропитал каждый угол моей спальни своим запахом. Разложил везде свои вещи, будто помечая территорию, и к ночи у меня уже кружилась голова. Я думала, что привыкла жить с Лэнсом, но собственное тело предавало меня. Я ловила себя на том, что разглядывала его, пока он, нисколько не стесняясь моего присутствия, переодевался после душа. Мысленно одергивала себя и сыпала проклятиями, но не могла отвернуться. Взгляд будто приклеился к нему, и моя кожа так и пылала. Я сама не понимала, что чувствовала, но мне невыносимо хотелось подойти к нему и прикоснуться. Снова прижаться к нему, как тогда… И очень хотелось, чтобы он меня поцеловал. Эти мысли не давали покоя, а ночью стало еще сложнее. Хоть я и отвернулась, чтобы не видеть его, но никак не могла расслабиться. О том, чтобы уснуть не было и речи. Да и Лэнс как назло не сводил с меня взгляда. Я чувствовала это, хоть и не видела. Не выдержав, я повернулась на другой бок и в самом деле застала в темноте его горевшие звериным блеском глаза. – Хватит пялиться, – пробормотала я. – Я так уснуть не смогу. – Я всегда на тебя пялился, и ты не жаловалась. – Жаловалась. Он хмыкнул. – Все равно не перестану. Спи уже, Ливи. Это в твоих же интересах. – Или что? Лэнс не ответил, но во взгляде промелькнул опасный огонек. Сердце забилось чаще. Тело охватило странное томление. Я снова вся горела. Не отдавая себе отчета, я придвинулась к краю кровати. Ближе к нему… Так близко, что я могла бы протянуть руку и коснуться его. Услышала шумный выдох. Лэнс отвел от меня взгляд и что-то пробормотал. Что-то, похожее на ругань. Хоть я и жаловалась на то, что он не сводил с меня взгляд, мне стало неуютно, когда он отвернулся. Захотелось вновь развернуть его к себе. Я почти не осознавала, что делала. Опьяненная его запахом, я медленно встала и присела на край его кровати, пока сердце в груди билось все чаще. Почувствовала, как Лэнс напрягся. Несколько секунд смотрел на меня, не шевелясь, а потом резко схватил меня, опрокинул на матрас и навис надо мной сверху. – Дразнишь, – прорычал он, опаляя мои губы горячим дыханием. – Зря, Ливи. Я не железный. Я застыла, вся горя от его близости. Он слегка придавил меня своим весом, и все тело охватила дрожь. Я выдохнула и обвила руками его шею. Увидела, как его взгляд загорелся еще ярче. Он снова выругался, наклоняясь ближе. А в следующее мгновение его губы накрыли мои. Я сразу раскрыла их, позволяя ему целовать меня жадно и ненасытно – так, как он хотел. Как я сама хотела. Безумно, страстно, одержимо… Хотела… Обвила руками его шею, а он запер меня в кольце своих объятий и целовал до умопомрачения, пока в легких не закончился воздух. Отстранился тяжело дыша, но только для того, чтобы переместить горячие руки на мои бедра, а поцелуи – на шею. Как безумец он ненасытно целовал меня и водил руками по коже, еще сильнее разжигая мое собственное желание. И только когда его пальцы схватились за пояс моих штанов, он с трудом оторвался от меня. – Останови меня сейчас, или я за себя не ручаюсь, – тяжело дыша, прошептал он. Прошла секунда. В наступившей тишине я слышала наше сбившееся дыхание и бешеное сердцебиение. Прошла вторая. Пальцы Лэнса сильнее напряглись на поясе моих штанов. А на третью секунду я приподнялась, схватилась за края его футболки и помогла ему стянуть ее. Поддавшись наитию, сразу же принялась покрывать поцелуями его торс, и Лэнс застонал. А потом рыкнул, принялся нетерпеливо раздевать меня, жадно целуя куда попало и вместе со мной вновь повалился на матрас.