Глава 19
Медленно развернулась и при виде единорога даже рассмеялась:
— Ого! Так вот как выглядят темницы на Белой Горе! А мы-то, глупые студенты, решили, что это гостевой домик!
Эгтен, а передо мной стоял именно опальный братец Земко, молча буравил меня ненавидящим взглядом. Не знаю, чем я умудрилась довести до белого каления этого хладнокровного жеребца, даже жаль… Вот бы сделать это ещё разок, для закрепления эффекта. Заслужил, хвостато-рогатый, ещё и не такое наказание! Любовалась бы и любовалась на его разъярённую моську.
А выглядел Эгтен действительно потрясающе! Белоснежные волосы развеваются, словно змеи-альбиносы (а ветра ведь в домике нет, даже сквознячка какого-нибудь), в глазах плескается тёмное пламя, губы сжаты в тонкую линию, желваки на впалых щеках так и отплясывают. Верится, будь в его руках меч — воткнул бы в меня без сожаления. Хорошо, что руки его… связаны?!
— Ёжики парнокопытные! — удивилась я и осмотрелась. — Что происходит?
Странно… Нет, можно понять, если бы этот злодеистый братик Земко подкупил стражу и ведьм, чтобы меня перенесло с соревнования прямиком в его жадные лапки. И он, судя по яростному взгляду, сразу бы мне голову отделил от всего остального… Но нет! Копытца стреножены, и жеребчик может лишь прожигать меня злобным взглядом. Только почему молча? Я решила, что нужно это исправлять.
— Добрый день, — вежливо поздоровалась я и поинтересовалась тоном таким, как если бы мы с единорогом встретились в парке или библиотеке: — А что вы здесь делаете?
— То же, что и ты, нестандартная, — звенящим от ярости голосом ответил Эгтен.
Я приподняла брови в ожидании продолжения, но его не последовало. Вот бы и прожигание взглядом он тоже на время отложил, но нет — Эгтен пристально наблюдал за мной. Я решила ответить той же монетой: обошла его, осмотрела со всех сторон. Стоит, расставив ноги на ширине плеч, не двигается, спина прямая, руки привязаны к торсу слишком уж толстой верёвкой. Делает то же, что и я? Хмыкнула: не похоже. Я хожу свободная, а он стоит привязанный, лишь зыркает на меня так, словно я его бабушку ограбила да придушила старушку.
Пожав плечами, я пошла к выходу. У Вемуда есть отличный девиз: когда не знаешь что делать — беги! Ему-то я и собиралась последовать, потому что ни ситуация, ни место, ни компания мне категорически не нравились. Но, стоило распахнуть дверь, столкнулась лоб в рог с доминантом. Именно в рог, чтоб его бантиком обвязало… розовеньким! Отец Земко шагнул на порог и угрожающе навис надо мной, а во лбу мужчины сиял и переливался ослепляюще-яркими красками конусообразный выступ.
— Как вы вовремя, — от растерянности брякнула я и показала на Эгтена. — Вот здесь посветите, пожалуйста, а то непонятно, как этот узел развязать.
— Что? — растерянно переспросил доминант и тут же нахмурился: — Ты что себе позволяешь, женщина?
— Ничего пока, — справившись с удивлением, вызывающе ответила я. — А что нужно?
— Нужно молчать, пока к тебе не обратились, — милостиво кивнул доминант. Я хмыкнула: чувства юмора примерно столько же, как в Земко. И тут мне стало не до смеха, когда услышала: — Ничего, тебя всему научат. С сегодняшнего дня ты наложница Эгтена.
— О как, — растерялась я и покосилась на «счастливого жениха». — За что вы его так? Нет, его-то понятно! За что меня? Я же вам ничего плохого не сделала!
— Только хорошее, — согласился доминант и снова надвинулся на меня. — Когда прикоснулся к тебе силой рода в прошлый раз, увидел очень необычное свойство — ты можешь растить личность…
— Так давайте я животноводом поработаю, — перебила я и опасливо покосилась на Эгтена: — Чего сразу в наложницы?
— Нельзя, — покачал головой доминант. — Ты женщина, а на Белой Горе женщина при мужчине.
— Хорошо, — миролюбиво согласилась я. — Давайте я выращу пару вверенных мне голов на нейтральной территории. Выдайте жеребят под расписку, а через год верну жирненьких и довольненьких!
— Каких жеребят? — снова озадачился доминант.
— Так кого вам растить-то надо? — нетерпеливо спросила я и махнула рукой: — Буду учиться и няней подрабатывать, раз на то пошло… Но на горе вашей не останусь ни за что, и не уговаривайте!
— И не собирался, — без тени иронии ответил доминант. — Я приказываю. И не нужно растить жеребят, у меня для этого достаточно рабынь. Не о том речь. Ты обладаешь удивительным свойством помогать мужчине обретать силу духа и стремления. Сначала я решил, что это лишь нереализованный твой талант, но, поразмыслив и понаблюдав за тобой во время соревнований, понял, что так оно и есть.
Я ещё сделала шаг назад и упёрлась в стену. Щурясь, попросила:
— А можно выключить фонарик? Жутко неприятно, когда тебе светят в глаз.
— Эти трое, что вьются вокруг тебя, стали совершенно другими, — не обратив и толики внимания на мою просьбу, продолжил доминант. — Двое так точно! Про вервульфа мне мало известно. А вот принц верфоксов, который раньше был невероятным трусом и обманщиком, не только решился бросить вызов серым кардиналам и выступить на так называемой «вульфимпиаде», но и стать призёром!
Я обрадованно схватила доминанта за руку:
— Вемуд победил? Йу-ху!
Единорог мрачно посмотрел на мою руку, и я поспешно её отдёрнула:
— Простите, я обрадовалась. Не ожидала, что верфокс на это способен.
— Никто не ожидал, — серьёзно кивнул доминант. — И это удивительно! Твоя заслуга.
— Ну, — протянула я в сомнении. — Местами. Просто он такой приставучий! Приходится постоянно его чем-то занимать, чтобы хоть минуту помолчал и лапать не лез. А учится Вемуд на лету! Захотел бы, стал одним из первых учеников академии… Он и так первый, но сейчас это из-за того, что папа был тичем… — Заметила мрачный взгляд доминанта и виновато улыбнулась: — Ой, извините, но вы первый подняли эту тему.
— Что до Земко, ты и тут потрудилась на славу! — как ни в чём не бывало продолжил доминант. — Из бездушной статуи он превратился в невероятно целеустремлённого единорога! Я в восторге от его плана по свержению меня с трона…
— В смысле? — опешила я. — Вы знали?!
— Конечно, — довольно жмурился доминант. — Следил за его приготовлениями с удовольствием. Не знал лишь, что это твоя заслуга, иначе бы мне и в голову не пришло противиться вашей связи. Выкрали бы тебя, и дело с концом!
— Бесславным концом того, кто попытался бы выкрасть, — тихо усмехнулась я.
— Что-что? — подался ко мне доминант.
— Да выключите же свет! — сощурилась я. — В глазах уже ушастые ёжики грустно кружатся!
Но мерин рогатый снова меня проигнорировал!
— Да! Земко меня очень порадовал, и всё шло по замечательному плану, как вмешался вот этот. — Доминант бросил косой взгляд на второго своего сына. — Такой подлости я не ожидал!
— Мне интересно, — громко спросила я, не надеясь, впрочем, на ответ, — а чем гнусность Эгтена отличается от подлости Земко? Я как-то не улавливаю разницы…
— Потому что ты женщина, — неожиданно ответил на мой вопрос доминант, но меня это не порадовало, так как сказано было тоном, будто у курицы мозгов больше, чем у меня.
Захотелось свалить с горы прямо сейчас… Хоть бы и свалиться с неё! Это я ещё возмущалась угнетением нестандартных оборотней? Здесь вообще рабство! Причём в прямом смысле! И меня вот тоже тащили в клеточку, и ошейничек вежливо предлагали.
— Я объясню, — так и светился добротой единорог. Я же снова скрипнула зубами и приставила ладонь ко лбу, защищая уже ноющие глаза. — Эгтен добивался трона ради власти, а Земко хотел изменить мир.
— Под себя подстроить, — пробурчала я. — Это вам подходит, да? А горы трупов, включая возможный ваш, тоже не настораживают?
— Жизнь рождается и умирает, — небрежно отмахнулся доминант, — и лишь наши дела остаются после нас. Если единорог стремится к власти ради того, чтобы просиживать штаны на золотом троне, его после смерти ждёт презрительное забвение. Лишь тот, кто сумел вложить в мир часть себя, оставить в сердцах других неизгладимый след, навеки остаётся светом! Это и называется сила рода единорогов.
И рог его, будто подтверждая слова, засиял ещё ярче.
— Обалдеть, как круто! — раздражённо проворчала я. — Так, что я скоро ослепну от нестерпимого сияния ваших предков.
На этот раз доминант прислушался и снизил яркость свечения до едва заметного мерцания. Я же размышляла над «щедрым» приказом доминанта. Мол, возьми под крылышко ещё одного олуха и сделай из него второго Земко. Как же мне вывернуться? Судя по тому, что меня ещё не прикрутили к Эгнету вот этой толстой верёвкой, всё же это больше похоже на предложение. Иначе стал бы единорог тратить на меня столько времени. Хитрит?
— Если я вам вдруг понравилась, — осторожно начала я «прощупывать» доминанта, — почему же вы против наших отношений с Земко?
— Потому что ради тебя он хотел уйти с Горы, — милостиво ответил единорог. — А у меня на сына другие планы. К тому же отношения ваши закончились, как я понял, ты отвергла Земко. Он, конечно, не смирился, но неделя на хлебе и воде парня остудит, уж я постараюсь… А ты посмотри на его брата! Он ещё красивее и богаче. Не говоря о том, что прямой потомок первой крови! Прекрасный хозяин. Любая женщина Белой Горы будет счастлива стать его наложницей.
— Ага, — саркастично поддакнула я. — Прямо очередь выстроилась! Но мне это не подходит. Как вы знаете, я воспитана в других традициях…
— Перевоспитаем! — нетерпеливо перебил доминант.
— Да вы посмотрите на сына! — возмутилась я. — Он же меня ненавидит!
— Полюбит, — сухо кивнул доминант.
— Я несовершеннолетняя! — напомнила я.
— На Горе девушки твоего возраста считаются старыми девами, — припечатал доминант.
— Я не могу стать наложницей! — упрямо не сдавалась я. — У меня по вашим законам низкое происхождение. Слышала, что и рабыней стать — великая честь!
— Твоя вторая ипостась женилась на чистокровной единорожке, — милостиво кивнул доминант. — Я официально повышаю тебя в статусе!
— Ёжики ослиные, — прорычала я. — Она же…
И осеклась: а что, если пострадает семья Мелисаны? То, что моя «жена» не чистокровная — тайна! Нет, как бы ни хотелось использовать этот козырь, нужно искать другой выход. Встрепенулась:
— Точно! Моя вторая ипостась — парень! Понравится Эгтену, если его наложница вдруг превратится в мужчину? А она… то есть я… точно превратится! В отместку всем вам. Думаю, максимального эффекта можно добиться ночью. Первой же ночью!
Обернулась, чтобы оценить реакцию парня, и едва не рассмеялась: впервые видела насмерть перепуганного единорога. Эгтен, вытаращив глаза, мерно икал. Повернулась к доминанту и хищно улыбнулась:
— Ему точно понравится! Могу прямо сейчас показать товар лицом, то есть Дэпа «хозяину»!
Доминант сверлил меня напряжённым взглядом, затем вдруг вздохнул и устало произнёс:
— Ты пожалеешь о своём решении.
— Угрожаете? — снова насторожилась я.
— Зачем? — искренне удивился он. — Ты сама пожалеешь, когда поймёшь, какой шанс упустила! Увы, женщины не особо умны, часто действуют на эмоциях, а потом, когда успокоятся, горюют о своём решении.
— Да, я такая, — иронично покивала я. — Позвольте мне принять это неумное решение и погоревать всласть… желательно подальше от Белой горы!
— Позволяю, — важно кивнул доминант, и я, сдерживая смех, прикусила губу — передумает ещё! Единорог, видимо, неверно расценил мои ужимки и живо добавил: — Ты уверена в своём решении? Откажешься от милости, второго шанса не будет!
— Клянётесь? — тут же спросила я. — А лучше дайте расписку!
Он слегка поморщился и покачал головой: я опять забыла, что нет у единорогов чувства юмора. Рог доминанта, совсем погаснув, исчез, а с ним растаяла и вся комната вместе со стреноженным Эгтеном, который при моём исчезновении выдохнул с облегчением.
Первое, что я увидела, переместившись в зал, — толпа оборотней, а потом в уши ворвался шум: все кричали, свистели, хлопали в ладоши и смотрели вверх. Я проследила за взглядами и, заметив таблицу результатов, восхищённо выдохнула: Вемуд золотой призёр?! Верфокс победил и единорогов, и волков? Вот это песня! Второе и третье за вервульфами (увы, не нашими), а вот Койел был на почётной четвёртой позиции, но вряд ли обрадовался этому. Потому что делил это место с Земко!
Под таблицей стояло ступенчатое возвышение, на котором я увидела лишь двух счастливых оборотней, а вот высшее место пустовало. Я заволновалась: где Вемуд?! Огляделась и, не обнаружив ни одного из наших, занервничала ещё больше. Сразу вспомнила слова доминанта о том, что я пожалею. Что, если он так же перенёс моих друзей во дворец? Я ведь приползу и буду умолять взять меня последней рабыней, лишь бы их отпустили. Вспомнив привязанного в ожидании счастливой участи Эгтена, я, конечно, вздрогнула, но что делать… Ничего, он ещё пожалеет, что первым не сбежал!
Расталкивая поздравляющих победителей оборотней, я выскочила из здания и быстро осмотрелась. Из тени шагнул тёмный силуэт, и я едва сдержала Дэпа, готового занять мир. Схватилась за сердце:
— Шо! Не пугай меня так, я сегодня нервная… — Встрепенулась: так это же райн! Цапнула его за руку: — Ты Койела видел? Или других парней, с кем я приехала?
— Да, они убежали, как только доминант объявил окончание второго испытания, — отчитался Шо.
— Куда? — спросила я.
— Мне не сказали, — пожал плечами райн. — Мне показалось, что твои друзья были очень взволнованы… — Подумал секунду и кивнул: — Да, больше, чем другие участники соревнований. Можно сказать, напуганы.
— А ты почему с ними не пошёл? — возмутилась я.
— Ждал приказа, — просто ответил Шо.
— Вот же дурные единороговы законы, — проворчала я и потянула Шо за собой: — Молчать, ёжики мордастые, пока не спросят? А если спрашивать будет уже некого?! Показывай, в каком направлении они умчались!
Следуя за райном, облегчённо выдохнула: бежим не во дворец, а в студенческий городок. Да и Шо подтвердил: никто за ними не гнался, рогами не светил. Может, и не стал вредничать доминант. Осталось найти ребят.
Распахнула дверь отведённой нам комнаты и застыла на пороге, разглядывая склонившихся над столом парней. Первая мысль: меня похитили, а они жрать побежали? Оголодали с перепугу, что я пропала?! Ну я сейчас им… ум… умну, всё, что осталось! Но, шагнув в комнату, поняла, что ошиблась. На столе белели разложенные карты, на листах краснели нарисованные стрелки и круги.
В полной тишине я подошла и, склонившись над столом, прочитала:
— Армия верфоксов? — Стрелка вела с юга к очертаниям дворца доминанта. Я посмотрела на вытаращившего глаза Вемуда и хихикнула: — Тебе не кажется, что, прежде чем строить захватнические планы, стоит сначала пройти коронацию? И какая муха тебя властная укусила? Прибить её, чтобы зараза не распространялась…
— Найка? — наконец отмер Вемуд. Бросился ко мне и обнял так сильно, что, кажется, что-то хрустнуло: — Найка, ты не рабыня!
— Ёжики мясорубчатые, — с трудом выдавила я, — кажется, сейчас самое время об этом пожалеть!
Койел молча обошёл стол и, отодрав от меня Вемуда, как подмётку от сапога, прижал к себе… Жаль, не Вемуда, потому что я уже начала задыхаться.
— Ребят, — простонала я волку в грудь, — вы решили меня добить? Я ведь Дэпа позову, пусть он всем вам дружеские обнимашки устроит… за смещение костей из пятки в ухо не отвечаю!
— Думал, никогда тебя не увижу, — хрипло прошептал Койел. — Но не смог смириться. Решил разобрать эту Гору по камешку, но найти!
Он неожиданно меня отпустил и бросился к двери:
— Убью!
— Останови его! — встрепенулся Вемуд.
— Шо! — тут же вскрикнула я. — Фас!
— Поясни приказ, пожалуйста, — вежливо попросил райн.
— Ёжики яйцеголовые, — выругалась я и закричала: — Останови вервульфа!
Койел уже выскочил из комнаты, и райн бросился вдогонку. Через секунду до нас донеслись звуки борьбы. Я выбежала в коридор и позвала Дэпа: ни мне, ни райну Койела не удержать.
* * *
Дэп с помощью райна аккуратно скрутил вервульфа и, удерживая рычащего и ругающегося парня, втащил в комнату. Шо, расставив ноги и скрестив руки, встал у закрытой двери.
— Межрасовый конфликт улажен в зародыше, — вытер лоб взволнованный Вемуд. Он встал рядом с Дэпом и, глядя на извивающегося волка, похлопал вторую ипостась Найки по плечу: — Молодец! А то вбил бы волчара Земко в землю по самый рог и что? Одной проблемой меньше, зато сотня сверху! И четвёртого места «вульфимпиады» бы лишили! И после такого поступка поста вожака вервульфу не видать, как ушей райна…
— Дэп не понимать, — растерялся Дэп.
Шо снял капюшон, и Дэп протянул:
— О… Дэп не знать. Шо слышать?
Шо лишь усмехнулся и, скрывая обилие на голове шишек и отсутствие ушей, напялил капюшон. А Вемуд не унимался:
— Но всё это мелочи! Неужели ты думаешь, что Найка бы простила? Да она бы на тебя больше не посмотрела… — Он замер и перевёл растерянный взгляд на Дэпа. — А я бы тогда получил шанс? — Впился в свои волосы: — Вот дурак! Правду говорят, что молчание — золото… Промолчи я, избавился бы сразу от двух соперников! — Но Вемуд не привык злиться на себя и тут же стукнул Дэпа по плечу: — А всё ты виноват! Зачем помог Шо поймать Койела?!
— Дэп бить, — насупился Дэп.
— Я пошутил, — тут же ретировался за стол Вемуд.
— Развяжите меня, — зло пробурчал Койел и глянул на Дэпа исподлобья: — Я уже в норме.
Вемуд стремительно вернулся и, видимо, рассчитывая на нечестность Койела, одним движением разрезал путы. Но вервульф — оборотень слова, он поднялся и потёр красные отметины на запястьях.
— Крышу снесло, когда Найка пропала с ринга, а рядом с нами не появилась. Ещё доминант этот! Сказал моему отцу, чтобы мы забыли о её существовании, а сам исчез… Земко тоже нигде не было видно. Я думал, с ума сойду.
Глянул ещё мрачнее, но в глубине оранжевых глаз Дэп заметил боль. Очень знакомую… Всхлипнув, он отвернулся и пробормотал:
— Дэп скучать Чжоу!
— Вот вы где! — радостно воскликнул вошедший в комнату Одан. Посмотрел на Дэпа: — Счастлив тебя видеть, приятель! Я уже всех кард… Уже готов был «караул» кричать, не зная, как тебя из дворца на этот раз вытащить. А ты сама… сам… — Нахмурился и буркнул: — Короче, я рад.
— Дэп хотеть домой! — протянул Дэп.
— Так поехали! — нервно воскликнул Одан. — Пока ещё что-нибудь не случилось. Соревнования позади, победители объявлены… — Он посмотрел на Вемуда и широко улыбнулся: — Кстати, не успел тебя поздравить с победой! — Похлопал принца по плечу: — Не знал, что ты настолько силён!
Вемуд сжался под тяжёлой рукой вожака вервульфов, натянуто улыбнулся и, потирая плечо, отодвинулся.
— И как тебе удалось? — недовольно проворчал Койел. — Даже я, всё лето потратив на тренировки, не смог бы так… Такого мастерства райны добиваются годами. Да, Шо?
— Да, — с энтузиазмом кивнул райн. — Я освоил этот трюк за пять лет.
— Пять лет? — ахнул один из вервульфов и в восхищении посмотрел на верфокса: — Да ты гений, приятель!
Урвук тихонько потянул Вемуда к выходу, и принц, улыбаясь и кивая, начал медленно пробирался к двери. Койел с подозрением проследил за лисами и настороженно произнёс:
— Ну-ка, стоять! — Понимающе хмыкнул и спросил Шо: — Так это ты вместо Вемуда выступил на соревнованиях?
— Да, — спокойно признался райн.
— Что?! — взволнованно воскликнул Одан. — Не говори, что рыжий парик напялил? Как ты пошёл на обман?
— Вемуд сказал, так Найка приказала, — пояснил Шо. — А я раб Найки!
— Джиновы ёжики, — мрачно выругался Одан, и парни, переглянувшись, дружно расхохотались. Даже Одан улыбнулся: — Ох, общение с Найкой до добра не доведёт!
— Найка хорошая, — обиженно насупился Дэп.
— Самая лучшая, — убедительно кивнул всё ещё посмеивающийся Одан и тише добавил: — Смелая, преданная, честная и совершенно бесстрашная девочка. Нельзя допустить, чтобы она попала в руки единорогов.
— Не допущу, — сжал кулаки Койел.
— Не горячись, — осадил его Одан и кивнул: — Немедленно уезжаем! Ты! — указал пальцем на Дэпа: — До самой академии ипостась не менять! Идём…
— Жена, — огляделся Дэп.
— Что? — переспросил Одан и хлопнул себя по лбу: — Точно! Та девочка. Где она может быть? Шо? Ты знаком с местными обычаями, подскажи.
— Как и положено женщине, — серьёзно ответил райн.
— На кухне? — встрепенулся Урвук.
— В кровати? — ухмыльнулся один из вервульфов, чем заслужил подзатыльник от Койела.
Все вопросительно уставились на Шо, и тот ответил:
— Там, где вещи хозяина.
— Не говори этого слова, — вздрогнул от отвращения Койел и проворчал: — Вот десять штрафных Найке и внеурочное дежурство, если хоть заикнётся о Белой Горе!
— Какой ты строгий, даже завидно, — усмехнулся Урвук.
Дэп же прошёл к заваленной вещами кровати, на которой лежал и рюкзачок Найки, и заглянул под одеяло. Невидимая со стороны двери из-за нагромождения сумок, свернувшись калачиком, там безмятежно спала причина, по которой жить Дэпу осталось ровно до того момента, как Чжоу узнает о единорожьей свадьбе.
* * *
Я стояла на зелёной лужайке и опасливо посматривала в сторону общежития, куда ушли наши, кроме Койела и Вемуда. Верфокс мне все уши прожужжал, рассказывая, как весело они возвращались… с Дэпом. Моя вторая ипостась вовсю наслаждалась невероятно долгим пребыванием в мире, поэтому Одану пришлось понервничать. Мало того, что приходилось останавливаться в каждом городке, так ещё и пробовать незнакомую еду и знакомиться с людьми… Люди к оборотням уже привыкли, но на Дэпа реагировали несколько нервно… То есть кричали и убегали.
Парни веселились, Одан ругался, Дэп наслаждался, а Мелисана везде ходила за мужем по пятам: эдакая красавица при чудовище. Разумеется, им было весело, ведь несчастную не раз пытались спасти… О, сколько невезучих рыцарей пало от тяжёлой руки девушки-полурайна! Вервульфы зарубки на боку автомобиля поставили. Благо машина арендная и скоро исчезнет с территории академии. Надеюсь, я сдержу любопытство и всё же не взгляну, чтобы проверить: перещеголяла меня моя жена или ещё нет.
Тяжело вздохнув, я всё же поплелась к общежитию. Как бы то ни было, придётся пережить разговор с Чжоу, да желательно так, чтобы не допустить собственной гибели под копытами жены или в пасти невесты Дэпа…
Посмотрела на окна и мечтательно улыбнулась: вот бы сейчас упасть на кроватку и забыться богатырским сном на сутки-двое… Вздрогнула и обернулась.
— Что? — тут же спросил Койел. — Ты так побелела. Тебе плохо?
— Скоро станет, — кивнула я и показала пальцем на Мелисану: — Она же моя… Дэпа жена!
— Только дошло? — ухмыльнулся Вемуд.
— Только дошло, что она всегда со мной! — воскликнула я и повернулась к общаге: — Нет, меня Чжоу не прибьёт. Просто не успеет, потому что первой это сделает Царья!
— Царью беру на себя, — принёс себя в жертву Вемуд.
— Ёжики мороженые, — проворчала я. — Зря рассказала, что нравишься ей. — Погрозила пальцем: — Я предупредила! Только попробуй воспользоваться её нежным сердечком!
— Не переживай, солнце моё, — промурлыкал наглый принц, — сердце не трону! Я хочу лишь твоё…
— Что?! — рыкнул Койел, и лиса словно ветром сдуло: был и нет. Но вервульфа это не остановило, он закричал: — Найка моя!
— Бабочки зубастые, — поморщилась я. — Ори погромче! Думаю, в домике Маар тебя ещё не слышали.
— Необязательно, Маар нет в домике, — раздался позади нас хриплый смеющийся голос. — И это весьма прискорбно, ибо после могучего рыка вервульфа я пару дней точно буду глуховата…
— Тича! — радостно бросилась я к старушке с косой, но Мелисана кинулась наперерез и в мгновение ока скрутила ведьму.
Маар напоминала сложенную из бумаги ворону, даже коса торчала, словно огромный уродливый клюв. Старушка посмотрела на меня с лёгким изумлением и спросила:
— И кто же эта милая юная особа?
— Единорог, — брякнула я.
— А почему такая сильная? — сипло уточнила ведьма.
— Наполовину райн, — пояснила я.
— Носорог?! — испуганно взвизгнула тича.
— Единоносорог… Жена моя, — виновато призналась я, оттаскивая белокурое создание от завёрнутой в рогалик старушки, — то есть жена Дэпа …
— Кого-кого жена?
Я замерла и медленно втянула голову в плечи. Голос Чжоу грянул, как гром посреди ясного неба. Может, не поздно схватить косу ведьмы и, отмахиваясь ею, короткими перебежками рвануть к домику Маар, а там засесть в засаду, пока волчица не остынет?
— Я решила брата встретить, раз он не поднимается сам, — исподлобья посмотрела на Койела Чжоу, — а они тут свадьбу обсуждают! Так и знала, что нельзя Найку на Белую Гору отпускать, точно кто-нибудь замуж прихватизирует! Но то, что это сделает мой гадкий братец — даже и предположить не могла!
Я судорожно втянула воздух и умоляюще посмотрела на Койела: дай мне отсрочку! Да, она узнает, но… пусть это будет не так! В ответ на мой безмолвный призыв вервульф ухмыльнулся и повернулся к сестре:
— Тебя спросить забыли! Какая тебе разница, за кого Найка замуж пойдёт?
— Как это какая? — раненой птицей встрепенулась Чжоу. — Она же не только Найка, но и Дэп… — Тут волчица замолчала, лицо её осветилось радостью: — Так… что же это? Получается, мы будем в одной стае? Мне даже не нужно будет уезжать?!
Я молча моргала и хватала ртом воздух: Чжоу так сильно нравится мой Дэп? Честно говоря, всегда думала, что для волчицы он вроде развлечения. Поиграется и отпустит, но эти волки… такие волки! Вот взять хотя бы Койела… который хмуро глянул на сестру:
— Раз рада, то не выноси мозг! До настоящей свадьбы ещё не один год. Свали в туман и не тявкай.
— Ах ты…
Я с умилением смотрела, как Чжоу пытается добраться до уха вымахавшего за лето брата, но роста у девушки явно уже не хватало. Даже и не скажешь, что эта изящная валькирия и могучий волк — близнецы. Или скажешь?
— Найка, извини, что отвлекаю, — тихо проговорила Мелисана. — Кто эта леди? Она мне не нравится!
Ёжики интеллигибельные! Вот чует единорожка антенной своей невидимой! Умоляюще посмотрела на ведьму. Маар с кряхтением распрямляла конечности. Опираясь на косу, старушка поднялась и сладким голоском проворковала:
— А не хочешь ли, деточка, посмотреть комнату Росаи, которая у меня… гостила?
Мелисана встрепенулась было, но, опустив плечи, смиренно посмотрела на меня и покачала головой:
— Нет, мне нужно быть рядом с му…
— Мудрое решение! — громко сказала я, обнимая Мелисану за плечи, подтолкнула к Маар. — Иди-иди! Там и подвалы, и клетки… и столько всего интересного! Даже завидую немного, что ты всё это увидишь впервые. А я завтра за тобой приду. — И посмотрела на ведьму: — Как станет известно, где Одан её разместит.
Ведьма кивнула и взяла девушку за руку, а я тут же сложила ладони и умоляюще произнесла:
— Может, и второго приютите на ночь?
— Тьма, Найка! — рыкнула тича. — Сколько ты жен… э… женщин в академию притащила?! Даже Вемуда переплюнула!
— Это не женщина, — виновато моргнула я и позвала: — Шо, выйди из тени!
— Райн?! — испуганно зашипела старушка. — Ты зачем здесь?
— Я раб Найки, — слегка поклонился ей Шо.
— Ничего себе фамилия, да? — нервно усмехнулась я. — Надо бы поменять, но Шо такой упрямый!
— Женится — поменяет, — отмахнулась Маар и постучала концом косы по серебряному зубу: — Или наоборот? А, какая разница? В сарае постелю.
Я проследила, как моя свита удаляется в направлении домика ведьмы и выдохнула с облегчением: отвоевала себе одну ночь, а там видно будет. Повернулась к Койелу, который уже спровадил сестру и с улыбкой посмотрел на меня:
— Я молодец?
— Ещё какой, — с чувством проговорила я и зевнула: — Так спать охота!
— Хочешь, провожу? — предложил Койел.
Я кивнула, будто жили не в одном общежитии, и мы медленно побрели… в другую сторону. Вечернее небо быстро темнело, одна за другой загорались звёзды, в стыдливой вуали облака куталась полная луна. Под ногами перекатывались и поскрипывали мелкие камешки, а со стороны леса доносились перепевки лягушек и кузнечиков. Получался неплохой хор…
Я поёжилась от прохладного ветра, и Койел тут же положил мне руку на плечо, придвинул к себе. Ощущая боком тепло вервульфа, я быстро согрелась. Не сдержавшись, повернула голову и, коснувшись майки парня кончиком носа, медленно втянула притягательный запах. Разумеется, скрыть это не удалось.
— Ты всё ещё не веришь, что существуют истинные пары? — спросил он.
— Я же не зверь, — покачала я головой.
— Но ты призналась в том, что любишь меня, — тихо проговорил Койел.
— Я много чего наговорила, — болезненно поморщилась я.
— Ты обнадёжила меня, — ещё тише произнёс Койел и тут же усмехнулся: — И Вемуда, конечно! Верфокс решил, что с короной ты ему не откажешь! Грозился, что утром уедет во дворец, быстренько коронуется, и жди его со свитой и сватами! Душан будет в восторге…
— Койел, — прервала я. — Ты же не о лисе хотел поговорить?
— Не о нём, — глухо ответил вервульф. Помолчал и через несколько шагов спросил: — Ты всё ещё любишь Земко?
— К сожалению, — почти прошептала я, но Койел услышал. Я ощутила, как сжалась его ладонь на моём плече, будто вервульф стремится удержать меня, и быстро добавила: — Но между нами ничего нет и не будет.
— Почему? — сухо уточнил Койел.
— Почему? — переспросила я и горько усмехнулась: — Я никогда не смогу жить там, а он здесь…
— Земко скоро вернётся в академию, — напомнил Койел.
— Неважно, — повела я плечами. — Это лишь на время обучения. А потом его посадят на трон, наградят сотенкой-второй наложниц, чтобы отрабатывал свою судьбу, менял мир к лучшему и становился светом, который будет резать глаза потомкам.
Мы прошли ещё несколько шагов, огни окон общежития уже растаяли позади, а впереди играло лунными лучами то самое озеро, где я впервые встретила волшебного жеребца. Я вздохнула и, смахнув слезу, улыбнулась Койелу:
— К тому же не так уж скоро он вернётся. Доминант намекнул, что после соревнований запер непослушного сына и посадил на хлеб и воду. Дескать, вредно для рога страдать по недостойной, которая посмела при всех отвергнуть такого замечательного единорога!..
— Тебе очень больно? — перебил меня Койел.
— Это пройдёт, — уверенно заявила я. — Нужно лишь время. Любая рана заживает…
— Я могу быть твоим зельем? — остановился Койел. Глаза вервульфа влажно замерцали в свете луны. — Я укрою тебя от любой боли, Найка.
— Мне кажется, неправильно прятаться от боли за твоей широкой спиной, — мягко улыбнулась я. — По отношению к тебе.
— А так правильнее? — Койел обнял меня со спины, прижался щекой к моей и прошептал: — Я не стану давить, Найка. Подожду… И буду рядом.
Глаза мои наполнились слезами, и я прикусила губу, чтобы не заплакать от горячей волны затопившей меня благодарности. К горлу подкатил ком, и не удалось выдавить ни слова в ответ. Но вервульф и не ждал. Он просто стоял, обнимая меня, и смотрел на сверкающую воду озера. Я же закрыла глаза и, слушая биение сильного и верного волчьего сердца, ощущала, как медленно отступает разрывающая душу боль, как мягко заполняет раны подаренная мне нежность и забота, как будущее меняет мрачные оттенки на яркие и жизнерадостные.
Ты уже стал моим зельем, Койел.