Глава 67

Глава 67

Совет был в полном составе, и почти каждый в этой комнате смотрел на меня как-то странно. Ну, кроме Феликса. Он привычно смотрел на меня, как дракон смотрит на свою добычу. Которую, разумеется, обязательно нужно отнести в свою пещеру и спрятать от всего мира, чтобы другие не нашли.

— Итак, лара, должен признать, я впечатлён, — сказал лорд Альвер.

Тот самый, что чаще всего вёл со мной диалог.

— Не верили?

— Признаться, не особенно. Хоть мы и подписали соглашение, текущие обстоятельства всё равно стали для нас неожиданностью. И мы слабо понимаем, как выполнить некоторые пункты.

— Это вопрос не ко мне, — поджала я губы. — Мы давно всё обсудили. Пересматривать я ничего не собираюсь.

— Об этом я и не прошу. Но, видите ли, лара, с дипломатическими контактами могут возникнуть проблемы. Возможно, если бы вы согласились…

— Нет! — перебил лорда Альвера Феликс.

— Хотите на меня роль дипломата навесить? — выгнула я бровь. — Сомневаюсь, что меня сейчас встретят овациями в Шэиме. Я там наверняка считаюсь предательницей своего народа.

— Да, но вы всё же одна из них, и если бы вы рассмотрели вариант…

— Нет! — повторил Феликс.

Второй раз это слово прозвучало не просто веско. Оно приобрело какой-то магический характер и заставило всех вздрогнуть, пройдясь волной вибраций по залу.

— Мне нужно подумать, — сказала я, предпочитая не провоцировать Феликса и дальше подобными спорами. — Я дам вам ответ через пару дней.

Да, мне не хотелось навешивать на себя такие обязанности, не хотелось возвращаться в Шэим, где уже нет родителей, и где всё напоминает о том, насколько жестокими могут быть те, кого я почитала с детства. Но, скорее всего, придётся.

Нельзя оставлять наших Старейшин у власти, иначе нового витка войны не избежать. Да и кому-то нужно объяснить элларам, почему они вырождаются. Так что, возможно, мне всё же придётся взять на себя роль дипломата и начать прокладывать шаги к примирению двух народов.

Задумавшись, я не заметила, как мы с Феликсом вышли из зала собраний. Очнулась я только в коридорах дворца и почти сразу же наткнулась взглядом на знакомую фигуру белобрысого тираннозавра на ближайшем балконе.

Сайлус прислонился к парапету и смотрел в небо с такой меланхоличной улыбкой, что стало страшно.

— Феликс, я поговорю с ним наедине, хорошо?

Он выгнул бровь, посмотрев на меня как на сумасшедшую.

— Ты специально испытываешь моё терпение сегодня?

Я покачала головой, улыбнувшись.

— Не хочу оставлять это незаконченным.

Привстав на носочки, я быстро поцеловала его в щеку, после чего развернулась и бодрым шагом пошла к Сайлусу. Я знала, что Феликс не станет меня преследовать. Будет наблюдать издалека, чтобы со мной ничего не случилось, но сделает так, как я сказала.

Подойдя к тираннозавру, я примостилась рядом, облокотившись о парапет.

— О чём думаешь с таким мечтательным видом?

— Миэль бы понравилось летать.

— Мне жаль, Сайлус. Хотела бы я вернуться в этот мир немного раньше.

— Не бери на себя больше, чем нужно, принцесса. Ты не виновата в её смерти. И даже герой твой не особо виноват. Это было её решение.

Наверное, я посмотрела на него как-то слишком уж удивлённо, потому что он хмыкнул.

— Ну что, я тоже умею мыслить логически.

— Учту. Кстати, об этом. О Феликсе ты говоришь уже без прежней ненависти. Неужели действительно успокоился?

— О нет, — покачал головой Сайлус. — Он по-прежнему мне не нравится. Но теперь многое встало на свои места.

— И что, даже не будешь пытаться его провоцировать?

— Там посмотрим, но вообще не планировал.

— И флиртовать со мной ему назло не будешь?

— Ну, стоит признать, что последние недели я флиртовал с тобой по совсем другой причине.

— Сайлус!

Он рассмеялся.

— Не буду, — пообещал он. — Можешь считать, что я тебя отпускаю. Обещаю: больше не флиртовать, не приставать, не компрометировать, не подставлять.

— Сейчас слишком много наобещаешь, — предостерегла я. — С чего ты вдруг так щедр?

— Мне скоро не до тебя будет. Я тут подумал и решил, что пора воспользоваться возможностью и пройтись по списку моих фанаток, о которых ты говорила, пока они у меня ещё есть. А то глаза цвет изменили, волосы скоро отрастут, и что делать?

Я закатила глаза. Он когда-нибудь бывает серьёзным?

— Не скучай, принцесса, — сказал он, после чего одним движением перемахнул через парапет, прыгая вниз.

Секунда шока, за которую я получила небольшой сердечный приступ, — и в небо взмыл белый дракон.

— Позёр! — крикнула я ему вдогонку.

Ещё раз закатив глаза для наглядности, я покачала головой и вернулась к Феликсу.

А тот тоскливый взгляд, что Сайлус бросил на меня, перед тем как спрыгнуть, когда думал, что я не вижу… Что ж, я всегда могу притвориться, что его не было.

***

Следующие пару дней я слонялась по городу, оценивая масштаб ущерба, который нанесли разломы этой земле. И понимала, что восстанавливаться она будет долго.

Ко мне часто присоединялись Робин и Лейла, хоть и не могли ничего сказать о земле, выступали своеобразной группой поддержки, ну и телохранителями заодно.

Некоторым было плевать на снятие проклятия и на то, как старались чествовать меня драконы. Семьи погибших жаждали крови, причём лучше здесь и сейчас. Так что Феликс никуда не отпускал меня без сопровождения.

— Что собираешься делать дальше? — спросила Робин, когда мы направлялись назад в академию.

— Наверное, нужно доучиться, — сказала я.

— И что, будешь как все ходить на лекции и спать в общежитии? — удивилась Лейла.

Ну, насчёт второго я сильно сомневалась, а на лекции походить не помешает.

Я скосила глаза, посмотрев на Лейлу. Она просто так спросила о том, где я буду спать или нет?

Последнее время девушка не подавала никаких признаков влюблённости в Феликса, словно забыла о том, что у неё когда-то были к нему чувства. Мне хотелось верить, что так и есть. Не потому, что я ревновала к ней. Мне было жаль её, и хотелось, чтобы она начала двигаться дальше.

Мысли о Лейле вылетели из головы, когда за воротами академии я увидела ректора — собственной популярной среди студенток персоной.

Махнув девочкам и не заметив у брюнетки ни тени грусти на лице при виде Феликса, я побежала к нему.

— Как продвигается твоя экспедиция?

— Успешно, — похвасталась я. — Кое-где даже удалось немного восстановить землю. Если договорюсь с элларами, может быть, получится подпитать её коллективными заклинаниями.

— Что значит «договорюсь с элларами»? Эва, только не говори, что ты собираешься принять то предложение Совета!

— Боюсь, придётся, — кивнула я. — Кто-то должен объяснить им, что будет дальше и как адаптироваться к новой жизни. Если этого не сделать, то всё продолжится, а это категорически не устраивает ни меня, ни этот мир.

— Но почему снова ты?!

— Судьба такая, — улыбнулась я. — Ничего не поделать. Нужно вытаскивать моих соплеменников из резервации. Наших с тобой детей будет явно недостаточно, чтобы спасти этот мир.

Феликс замер, посмотрев на меня так, словно только что мысленно меня канонизировал.

— У нас будут дети?

— Разумеется, будут. А что тебя так удивляет?

— Помнишь моменты в истории, когда драконы пытались заключать браки с элларами?

— Это когда вы у нас несколько девушек выкрали? Помню, был момент. Кстати, если мне не изменяет память, не только девушек. Несколько мужчин тоже пали жертвой ваших матримониальных планов.

Если Феликс и смутился от такого подробного описания исторических событий, то вида не подал.

— Те браки были бесплодны, — уточнил он. — Мы пришли к выводу, что наши виды несовместимы.

— Это потому, что эллары в неволе не размножаются. И пора бы это понять всем окружающим, включая наших же Старейшин.

Он несколько секунд недоверчиво смотрел на меня, словно боялся поверить, а затем улыбнулся. Кажется, в первый раз за последнюю сотню лет. По крайней мере, так искренне.

И сразу из-под маски сурового ректора показался тот мальчишка, в которого я когда-то влюбилась.

Подхватив за талию, он закружил меня, не обращая внимания, что кто-то может увидеть, как ректор ведёт себя неподобающим образом.

— Правда? — спросил он, уткнувшись мне в изгиб шеи.

— Ну конечно, правда, глупый ты дракон, — прошептала я, погладив его по плечам.

Мы преодолели смерть. Теперь уже точно ничто не сможет помешать нам быть вместе и стать очень, очень счастливыми.