Глава 1. Тяжесть небес

Во рту пересохло, а веки словно налились свинцом – казалось, что все мое тело сверху придавила большая бетонная плита, не дающая сделать полноценный вдох. Я выныривала из сновидений рывками, какое-то чувство зудило внутри, надоедая и не давая возможности поддаться желанию провести в блаженном неведении ещё немного времени. Мне снился странный сон, знаете, такой, после которого на коже остается прохладный, липкий страх, а в районе солнечного сплетения застревает ком – Олли предала меня. Моя закадычная подруга, моя светлая Оками, моя бесовская лисица нанесла мне удар в спину. Как же хорошо, что это все не наяву. Погодите-ка… Резко сев в кровати, я схватилась за голову, стремясь отделить воспоминания от сновидений, но первые были слишком живыми. Непозволительно. – Дорогая, хвала древнейшим, ты очнулась! – врезался в мое сознание взволнованный голос оборотницы. Прежде, чем мой новый враг бросился ко мне с объятиями, видимо, легкомысленно понадеявшись, что от шока я ничего не вспомню, я соскочила на пол, попутно вызывая боевую форму. Ощетинившись на девушку, я приняла стойку, подходящую как для защиты, так и для нападения. Состроив удивленное личико, предательница как будто бы ничего не понимая, произнесла: – Кируся? Ты чего? Всё хорошо, ты в безопастности. Она смело сделала шаг мне навстречу, протягивая вперед руки. Оскалившись, я хлестнула хвостом по собственным ногам, одновременно с этим раскрывая крылья и предупредительно рыкнула: – Не подходи. – Да в чем дело-то? – Оками начала закипать. – Ты что, так сильно головой ударилась? От кого ты защищаешься?! Вот же наглая девка… И как я могла так ошибиться в ней? – Я всё помню, Оллиндира. Не пытайся притворяться, что ничего не произошло. Она глупо уставилась на меня. В её глазах не было и капли понимание. Что за…? – Альви? А-альви?! – надрывно выла Олли, не отнимая от меня взгляда расширенных зрачков. Вдалеке что-то упало и послышался звук быстро приближающихся шагов: – Ты чего кричишь? Разбудишь же. – ворчала банши, а после уже с надеждой восклицала: – Погоди. Она, что же, проснулась?! – на последних словах Альвиатта уже счастливо влетала в комнату. – Проснулась… – безрадостно сообщила оборотница. – Только вот рассудком повредилась. Ты только посмотри, как она на меня реагирует! – обиженно надутые губки меня не размягчили. – Ада, что с тобой? Почему спросонья перекинулась в демоницу? – тихо спросила Альви, подходя ближе ко мне. – Тебе что-то приснилось? Меня уже изрядно выводил из себя этот фарс. Сколько ещё она собирается ломать комедию и тупо делать вид, что мне все показалось?! – Она. – я коротко мотнула головой в сторону лисицы. – Ранила меня, ударила в спину, вышибла из груди последний вдох. Мне продолжать? – я напряженно уставилась в черные глаза. – Что-о?? Кто-о?? Я?! Ты с ума сошла?! – покачнувшись, Олли с размаху плюхнулась пятой точкой на край кровати. – Альви, скажи ей! – взмолилась Оками, наткнувшись на мою беспристрастную реакцию на все ее лжестрадания. Банши обернулась к ней: – Кирриада говорит правду. – А я вру что-ли?! – взвилась оборотница, уже не на шутку рассердившись – кончики ее волос обуяло мелкое пламя. – И ты не врешь. – деловито постукивая пальчиком по подбородку, протянула Альвиатта. Вот тут уже я в недоумении воззрилась на девушку: – Что ты такое говоришь?! Говорю тебе, это была она! Я своими глазами видела ее перед тем, как отключиться. От боли. – последние слова я припечатала особенно холодным тоном. – Милая, я никогда не навредила бы тебе.  – губы Олли, ещё недавно выпяченные от обиды, теперь дрожали. Я уже и сама не понимала, что и думать. Даже тогда, смотря на нее, я не могла поверить в произошедшее. Я даже не знаю, что было больнее – получить ранение или принять ту мысль, что моя лисица так обошлась со мной. Предположить то, что банши с ней заодно – виделось крайней формой безумия, а значит оставалось только попробовать разобраться. Выдохнув, я вернула себе человеческий облик, продолжая, тем не менее, оставаться на месте. – Это тоже правда? – уточнила я у Альви, стоящей между нами. Та медленно кивнула, тем самым всё больше запутывая ситуацию. Я всецело доверяла подруге, но стоило взглянуть на Олли, как все внутри сжималось. Даже если бы я очень захотела ей поверить, после таких действий – слов недостаточно. – Ты можешь заглянуть к ней в голову. – пожала плечами Альвиатта. – Зря что ли столько бегала на дополнительные занятия к ректору? – взгляд подруги ощутимо похитрел. – Я согласна! – подскочила оборотница. – Делай все, что нужно, только прекрати допускать мысль, что я могла причинить тебе вред. – рыжая развела руки в стороны, показывая свою открытость к любым моим действиям. Сосредоточившись, я сменила зрение, разглядывая разноцветные потоки магии – Олли всегда обладала широкой, плотной и яркой, как и ее васильковые глаза, аурой, которую то тут, то там украшали огненные всполохи подконтрольной девушке стихии. «Истинная природа во плоти» – подумала я, кажется, уже в тысячный раз, разглядывая ее. – Сядь. – коротко скомандовала я. Мне самой было не принципиально, в каком положении это будет происходить. Но привычка заботиться о ней осталась и я не стала сопротивляться тихому голосу, который упорно подсказывал мне, что не всякий индивид устоит на ногах от подобного вмешательства. Оками повиновалась и я сделала несколько шагов ей навстречу, мысленно отправляя тоненькую нить от своего разума к ее и привычно представляя залу с множеством дверей… Перебирая ее воспоминания одно за другим,  я никак не могла найти то, что совпадало бы с моими. На утро после той самой ночи, когда мы с Аной подслушали разговор «взрослых» и даже вмешались в него – ребята попрощались с семьей Этьен, вернулись к центральному порталу и тут же оказались в стенах родной Академии. Я успела рассмотреть моменты, как наши покои стали ещё больше, вмещая теперь уже три спальни, ведь Рия наотрез отказалась переселяться в отдельное от нас жилье и почти дыхнула драконьим пламенем на несчастных секретаря и завхоза. Спойлер – критично никто не пострадал. Немного подслушала разговор девушек о том, что произошло, когда Альви на пару с Мидгардой навестили тетку драконицы. Никакого леса. Даже Горлумского. Я нахмурилась – либо ей стерли воспоминания, пленив ее разум, а я не сомневалась, что Эрмин на такое способен, либо кто-то воспользовался личиной Олли. Других объяснений здесь быть не может. Покидая сознание подруги, я почувствовала, как по моим щекам потекли слезы облегчения и… Вины. Ведь я обвинила близкого человека без суда и следствия, даже не выслушав. – Прости меня. – выдавила я, стараясь сглотнуть образовавшийся в горле ком. – Я не должна была… Рыжий вихрь сбил меня с ног, впечатывая в ближайшую стену, прямо как при нашей первой встрече. – Да забудь ты уже! Как я рада, что ты наконец очнулась! – голосила моя самая настоящая подруга, расцеловывая мои щеки. – Эй! Она уже сереть начала от твоих звериных объятий! – со смехом вмешалась банши, отпихивая от меня оборотницу и занимая её место. Наобнимавшись, мы покинули мою спальню, направившись в гостиную. Я и не думала, что так сильно успею соскучиться по нашему дому. Сияющий, как медный таз, Кер, презабавно сложив крошечные ушки, внимательно слушал мои пожелания, с нежностью смотря на меня своими бусинками глаз. Не удержавшись, я сграбастала Горлока ладонями, прижимая к своей шее: – Мне так не хватало тебя, малыш. – Я очень-очень скучал… – блаженно выдохнул Кер, крепче обхватывая руками мои пальцы и теснее пододвигаясь ко мне. – Если ты меня не отпустишь – никакого кофе тебе не видать до самого вечера. – мягко пригрозили мне. Смиренно прислушавшись к его словам, я таки обратила свое внимание на девушек: – А где Рия? – Наверное, опять на полигоне вместе с Лео. В последнее время ей полюбилось летать. – развела руками Олли. – В последнее время? – переспросила обалдело. – Сколько же я проспала? – Считай сама – возвращались и обживались мы без тебя два-три дня точно. На следующий день, уже ближе к вечеру, тебя в таком состоянии приволок ректор. Бросив всего два слова в качестве объяснений, а именно – «Оберегать. Заботиться», исчез. После этого ты спала ещё три дня. Считай неделя и прошла. – А он больше не появлялся? – Нет. – твердо произнесла банши. – И, боюсь, появится нескоро. Из столицы принесли дурные вести. Я аж поперхнулась первым глотком живительной и бодрящей влаги от того, насколько похоронно звучала ее речь. Откашлявшись, я обвела взглядом подруг, беспрестанно отводящих глаза: – Что происходит? Почему вы не договариваете? Переглянувшись, тихушницы единогласно выдали: – Война. Королевский дворец захвачен. Регулярная армия теперь подчиняется твоей семье. – Что-о?! – я отставила горячую чашку на журнальный столик от греха подальше. – Что значит «моей семье»? – Формально. – исправилась Альви. – Эрмин захватил власть. И он все еще носит одну с тобой фамилию… Так что, одна лучше не выходи. Казалось, что я уже достигла апогея изумления, но нет. – В смысле «одна не выходи»? Банши замялась и тогда инициативу перехватила Олли: – Милая, конечно, большинство понимает, что ты тут не при чем, но есть те… – Кто думает, что я должна отвечать за деяния своей семьи? – закончила я за нее мысль. Оборотница коротко кивнула, с сожалением смотря на меня. *** – Как родители? – пребывая в некоторой апатии от всего происходящего, все же поинтересовалась у, наконец обьявившегося, Марка. – Всё в порядке. Я как мог зачаровал защиту дома и территории. Периодически буду обновлять. По крайней мере, без нашего ведома никто со злым умыслом к ним не явится. – спокойно произнес Амарок. – А если и явится – я перемещусь и заберу их раньше, чем охранные чары будут взломаны. – Хорошо. – по слогам произнесла я, погруженная в свои мысли. – Ты что-то знаешь о ситуации в столице? – Да, я регулярно навещаю Эльсевара. Он вызывает меня, когде надо «подлатать» информационные дыры и усовершенствовать стратегию. Атилла и Княжна с ним. – Что там происходит? – Регулярная армия теперь тоже носит звание «живых мертвецов» и подчиняется Эрмину. Военачальники, сумевшие избежать встречи с твоим дядей – присягнули Савлазару, так что у него в подчинении как минимум несколько тысяч боевых единиц. Однако учитывая мощь противника… Даже миллион бойцов погоды не сделают. Асви почти полностью разрушена, те местные, что смогли уцелеть – скрываются в пригороде, те, у кого есть возможность – отправились на другой конец мира, сама понимаешь… Столица больше напоминает поле боя и это только начало. Я слушала и ужасалась масштабам трагедии. Всего три дня, всего одно, судя по всему, неверно принятое решение и такие последствия. Он добрался до источника и начал действовать и мы абсолютно ничего не можем ему противопоставить. Меня не особо волновал тот факт, что мое имя и имена моих бабушки и дедушки навеки будут ассоциировать с именем убийцы, но меня отчаянно волновало то, сколько жизней уже унесли амбиции Эрмина и сколько ещё унесут… – Он выдвигал какие-то требования? – прошептала я, зарываясь пальцами в густую шесть волка. – Нет. Он не подпускает никого ко дворцу, в основном все столкновения именно из-за этого. От того и более страшит то, почему дворец должен быть недосягаемым. – добил меня друг. – Есть предположения? – я прикусила губу, опасаясь того, что услышу. – Он безумен, Кхаири. Что бы он ни задумал – на кону существование Селиума и связанных с ним миров. – Но почему тогда не вмешиваются Аны?! Почему драконы бездействуют? Сплочение сейчас в интересах всех и каждого! – недоумевала я. – Боюсь, что эго «высших» мира сего достаточно непомерно, чтобы мешать им видеть перспективы. – вздохнул Марк. – В любом случае, ректор работает над этим. Да и Владыка просто так не отступится. Помолчав, проговорила в воздух: – Поверить не могу… Война. Я закрывала глаза в шаге от конца всей этой чертовщины. А открыла – в кошмаре. Встав, я решительно взглянула на зверя. – Ты со мной? – Кхаири, не стоит этого делать… – Я спросила не это. Вместо ответа, волк поднялся на лапы, ткнувшись носом в мою ладонь. Эльсевар Савди Фон Савлазар: Асви растеряла былой лоск, утратив большую часть построек, флоры и коренных жителей. Казалось, даже небо тоскует по прежним временам – настолько серым, тяжелым и низким оно теперь смотрелось. Фон Кираз бросил все силы на оборону дворца. Битва шла буквально за каждый клочок земли, способный хоть немного приблизить нас к зданию. Конечно, было решено разбить штаб ближе к окраине, дабы обезопасить себя и воинов, возвращающихся с нынешней линии фронта, коих катастрофически не хватало. Ладно бы, если бы была возможность их всех бросить в наступление, что и так маловероятно – ведь большинство из них, если не погибало в схватке с неживыми, то присоединялось к  армии Эрмина, утрачивая волю, а вот оставшиеся уже добирались до тыла. Другая часть была рассредоточена на защите всех оставшихся известных источников, включая последний вычисленный. Плюс – защита Управления, дополнительно требовались «головы», способные патрулировать, без вмешательства в военные действия, а это в основном воздуховики и те, что имели крылья. Впервые за всю свою практику я столкнулся не с самой проблемой численности, а с вопросом неизвестности. Сколько бы мы ни бились над тактикой – мы понятия не имели о том, как он подавляет их волю, для чего забаррикадировался во дворце и, как его, черт возьми, победить. С таким-то резервом! С силой шарахнув кулаками по столу, я смел с него бесполезную карту и молча дал знак присутствующим, что мне надо выйти. Одному. Воздух пропах гарью и кровью, по левой стороне от палатки за моей спиной расположилось «целительское» крыло, по правую – во всю орудовали некроманты, если их светлые коллеги не справлялись со своим ремеслом. Да уж, Княжна, войдя в положение, дала своим подданным карт-бланш. Смертями даже сама Смерть уже была сыта по горло. Изнутри грела всего одна мысль – Кира, наконец, очнулась. Я мог мыслить трезво только будучи уверенным, что она цела и в безопастности. До сих пор мне не удавалось простить себе то, как поздно я нашел ее в том треклятом лесу – истощенную, окровавленную, сжимающую в крохотном кулачке амулет, когда-то подаренный ей мною по случаю зачисления в Академию. Казалось, что с тех пор прошла целая жизнь. А ещё казалось, что наш мир выбрался из войн – но и это было лишь иллюзией, как вы теперь понимаете. Мама как-то сказала мне, что от судьбы не уйдешь. Знала ли она, какая была мне уготована? Возможно именно к таким событиям она меня и готовила, интуитивно доверяя своему чутью. – Элс, ты в порядке? – хмурый Атилла все же нарушил мои размышления, выходя вслед за мной. – Насколько это возможно, Ати. – вторил ему я, не отрывая взгляда от стальных небес. Там вовсю сновали патрульные, разрезая собственными крыльями клубящиеся тучи. – Друг, тебе бы отдохнуть. Сколько суток ты уже на ногах? Ты откуда собрался резервы пополнять? Из воздуха? – опять завел свою шарманку Император. – Не беспокойся обо мне. – отрезал я. – Ты лучше многих знаешь, что я способен о себе позаботиться. – Семейными артефактами лишь сыт не будешь. – парировал он, возвращаясь обратно и махнув на меня рукой. «Наконец-то…» – мысленно выдохнул я, смотря в спину удаляющемуся Владыке. Мне просто необходимо было очистить мысли и побыть хоть немного наедине с собой, пусть и в самой гуще столпотворения. У судьбы и в этот раз были другие планы, точнее – у одной невероятно вкусно пахнущей женщины, чьи руки мягко обвили мой торс. Я так истосковался по ней, что не нашел в себе сил ругаться. Кирриада молча обнимала меня со спины, а Амарок, как ни в чем ни бывало, потрусил в сторону, явно не желая нам мешать. – Стоит ли озвучивать, что тебе сюда нельзя? – спокойно произнес я, разворачиваясь к ней лицом и прижимая её к своему телу. – Можешь попробовать, но я буду спорить. – легко проговорила она, поднимая на меня глаза. – Тебе важно знать, что я в порядке, так? Но и мне тоже. Встав на цыпочки, Кира оставила мягкий поцелуй на моих губах. – Как ты? – Цел. Невредим. В тупике. – честно признался я, наслаждаясь ощущением долгожданной близости. – А ты? – Цела. Невредима. Хочу помочь. – так же честно ответили мне. – Я не могу здравого мыслить, когда ты в опасности. Ты же знаешь. – с нажимом напомнил я ей простые истины. – Разве я могу быть в опасности, когда ты рядом? – подначила она меня. – Туше, милая. – усмехнулся. – Однако в таком случае – могут пострадать другие. Ведь все мое внимание будет отдано тебе. На это у нее, конечно же, не нашлось контраргументов. Призадумавшись, она положила голову на мою грудь. – Я все равно хочу помочь хоть чем-то.  Не прогоняй меня, пожалуйста… От этой искренней просьбы у меня перехватило дух. Ясное дело, я больше всего на свете не хотел ее прогонять, но и позволить остаться в обители боли, страха, смертей и разрушений – тоже. – Время от времени ты сможешь перемещаться сюда. – начал я, но увидев горящий взгляд, закатил глаза. – Но! Во первых, по согласованию со мной. Никаких спонтанных решений. Во вторых, в сопровождении Марка. И, в третьих, не за бесплатно. Она аж приоткрыла рот от изумления: – Чем будешь принимать дань – натурой или познаниями? – левая бровка изогнулась. – По ситуации. – подмигнул ей, впиваясь поцелуем в податливые губы. Кирриада Фемида Левиафар Фон Кираз: Вернувшись в Академию, я никак не могла избавиться от этого запаха. Складывалось ощущение, что он проник мне под кожу – не помог даже двойной душ и полная смена одежды. Этот запах преследовал меня, напоминая о том, сколько бед я оставила за плечами, уходя с поля боя в свой безопасный «закуток». Все мое нутро протестовало против отсидки дома, мне хотелось помочь, мне хотелось остаться и сделать хоть что-то, принесли пользу. Но принести я смогла только шлейф смертей, отпечатавшийся на моем теле и сознании. «Эльсевар сказал, что я нужна здесь» – повторяла я себе. «Эльсевар сказал, что Академия нуждается в нас не меньше, чем фронт в воинах». Эта мысль меня не успокаивала ровно до тех пор, пока я не представила, что сюда нагрянет мой дядя, а меня не будет, но будут остальные – близнецы, Олли, банши, Рия… Липкий страх снова пополз по моим ногам. «Нет. Он прав. Здесь я нужна не меньше». Дверь без стука отворилась и на пороге возникла драконица, счастливо меня рассматривающая: – Кира, ты в порядке! Они говорили, но я должна была увидеть своими глазами. Похлопав рядом с собой, я пригласила подругу присесть рядом со мной. Пережив очередные нечеловеческие объятия, я выровняла дыхание и спросила: – Девочки рассказали, что ты теперь часто летаешь. Трансформация уже не такая болезненная? – Да! Должна сказать, что это во многом благодаря Лео. – Рия чуть покраснела. – Когда в тебя со всей силы верят, очень сложно не поддаться такому примеру. Я положила свою руку поверх ее: – Как прошла встреча с тетей? Всплеснув руками, девушка воскликнула: – Эти мерзавки, что, вообще никаких новостей для меня не оставили? Я хотела сама рассказать! Подняв руки в обезоруженном жесте, пояснила: – Нет-нет, что ты! Я только знаю, что она состоялась, никаких подробностей мне неизвестно. Клянусь! Рия расплылась в улыбке: – Хорошо. Честно говоря, встреча была короткой, но продуктивной. Даже и рассказать-то особо нечего. Я настолько разозлилась, увидев обескураженную родственницу, явно неожидавшую встретить меня живой, что обратилась прямо посреди улицы, а та возьми да и упади в обморок от таких «откровений». Придя в чувства, она пыталась лепетать что-то про то, как рада меня видеть целой и невредимой и что они много недель искали меня, но Альви ясно дала понять, что это ложь. В общем, тетка без лишних слов и по собственной инициативе подписала все документы об отказе от прав на имущество моей семьи. А я даже и не знала, что они у нее есть. – развела руками подруга. – Теперь я вполне себе состоятельная дама. Я порывисто обняла ее, проговорив: – Я рада, что эта страница твоей истории осталась позади. И очень рада, что ты больше не испытываешь боли при обороте. И что ты здесь…. Я рада. – Спасибо, дорогая. А я очень рада, что ты в порядке. Ты изрядно нас напугала. И, кстати… – она смущенно потупила глазки. – Я теперь живу с тобой. С вами. Мне предлагали отдельные покои, но я разозлилась, и… – тараторила взволнованная девушка. – Так. Спокойно! – я подняла указательный палец вверх, прерывая водопад ее слов. – Все в порядке. В такие времена нам лучше держаться вместе в любом случае. А там… Глядишь и к Лео переедешь. – бросила я на нее заговорщический взгляд. Подруга задохнулась от таких моих предположений, но парировать не стала, переводя тему: – Все собрались в гостиной и ждут только тебя. – Хорошо, пойдем. – я тяжело поднялась,  мысленно продумывая то, что прямо сейчас им скажу. Ведь хороших новостей у меня совсем нет. Лаура Ираида Кейсел: Ещё недавно я думала, что нельзя любить сильнее, чем я уже любила. Это смешно, так как теперь я даже не могу с уверенностью сказать, что испытывала хоть какие-то чувства по отношению к Савлазару, кроме, скажем, влечения. Неужели я и правда верила в ту мысль, что мне нужен кто-то настолько трусливый и немощный? Древние, да он по уши влюбился в какую-то девчонку и совсем голову потерял. А я всегда знала, что мне предначертан мужчина великого масштаба личности. Так, впрочем, и оказалось. Со стороны кто-то назовет его безумцем, другие скажут – узурпатор, третьи – убийца, десятые окрестят социопатом. Будет ли хоть толика из них обладать, например, десятой частью его могущества? Никогда! Этот легендарный мужчина целиком и полностью принадлежит мне. Думала ли я когда-то, что стану первой леди самого сильного мира сего? Я уже даже не уверена, что он человек, скорее божество. Мое собственное. Однако, даже на празднике жизни случаются казусы вроде разбитой посуды или пролитого вина… В моем случае уже в который раз помехой была одна паршивая девка. Почему-то ее жизнь была чрезвычайно важна для моего дорогого Эрми, ведь даже после наших самых страстных ночей – он не желал ее обрывать. «В этот раз хотя бы не стоит беспокоиться о том, что она его уведет» – невесело усмехнулась про себя. Все же родная кровь. «Племянница» – это слово хотелось выплюнуть. Впрочем, это чувство очень быстро сменилось озарением: а что, если… – мои губы наконец тронула торжествующая улыбка. Праздник жизни, как и шоу – всегда должен продолжаться. *** Я, конечно, знала, что теперь любое мое желание будет выполняться моментально – Эрмин не жалел для меня своих слуг. Но настолько быстро? Когда мимо меня пронеслась знакомая фигурка – я обомлела. Всего-то решила прогуляться после того, как выполнила просьбу своего мужчины. Все-таки темный, мертвый лес – романтика. А тут такое! План, давно заготовленный в голове, вспыхнул перед моими глазами мириадами коварных звезд. «Вредно так много бегать, Левиаф. Отдохни немного» – промурлыкала я, настигая девчонку. Я аж намокла, когда между ее лопаток вошел призрачный клинок. Убить без умысла – не убьет, но и заживать рана будет куда дольше, чем от обычного орудия  – ведь разрезало это лезвие не только плоть, оно распарывало и тонкий план тоже. «Шалость удалась!» – ликовала я, наблюдая, как девка теряет сознание. «Пару штрихов и дело сделано…».