Глава 7: Трудовые будни

– Лест, вылезай из-под кровати, он ушел. – Закрыв дверь, я обернулась, рассматривая листок бумаги, скрепленный печатью.

Печать Его Величества было трудно не узнать. Его профиль чеканили на монетах всех достоинств, но легче от осознания отправителя не становилось.

Почему король вдруг решил передать мне записку?

– Давненько я не прятался под кроватью, – протянул парень, выбираясь из-под предмета мебели. Копер, обосновавшийся в вазочке с фруктами, катался со смеху, сползая по яблоку.

– Тебе и раньше приходилось там прятаться? – Моему удивлению не было предела.

Нет, я прекрасно осознавала, что Калест не живет жизнью храмовника, но чтобы настолько...

– Ревнуешь? – сел он на мою кровать, пытливо прищурившись.

– Да еще чего!

Надломив печать, я раскрыла лист и принялась читать. До завтрака оставалось всего несколько минут, но это меня уже не волновало, потому что я была приглашена на завтрак к самому королю.

Прочитав три раза коротенькое сообщение, составленное с витиеватыми красивыми фразами, я все равно не верила своим глазам, а потому передала листок Лесту, который уже пристроился за моим плечом с явным намерением сказать какую-нибудь гадость.

– Нет, все-таки ты ревнуешь. Но если тебе станет спокойнее, я расскажу тебе правду. Под кроватью я прятался от монстра, что жил в моем шкафу.

– И сколько тогда тебе было лет?

– Года три, не помню. Так что тут у нас?

По тому, как менялось выражение его лица, я все отчетливее осознавала, что глаза мои мне не лгали. Ужас медленно, но верно накатывал волнами, потому что близко находиться к Его Величеству мне совершенно точно было нельзя. Я не знала, насколько наш король сильный маг. А вдруг он легко раскусит во мне ведьму? Тогда прямо с завтрака я отправлюсь сразу на костер.

– Не паникуй, – коротко приказал Калест.

– Я не паникую.

– Да у тебя на лице все написано, но знаешь, переживать тебе особо не о чем. Это всего лишь завтрак, а не допрос. Было бы страшнее, если бы за тобой пришла королевская гвардия. – Смяв лист бумаги, парень испепелил его в своей ладони. – Значит, так. Ты сейчас идешь завтракать и одеваешься, а я схожу за Лентистом.

– А завтракать зачем? Я же и так на завтрак иду.

– Поверь мне, Мел, есть ты туда идешь в последнюю очередь, так что поспеши. Тебе нужны силы для тренировки.

Когда я спустилась из башни, где моя команда предавалась неспешному завтраку, наследный принц уже ждал меня в гостиной. Он сидел на диване абсолютно один и со скукой на лице пролистывал оставленный кем-то учебник по зельеварению. Заметив меня, молодой мужчина поднялся.

Положенный случаю реверанс я сделала с опозданием, но вспомнила же!

– Доброе утро, Мелисса.

– Доброе утро, Ваше Высочество. Хотя, увы, мне трудно назвать его по-настоящему добрым. Вы знаете причины, по которым я приглашена на завтрак к Его Величеству?

– Как и ты, могу лишь только предполагать, – развел он руки в стороны. – Скорее всего, мой отец желает поближе познакомиться с моей невестой, и в этом я ему препятствовать не могу.

– Но все же вы идете со мной.

– Иду, хоть и без приглашения.

На четвертый этаж, куда студентам подниматься было запрещено, мы с Лентистом попали в сопровождении слуги. Пожилой мужчина явился за мной точно в назначенное время и был неприятно удивлен тому, что иду я не одна. Но ничего не сказал. Да и кто бы в здравом уме посмел возразить наследному принцу?

Ненадолго мы остановились лишь у самых дверей. Двустворчатые, высокие, они имели резной рисунок и выглядели тяжелыми, даже массивными, но слуги открыли их перед нами без единого намека на усилия. Открыли, а внутри уже объявляли о том, что я пришла.

Только я, без упоминания принца.

Каково же было удивление присутствующих, когда меня под руку ввел Лентист. И каково же было мое изумление, когда кроме короля в просторной столовой за прямоугольным столом, рассчитанным от силы на десять человек, обнаружились второй советник короля и скучающий младший принц. Ни один из них не поднялся, хотя я всегда считала, что в таких ситуациях мужчины должны проявлять уважение. Впрочем, это мне совсем не помешало присесть в реверансе.

– Поднимись, дитя, – вымолвил Его Величество, но по его голосу было невозможно понять, огорчен он или, наоборот, зол. – Я рад вас видеть... вместе. Сын мой, а разве ты сейчас не должен быть занят?

– Ради завтрака с отцом и любимой я перенес свои дела на более позднее время. Дозволишь нам присоединиться?

– Конечно, присаживайтесь.

Неудовольствие короля не укрылось от меня. Жестом отозвав слуг, Лентист сам отодвинул для меня стул и сел рядом. Для него сервировали прямо сейчас.

Я ощущала себя странно, будто не здесь. Молчала все то время, пока мужчины как ни в чем не бывало беседовали о «Последнем отборе» и вчерашних победителях очередного тура межакадемического турнира. Мне удалось даже абстрагироваться от всего происходящего. Размазывая кашу по тарелке, я чувствовала на себе пропитанный злобой взгляд герцога, но меня успокаивал тот факт, что мы здесь не одни, а нас разделяет стол.

Впрочем, молчуньей в это утро была не только я. Младший принц тоже не проронил ни слова, предпочитая разговорам завтрак. И все было хорошо до тех пор, пока король не задал тот самый провокационный вопрос:

– Дети мои, а вам не кажется, что вы несколько форсируете события?

– Нисколько, – не отвлекаясь от яичницы, ответил Лентист.

– Но, мальчик мой, ты должен был спросить у меня позволения обручиться с леди иль Таридж. И должен был попросить разрешения у ее отца.

– Отец, – все-таки отложил принц приборы, громко звякнув вилкой о тарелку, – вы забываете, что я уже мужчина, а не мальчик. В том, что касается королевства, я всегда обращусь за советом к вам, но в том, что касается сердечных дел... Простите, отец, но такие вопросы я буду решать сам. Что же до нашего уважаемого второго советника. Отец – это не тот, кто поучаствовал в зачатии, а тот, кто вырастил. Увы, но вы, герцог, никакого отношения к своей дочери не имеете и, соответственно, не имеете никаких прав распоряжаться ее жизнью. Если это все, что вы хотели обсудить, то мы, пожалуй, откланяемся. Моей невесте никак нельзя опаздывать на тренировку.

Проговорив всю эту браваду, Лентист поднялся из-за стола и подал мне руку. Я без раздумий вложила пальцы в его ладонь, потому что не меньше, а, может быть, даже больше него желала отсюда сбежать.

Когда мы наконец оказались за дверью, я все еще отходила от увиденного и услышанного, но на лестнице хотя бы немного пришла в себя.

– Что это было? – спросила шепотом, с подозрением косясь на...

Нет, все-таки это были не слуги, но и на королевскую гвардию мужчины своим видом не тянули.

– Это нас с тобой сейчас пытались разлучить, – ответил принц с тенью улыбки. – Но у них ничего не получится, потому что о нашей помолвке я объявил публично.

– Вы знаете, я все никак не могу понять, зачем это конкретно вам. Зачем вам мне помогать?

– Видишь ли, я не стремлюсь жениться. Ты для меня – своего рода прикрытие. Мы ведь можем быть женихом и невестой годами, даже десятилетиями. Если ты захочешь выйти замуж, мы просто объявим о расторжении помолвки.

– У вас все так легко, – удивилась я и не то чтобы приятно.

– А что сложного? Бывшую невесту наследного принца с руками оторвут. У меня достаточно злопыхателей, желающих мне насолить. Они цепляются за любую возможность. Кстати, почему тебя вчера не было на балу?

– Не люблю быть в центре внимания. А ваш младший брат – он всегда такой безучастный? – поинтересовалась я, чтобы сгладить неловкость.

– Он не безучастный, ты просто плохо его знаешь. Кантист привык быть сторонним наблюдателем, но при этом подмечает все вокруг. Он очень внимательный. Никогда ни во что не вмешивается без крайней необходимости, но при этом всегда действует осознанно и наверняка. Именно благодаря Кантисту мы с тобой можем спать спокойно. Королевская гвардия, городская стража, управление тайной королевской службы – все они находятся под его началом, и пока ему удается справляться с этим нелегким делом.

Вот тут я бы очень сильно поспорила. Конкретно наш похититель до сих пор не был найден. Но, как выяснилось позже, свое мерзкое дело он не прекращал.

На тренировку я опоздала. Естественно, для меня лично портал открывать никто не пришел, но для себя я все равно решила провести время с пользой. Взяв листы бумаги и писчую палочку, вместе с Копером с удобством разместилась в гостиной и долгие часы расписывала таблицы, которые сама же и придумала.

Восемь магов – восемь листов. Свой я отложила, потому как себя и свои возможности знала, а вот возможности и сильные стороны остальных мне еще предстояло изучить.

Больше всего я знала о Калесте и Айрате, но если первым управлять было непросто, потому что мне неловко ему приказывать, то действиями подруги руководить попросту невозможно, потому что чаще всего над ней верх брали эмоции и она переставала кого-либо слышать.

Чуть меньше я знала о Джэйлибе и Бальши. Один близнец мог многое – ему подчинялись стихии, которые могли стать ощутимым плюсом в любых погодных условиях, а вот второй...

Активного дара Баль не имел. Ему была доступна бытовая магия, как и нам всем, но артефакты на арену не пронесешь, а зелья... Зелья – это вариант. Зельями как минимум можно задержать тварей, чтобы отбиваться не ото всех сразу.

Симун иль Кенсти. Боевик был для меня темной лошадкой. Его физическая сила нам была не нужна. Пару раз я видела, как он пользуется огнем, но далеко не на высшем уровне. Зато он был ловким, как и все боевики.

Оставались еще двое из запасных: Лалфи Море и Адвин ильс Кардиндай, о магии которых я абсолютно ничего не знала. Первый был первокурсником из целителей, а второй не попадался мне на глаза на тренировках. А впрочем, если повезет, то с игроками команды запасных мне и разбираться не придется, так что за Айрату и парней я могла быть спокойна.

Ну что ж, четыре – это не восемь. Осталось только дождаться Калеста, Бальши, Симуна и Джэйлиба, чтобы устроить им допрос и накидать примерный план на все три боя. Очень примерный план.

Довольная команда вернулась только перед обедом. Сегодня они выглядели в несколько раз лучше, а их одежда почти не пострадала. Весело переговариваясь между собой, они не сразу заметили меня, скрытую за подушками.

– А вы видели, как она раззявила пасть? – с восторгом воскликнул Лалфи. – А я ей раз! И все, сдохла титирва. Вот бы тебя, Калест, сделали нашим капитаном. Мы бы тогда точно выиграли.

Взгляд бедного первокурсника наконец-то отыскал меня среди изобилия подушек. Испуганно сглотнув, он поспешил поскорее скрыться вслед за остальными из-под предупреждающего взора Леста. Он заметил меня раньше и теперь подошел, чтобы расслабленно упасть рядом.

– Не бери в голову. Он просто не подумал.

– Он просто не заметил меня, – грустно усмехнулась я. – А сказал все правильно: если бы ты был нашим капитаном, то это решило бы многие проблемы.

– Что пишешь? – перевел он разговор на другую тему, подбирая мои бумаги. – Ага. Так, это указывать нельзя, это тоже. Я боевик, огневик и немножко маг земли. Все остальное можешь смело вычеркивать.

– Но ты же можешь всем этим воспользоваться на арене? – опешила я. Я столько часов убила на то, чтобы все это расписать!

– Не могу и не буду. Это закрытая информация, которую ты у меня вызнала путем долгих пыток.

– Я? – опешила ведьма в моем лице. Копер тоже был ошарашен не меньше меня и сейчас сидел на низком столике с открытой пастью, из которой вывалился розовый язык.

– Ты. И вот тут у парней вычеркни, – показал он на строчки. – Я в душ. Если не желаешь присоединиться, то встретимся за обедом.

– Хам! – бросила я в него подушку, густо покраснев.

– На том и живем, – весело подмигнул он мне, улыбнувшись одним уголком губ, а я вдруг отчетливо поняла, что мне не хватает его объятий.

В эту самую секунду я просто желала, чтобы он обнял меня. Но нельзя, потому что общая гостиная на то и общая, что по ней может сновать кто угодно. Кто угодно, кто донесет весть о моем распутстве до короля.

На обед мы поднялись все вместе. Между участниками команды и мной так и сквозила настороженность, но на слова Лалфи я не обиделась. Он был прав, но легче от этого не становилось, потому что, как бы участники ни хотели другого, их капитаном была я. Очень неразумное решение со стороны мейстера Карстара, если он действительно хотел, чтобы мы выиграли. Сейчас я это понимала как никогда.

– Хася! Копер! – воскликнули мы с Айратой одновременно.

Эти двое, вечно голодные, едва появившись в столовой, с разбегу чуть не оказались прямиком в чаше с холодным пряным шоколадом. Парни чудом успели поймать их в полете и вручили обиженным мордам по яблоку, пока Бальши закрывал чашу колпаком. Яблоки тут же были отвергнуты, но ненадолго. Тем более что для Копера я яблоко почистила.

После обеда мне таки удалось собрать парней в общей гостиной. Чтобы никого не путать, и себя в том числе, я раздала им чистые листы и попросила описать свои магические возможности.

Как и советовал Джэйлиб, отдельным пунктом мы выделили заклинания, которые у парней получались лучше всего. Вывод был неутешительным. Никогда не думала, что так скажу, но нам остро не хватало Багиры. Ее одной хватило бы, чтобы выиграть. Я еще помнила ее коронное заклинание, убивающее всех существ наповал и разом, но увы. Целители среди нас хоть и были – Калест и Лалфи, – но такого они не умели.

Мы разбирали стратегию игры добрых два часа. На Джэйлиба я повесила стихийные атаки, связанные с погодными условиями. Если нам достанутся пески, ему ничто не помешает сделать их зыбучими. Из того же снега можно выстроить преграды или даже целые лабиринты. Лес – сам по себе хорош, потому что любое растение могло оплести существо, а значит, задержать. Для каждого антуража мы выписывали свои заклинания, чтобы я была готова заранее.

Бальши досталась самая почетная миссия – зелья. Ему предстояло приготовить целый список на все случаи, и, что самое главное, мне даже не нужно было их запоминать. Я любила возиться с котлом и ингредиентами, а потому знала изрядную долю рецептов и их свойств. Самое главное – успеть все их приготовить до игр, но вдвоем мы должны были справиться быстрее.

Симун и Калест, согласно плану, являлись нашей грубой силой. Ловкие, быстрые, сильные – боевиков готовили не только к тому, чтобы сражаться с другими магами, отстаивая себя или интересы королевства, но и к встрече с тварями всех уровней, ведь именно их забрасывали на зачистку территорий, на которых плодились опасные существа.

Парнями был составлен список заклинаний, который мне предстояло выучить. Причем, кроме боевых, в них были и те, что использовались через потоки стихии огня. Они долго и нудно пытались мне объяснить, почему для конкретной ситуации используется конкретное заклинание, а не похожее на него, но все свелось к тому, что пришлось напротив названий делать краткие пометки, когда их можно использовать. У меня голова шла кругом еще после первых десяти.

И последней была именно я. Для себя я тоже расписала, что именно мне необходимо сделать. Амулеты, талисманы, заговоренные кулоны – я уже создавала их в академии, и теперь мне предстояло этот опыт повторить. Кроме того, на моей стороне была стихия земли, и очень жаль, что я не могла использовать дар ведьмы на арене. Это могло быть просто небезопасно, хоть двести раз маскируй его под стихию земли.

– Эй, вы идете смотреть вторую игру? – выглянула из спальни одетая в меховой плащ Айрата. – Там уже все собираются.

И действительно, студенты стекались к арене со всех сторон. Шумную толпу не пугал ни порывистый ветер, ни холод, впивающийся в руки. Сегодня мы поднялись немного повыше, чтобы оценить игру, так сказать, с высоты, но, кроме того, было этому решению еще одно объяснение. Сегодня на арене выступала команда Военной Королевской Академии, и от нее ждали особой кровожадности по отношению к магическим существам.

Как и в прошлый раз, игра началась только с позволения короля – красный платок упал на арену, словно кровь покрывая снег. Арена тут же превратилась в зеленые джунгли, а щиты поднялись, выпуская наружу крупных тварей первого класса – самых обыкновенных горгулов, с которыми мы встречались на тренировках в академии.

– Они с ними быстро справятся, – прокомментировал Калест, как и я, вглядываясь в парней в военной форме.

Сегодня парадных кителей на них не было, но выглядели они не менее внушительно и привлекательно. Не для меня. Для девушек, что подбадривали их со всех трибун, соревнуясь в громкости и красоте.

– Айдин! Стань моим мужем! – прокричали откуда-то над нами, но голос явно был усилен заклинанием.

Кто из участников был тем самым Айдином, стало понятно, когда первые твари поочередно заняли места в защитных сферах. Этот парень смотрел на трибуны, подняв руку вверх, и улыбался так широко, что даже с наших мест было видно. Первый раунд закончился чисто и без потерь со стороны команды. Думалось мне, что причина в их слаженной работе.

Отвлекшись от арены, где уже выпускали тварей второго и третьего класса, я не сразу поняла, почему мне не понравилось лицо Калеста. Вся его поза говорила о том, что парень напряжен, в то время как взгляд был словно отсутствующим. Толкнув в бок Джэйлиба, я кивнула на Леста.

– Не трогай, – произнес он одними губами.

И как только он это произнес, все прекратилось. Лест отмер, на его лице появилось осмысленное выражение, а пальцы перестали до скрипа впиваться в ограждение. И первыми его словами было:

– Мне нужно уйти.

– Прямо сейчас? – опешила я.

– Да... – его губы сжались в упрямую линию.

– Хорошо, тогда я с тобой. Если можно.

Он колебался всего мгновение. Переглянувшись с близнецами, Калест едва заметно кивнул. Что означал этот знак, мне было неизвестно, но за парнем я последовала без раздумий. Не только потому, что впереди нас ждали самые кровавые раунды, на которые я смотреть не хотела, но еще и оттого, что я интуитивно чувствовала: дело пахнет нашим похитителем. И вот хотелось бы мне ошибиться, но...

Он собирал чужую магию месяцами, а теперь сделал значительный перерыв, что, скорее всего, повлияло на задуманный им план. Магии много не бывает, к сожалению, так что в то, что похититель пропадет насовсем, я не верила, как и Калест, хоть никто из нас и не говорил об этом вслух.

Свободно выбравшись за пределы арены, мы шли молча по хрустящему снегу еще какое-то время. Лично я боялась спугнуть удачу, а Лест взглядом выискивал что-то известное ему одному.

– Сюда, – указал он кивком на небольшую рощицу. – Ведьмовской артефакт при тебе?

– Да… – я продемонстрировала кольцо на пальце. – Активируй. Тебя никто не должен узнать.

Голые ветки деревьев были покрыты тонкими полосками снега. С шершавой коры вместо листвы свисали ледяные сосульки. Наст хрустел под ногами, за нами оставались следы, но на сотни шагов в стороны не было ни единой души, кто мог бы нас заметить.

Достав из-за пазухи артефакт перехода, Калест открыл портал. Сияющее марево ударило по глазам, заставляя зажмуриться. Вложив пальцы в теплую ладонь, я сделала шаг, и тишина взорвалась голосами, ржанием лошадей и звуками оживленных улиц. Распахнув веки, я поняла, что мы оказались в переулке между домами.

– Ты бывала в столице?

– Только пролетала мимо... – призналась я. – Но сверху, да еще и ночью, обзор совсем не такой.

– Согласен. Держись рядом и не зевай.

При чем тут зевота, я поняла почти сразу же. Едва мы выбрались на широкую улицу, я в ужасе застыла перед экипажами, на огромной скорости проносящимися мимо. Если бы я была одна, то никогда бы не рискнула перейти на другую сторону, но со мной был Лест, крепко держащий меня за руку. Он же и поволок меня через это сумасшествие, за которым я даже следить не успевала.

– Куда мы? – выдохнула я с облегчением, ступив на тротуар.

– В городскую стражу. Это ненадолго. Надеюсь, что ненадолго.

Здание городской стражи располагалось дальше по улице. На пути нам встретилось несколько лавок. Из одной шел восхитительный аромат сладкой сдобы, а в другой, подсвеченные магией, за стеклом плавно летали наряды – расшитые сверкающими нитями, украшенные камнями и бантами.

Но самая необычная лавка находилась через дорогу. В клетках из тонкого металла, в круглых стеклянных сосудах, в коконах из растений сидели, ходили, плавали и летали магические существа всех цветов, размеров и мастей. Обычно маги сами находили свое существо, как ведьмы фамильяра, но иногда прибегали к помощи продавцов, которые собирали существ по всему миру.

Здание городской стражи ничем не отличалось от того, что располагалось близ академического городка. Разве что было немного больше, но во всем остальном – серый камень, черная крыша, маленькие зарешеченные окна. У входа стояла тюремная повозка с запряженными в нее лошадьми, и именно к ней мы направились, минуя лестницу.

Дважды стукнув кулаком по экипажу, Лест дернул дверь и помог мне забраться внутрь. Если бы на его месте был кто-то другой, никогда бы я по своей воле не ступила в тюремную карету. Потому что именно в такие кареты попадали ведьмы, обреченные на костер.

– Что у нас? – требовательно осведомился парень у подскочившего с лавки офицера.

В сером кителе, в кепке с козырьком, он нервно дернул себя за густой черный ус, вытягиваясь по стойке смирно.

– Заключенный Аэрот Резенталь, вор и убийца. Приговорен высочайшим судом к пожизненной работе на каменоломнях. Приговор вынесен час назад и... – затараторил офицер, но Калест его перебил:

– К делу.

– Вы приказали докладывать, если кто-то упомянет о похищении магов, – уже менее уверенно и даже с некоторой долей стеснительности проговорил мужчина. –Заключенный обмолвился на суде, что в то время, пока мы ловим честных граждан, на улицах столицы похищают ее уважаемых жителей.

– Он нас слышит сейчас?

– Нет. Я...

– На выход.

Приказ Леста был исполнен тут же. Аккуратно протиснувшись мимо меня, офицер спрыгнул на мостовую, плотно закрывая за собой дверцу. В то же мгновение парень прислонил ладонь к странному черному зеркалу, которое пошло рябью, и...

За толстым стеклом на полу сидел неопределенного возраста мужчина, прикованный к потолку наручниками. Грязный, в серых лохмотьях, он жутко скалился, демонстрируя отсутствие зубов. При виде нас заключенный заметно приободрился.

– Ого, мне положено последнее желание? Я хочу, чтобы мне прямо сюда привели...

– Заткнись, – змеей прошипел Калест, задвигая меня себе за спину. – Что тебе известно о похищениях в столице?

– Ах вот почему вы здесь! – обрадовался заключенный. – О, мне многое известно. Но просто так я ничего никому не расскажу. Я хочу, чтобы мне смягчили наказание. Я хочу...

– Ты знаешь, что некроманты считаются самыми опасными магами? – неожиданно спросил Лест, прикладывая ладонь к стеклу. Оно замерцало и изменило свою структуру, пропуская парня в камеру. – Это потому, что никто не берет во внимание целителей. Вот чей дар по-настоящему опасен. Одного прикосновения хватит, чтобы человек превратился в пепел.

Я с замиранием сердца следила за тем, как на кончиках пальцев парня появляется золотое свечение. Как оно охватывает его ладонь, обвивает запястье.

– Вы не посмеете! Я заключенный, я...

– Всем плевать на таких, как ты, – со злой усмешкой произнес Калест. – Даю единственный шанс рассказать что-то стоящее, а иначе...

Я до последнего не верила, что Лест прикоснется к забившемуся в угол заключенному. Не верила, что продемонстрирует свою силу, а точнее, изо всех сил надеялась, что этого не понадобится. Знала, прекрасно знала, что в пепел, как Багира, он никого обратить не может, но ведь есть и другие способы воздействия. Целитель способен замедлить биение сердца, а то и вовсе его остановить.

Мужчина вжимался в стену, пытался максимально отстраниться от свечения, с ужасом глядя на парня. В тот момент, когда до его шеи оставался лишь сантиметр, заключенный сдался:

– Хорошо-хорошо! Я все расскажу! – прокричал он визгливо, а я все-таки рухнула на тесную лавку.

Да, я сама напросилась сюда, но не ожидала стать свидетельницей чего-то подобного. И нет, мне было не жалко вора и убийцу, однако я была не готова к тому, чтобы увидеть жестокость Калеста. Понимала: его работа – не цветочки собирать, но одно дело – знать, а другое – видеть все собственными глазами. А ведь это наверняка всего лишь поверхность болота.

– Восемь ночей назад в переулке у ресторации «Гвенда» кто-то затащил графа иртс Апрона в карету. Я сам видел своими глазами, потому что следил за ним.

– Зачем ты за ним следил? – нахмурился Лест.

– Ну так дело-то нетрудное. Он был пьян, как скотина.

– И ты хотел его ограбить. Но с чего ты взял, что его похитили?

– В ту же ночь я залез к нему в дом и ограбил его, но никто не заявил об этом. Через три дня я залез в его дом повторно, но все осталось так, как тогда, когда я уходил. Я прожил там два дня, пока меня не поймали на улице.

– Идем, – резко обернулся Калест, проходя через мерцающее стекло.

Он даже рукой не взмахнул – стекло заволокло чернотой за его спиной. Заключенный еще что-то успел прокричать про послабление, но по заострившимся скулам парня было ясно, что плевать он хотел на его желания. Леста беспокоило похищение, произошедшее в столице, и, честно говоря, меня тоже.

– Почему никто не заявил о пропаже? – осторожно спросила я, когда мы отошли от тюремного экипажа на значительное расстояние.

Доставать вопросами не хотелось, но и молчание казалось неуютным. Калест шел быстро, широкими шагами, будто вообще забыл обо мне, а мне приходилось едва ли не бежать за ним. Словно опомнившись, он взглянул на меня почти осознанно.

– Прости, передавал запрос в управление, – объяснил он мне свое поведение, но понятнее не стало. Зато бежать мне больше не приходилось – Лест умерил пыл. – Ты что-то спрашивала?

– Я не понимаю, почему никто не заявил о пропаже?

– Потому что у графа не было родственников. Друзья в аристократическом кругу – роскошь, а любовница никогда не является сама. И вот он, итог: восемь дней как пропал.

– И куда мы сейчас?

– Собирать информацию по крупицам. Или я могу вернуть тебя во дворец.

– Нет!

Громко воскликнув, я тут же смутилась. Потому что во дворец не хотелось точно, а в настоящем расследовании мне еще не доводилось участвовать.

– Почему-то я так и думал. Поехали в ресторацию, – с этими словами Калест махнул рукой, и с того конца улицы к нам спешно направился экипаж.

– А что ты передавал в управление? Если не секрет.

– Заявлял о краже. В доме графа нам делать точно нечего, но приходящую прислугу и ближайший круг кто-то должен опросить. А еще я запрашивал списки магов, не имеющих родственников. Внушительные получатся списки, но это уже кое-что.

– Мне кажется, они заранее ждали графа, а значит, знали, что он в ресторации.

– Именно поэтому мы сейчас едем в «Гвенду», – подтвердил мои мысли парень, помогая мне забраться в карету. – Похититель был в ресторации в этот вечер или точно знал, что граф будет там. И, скорее всего, знал от него самого, если второй вариант верен.

– А граф был сильным магом?

– Средним, а иначе на него навряд ли осмелились бы напасть даже в таком состоянии.

За разговором я совсем не смотрела в окно. Когда экипаж остановился, мы оказались перед двухэтажным белым зданием с завораживающей вывеской. Рядом с надписью «Гвенда» танцевала красивая девушка в излишне откровенном наряде. Ее голые ноги поднимались так высоко, что у меня против воли открылся рот.

– Это точно ресторация? – в моем голосе не было сомнения, там поселилось удивление.

– Можешь постоять на улице, – предложил он со знакомой усмешкой.

– Да сейчас! Пошли!

И я сама потащила парня к дверям. Они любезно распахнулись перед нами без чьего-либо участия, но уже в небольшом холле дорогу нам заступил седовласый мужчина в костюме-тройке. Поклонившись, закрыв собой алые шторы, он улыбнулся нам:

– Рады видеть вас в нашей ресторации. У вас заказан столик или кабинет?

– Ни то, ни другое. Но я надеюсь, что вы что-нибудь придумаете.

Золотая монета перекочевала от Калеста в нагрудный карман мужчины. Улыбка седовласого стала запредельной. Забрав нашу верхнюю одежду, он провел нас в зал, где были заняты лишь несколько столиков, и то исключительно мужчинами. Только я не могла понять, зачем мы идем внутрь, если нам всего лишь нужно узнать, кто из посетителей был здесь вечером восемь дней назад.

Видимо, непонимание красноречиво отразилось на моем лице, потому что ответ я получила, едва девушка, принесшая нам меню, отошла от столика.

– Управляющий может и не ответить без предписания. А официантки всегда не прочь заработать.

– Ты думаешь, они нам что-нибудь расскажут?

– Думаю, да. Конечно, если ты уберешь это кровожадное выражение со своего лица. Мы на свидании, Мел. Хотя бы улыбнись мне.

– Они все равно меня не запомнят.

Улыбнуться я... Попыталась. Как-то сразу вспомнилось наше единственное псевдосвидание, которое вышло неудачным, а потому радоваться особо было нечему. Однако я постаралась насладиться приятным антуражем, полностью посвятив себя высматриванию чего-нибудь интересного.

Пожалуй, самой яркой деталью этой ресторации являлись танцовщицы на сцене. Я обратила на них внимание еще в тот момент, когда мы только вошли в зал. Яркие костюмы, до бесстыдства короткие юбки, обнаженные ноги, украшенные подвязками. Здесь не стеснялись никого и ничего, хотя выглядело заведение вполне себе респектабельно.

Например, стены здесь были обиты темно-зеленой тканью, а пол был устлан дорогим серым деревом, что больше всего напоминал мрамор. На роскошь и достаток указывали и люстры, что дарили гостям приглушенный свет. Двойные скатерти, цветы в вазах на каждом столе, закрытая униформа у официанток. В общем, выделялось это заведение исключительно своим шоу.

– Вы готовы сделать заказ?

– Мел? – вопросительно взглянул на меня Калест, а я...

А я даже меню не открывала, засмотревшись на посетителей!

– Что-нибудь... сладкое.

– Могу порекомендовать вам «Воздушный замок»... – начала было официантка.

– Лучше «Золотой закат» и бодрящий отвар, – перехватил парень инициативу.

Лично я понятия не имела, что означают оба названия, так что мне было все равно. Самым лучшим в этом заказе являлся бодрящий отвар.

– Что-нибудь еще?

– Да. Вы могли бы нам помочь кое в чем?

Взяв салфетку, Лест быстро что-то написал на ней писчей палочкой и подвинул ее так, чтобы девушке было видно. Глаза блондинки в одно мгновение преобразились, став больше в несколько раз. Чуть нахмурившись, она прикусила губу и искоса взглянула туда, где за залом наблюдал управляющий.

– Я повторю ваш заказ, – нервно спрятала она взгляд в свою книжку. – Бодрящий отвар и два «Золотых заката» здесь, а с собой два стейка с овощами, два салата с копченым лососем, десять «Воздушных замков» и бутылку белого полусладкого. Все верно?

– Вы все верно подметили, – довольно кивнул Калест, пока я ничегошеньки не понимала.

И вот хорошо, что официантка ушла.

– А...

– Все идет так, как нужно, – приободрил меня парень.

– Но куда мы денем столько десертов?!

– Как насчет романтического ужина, романтической ночи, романтического...

– Переедания? – насмешливо поинтересовалась я. – А если серьезно?

– Это небольшая цена за информацию. Управляющий попросил бы гораздо больше.

Десерт мне понравился. На несколько десятков минут я и впрямь поверила в то, что мы находимся на свидании. Поедая пышное облако из мягкого бисквита, клубничного соуса, сладкого сыра и мелко нарезанных фруктов, мы с Лестом болтали...

Совсем не на романтические, но при этом очень важные темы. Он советовал мне разработать несколько самых востребованных связок на основании заклинаний, зелий и чар, которые мы выписали, чтобы легче было ориентироваться.

– Эти связки тебе будет запомнить гораздо проще. Да и остальным, я думаю. Каждый запомнит номер своего заклинания. Главное, чтобы это были общие заклинания, а не узконаправленные. Остальное придется заучивать, но согласись, список уменьшится.

– Мне кажется, связки могут подойти лишь в редких случаях, – осторожно подбирала я слова. Мне было приятно, что Лест старается помочь, но это у них с близнецами и Багирой все отработано, а я... В общем, увидев своими глазами списки заклинаний и объем работы, я поняла, что это не мой вариант. – Я думаю, что справлюсь с заучиванием, но сократить действительно придется. Я вот что заметила на тренировках: я слишком много времени трачу на слова, а ведь иногда дорога каждая секунда. Что, если присвоить каждому из вас номер?

– Какой номер?

– Обычный. Один, два, три и четыре. Но это не все. Я думаю, что каждый из вас гораздо лучше меня знает свои возможности и сильные стороны. И мне на самом деле не обязательно все заучивать. Думаю, будет достаточно, если я просто скажу, например, «защита» или «нападение», «зелье» или «помощь». Но тоже цифрами: один, два, три и четыре. А еще в дополнение: сверху, снизу, слева, справа, сзади или спереди. Таким образом, формула будет звучать так: один, два, сзади – Калест, нападение сзади. Ты разворачиваешься и бьешь по твари позади себя. А если я скажу: один, четыре, пять...

– Калест, помощь, Мелисса, верно? Неплохо, – серьезно кивнул он. – Очень неплохо.

– Лучше, чем я буду отдуваться за всех. А то, если так посмотреть, только мне и нужно было тогда учить тварей и заклинания. А остальные так... Рядом постоять пришли.

– А что насчет стратегии игры? Каждый сам за себя или плечом к плечу?

– Ни то и ни другое. – Я поморщилась, думая над тем, как бы правильно преподнести свои мысли. – Понимаешь, когда мы тренируемся, я не успеваю следить за всеми, потому что кто-нибудь все равно оказывается у меня за спиной. А еще я отвлекаюсь. Очень много отвлекаюсь, и меня постоянно убивают. Мне кажется, будет правильнее, если я буду находиться на каком-нибудь возвышении – так, чтобы видеть всех вас. Ведь плести заклинания я смогу и оттуда, а вы... Вы будете стоять плечом к плечу, потому что вариант с каждый сам за себя на арене успеха не возымел. Ты сам видел, что Пансион Королевских Воспитанниц провалился.

– Ты права, в «Последнем отборе» лучший вариант – это командная игра.

Я торопливо кивнула.

– Только я пока не понимаю, как защитить себя со спины. Если нам повезет, Джэйлиб сможет сделать стену изо льда, я – из растений, а ты – из огня, но не факт что нам попадутся необходимые условия. Нужно заранее обдумать все возможные варианты.

– Ты справишься, Мел. Я в тебе уверен.

– Откуда у тебя такая уверенность во мне? – это был тот вопрос, который я давно хотела задать.

– Потому что я знаю, на что ты способна. Я видел своими глазами, как ты была готова противостоять мейстеру Карстару. Твоя неуверенность в себе – это твои страхи. Но ты давно пережила их. Ты больше не маленькая девочка, Мел, которая должна скрываться. Прекрати цепляться за них, и у тебя все получится.

Странно. Калест произнес правильные вещи. Больше того, он произнес вслух то, что я внутренне уже знала. Я говорила себе это десятки раз. Убеждала себя расправить плечи, поднять голову и перестать бояться. Потому что я действительно на многое способна уже сейчас. Просто стоит один раз посмотреть своему страху в глаза, но...

Сказать гораздо проще, чем сделать. Потому что мы привыкаем к своим страхам. Лелеем их, как маленьких детей. Подпитываем воспоминаниями, которые никак не хотим забывать. А ведь это так просто – вычеркнуть из своей жизни память обо всем плохом. Ведь хорошего было не меньше, а, быть может, даже больше.

Слабо улыбнувшись, я слегка сжала пальцы Леста. Даже не заметила, когда он взял меня за руку, но теперь это точно походило на романтическое свидание. На почти нормальное свидание.

Вторую часть заказа нам принесли. Забрав пакеты с печатью ресторации, парень щедро расплатился, оставив чаевых золотом столько, что можно было бы купить сотню котлов. Если это меньшее из зол, то я даже представлять не хотела, сколько бы запросил управляющий.

– Не стоит с таким азартом смотреть на пакеты, – посмеялся надо мной Лест, помогая забраться в карету.

Но едва я села, а пакеты перекочевали из его рук в мои, дверца закрылась, оставляя Калеста снаружи. Парень в черном капюшоне, прошедший мимо него, особо ничем не выделялся, но я успела заметить мелькнувший бумажный конверт, перекочевавший к Лесту. Любопытство раздирало между тем, чтобы открыть пакеты из ресторации, и тем, чтобы спросить, что ему передали. Но долго томить ожиданием меня не стали.

Едва экипаж тронулся, парень открыл пухлый конверт, вываливая на лавку какой-то бесконечный лист белой бумаги, от края до края заполненный записями.

– Это же не список одиноких магов? – в ужасе поинтересовалась я, в красках представив, как мы до старости будем их обходить. До нашей старости!

– Нет, это список всех магов, что сейчас так или иначе находятся в столице. Те, что подчеркнуты, не имеют родственников.

– А почему они подчеркнуты разными цветами?

– Синие – средний уровень личного дара, красные – высокий.

– Мы всех их будем обходить?

– Нет. У меня нет такого количества свободного времени. Этим займутся другие маги. – Сложив ленту, Лест убрал конверт во внутренний карман. – Ну? И чего ждешь? Открывай пакеты.

Новый список занял всего лист бумаги. Он нашелся во втором пакете с десертами и выглядел подозрительно за счет того, что чернила едва-едва проглядывались.

– Это копия из книги учета ресторации. Здесь посетители, что находились в заведении в тот день, – пояснили мне, пока я смотрела на фамилии, но знакомыми для меня были лишь несколько имен рода. И то только потому, что в академии учились их родственники или однофамильцы.

– Этих мы тоже опрашивать не будем?

– Нет. Этот список нужен нам для сравнения. Если пропал кто-то еще, один и тот же маг, находящийся в обоих местах, где было совершенно похищение, с вероятностью девяносто процентов является нашим преступником.

– Ты думаешь, были еще пропавшие?

– Подозреваю, что это именно так. Лишившись возможности похищать студентов, преступник навряд ли перестал нуждаться в магии. Он мог прекратить давно – еще тогда, когда за дело взялся королевский следователь. Из чего мы можем сделать два вывода: или он уверен в своей безнаказанности, что приводит нас к сильному покровителю, или необходимость в магии превышает любые риски.

– А может быть так, что это разные похитители?

– Запросто. За всеми студентами ведется наблюдение, если они легально покидают территорию Зимнего дворца. Даже мои порталы сейчас отслеживаются, но сама понимаешь: тот, кто хочет остаться незамеченным, способ найдет.

– Спасибо.

Вскинув голову, Калест посмотрел на меня с удивлением. Его правая бровь выгнулась дугой, подтверждая непонимание, затаившееся во взгляде.

– За что?

– За то, что отвечаешь на вопросы. За то, что взял меня с собой. За то, что помогаешь и защищаешь.

– Да ладно тебе. Я же знаю, что ты не отвязалась бы от меня, если бы я не взял тебя с собой, – усмехнулся он, и я прекрасно понимала, что Лест шутит. – А еще я рассчитываю на благодарность. Как насчет поцелуя?

– Ты невыносим! – бросила я в него перчаткой, но карету тряхнуло, и словно по заказу я полетела вперед, падая прямо на парня.

Пожалуй, это действительно было свидание. Коснувшись пальцами моего лица, Лест заправил прядь волос мне за ухо. Первый поцелуй достался виску, порождая сотни мурашек на коже. Второй был запечатлен на щеке, обжигая дыханием, – в районе солнечного сплетения появилась легкая щекотка, что с каждым новым прикосновением превращалась в пожар, завоевывающий все новые территории.

Отогнув ворот плаща, Калест не обошел вниманием шею и ключицы. Я металась между двумя желаниями: чтобы он не прекращал и чтобы остановился сию же секунду, потому что разум отключался, а я горела, плавилась в его руках, пугаясь того, что чувствую.

Последней каплей стал протяжный стон. Мой протяжный стон.

– Стоп. Хватит, – попросила я, гулко выдохнув.

Встретившись с парнем глазами, я замерла, словно загипнотизированная его затуманенным, потемневшим взглядом. Наверное, я выглядела так же: безумие отражалось в нас, словно в зеркале, щедро сдабриваясь сбившимся дыханием. Сердце стучало дико, неистово. И я не могла сказать, чье именно сердце бьется так громко.

Одно знала точно: мы оба испытывали сильные эмоции. Об этом говорили фиолетовые всполохи, появившиеся в темно-синих, почти черных глазах. Об этом говорила моя магия, искрами срывающаяся с кончиков пальцев. Теперь в этом экипаже на полу росла зеленая трава.

Стыд опалил щеки. Я никак не могла совладать со смущением в присутствии Калеста. Смущалась так часто, что уже начинала злиться на себя. Мы ведь всего лишь целовались, как делали это уже не раз, но привыкнуть к его касаниям, к его взглядам, к его губам было просто невозможно. Невозможно принимать происходящее как обыденность, когда низ живота тянет от легкой истомы, а мир вокруг с его проблемами исчезает, становясь совсем неважным.

Я даже ненароком скучала по тем временам, когда колкие фразы разрезали воздух, а мы смотрели друг на друга с ненавистью. Была ли эта ненависть на самом деле? Теперь уже и не поймешь, но кое-что так и оставалось неизменным.

– Знаешь, а ты целуешься уже лучше. Вот если бы нам еще немного потренироваться. Или не немного...

– Лест! – воскликнула я, совсем позабыв о том, что, вообще-то, смущенно прячусь у него на груди.

– Люблю, когда ты злишься. В этот момент ты такая красивая.

И вот то ли ударить, то ли…

На его счастье, экипаж остановился на дороге. Честно говоря, я не понимала, почему мы сразу не могли переместиться порталом, но проведенное наедине время не променяла бы ни на что на свете. Потому что привыкла к его объятиям и уже ощущала себя нагой без них.

Портальное кольцо вывело нас в самое сердце ледового городка. Вечер давно опустился на эти земли. Освещенные костром и факелами, студенты сидели в беседке и что-то обсуждали. Увидев среди них Айрату, я поспешила к подруге, в то время как Лест ждал, пока Бальши сам подойдет.

– Как справилась команда Королевской Военной Академии? – присела я рядом, с удовольствием принимая из рук девушки кружку с горячим отваром.

Мгновенно позеленев, Айрата глубоко задышала, а я принюхалась к кружке. Травка от тошноты хоть почти и не чувствовалась, но точно была туда добавлена. Неужели все настолько плохо?

– Ты просто очки скажи, – погладила я подругу по спине.

– Тридцать восемь. В последнем раунде им очень сильно не повезло, – произнесла она сдавленно, покачав головой. – Как хорошо, что я запасная.

Лицо Айраты позеленело повторно, и я поторопилась перевести тему:

– А с турниром что?

– А с турниром все более-менее, – подошли к нам парни. Джэйлиб уселся рядом с Айрой, обнимая ее. – Задание было несложным – одно на всех. Нужно было удивить комиссию и элементалей личными магическими существами. Ну, мы и собрали всех понемногу. Взяли Копера твоего и шоколада ему дали; сову Калеста – ее убить нельзя, ибо мертва уже; ежа у парня-первокурсника – он иголками от испуга стреляет; кошку у целительницы – у нее слюна лечебная; и орла, который порталами, а не на крыльях перемещается.

– И какое место мы заняли?

– Второе. У воспитанницы королевского пансиона обнаружился единорог, так что тягаться с ними было сложно. Но зато мы сравнялись в баллах с Академией Жизни и Смерти.

– Осталось еще четыре задания, – задумчиво проговорил Лест. – Хотя бы в трех из них мы должны быть лучше, чем они. Баль, есть возможность заранее узнать задания?

– Попробую, – скупо ответил парень. – Хотя я бы предпочел взять в заложники одного из элементалей.

На Бальши посмотрели все без исключения. Все, кто сидел в беседке и вольно или невольно подслушивал наш разговор.

Теперь эту идею точно можно было отмести, хотя, что уж скрывать, даже мне она показалась неплохой. Потому что отчаянные времена требуют отчаянных мер.