ГЛАВА 22

К сожалению, большинство людей не понимали, насколько в действительности счастливы. Истина была проста. Кто-то жил, радуясь приходящему дню, ходил, бегал, читал… Или обнимался, целовался. Любил кого-то. Никто не думал о воздухе, пока тот заканчивался! Мой воздух закончился именно тогда, когда я увидела, как Бранн целует прекрасную брюнетку. На что рассчитывала, приходя к нему? Неужели думала, что возможно невозможное? Как остаться живой, если у меня зима в сердце, а на душе вьюга, и пульс едва прощупывался? Этот поступок, то, как парень оттолкнул меня, предпочитая брюнетку, лишил такого необходимого для жизни воздуха. Сколько теперь понадобится времени, чтобы выбраться из клетки под названием «любовь»? Ведь это так сложно, потому что она внутри израненной души. И нет никакого выхода. Один только самообман. Когда я успела обмануться, считая, что небезразлична Дарку? Когда решила, что хочу принадлежать тому, кому не было до меня никакого дела? Тому, кому наплевать. Любовь – это та еще сволочь. Болезнь, от которой никому не удалось изобрести лекарство. Выскочив из здания, я побежала, куда глаза глядят. В воздухе пахло грозой. Буря была совсем близко, буквально наступая на пятки. Еще мгновение – и должен был хлынуть дождь, поливая холодными каплями притихшую землю. Гром и молнии разрывали на лоскутки почерневшее небо. Не особо осознавая, куда бежала, я, кажется, заблудилась в пересечении мостиков в этом затейливом здании в виде звезды. Первые капли упали на землю, омывая лицо и охлаждая пыл. Хлынул дождь, и я встала, запрокинув голову, и ловила ртом огромные капли. По лицу змейками струилась вода, проделывая свой путь дальше, к ключицам, и стекая за шиворот. Как я могла поверить в то, чего не существовало? Рядом с Бранном чувствовала некое притяжение, его заинтересованный взгляд, его непроизвольную заботу. Ведь он спас мне жизнь, в конце концов! А мог этого не делать! Потом помог на посвящении… Я не сумасшедшая, мне не показалось, и было между нами что-то, что заставляло сердце биться быстрее… Заставляло цвести буйным цветом в душе. Показав все это многоцветие, он словно кинул мне вызов. Будто спросил: «Сможешь теперь вернуться в свой серенький мир и верить, что сумеешь жить в черно-белой палитре своего городка Глэнси? Сможешь? Живи!» – Альтеа! – сильный ветер принёс взволнованный голос Бранна. Я продолжала стоять неподвижно, глотая капли дождя. Погода словно чувствовала мою душевную боль и бушевала с немыслимой силой. Ветер угрожающе трепал юбку и волосы. – Ты слышишь меня? Уходим, здесь опасно стоять в такую бурю…. Его руки сомкнулись на моем локте, разворачивая к себе лицом. Мокрые прядки волос хаотично растрепаться и прилипли к красивому лицу. В глазах был бесконечно черный цвет, а в голосе – хрипотца, словно жженый кофе. Хотелось кануть в бездну ко всем демонам. И смотреть на него не хотела, но, конечно, смотрела. Казалось, солнце взорвалось, разлетаясь на миллион осколков. Небо окончательно почернело, утратив свой чистый синий оттенок. Птицы замолкли и спрятали свои головы под крылья. – Забирай! Слышишь?! Держи эту чертову магию – и иди в бездну! Как я могу верить в лучшее, если тебе только и нужна моя стихия! Забирай все: небо, солнце, звезды, душу! Нет смысла больше притворяться…Нет смысла больше врать. Ведь я тебе была нужна лишь для этого, чтобы пополнить свой резерв и стать могущественным чародеем. Не нарушай больше мой покой, уходи… Пусть это тебе будет наградой за спасенную жизнь… – Альтеа, – хриплый голос царапнул мой слух. – То, что заставляло меня дышать, от чего я перестала прятать свой взгляд, ты разрушил. Уходи…. – У тебя истерика, – холодная рука коснулась моей. Парень отдернул резко руку и нахмурился. Потом приложил ладонь ко лбу и, выругавшись так, что я на минутку пришла в себя, сказал: – У тебя жар! – с этими словами он подхватил меня на руки и кинулся в укрытие.