Глава 15

Сидела в башне на ледяной плите, пытаясь не уснуть. И как не пыталась бодрствовать, все равно меня валило в стороны. Теперь у меня два пациента. Еще добавился наг с отравлением. Теперь можно принести сюда покрывало, чтобы не терять время на лишние передвижения до своей спальни, и немного поспать.

Усмехнулась, вспоминая ярость в глазах Ленара, когда стражники нашли нага зеленого цвета, лежавшего на полянке, покрытого ожогами по всему телу. Особо и не смотрели, только буркнули, что обвинение снимается с Марка, и засобирались по своим делам. Не отпустила, встав на пути, не желая оставаться с травником и решать важные вопросы без свидетелей. Тут же уточнила, куда пострадавшего Марка и больного нага будут отправлять. Ну, естественно, Ленар сделал умный вид и заявил, что Марк будет в своей комнате под присмотром, а вот с Лавом…. он вынужден поступить согласно положению устава академии. Отмечая мой немой кивок, он скривился и добавил, что не в силах помочь, придумал диковинное название болезни, которое без бутылки шампанского не выговоришь, и с печалью в голосе поведал, что трава не поможет. Зараза поразила все органы. Слишком поздно.

Идиот. Травками поить собрался, вместо того чтобы яд из организма вывести. В общем… отдали его мне «на растерзание», как это прозвучало из уст травника, и через тридцать минут я вливала в него пять стаканов воды с растворенной солью, безжалостно надавливая на корень языка, вызывая рвоту. Притом не один раз, повторяла эти приемы несколько раз, чтобы полностью избавить желудок от яда. После приема активированного угля, спустя несколько часов я вновь сделала промывание и дала слабительное.

Да, я не скучала. Конечно, в данном случае неприятная работенка, после которой чувствовала себя грязной и невероятно ослабленной, но сейчас я точно знала, что через неделю наг будет бегать и скакать.

– Устала? – услышала голос первого больного и с озадаченным лицом обернулась.

На меня смотрел парень, шикарно улыбаясь во весь рот. Спрыгнула с плиты и подошла к нему, проверяя лоб. Жар спал. Проверила еще раз на всякий случай и улыбнулась. Надо же, как быстро идет на поправку! Только вот некоторые раны… оставляли желать лучшего.

– Как себя чувствуешь? – спросила, проверяя плечо и живот, где больше всего гнойных ран.

– Как живой, – произнес он, поднимаясь на локтях, выдавливая улыбку, что ему тяжело далось. Все же… слишком рано он пытается быть бодрым. Чувствует себя он не настолько хорошо.

– Ну… чтобы и дальше быть живым, нужно отдыхать и не дергаться, – буркнула, укладывая его на плиту.

– У тебя есть дар, да?

Проигнорировала вопрос. Не хотелось врать.

– Если нет, то согласен… – задрал подбородок кверху, – взять тебя в жены по обычаям моего племени.

«Что?»

Шикарно улыбнулась и воодушевленно выдала:

– Конечно, есть!

«Так, пора уже, наконец, узнать про их чертовы законы. Особенно вопрос с масками. Надоело… А то мне еще женихов не хватало для полного счастья!»

– А жаль… – с ноткой огорчения пробурчал парнишка, а потом добавил: – Ты бы моей матери понравилась.

– Ммм… сомневаюсь, – честно предупредила, вспоминая несостоявшуюся свекровь, считающей меня недостаточно любящей и чересчур занятой, как-то вот даже не представляя себе такого счастья. Да и с чего? – И если хочешь ее увидеть, засыпай.

– Ты… уйдешь? Когда ты рядом… – он закрыл глаза, – мне спокойнее.

Повернулась к окошку. Звездное небо говорило о том, что пора возвращаться. Подумала о Марке. Хотела знать, как он. Беспокоилась. Да и еще… что-то глодало меня. Появилось четкое убеждение, что мне куда-то нужно. До такой степени, будто это самая важная цель в моей жизни. Подумала, и усталость как рукой сняло, что совсем не понравилось. С чего это?!

Послышались шаги. По лестнице кто-то поднимался. Обернулась, прожигая взглядом вход. Через несколько минут увидела Хелену. Даже отсюда могла точно сказать, что она бежала весь путь от академии до башни, не останавливаясь ни на секунду. Девушка быстро подошла и, тяжело вздохнув, проговорила:

– Давина, ты бы не могла… посмотреть Марка. Очень прошу. А здесь побудет мой друг.

– Как он? – спросила с волнением, не ожидая от себя. Обычно я не столь эмоциональна. Это моя работа лечить больных. Но сейчас его состояние задевало меня. Странно. Ведь он мне никто. Так, парнишка с характером в чужом мире.

– Магический шар полностью истощил его, но теперь… он на свободе. Без сил. Я настояла, чтобы его отправили в его комнату. Там Ленар. Он, конечно, заботится о нем, но все же… учитывая твой… дар и способности, я бы хотела, чтобы ты посмотрела на него.

Меня ее слова «он, конечно, заботится о нем» напрягли. Она так ему доверяет? Ленару?! Интересно…

Меня же травник так не впечатлял. Считала его неудачником, неспособным выполнить самое элементарное. Привыкли тут… махать ручками и все само пройдет. Или нет? Постойте… Только ведь он… точно не должен знать целительной магии. Откуда? Сколько лет прошло. Много… Тогда получается, они обучаются травкам и используют для лечения, надеясь на чудо? Иначе сказать не могла. Хотя… Ленар нашел путь бегать в наш мир. Как ему это удалось? Я бы тоже туда сбегала.

– Да, только мне нужно помыться.

– Тут недалеко озеро есть. Можно…

Вспомнила о волшебном озере и стало не по себе. Пока… морально была не готова, хотя… появилась мысль, что мне определенно нужно туда.

– Нет, лучше в помывочной. Или уже поздно?

– Нет, она всегда открыта.

– Я быстро, а потом к твоему брату.

– Спасибо! Только… тебя не пропустят в мужское крыло, – поделилась она. Словно это так… пустяки, небольшая проблемка. А я, если что, не имею дар невидимки. И как добираться?

– И что предлагаешь? – осведомилась, поднимая бровь.

– Через окно. Я открою тебе и ты…

«Да уж… Офонареть, еще буду лазать по стене как особо любвеобильная поклонница самого хмурого стражника. Узнает, представляю, как будет усмехаться от восторга…»

Кивнула ей и посмотрела на оборотня, который уже спал. Как он быстро! Хотя… Рей умел притворяться. Притом очень хорошо. Не была уверена.

– Подожди, – буркнула, направляясь к нагу, проверяя лоб.

– Он будет жить? – Хелена оказалась позади меня, выглядывая из-за спины, словно опасалась, что парень сможет ей навредить. Ага, если только его вновь вырвет… на нее.

– Конечно, – выдохнула, убирая ладонь, понимая, что состояние парня стабилизируется. Цвет кожи восстанавливался, его не трясло, лишь ожоги заставляли нервничать. Но… и это не проблема. В контейнере нашла мазь, но только один тюбик. Подумала о том, что нужно зайти в сад с целебными травами. Ведь Давина знала толк в травах. Я верила, что ее опыт мне поможет.

– Ты, действительно, особенная. Это хорошо, – выдохнула девушка и поторопила: – Пойдем, а то переживаю…

– Переживаешь?

– Видишь ли, Марк не любит все эти травы, о чем знает Ленар. Но сейчас комната брата напоминает ботанический сад. Лекарь сказал, что это необходимо, но я… хотела бы, чтобы и ты их посмотрела. Ведь ты… очень хорошо в них разбиралась.

Испугалась. Не доверяла я Ленару. И вообще, закралась мысль, что он специально отравил Лава, чтобы тот… А, действительно, зачем он это сделал? Обернулась и уставилась на Хелену.

– Как к тебе относится Ленар?

– Ммм… он всегда помогает, старается для меня. Он оберегает меня.

Ага, и привязал к ножкам кровати, оставляя задыхаться от удушающей вони. Конечно, может, и не он, но тогда кто так смело мог сработать у него под носом? И ведь если бы я не откинула Хелену, то шар попал в нее. Удар не предназначался мне. На мой взгляд, Давина ему нужна. Причины непонятны, но нужна. А вот Хелена… Или другой вариант: Ленар знал, что если что-то случится, то Марк возьмет удар на себя, и особенно если в шар угодила его сестра.

Анализируя две ситуации, сделала вывод, что кто-то желает убрать Хелену. И ведь они почти задушили ее. Или все же цель – Марк? Он мешает добраться до сестры? Мысли угнетали. В любом случае… нужно быть осторожнее.

Зашла в небольшое углубление в стене и сняла рубашку, которую одела специально для проведения процедур. И, конечно, не забыла про маску. Как себя заставить в ней ходить? Может, сделать небольшую, как в нашем мире? Сложила в несколько раз одежду и завернула в полотенце, решив по пути отдать в прачечную. Вышла и направилась к выходу со словами:

– Пошли.

Хелена улыбнулась и последовала за мной, пока я не столкнулась на входе с внушительным амбалом, придирчиво рассматривающего меня.

– Познакомься, это Алан. Мы с детства дружим, – с улыбкой сообщила стражница.

– Это хорошо. А что ему здесь нужно?

– Ну как? Он присмотрит за больными.

Посмотрела на него, потом на больных, и быстро выдала:

– Спасибо, Алан, но прошу за дверь.

– Не тебе решать, – нагло заявил этот шкафчик.

– Алан! Я тебя просила… – с возмущением выдала девушка, тут же обращаясь ко мне: – Я хотела как лучше. В нем я уверена, он может присмотреть за ними, пока ты пойдешь к Марку.

– Это замечательно. Только вот я не хочу, чтобы кто-то подходил к ним, когда они в плачевном состоянии и не в силах себя защитить. Пусть твой друг… охраняет вход. Тогда я буду уверена, что с ними ничего не произойдет.

– Алан, сможешь? – с волнением спросила девушка, боясь, что он откажет.

– Тут есть другие стражники, – прогрохотал он, надувая щеки.

– Ты не должен. Можешь идти, куда шел, – как можно беспечнее заявила, не собираясь никого просить.

Скрип зубов ни о чем хорошем не предвещал, но неожиданно я услышала:

– Хорошо.

Не сказал, а пробубнил. Он мне медведя напоминал. Усмехнулась и подумала о том, что нужно по дороге будет узнать про маски и расы оборотней, которые населяют этот «чудесный» мир. Особенно про их обычаи.

* * *

Не успели выйти, как услышала:

– На самом деле Алан очень добрый и отзывчивый.

– Не сомневаюсь, – буркнула, оглядываясь, заостряя внимание на последнем окошке башни. Немного опасалась оставлять их там… Мне казалось, что нагу не дадут выздороветь, ведь он может признаться в том, кто его опоил, направил и отравил. Я не сомневалась, что это Ленар. Только вот какую цель он преследует?

– Просто в его семье не любят чужаков.

– Кстати, да. Наконец, расскажи мне про маски и обычаи, какие расы и все… что нужно знать, чтобы выжить в этом мире, – попросила, удивляясь своей неосведомленности. Столько дней и постоянно что-то отвлекает. То одно, то другое… и я бегаю в башне, пытаясь сотворить чудо.

Чуть не влетела в спину Хелены. Девушка, неожиданно для меня, остановилась. Некоторое время смотрела, а потом как-то обиженно пробормотала:

– Иногда я не верю, что ты другая. Понимаешь, я чувствую ту же энергию… И в твоей спальне. Но сейчас… и там в больнице… иная… бурлящая, чистая, как поток водопада.

«Получается, Давина не в первый раз вот так меняется со мной? Может, она шастает ночью к Ленару?!» – по коже прошла волна мурашек от таких мыслей. Мать моя женщина, нужно где-нибудь откопать наручники, ну, или веревки, и привязывать себя… хотя бы тогда, когда теряю контроль над разумом и телом. Так, на всякий пожарный.

– Поверь, меня это тоже беспокоит, но все же… хотелось бы по делу, – выдавила, вглядываясь в темнеющее небо. Еще немного и ночь.

Вновь ощутила какую-то тоску, жажду, необходимость, но все же пересилила себя. Что со мной?!

Девушка улыбнулась, что поняла по сверкающим глазам, и начала:

– Без маски могут только ходить те, у кого есть пара.

– Весь ваш народ ходит в масках? – Жалко их стало. Бедолаги.

– Нет, это только касается стражников. Они защита и тыл ренатов. Самых лучших направляют на охрану двух государств: оборотней и магов. Раньше… им было запрещено иметь отношения. Но так как большая часть стражников оборотни, когда они встречали истинных, не могли противиться притяжению. Высшими стражниками было решено ставить печать, блокирующую истинные чувства, вызывающую агрессию и презрение ко всем самкам.

Скривилась, удивляясь такой жестокости. Стражники – евнухи? А высшие стражники тоже эту печать ставили?

– Так продолжалось несколько столетий, пока в академию не поступила девушка, выдававшая себя парнем, не желая выходить за нелюбимого, посчитав академию единственным местом, где ее не найдут. И так оказалось, что когда ей поставили печать, случилось странное: печати стражников надломились, приобретая новое свойство – испытывать жажду, потребность в истинной связи, но любви там не было. Никто не мог понять, что произошло, в особенности двое, оказавшиеся по воле судьбы истинной парой, всеми силами сопротивляющиеся этой связи. Но… – Хелена замялась, – эта история закончилась печально. Жажда и страсть без любви обречены на ненависть. Волчицу прогнали, как только узнали об обмане, а суженный не вступился, находясь во власти действия печати, желая почести и высших чинов. В отчаянии обиженная девушка спрыгнула со скалы в озеро, проклиная стражников за жестокость и малодушие. И возможно, былью оказалась эта история, но юная девица понесла от связи и бросилась она не куда-то, а в священное озеро близ горы великой богини. Святая пришла в ярость. Она вошла в тело девы и в ее облике вернулись в академию, уничтожая любого на своем пути. Когда она нашла истинного бедной девушки, она вырвала его сердце, ломая печать, обрекая каждого на смерть, кто поступит столь жестоко.

– Какая ужасная сказка… – протянула, совсем не ожидая услышать подобное.

– Ну… есть немного. В общем… на совете высших стражников было решено позволить стражникам испытывать чистые чувства, если они встретят свою пару. Да, сейчас ставят печати, но она вмиг ломается, когда поблизости находится истинная. Даже если он не видит ее, печать надламывается, и тогда он должен найти свою пару, чтобы его сердце не перестало биться.

– Выходит, если печать надломилась…

– То избранный должен найти свою пару и узнать, готова ли она вступить с ним в связь. Женщинам богиня дала право выбирать, мужчинам нет.

– Но маски…

– Их носили стражники с тех времен, когда было запрещено иметь связь с женщинами. Маски остались, но как только появляется пара и ломает печать, то стражник позволяет себе снять, чтобы проверить на истинность. Как и стражница. Это своеобразный брачный ритуал. И если ничего не чувствуешь… ты имеешь право отвернуться, отвергая избранника.

– Но почему точно не могут понять? Вы же оборотни.

– Из-за печатей… они нарушают восприятие, одурманивая разум.

– Да уж… как все печально, – сказала, внезапно вспоминая, что тогда Марк снял свою маску. У него надломилась печать и он ищет истинную?

– А сколько времени есть у стражника с обломившейся печатью?

– Шесть полных лун.

– Полгода? И так со всеми?

– Нет… у некоторых… жажда слишком жжет тело, тогда можно создавать союзы. Это не возбраняется.

– Типа сожительства?

– Я не понимаю о чем ты. Но… в этом случае, ты не можешь позволить себе ходить без маски.

– Но ведь это у оборотней, а маги…

– На них печати не действует так, как на оборотней. У них… есть притяжение – но редко с ними оно случается. Поэтому маги… по сравнению с оборотнями черствые и безжалостные. Связь для них как способ остыть. Тем более есть такие места, – она огляделась по сторонам, словно нас могли услышать, – где они могут получить удовольствие без клятв. Ведь свадебный обряд невозможно разорвать, пока один из пары жив. У магов есть плюс… когда умирает в этой магической связи один, то он отдает своей паре всю силу и способности.

«Как все сложно!» – подумала, прибавляя шаг. Хотелось быстрее дойти и хоть немного от всего этого отдохнуть. Но если честно, ее рассказ не выходил из головы. Особенно эти печати.

И почему Марк передо мной снял маску?

Вдруг вспомнила, что уже несколько раз ходила перед ним без маски, а еще… перед Реем. Та-а-ак, и что теперь?

– А если я имела неосторожность ходить без маски перед оборотнями? – издалека начала, чтобы знать, но при этом не признаваться.

– Ну, тебе не стоит беспокоиться, если он был в маске и у него целая печать.

Споткнулась и, естественно, повалилась на землю. Развернулась, удивляясь своей неуклюжести, хотя понимала – такая пугающая информация кого хочешь собьет с ног. Даже про богиню так не пробирало. Облизнула губы и с чувством произнесла:

– А если нет?

Хелена заострила взгляд, словно пыталась понять, почему мне так повезло, и уточнила:

– Он был смертельно ранен?

Вспомнила Рея, тот – да.

– Ммм… и это…

– Ну, – она задумалась, а мое сердце забилось в два раза сильнее, – …если ты не целительница и спасла оборотню жизнь, то он посчитает себя вправе взять тебя в жены… чтобы всю жизнь защищать и…

– Я поняла, не нужно дальше пугать, – выпалила, выставляя руку вперед. Прямо вот порадовалась, что сказала про дар. Ух! Да, я именно сейчас точно поняла, что вот дар у меня и все! Он, родименький! Для всех чешуйчатых, парнокопытных, летающих и там дальше по списку.

– А вот если он без маски и ты…

Ее счастливый тон мне не нравился. Я вся на нервах, а она радостно добивает меня. Остановилась, чтобы не прослушать. Четко поняла, что такое нельзя пропустить!

– Он может в любой момент потребовать право на брак.

Забыла такую важную вещь – как правильно дышать. Да что уж там? Чуть не задохнулась, в шоке от новой информации.

– Как это?

– Ну… останется последняя проверка… и тогда.

Что за манера недоговаривать?! Я что… должна догадываться или выпрашивать? По мне ведь видно, что от «счастья» в зобу дыханье сперло.

– А вот про проверку поконкретнее, пожалуйста.

– Ну это соединение тел и прикосновения.

– Какие именно прикосновения?

– Ммм… какие положены у пары. Понимаешь, если девушка ответит на ласку, поцелуи… то связь неминуема.

Признаюсь, на секунду представила, как стою на самой вершине скалы, а сзади меня вилами подталкивает Марк, обещая сбросить, если откажусь от проверки. А там внизу… дожидается наг со своей мамой. Конечно, сложно представить, но все же у меня получилось. Даже ухмыльнулась своей бурной фантазии. Хотя вот совершенно несмешно.

– А кто ты? – спросила не менее важный вопрос.

– Я?

– Какой у тебя зверь?

– Драк.

Угу, понятно. Вот как увидела ее и братца девушки, моментально поняла, что они драки. Как такое можно не знать?

– А драк это у нас кто?

– Оборотень, – как особо тупой объяснила она, что вот немного разозлило. Вероятно, все потому что очень устала. Да, очень-очень.

– А еще у нас есть медведи, волки, наги, лисы…

– И они без масок ходят на своей территории, верно?

– Да, только стражники с масками.

– Понятно.

Сделала несколько шагов и услышала:

– Подожди! – я обернулась, заметив на ее лице волнение. – Давай я проверю обстановку, есть там кто, а потом дам тебе сигнал.

– И где я его увижу?

– В саду. Там есть беседка. Можешь посидеть…

Как я понимала, она мне говорила про ту беседку, где встречаются все влюбленные. Скорее всего, не только посижу, но и посмотрю, послушаю, вполне возможно… чему-то научусь.

– А если не там?

– Можешь сразу подойти к окну… и ждать, когда я его открою.

– Хорошо, – отозвалась и все же проговорила: – Надеюсь, я не буду полночи стоять?

– Нет. Ленар посмотрел Марка и ушел, а я прикрыла дверь и побежала за тобой. Да, кстати, он что-то говорил про ужин.

«Ужин! Конечно! Ленар ведь звал Давину на ужин. Получается, ее сущность рвется к нему, а я не даю? И именно это меня так гнетет?!»

Подумала и поняла, что у меня крупные неприятности, пугающие до дрожи. Мне нужна помощь. Только вот к кому могла обратиться? К Хелене? Но чем она могла помочь?!

Марк… Не знаю почему, но этот гордый парнишка вызывал уважение. И, вероятно, я смогу ему помочь найти избранную. Не представляла, как, но я бы постаралась. Да и все… Пусть он еще тот хам, но когда дело касалось помощи, он тут как тут.

Вот что сделать, чтобы эта умница не шастала по академии без моего ведома? Волнительно и неприятно. Это вроде как мое теперь тело. И кто его знает, чем она занималась с Ленаром.

Кстати говоря, о нем… Меня очень пугал этот травник. Не знала, что от него ожидать. На хорошее не надеялась.

– А у вас библиотека есть? – спросила, желая узнать хоть что-то о том, что происходит с нами. Как одно тело может держать две души? Бред.

– Конечно, – ответ дал надежду.

– И туда можно попасть?

– Да, но только с утра. Она закрыта.

Другого не стоило ждать. Завтра попрошу отвезти меня туда.

– Тебе нужно идти вот туда, – выдохнула стражница и показала рукой на деревья в небольшом закутке в виде парка между корпусами, – а я через главный вход.

Покачала головой и пробубнила:

– Мне бы в помывочную.

– Может, не стоит?

– Почему?

– Ну… так… от тебя пахнет мужчинами, травами и каким-то не очень… – придумывала она, пытаясь быть корректной.

– Ага… я в курсе, – пробубнила, не желая прогуливаться с таким запахом. – Кстати, а у меня запах есть? Какой он? Ну, когда после помывочной…

– Если честно, то нет. Лишь когда чувствую ауру Давины, а вот у тебя…нет. Сама не понимаю, но именно так.

Прищурилась, не понимая, почему я должна терпеть, когда у меня даже своего запаха нет? Сходить нужно ополоснуться. И не желая это делать в одиночестве, чтобы случайно не стать Давиной и не убежать на поздний ужин к матери и отчиму, проговорила:

– Пойдем туда, а потом уже буду покорно стоять у окна и ждать твоего сигнала.

Она засмеялась, особенно оценив слово «покорно», повторив его про себя, и кивнула.

– И да… если вдруг почувствуешь Давину… прежнюю… можешь вырубить меня. Я разрешаю.

– Это как?

– Это как-нибудь так, чтобы мы уснули, – замечая ее огромные зрачки, усмехнулась и успокоила: – Не переживай, как раз отдохнем.

Видела по ее глазам, что она заинтригована, но все же ни о чем она меня не спросила. И уже через минуту мы шли к главному входу, планируя попасть в помывочную.