Глава 4

Академия находилась на Отрайских землях. До них было целых три дня пути, и все эти дни нам, путешествующим в одном караване, предстояло провести вместе. Из Орейля, нашего города, ехало не так много человек: в академию — человек десять, всех я знала, новеньким был только вендаец; в соседний город, Амзас, ещё человек десять, в основном купцы или зажиточные горожане, решившие, что заплатить за дорогу будет дешевле, чем потом покупать тот же товар с наценкой. Вместе с возницами, главой каравана и охраной набралась приличная толпа в четыре телеги и двух конных.

Стоило нам тронуться, как я почти сразу заснула, пригревшись рядом с Пасом. Накрылась кожухом, когда поймала насмешливый взгляд вендайца. Вот что ему надо, чего смотрит?

На обед сделали привал на вытоптанном сотнями таких же караванов пятачке. В середине было чёрное от золы кострище, где тут же запылало пламя, из узлов и сундуков появилось съестное, и все присели рядом с огнём, переговариваясь о том о сём.

Я посматривала на слаженные действия боевой группы, охранявшей нас. Там были одни ветераны, почти все мужчины: два мечника, два стихийника и пожилая полная целительница. Она напомнила мне бабушку, но только изрезанным морщинами лицом: моя ба до сих пор иногда под настроение могла помахать мечами и была стройной, как девочка. Когда я была маленькой, ба задавала мне трёпку только так.

После обеда все разбрелись, используя недолгую передышку, чтобы размять ноги. Далеко от лагеря не отходили, всё же дикие земли. Я тоже подумывала было сбегать до кустиков, но, услышав звон мечей, обернулась.

Думала, Лас с Вейсом устроили разминку, хотела присоединиться — но угадала только наполовину. Один и правда был Вейс, зато вторым неожиданно оказался вендаец. Обнажённый по пояс, он прыгал, уходя от ударов, и скалил зубы.

Боевик, уверилась я, глядя, как ловко он парирует атаки брата. Без практики такое невозможно. И в то же время было видно, что ему приходится нелегко, Вейс теснил его, вендайцу постоянно приходилось уворачиваться.

Впрочем, и Вейс выбивался из сил. Вендаец, должно быть, этого не замечал, но я, привыкшая тренироваться с братом, видела и с каким усилием он надувает при ударе щёки, и каким градом льётся с него пот.

Вендаец выбрал интересную тактику. Он проигрывал брату в прямом натиске и, если бы сражался в открытую, его сразу же обезоружили бы. Поэтому он отходил по кругу и подлетал, когда накапливал достаточно сил для атаки. Наносил град ударов, под которым Вейс терялся, и снова отходил, и мощный удар Вейса, который вбил бы его в землю по пояс, не достигал цели. Можно сказать, нечестная тактика, но в бою нет нечестных тактик. Ты или остаёшься победителем, вымотав или обезвредив соперника, или подбираешь сопли и клянёшься взять реванш в следующий раз. Если этот следующий раз, конечно, будет.

В конце концов Вейс отбросил меч и рассмеялся. В тот же миг вендаец подскочил к нему и сделал вид, что рассёк его пополам, после чего тоже улыбнулся и поклонился. Вручил меч на вытянутых руках. Только тут я поняла, что меч тоже Вейсов, запасной.

Странно. Боевик без меча?

Впрочем, может, просто ленится доставать. Или — тут у меня захватило дух — у него магический меч, и он не хочет светить его раньше времени.

Магическое оружие — это же словами не передать как престижно. И не только престижно, это ещё и огромное преимущество и в бою, и в мирной жизни. Но достать его очень сложно, да и обращаться с ним может не каждый, нужно умение и силы. Зато магический меч везде с тобой, его не нужно носить на поясе, он не бряцает и не путается в ногах. Его никогда не отнимут, он никогда не сломается.

Неужели у этого беловолосого вендайца магический меч?

Я всё смотрела на них. Ну, если совсем начистоту, то немножко любовалась. Потому что хорошо сложенный высокий парень, даже если он противный зубоскал, всё-таки приятен глазу. Особенно если фехтует в одних штанах, пот сверкает на солнце, обрисовывая гладкие напряжённые мускулы, зубы тоже сверкают… и синие глаза сверкают, глядя на меня.

Твари Хагоса! Он же пялится на меня! А я на него, как дурочка.

Я тут же отвернулась и сделала вид, что смотрела куда угодно, только не на него. А потом и вообще отправилась в лес, как собиралась. С делами справилась быстро, на пути в лагерь нашла заросли черники и с удовольствием оборвала.

А потом увидела неподалёку ласку.

Ставлю на кон что угодно, это была та самая, что мы с мамой встретили в городе. Вряд ли в этих местах можно было увидеть ещё одну белую летом.

Ласка молнией промчалась по земле, по валежнику и сиганула прямо мне в руки. Лёгкое тельце на миг замерло, потом так же молниеносно взбежало мне на плечо, а с него на голову.

От щекотного прикосновения лёгких цепких лапок я засмеялась. Вот только смех застыл на губах, когда я услышала совсем рядом отчётливый шум. Положила руку на рукоять Сорванца. Хорошо, что достала меч из вещей. Думала потренироваться с братьями, но, похоже, пригодится и так.

Ласка тоже явно уловила опасность. Но вместо того, чтобы затаиться, вдруг спрыгнула с моей головы и помчалась, дурында, прямо к источнику шума.

— Эй! Ты куда! — вот ведь глупое животное! И я сама глупая, чего кричу?

Поздно. Шум на миг утих, а значит, я привлекла внимание. Я выпрямилась и шагнула вперёд. Убегать нет смысла, может, там просто кто-то из лагеря присел по- большому. Вот будет позорище, если я сбегу от такой «опасности».

Впрочем, что-то подсказывало, что шумит совсем не человек.

Готовая в любой момент вытащить меч, я настороженно всматривалась в кусты. Снова затрещало. Потом сильнее и ещё сильнее. Кто-то явно ломился сюда.

Миг, и на полянке показалась остроносая, увенчанная пятачком морда… домерона.

От сердца отлегло. Эта тварь не страшная. Точнее, внешне как раз страшная: кабан в холке по пояс человеку, красноглазый, роняющий ядовитые слюни. Но яд у него слабый, не больнее крапивы, да и сам по себе домерон на людей особо не нападает, разве что защищая лёжку.

Этот взвизгнул, а потом издал предостерегающий вопль. Угрожает. Надо отойти, но спокойно. И тут он ринулся вперёд. Я отскочила, взлетела на бревно, выругалась, когда оно оказалось трухлявым, и нога по щиколотку ушла в прогнившее дерево. Выхватила меч.

Домерон бросился на меня.

Я укрепилась на земле, готовая встретить его остриём меча. Он напорется сам, мне даже не придётся ничего делать.

Но тут вдруг по земле вспучились смутно-знакомые зелёные прутья, вскинулись, опутали домерона. Тот гневно завизжал, попытался обернуться.

Я вскинула взгляд и увидела вендайца. Безоружного. Он стоял чуть поодаль, с другой стороны полянки и смотрел на нас с удивлением. Я уставилась на него с не меньшим. Ладно внезапное появление, мы рядом с лагерем, а я орала, зовя ласку. Но какого Хагоса он припёрся безоружным? Хотя ноги спутал магией, разве нет? Всё-таки стихийник?

— Иди в лагерь, — велел он.

Я вспыхнула. Я ему не девочка, которой можно помыкать, иди туда, иди сюда. Сказала зло:

— Это домерон, и у него лёжка где-то рядом.

Выражение лица парня изменилось. К удивлению прибавилось что-то вроде уважения. Это уважение меня вдруг обрадовало, и я разозлилась на себя за глупую реакцию.

— Иди, я справлюсь, — повторил парень мягче.

— Сними узы, — потребовала я. — Я знаю, что делать.

Дуэль взглядами: мой, злой и требовательный, и его, испытующий — продлилась недолго. Наконец вендаец кивнул. Узы с тихим шелестом втянулись в землю, и, почувствовав свободу, домерон ринулся вперёд. Сосредоточив взгляд на нём, я перехватила меч по-другому и завращала им перед собой с огромной скоростью, так, что мельканье лезвия слилось в круг. Одновременно заулюлюкала так громко, как смогла, и сама бросилась твари навстречу.

Надо отдать должное, если бы не вендаец, я бы об этом не вспомнила. Убила бы тварь, и конец делу. Но он дал мне передышку, и меня как осенило: домероны боятся громких звуков и света. Отражённый от лезвия солнечный свет слепил тварь, а мой крик добавлял паники.

Домерон продержался недолго. Затормозил передними копытцами, визгливо всхрапнул и, роняя слюни, сделал крутой разворот. С той же скоростью сиганул прочь. Кусты зашумели под весом убегающей твари.

Я выпрямилась и ещё некоторое время слушала, чтобы убедиться, что домерон точно не вернётся. Потом убрала меч и обернулась к вендайцу. Сама не знала, что ему скажу, но уж точно ничего хорошего.

Но выражение его лица лишило меня желания устраивать свару. Он смотрел так, как будто был всерьёз впечатлён.

Я молча прошла мимо в направлении лагеря. Шагала быстро, насколько возможно в лесу, но через некоторое время услышала шаги сзади, а потом и рядом. Нагнал, Хагос на его душу.

— Хей, мечница.

Я только метнула на него злой взгляд.

— Ну прости, — быстро повинился вендаец. — Не думал, что ты такая… боевая. Теперь вижу, был не прав. Кстати, меня зовут Хеннай. Хен, — он протянул руку.

На рукопожатие надо ответить. Это нехитрое правило вбили в меня четверо старших братьев и их друзья-враги, с которыми я выросла. Нехотя я протянула руку в ответ. Что мне понравилось — вендаец не стал снова делать скидку на то, что перед ним якобы изнеженная ар-теранна, и пожал руку крепко, как парню.

Хен.

Почему-то простое звучание его имени мне понравилось. Скользнуло по глотке, лёгкое, коротенькое, с шероховинкой. Ему шло.

— Сатьяна, — грубовато представилась я. А потом остановилась, как вкопанная. Кусочки мозаики в сознании наконец-то сошлись. — Я поняла, кто ты.

— В смысле? — он тоже остановился, взгляд сделался настороженным.

— Ты целитель! Во-первых, ты сражался с братом как целитель, только не использовал магию исцеления, — я стала загибать пальцы, перечисляя. — Во-вторых, у тебя нет оружия, но целителю в группе оно и не нужно. В-третьих — те узы, что ты использовал. Я не сразу вспомнила, но это же целительское заклинание.

Хен помедлил, но настороженность из взгляда ушла.

— Хвалю, — наконец сказал он. — Ты наблюдательная. И знаешь магию других.

— Ну не то чтобы знаю, — я слегка зарумянилась. Похвала была явно незаслуженной. — Просто это же самое часто используемое заклинание, вроде как.

— Ты молодец, — повторил он. И без перехода спросил: — Скажи, почему ты едешь учиться на стихийника? По тебе не видно, чтобы это было бы тебе в радость.

Настроение испортилось. Я развернулась и снова пошла к лагерю. По пути буркнула:

— Я думала, буду боевиком. Но родители решили по-другому.

Хен пристроился рядом:

— И что, послушаешься?

Я не ответила. Ускорила шаг, отрываясь от парня. Влетела в лагерь и встретила шагающего навстречу Вейса. Тот крикнул сходу:

— Где ты пропадаешь, мелкая?! Выезжаем, марш в телегу давай.

И правда, караван уже готовился к выезду. Я заняла место рядом с Пасом, привычно притулилась к его боку. Вендаец, как будто так и надо, сел напротив и завёл разговор с Вейсом. Оказывается, брат уже знал, что он целитель, и расспрашивал, как обучают в Вендае. Я слушала краем уха. В принципе, ничего неожиданного не услышала. В Вендае, как и у нас, была своя школа, но там давали знания только на первые два курса. Хен был родом из обычной семьи и прошёл обучение в такой школе, а теперь решил продолжить его в Академии Трёх Сил.

Потом они перешли на обсуждение политики, и мне стало не очень интересно. Я почти засыпала, когда одна мысль заставила меня встрепенуться.

Ласка. Она ведь взялась невесть откуда, неужели пробежала всю дорогу от города за нами? Но зачем — чтобы потом снова исчезнуть в лесу?

Кажется, мама была права, ласка и впрямь ведёт себя подозрительно. Если ещё раз встретится, надо будет поймать её. Найти кого-нибудь, кто разбирается, и показать.