Глава 25. Что-то пошло не так

Вот уже больше недели мы готовились к ритуалу Годора, все ингредиенты были собраны, свечи и зеркало подготовлены. Дуня почти справлялась с вливанием силы в пентаграмму, главное ее было не отвлекать во время работы.

Провести ритуал мы решили в парке на месте гибели Ярицы, оцепление давно сняли, полиция, так ничего и не найдя, уехала из Академии.

Ночью мы были у фонтана, Коготь увязался за нами, он вообще в последнее время был только с нами. Начертив на земле необходимую схему, расставив все предметы по местам, и смешав все компоненты, мы приготовились начинать. Точнее приготовилась Дунька, она стояла в центре большого круга напротив зеркала, окруженного свечами и в который раз перечитывала текст заклинания. А мы с Монькой встали невдалеке, стараясь не отвлекать подругу. Если что-то пойдет не так, то вряд ли сможем ей помочь.

Дуня вздохнула, оглянулась и посмотрела на нас, подожгла смесь, уставилась в зеркало и начала ворожить. Сначала ничего не происходило. Подруга еще раз посмотрела на нас и решилась повторить ритуал. Пентаграмма медленно загорелась тусклым зеленоватым светом, запах сгоревших ингредиентов наполнял воздух каким-то сладковатым оттенком. Кажется у нас получилось. Откуда-то взявшийся ветерок попытался задуть свечи, пламя колыхнулось, но не погасло. В зеркале начала образовываться черная воронка. Теперь Дуня должна была позвать душу Ярицы.

Она несколько раз произнесла ее имя, но дух так и не приходил, а воронка становилась все шире. В какой-то момент мне показалось, что что-то идет не так, Дуня не могла отвести взгляд от зеркала и смотрела на него неотрывно. Легкий ветерок постепенно превращался в более сильный ветер, черная воронка росла, уже выходила за пределы зеркала и словно темный опасный зверь подбиралась к подруге. Мы кричали, пытаясь остановить Дуню, но она уже нас не слышала. Коготь, который сидел рядом с нами, отчаянно мяукал и внезапно исчез.

Ветер превратился в настоящую бурю, тучи сгустились, а над нами начали сверкать молнии и грохотать гром, черное нечто уже было почти рядом с подругой, а мы только бегали вокруг пентаграммы и пытались ее позвать. Я отчетливо видела, что белки глаз Дуни заволокла тьма, это уже не была она, передо мной стояла какая-то другая девушка, точнее другое создание, величественное, злобное и властное. Черты лица исказились, и она засмеялась каким-то дьявольским смехом.

– Вы совсем обалдели? – кто-то закричал.

Рядом с фонтаном появился Тихон в сопровождении Когтя, домовой схватит какой-то камень и кинул в зеркало. То разлетелось на мелкие осколки и все внезапно прекратилось, все кроме бури. Дождь хлынул плотной стеной, раскаты грома не прекращались, а молнии били повсюду.

Воронка исчезла, а Дуня рухнула в беспамятстве на землю.

– Быстро убирайте следы ритуала, идиотки, и бежим в комнату, – крикнул Тихон, схватив на руки тело моей подруги. Я не знаю почему, но мы стали делать все, как он сказал, быстро затерли следы схемы, выбросили свечи и рванули за ним.

Дунька лежала в беспамятстве на кровати, мы с Моней меняли ей компресс на голове, а Тихон раздраженно расхаживал по нашей комнате, Коготь сидел на стуле и следил за ним.

– Вы хоть понимаете, что то, что вы пытались сделать это верх безответственности. Еще неизвестно как это отразится на вашей подруге. Хорошо, что хоть Коготь успел меня позвать. Кстати, почему он в таком состоянии? – ругался Тихон.

– У нас не было другого выхода, – попыталась объяснить ему Моня.

– Преподаватели обследуют парк, если они поймут кто проводил ритуал, то вас не просто выпрут из Академии, вас будут судить и казнят.

– Казнят?

– Да, казнят, запрещенные некромантские ритуалы не в почете на этом континенте. А вы не знали? К тому же вы могли выпустить на свободу существо низшего подземного мира, какого-нибудь демона. Зачем вы это сделали?

Мы переглянулись с Моней и поняли, что нам придется все рассказать.

Тихон слушал нас очень внимательно, периодически сжимая кулаки и поджимая губы.

– Значит, вы думаете, что это Бох и он что-то может сделать такое, что заразит всю Академию.

-Да, но у нас до сих пор нет никаких доказательств, одни догадки.

– Мне нужно подумать.

– О чем? Сдашь нас ректору? – с вызовом посмотрела на него Монька.

– Если бы хотел, уже бы сдал, – отрезал он. – Утром поговорим.

С этими словами он вышел из комнаты.

Мы всю ночь просидели рядом с заболевшей Дунькой, когда она пришла в себя, ее очень тошнило и у нее не было сил.

Утром всех студентов разбудило сообщение от ректора. Нас просили явиться в парадный зал.

Преподаватели уже заняли свой стол, когда мы вошли внутрь, поддерживая все еще бледную Дуньку, и заняли место подальше. Александр Драгомир, дождавшись, когда все соберутся, сообщил нам, что вчера ночью кто-то попытался провести запрещенный ритуал. Кто это сделал, выяснить не удалось, но пока идет расследование, никто из студентов не должен покидать пределы Академии. Виновники будут найдены и переданы полиции. Также он красочно описал нам, что может случится с тем недалеким человеком, который решит, что он способен совершать запрещенные ритуалы.

Оказывается, что можно легко потерять свою душу и ее место займет какой-нибудь демон, который попытается уничтожить всех до кого сможет добраться. И некий Годор – маг-отступник, возомнивший себя всемогущим, вызвал так несколько сотен лет назад существо с изнанки, которое вселилось в него. И попытался захватить несколько королевств, было много жертв, пока ковены нескольких рас не объединились и не смогли низвергнуть мятежного духа назад в преисподнюю, а самого Годора заточили в башню смерти, где он прибывал до конца своих дней. Впрочем, такое положение не слишком его тяготило, так как после того, как его тело покинул демон, сам Годор не реагировал на окружающий мир и был способен только слюни пускать.

Дуня побледнела еще больше, а мы с Монькой обеспокоенно переглянулись. Невдалеке от нас сидели серьезные домовые, которые также сверлили нас взглядом. У меня медленно начали холодеть руки, а сердце бешено застучало, когда я поняла, что могло случится.

В какой-то момент я поймала на себе тяжелый взгляд профессора Гашика и быстро отвела глаза. Неужели он о чем-то догадался?

В комнате нас ждали домовые в полном составе, за исключением профессора Лукьяна. Мы приготовились к тяжелому разговору, однако…

– Я рассказал все ребятам, – начал Тихон.

– Угу, – обреченно вздохнули мы.

– Мы решили, что поможем вам.

– Интересно как? Мы не смогли вызвать дух Ярицы, мы не можем следить постоянно за Бохом и за дроу, фактически у нас есть только наши домыслы.

– Я все продумал, Мотя и Степа будут следить по очереди за Бохом, не думаю, что они вызовут у него подозрения.

При этих словах парни привстали со стульев и серьезно кивнули.

– Кроме того, ритуал вызова проведу я. У меня достаточно сил для этого. У вас же остались записи, как что делать?

Мы с девчонками удивленно переглянулись.

– Домовой-некромант? Ты ничего не перепутал? У Дуньки почти третий уровень дара, она много занималась и то ничего не получилось. Кроме того, ты не слышал слова ректора?

– Слышал, я потенциальный архимаг, – выдал Тихон.

– Кто? – хором воскликнули мы.

– Я обладаю двенадцатым уровнем дара от рождения и раскачиваю его до уровня архимага, со мной занимаются лучшие специалисты некромантии с шести лет.

– Я что-то не поняла, не бывают домовые некромантами, особенно архимагами, это не ваша магия, она вам чужда.

– Домовым чужда, но я не совсем домовой. Вы когда-нибудь фамилию Варг?

– Кто ж не слышал фамилию рода одних из самых сильных некромантов Империи, – хмыкнула Монька. – Но ты-то тут причем?

– Я Тихон Варг, мой отец глава рода, а мать простая домовушка, я смесок, – выдал парень.

– Быть того не может, чтобы глава рода связался с домовушкой? Это же скандал на всю Империю. Аристократия вообще домовых за низший сорт считает, – не поверила Моня.

– А я что-то такое слышала, – задумчиво сообщила Дунька. – Кажется, несколько лет назад газеты писали, что один высокопоставленный некромант женился на какой-то домовушке. Там даже родственники пытались лишить его главенства рода, а дети от первого брака отказались с ним общаться.

Мы уставились на Тихона, как на нечто необычное.

– Все правильно, мой отец был женат и у него от первого брака двое детей, мои брат и сестра. А потом он овдовел. Моя мать прислуживала в его доме и у них случился роман, а потом родился я. Мама никому не говорила, что я сын некроманта, к тому же до шести лет никаких признаков силы у меня не было, а внешне я ничем не отличаюсь от простого домового. Она даже отцу ничего не сказала и своим родственникам. Все в семье от нее отвернулись, домовушка, родившая ребенка вне брака, считается у нашего народа гулящей, это большой позор. Ей только дядя Лукьян помогал.

– Так Лукьян твой дядя? – изумленно спросила я.

– Да, он мамин брат. А потом в шесть лет я воскресил нашего умершего пса и матери пришлось все рассказать. Дядя Лукьян решил поговорить с моим отцом, оказалось, что он не знал ничего о моем рождении и не понимал куда уехала моя мама. В общем, теперь они вместе, отец плюнул на все предрассудки. Правда мои старшие брат и сестра не признают меня и мать, и предпочитают жить с родственниками своей матери. Младший брат моего отца пытался отобрать у него право на главенство рода, но родовой артефакт не признал его, зато он признал меня членом семьи. Мои родители поженились несколько лет назад, но стараются вести уединенный образ жизни, отцу пришлось пожертвовать карьерой. Зато у меня появилась младшая сестренка.

– Она тоже некромантка? – уточнила Дуня.

– Нет, она настоящая домовушка, ее зовут Любица. У нее есть другой талант, она всем безумно нравится. Даже брат и сестрой приезжают ее навестить. Когда они первый раз ее увидели, она наплевала на все эти чопорные традиции и правила, и просто залезла к ним на колени, чтобы поиграть. При виде нее у всех тает сердце, ей уже целых четыре года, она скоро приедет сюда на день семьи, когда родственникам разрешается навестить студентов в Академии.

– Обалдеть, семья некромантов-домовых. Среди моих знакомых одни мутанты, – выдала Монька.

Тихон сердито покосился на нее.

– Не обижайся, это я так.

Тот только кивнул, и мы начали обсуждать возможность проведения ритуала Годора заново.