Глава 11

Я вновь горела. Пылала. Как у ту ночь, когда мне на помощь пришла Рия. Пожертвовала своей свободой, связала наши судьбы в одну нить. Утратила тот огонь, который плескался в цвете ее меха.

Но сейчас мне не на кого положиться. Теперь я одна. Лицом к лицу с древним артефактом. Я видела ту тьму, что тянулась ко мне через стеклянные стены. Чувствовала ее желание.

Но мое пламя дарило достаточно света, чтобы отогнать ее. Рассеить.

Я больше не слышала звуков борьбы. Не видела ни Кейна, ни охрану Сердца Магии.

— И где же твоя сила? — с хохотом поинтересовался проникающий в каждую клеточку голос. — Где она, чародейка? Твоя стихия слаба. Ты не готова. Ты умрешь.

— Не умру, — прошипела я, заставляя рвущуюся наружу магию сменить направление.

Жидкое пламя било с ладоней и стекало по артефакту вниз. Тонуло во тьме, которая заволокла бездонную яму.

— И кто же из вас сильнее?

После этого прозвучавшего в моей голове вопроса, огонь взбунтовался, стал жечь руки. Попыталась перестать подчиняться моему желанию.

— Никто не сильнее, — голос обжег горло. — Мы одно целое.

— Что ты там лепечешь, человечка? — хохотнул артефакт.

— Мы со стихией едины! Мы не соревнуемся! Не командуем друг другом!

Хохот голоса становился все громче. Перекрывал мысли, чувства, желания. Я перестала ощущать свое тело. Теперь я была огнем. Жарким пламенем танцевала на холодных камнях, согревала их своими эмоциями, смеялась, дарила тепло. Мне было хорошо. Ведь я свободна!

Голова кружилась от чувств. Хотелось кричать.

А потом…

Жар вновь возрос. Уничтожая меня. Сжигая клеточку за клеточкой, проникая и разрывая на части.

— Игрис, демоны тебя побери, открой глаза! Ну же!

Голос. Такой знакомый.

Он казался нитью, что тянется ко мне через тьму и пламя. Не теряется в первой, и не горит во втором. Касается моей руки, обвивает и тянет на себя. Натягивается, но не рвется.

— Игрис, не смей!

Этот голос… Я знаю его. И нити тянут в его сторону. Вначале медленно, а потом все быстрее и быстрее. Но пламя не отпускает, уже не жалит, а ласкает кожу. Целует в губы, зарывается в волосы ласковым котенком, мурчит.

— Фрея, очнись, — шепчет голос, который управляет нитью.

А меня будто молнией пронзает. Я наконец узнаю его. Но не это шокирует. А то, что до этого момента он никогда не называл меня по имени.

Открываю глаза и захожусь в кашле. Горло по-настоящему горит, хочется пить. Но все желания исчезают, когда я понимаю, что только что произошло.

Мы все еще в пещере Сердца Магии. На той самой разделительной полосе между защитными полями. Артефакт завис в воздухе и не подает никаких признаков жизни. Как и двое охранников.

Маги без движения лежат на полу в защитном поле, возведенном людьми. Кажется, тут не так давно прошла битва. Кейн не пускал их ко мне. Не позволял нарушить начавшийся… ритуал?

— Кейн? — вместо вопроса с губ срывается хрип.

Я понимаю, что тоже лежу. В его объятиях, чувствуя босыми ступнями камни пещеры. Холод неприятно лижет ноги. В противовес этому, ласкает кожу мягкая подкладка плаща, в который я завернута.

Я не чувствую ни брюк, ни жакета, ни даже сапог.

Пламя, которое бушевало тут все это время, не было призрачным. Оно сожгло всю мою одежду. Но меня не тронуло.

— Тише, — Лакруа выдохнул и поплотнее запахнул плащ, в который меня завернул.

А потом встал с пола пещеры, поднимая меня на руки, прижимая к груди.

— Потом все обсудим.

Да только колдун и шагу сделать не успел. На выходе из пещеры появилась сонная Асмия Герей и злой Лун Хенваль.

— Что тут происходит?

Вопрос завис в воздухе без ответа. Мастер по демонологии поспешил к лежавшим на камнях колдунам. Склонился над одним, прошептал несколько слов. А потом уже спокойнее повернулся к первой чародейке и произнес:

— Живы.

— Мне еще раз стоит повторить вопрос? — процедила сквозь зубы госпожа ректор, даже не удостоив мастера-демонолога взглядом. — Студент Лакруа, объяснитесь!

— Мы все обсудим, — произнес он, прижав меня к себе еще сильнее. — Но после того, как студентка Игрис выпьет восстанавливающие зелья и приведет себя в порядок.

— Вы ненормальные!? — порывисто уточнила леди Герей, теряя самообладание. А я только сейчас заметила насколько она бледна.

Хотя, признаться, сил хватало только на то, чтобы смотреть. Я не могла ни пальцем пошевелить, ни слова вымолвить.

— Ведь только сегодня случилась трагедия! Тут погиб один из студентов! — Асмия Герей сжала руки в кулаки. — Какого демона вас сюда понесло?!

— Откройте, пожалуйста, портал в жилое крыло, — Лакруа наконец сдвинулся с места и шагнул в лиловое защитное поле.

Я ожидала, что свет вновь померкнет, а мы окажемся в полной темноте. Но этого не произошло. Будто бы мы и не миновали магический барьер.

— Полчаса, — бросила ректор. —  Я даю Фрее Игрис полчаса на то, чтобы привести себя в порядок. Вас, студент Лакруа, жду в своем кабинете через десять минут. Если вы не придумаете себе достойное оправдание, то я готовлю бумаги на отчисление!

Развернувшись на каблуках, чародейка открыла два портала. В одном скрылась сама, второй же оставила открытым, выполнив просьбу старшекурсника.

Кейн быстрым шагом прошел мимо мастера Хенваля, который приводил в сознание охранников, и шагнул в магический переход. Мгновение. И вот мы уже стоим в коридоре недалеко от двери в нашу с Тришей комнату.

— Так, — Лакруа остановился и аккуратно поставил меня на ноги, — тебе придется справиться за очень короткий промежуток времени, Фрея.

В ответ я только пошатнулась, не в состоянии стоять ровно самостоятельно.

— Понял, — он вновь подхватил меня на руки, но вместо того, чтобы вломиться в комнату женского крыла. Открыл новый портал и шагнул в него.

Не знаю как… кажется, я на несколько минут просто потеряла сознание… но я вновь оказалась на его кровати. В его комнате. Но на этот раз из одежды был только мужской плащ.

— Выпей это и это, — Кейн буквально летал по комнате, выуживая из закромов небольшие бутылочки, срывая с них пробки и заталкивая пузырьки мне в руки. — Поочередно. По тридцать секунд перерыва, чтобы дать зелью подействовать.

Я послушно вливала в себя содержимое. Кивала. Но в целом чувствовала себя тряпичной куклой. Сейчас меня посадили, а значит, я сижу. Сейчас положат — лягу.

Такое себе чувство, на самом-то деле. Безвольность меня не радовала.

Лакруа тем временем скрылся в купальне, зашумела вода. А меня от этого звука начало клонить в сон. Тряхнув головой, я осушила последний пузырек и положила его рядом с остальными на кровать.

— Хорошо, — Кейн вернулся в комнату, взлохматил волосы пятерней. Колебался несколько секунд перед тем, как подойти к кровати, убрать опустевшую тару и сесть рядом. — Как себя чувствуешь?

— Выжатой.

Он кивнул каким-то своим мыслям.

— Уже лучше, вижу.

— Нас исключат.

— Тебя, правда, сейчас только это волнует? — хмыкнул он, поворачиваясь ко мне.

Голубые глаза блестели азартом, он еле заметно улыбался.

— Я не понимаю…

Вместо ответа, Кейн подался перед и легко сдвинул свой плащ в сторону. Я резко вцепилась в края одежки, не позволяя себя раздеть. Но в ответ услышала только недовольное фырканье. Лакруа оголил только мое плечо, не покушаясь на все остальное. И аккуратно коснулся пальцем метки.

— Ты это сделала, Игрис.

— Фрея, — поправила его я. — Ты ведь уже научился произносить мое имя. Так в чем проблема?

Колдун раздраженно закатил глаза и уже ощутимее надавил на мое плечо пальцем. Я же приподняла руку и опустила взгляд. С мгновение смотрела на призрачную, разделенную на четыре сегмента метку. Одна из частиц еле заметно светила ярко-оранжевым светом.

— Я?..

— Да, — Лакруа улыбнулся уже шире. — Ты это сделала.

— Мы, — поправила я его, мотнув головой. — Если бы не ты, то неизвестно когда мы бы додумались до этого.

— Это уже не так важно, — Кейн приобнял меня и вновь поднял на руки.

— Куда? — возмутилась я, понимая, что в два быстрых шага он успел подняться и оказаться у двери купальни.

— Серьезно? — хохотнул он. — Ты себя в зеркало видела, маленькое чудовище? Удивительно, как ректор меня еще не обвинила в том, что я тебя сжечь попытался живьем.

Сопротивления и возмущения должных плодов не принесли. И уже через несколько секунд Лакруа опустил меня на широкий бортик большой ванны. От горячей воды поднимался пар, нос щекотал запах цитруса и корицы.

— Сама помоешься или тебе помочь? — в его голос вновь возвращались привычный налет издевок. Хотя они меня уже почему-то не раздражали. Наоборот — веселили.

— Посмеешь ко мне прикоснуться, и я тебя сожгу, — не слишком уж убедительно предупредила я его.

— Ну-ну, — скептически изогнул бровь Лакруа. — У тебя есть десять минут. После этого к ректору. Она не шутила и ждать не будет.

— Ты уже должен быть у нее.

— За свои промашки я отвечу сам, — кивнул он. — Об этом можешь не переживать. А если скажешь еще хоть слово, я останусь тут и прослежу, чтобы ты не утопилась.

— Выйди, а? — и кивнула в сторону двери. — Как-то это уже переходит все рамки приличий.

О том, как я оказалась голая в чужом плаще, я даже старалась не думать.

Колдун еще с мгновение смотрел на меня своим фирменным долгим холодным взглядом, после чего вышел за дверь. Я еще секунду прислушивалась к тому, как что-то падает, хлопает и шумит. А потом скинула на пол его плащ и скользнула в горячую манящую воду. На мгновение прикрыла глаза от удовольствия, которое теплом разливалось по телу. А потом потянулась за мочалкой и пеной.

Сейчас я старалась не думать о том, что нахожусь в жилом крыле для колдунов, принимаю ванну в купальне одного из них. А из одежды у меня только мужской плащ.

Я только сдирала с кожи сажу и грязь, отмывала волосы, старалась сделать все быстро. Но когда мочалка коснулась левого плеча, я все же на мгновение замерла.

Рассматривала призрачную метку, поставленную артефактом. Видела то самое сияние стихии пламени. И не могла в это поверить. Не могла сполна осознать, что все получилось.

— Этот голос, — прошептала я, обнимая себя за плечи, — он пугающий…

— Все хорошо? — дверь распахнулась без стука.

Я испуганно пискнула и по подбородок ушла под воду. Сгребла руками пену поближе.

— Ты что-то говорила? — в глазах Лакруа промелькнуло беспокойство и тут же погасло, стоило ему встретиться со мной взглядами.

— Да. Я сейчас уже выхожу.

— Хорошо. Твоя одежда, — колдун положил на одну из полок платье, в котором я приехала в академию. — Триша обещала открутить тебе голову завтра.

— Отличные новости, — пробулькала я, рискуя захлебнуться.

От всей ситуации уши опалило жаром смущения.

— Могу предоставить временное убежище, — хохотнул Кейн, отступая к двери. А потом уже более серьезным тоном добавил. — Поторопись. А то голову открутят намного раньше.

Его слова подействовали на меня как самое сильное бодрящее зелье. Стоило двери закрыться за спиной колдуна, как я выскочила из воды и, чуть не поскользнувшись на выплеснувшейся пене, поспешила одеться. Волосы сушила уже на ходу, просто проводя руками по локонам. Все же удобно быть чародейкой стихии огня.

Лакруа обернулся на звук открывшейся двери, опрокинул в себя какое-то зелье и указал рукой на пол у кровати. Там стояли сапожки, подаренные Джейми.

— Триша выдала их с платьем, — объяснил колдун, отставляя от себя опустевший пузырек. — Пора, Игрис.

Я даже не стала огрызаться на то, что мое имя звучит совсем иначе. Просто сделала все что нужно и уже через несколько минут стояла у двери, ведущей в кабинет ректора.

Кейн постучал, открыл ее и пропустил меня вперед. Вроде бы и простой жест, но сейчас он мне показался приглашением войти в пещеру опасного монстра. Но стоило нам обоим оказаться у стола Асмии Герей, как Лакруа сделал шаг вперед, перетягивая все внимание на себя.

— Вы опоздали, — чародейка сейчас и впрямь смотрела только на старшекурсника. — Присаживайтесь. Мы прямо сейчас перейдем к подписанию документов на отчисление? Или вы придумали версию, способную объяснить все произошедшее?

— Нам не нужно ничего придумывать, — я шагнула вперед, чтобы сравняться с Лакура, дернула за ворот платья, ослабляя шнуровку. И показала ректору плечо.

В кабинете повисла тишина. Слышно было только дыхание и стук сердца. Асмия Герей гипнотизировала взглядом призрачную метку, будто не в силах поверить.

— Присядьте, — наконец произнесла она. — Похоже, разговор будет еще сложнее, чем я предполагала.

Нам ничего не оставалось, как подчиниться и занять два кресла.

Треск поленьев в камине убаюкивал, жутко хотелось спать. Даже после всех зелий, влитых в меня Кейном. Но я упрямо держала глаза открытыми и рассказывала все, что произошло за эту ночь. Лакруа несколько раз перебивал меня, чтобы дополнить рассказ.

— То есть вы с ним говорили, студентка Игрис, — потерла переносицу чародейка. — И выжили после прямого нападения… И что нам делать дальше?

— Привести всех остальных чародеек к Сердцу Магии, — пожал плечами колдун.

— А если они не готовы? — Асмия Герей перевела взгляд на старшекурсника. — Если они не выдержат того, что перенесла Фрея?

— Тогда они не могут даже претендовать на звание хранительницы, — жестко обрубил он.

— Я не могу допустить чьей-то смерти, — покачала головой женщина. — Больше никто не умрет в стенах этой академии.

— Тогда, — я закусила губу, — может, мне стоит поговорить с ними, рассказать все…

— Игрис, ты головой ударилась? — Лакруа подался вперед, поставил локти на колени и бросил на меня взгляд из-под бровей. — Да кто тебя слушать будет? Они скорее наоборот сделают.

— Но, почему?..

— Да потому что ты соперница.

— Мы в одной лодке!

— Тут я, пожалуй, соглашусь со студентом Лакруа, — вздохнула госпожа ректор. — Нужно придумать другой выход. И… И мы пока скроем, что вам удалось сделать первой, студентка Игрис.

— Хорошо, — пробормотала я, понимая, что ректор права.

— Раз мы урегулировали этот вопрос, — произнес Лакрука, — тогда я хотел бы обсудить другой момент.

— Какой именно? — чародейка, которая уже погрузилась в свои мысли, вздрогнула.

— Через неделю праздник Наяна. Я возвращаюсь домой. И Фрея Игрис отправится со мной.