Глава 32

Темнота хватала за руки, тянула на себя, звала. Но я упрямо шла куда-то вперед, совершенно не отдавая отчета тому, что делаю. Просто знала, мне надо выйти отсюда. Просто освободиться от давления и гнета.

— Подожди, — прохрипело откуда-то сбоку.

— Стой.

— Фрея.

— Остановись…

Зажав уши руками, я срывалась на бег. Под ноги то и дело подворачивалась темнота, превращаясь в корни деревьев, пни и камни. Но я перепрыгивала через препятствия. Иногда оступалась, но упрямо бежала вперед.

Тьма слишком резко сгустилась у меня перед носом. А после так же быстро растеклась в стороны, оставляя на своем месте высокого темноволосого мужчину.

— Фрея! — Он обворожительно улыбнулся. — Как я рад тебя видеть.

Я попыталась обойти незнакомца стороной, но тьма впилась в руки и ноги тугими жгутами. Не давая сделать и шагу.

— Кто ты? — мой голос почему-то хрипел. Как будто я кричала до этого.

— Мы с тобой уже знакомы, — его голос и впрямь показался мне известным. — Неужели, ты не узнаешь меня, Фрея?

— Не узнаю. Пусти!

С пальцев посыпались веером огненные искры. Их подхватил непонятно откуда сорвавшийся ветер, бросил во тьму. А тьма, будто живая, зашипела и кинулась наутек.

С каждой секундой становилось все светлее, а незнакомец постепенно испарялся.

Проснулась я от собственного немого крика. Пыталась кричать, но не могла выдавить и звука. Открыла глаза и застонала.

Опять кошмар.

Последние несколько недель они с регулярной частотой приходили ко мне ночами. Иногда я видела в них незнакомца. Иногда только тьму.

Триша пошевелилась в кровати, повернулась ко мне лицом и зевнула:

— Что такое? Опять этот сон?

Я глухо что-то простонала в ответ. Провела ледяными ладонями по лицу.

— Ты ректору или Кейну рассказала?

— Леди Асмия в курсе, она не знает, что это может быть и связано ли это как-то с Сердцем Магии. Лакруа пока не рассказала. Как-то не выпало возможности.

— Фрея, ты у него чуть ли не ночуешь, — фыркнула подруга.

— Но для такого разговора времени не было, — возмутилась я. — А сама-то что решила?

— Перешла в наступление, — возмутилась Триша, скидывая одеяло с ног. — Ну что я могла решить? Джейми явно не просто так уже десятое письмо присылает. Думаю, встретимся с ним на выходных, я все равно в столицу. Не знаю, правда, что из этого выйдет. Но…

— Но ты задумалась, — подколола ее я.

— Да ладно тебе, — отмахнулась она. — Он нормальный парень. Да и ты о нем хорошо отзываешься, так что даже охранными артефактами обвешиваться не буду.

Я хихикнула и попыталась сесть. Тело отзывалось плохо, будто бы я всю ночь бегала по острову, а после еще и подраться с кем-то успела. Со второй попытки поднялась.

— Надо собираться.

— Надо, — поддержала Триша. — И в этот раз ты точно не с пустым чемоданом.

— Да хватит уже, — буркнула я, направляясь в купальню. А чародейка расхохоталась.

Сборы заняли у меня намного меньше времени, чем я предполагала. Бытовые чары, которые давались мне все так же плохо, раскрыли чемодан и сбросили в него все содержимое моего шкафа. А после помогли закрыть.

— Вы сейчас к герцогу? — поинтересовалась подруга, глядя на то, как я меняю форму на теплое платье нежного персикового цвета с длинными рукавами и белым воротником-стойкой.

— Да, не знаю, чего ждать от этой встречи. Но… Я рада, что весь этот кошмар для него закончился.

— Странно это, — произнесла подруга.

— Что именно?

— Даже не то, что твоему отцу и королеве Ошнира удалось воссоздать легендарный артефакт, повторить его… А то, что все из ордена дали его на себя надеть. Даже не задумались. Ну, как-то… Странно это для древнего тайного ордена, не находишь?

— Они могли ждать угрозу извне, а она пришла изнутри.

— Пояснишь? — Триша отложила расческу.

Я пожала плечами:

— Лакруа встретился с одним из стражей. Якобы случайно. И…сломил его волю.

— Фрея! — ахнула подруга.

— Я тоже не в восторге, — возведя глаза к потолку, призналась ей. — Но Кейн заверил, что на этого парня самым последним был надет амулет Тишины, его воля ему вернулась. А обо всем произошедшем он не помнит. Ты же знаешь, я не хотела ничего такого.

— Знаю, — вздохнула она. — Но лучше бы всех казнили.

— Триша!

— Да что? — возмутилась она. — Вообще-то, незарегистрированные у короны организации считаются преступными. Так что ты, считай, преступникам жизни спасла своим нежеланием всех перебить или отправить на юг.

— Нельзя лишать жизни людей только за их идею! Про Альм и Ложу ходят такие ужасные истории, что они явно мир хотели спасти от появления ее наследницы. Тут бы уже шел счет на одну мою смерть или множество их.

Теперь уже Триша закатила глаза, выражая свое недовольство, и направилась к купальне.

За то время, что ее не было, я успела собраться. Поставить чемодан у двери и пообщаться с Рией. Фенек порадовалась моим успехам и пожелала удачи со Стеллой Лакруа. Судя по всему, она собиралась сразу, как мы переступим порог замка, отправиться к духу-хранителю королевского рода на ведение очень важных бесед развлекательного характера.

— Пора мне, — я обняла подругу, дождавшись ее появления, — хороших тебе праздников.

— И тебе, дорогая, — она крепко сжала меня. — Если с королевой договориться не получится, я постараюсь помочь всем, что в моих силах.

— Спасибо.

Подколов ее напоследок шуткой про Джейми, я поспешила выскочить из комнаты.

Лакруа ждал меня в конце коридора у окна. Не знаю, сколько он там уже стоял, но выглядел Кейн недовольным.

— Я опять опаздываю? — вместо приветствий произнесла я, остановившись рядом.

— Есть такое, — отозвался колдун, отбирая у меня чемодан. — Готова?

— Да, — я вложила свою ладонь в его и направилась вслед за старшекурсником на выход.

Странности случились уже при переходе. Кейн привычно открыл портал, я шагнула в него первой, выпустила каплю стихии и, к собственному удивлению, заметила, как капля пламени дрожит. Будто на ветру.

Мир изменился, я оказалась на широкой каменной дороге у кованых черных ворот. За ними виднелся большой трехэтажный дом из серого камня, вокруг которого разбили парк. Снег уже сошел с земли, пробивались первые зеленые ростки. До наступления весны оставалось еще несколько дней, но на юге Ошнира она уже заглянула в гости.

— Добро пожаловать в обитель рода Аррэн, — произнес у меня за спиной Лакруа.

Ворота в такт его словам распахнулись, но никого рядом не было видно.

— Нас ждут, — хмыкнула я.

— Конечно, ждут, пойдем, — Кейн перебросил мой чемодан в другую руку, а после предложил мне локоть.

Я шла рядом с колдуном и крутила головой. Желание рассмотреть все детали не  отпускало. Хотелось запечатлеть каждый уголочек владения рода Аррэнов в своей памяти.

Двери дома нам открыл худой дворецкий, поклонился и тут же отдал слугам приказ подготовить гостевые комнаты. Чемодан у колдуна забрали.

— Господин уехал по делам, подождите его, — произнес дворецкий, обращаясь к Кейну. — Он должен скоро вернуться.

— Конечно, — Лакруа любезно улыбнулся, — нам можно свободно передвигаться по дому?

— Да, ваше высочество, — поклонился слуга.

— Пойдем, Фрея, я слышал, что у рода Аррэн самая большая картинная галерея. В ней есть такие жемчужины коллекции как “Закат над горой Азим” и “Портрет Пифии Альм”.

Последнее название садануло по слуху. Но я не стала задавать вопросов и последовала за Кейном. Он шел так, будто знал дорогу и бывал в этом доме чуть ли не каждую неделю.

Спустя несколько поворотов Лакруа и впрямь вывел меня в картинную галерею. Высокие своды зала, большие окна, выходящие во внутренний двор. И множество картин в тяжелых медных рамах. От обилия красок рябило в глазах, в нос ударило запахом пыли.

— Сюда, — колдун подвел меня к одной из немногих колонн.

За ней на стене висела картина в деревянной раме. На холсте была изображена худощавая женщина с пронзительными карими глазами. Рыжие волосы собраны в строгую высокую прическу, украшенную резным гребнем. На щеках кокетливые ямочки, совершенно не подходящие образу. На носу тонкий шрам, как от кошачьего когтя.

— Она была красивой, — прошептала я, рассматривая картину. — Это настоящий портрет или воссозданный по воспоминаниям?

— Настоящий.

Я развернулась на голос и встретилась взглядом с отцом.

— Лорд Аррэн, — я присела в реверансе, — благодарю за приглашение.

— Не стоит, дочка, — он усмехнулся, поравнялся с Лакруа. — Да, это настоящий портрет Пифии. Он хранится в этом доме уже больше тысячи лет. Краску поддерживают магией, чтобы не выцветала.

Вновь глянув на свою дальнюю родственницу, я почему-то улыбнулась. Не вязался образ этой женщины с монстром, которым ее выставляли в легендах. А вот в то, что она была сильной — что духом, что стихиями — с легкостью верилось.

— Я бы хотел пригласить вас к обеду, — кашлянув, произнес Рудольф. — Надеюсь, вы не откажетесь.

— Не откажемся, — за меня ответил Кейн. — Но если вы не будете настаивать, завтра утром мы покинем ваш дом. У нас еще есть дела.

— Конечно, лорд Лакруа. Пройдемте?

Отец практически всю дорогу до столовой молчал. Я исподтишка разглядывала убранство дома и почему-то с каждым сделанным шагом мне становилось неспокойно. Какие-то неясные сомнения терзали душу.

Столовая, в которой для нас накрыли стол, оказалась небольшой, но уютной. В углу горел белый камин, шторы на окнах были раздвинуты. При виде нас слуги услужливо отодвинули стулья, а после наполнили тарелки и бокалы.

— Я рад видеть вас у себя в гостях, — произнес отец, когда мы остались в столовой втроем. — С вчерашнего дня я глава рода Аррэн и для меня большая честь, принимать вас в этом доме.

Я подняла бокал легкого вина вместе с Кейном.

— Поздравляю вас, лорд Аррэн.

— Спасибо, — отец сделал глоток вина  и приступил к трапезе.

Взявшись за вилку, я успела отправить в рот несколько кусочков пряного мяса прежде, чем разговор продолжился.

— Фрея. — Рудольф кашлянул, привлекая мое внимание. — Я бы хотел… поблагодарить тебя.

— Меня?

— Да, дорогая. Если бы не ты, я бы сейчас не сидел тут и не вел речи. Не думал бы, что смогу воссоздать легендарный артефакт. Много чего не смогу. Но благодаря тебе, это все случилось. Спасибо.

Я настолько была сбита с толку, что даже не нашла, что ответить. А герцог тем временем продолжил:

— К сожалению, я мало что мог тебе дать. Я во многом виноват. Фрея, если я хоть как-то могу искупить свою вину…, — кашлянув, он произнес уже более торжественным тоном. — Леди Фрея Игрис, я предлагаю вам вступить в род Аррэн, стать герцогиней и первой наследницей.

В этот момент я порадовалась, что ничего не пыталась проглотить. Потому что от удивления горло сжало спазмом, а дыхание перехватило.

— Лорд Аррэн, вы сейчас серьезно? — я наконец нашла в себе силы, чтобы ответить.

— Да, Фрея.

— А как же мама? — вопрос всплыл сам собой.

— С Линой мы вскоре встретимся, — пообещал он. — Я не стал писать письма, хочу поговорить с ней лично. Думал, что поеду к ней как только поговорю с тобой.

— Я… Большое спасибо, лорд Аррэн за такое предложение, — мне с трудом удалось сдержать все эмоции и ответить сухо. — Но я не приму ваше предложение. Я не брошу свою матушку.

Рудольф несколько секунд молчал, опустив глаза, а потом кивнул:

— Я ценю твою откровенность, дорогая. И принимаю твой выбор. Но помни, мое предложение не имеет срока, потому если передумаешь, то всегда можешь его принять. А еще…

Он встал из-за стола, подошел ко мне и протянул перед собой руку. Лакруа дернулся, будто готовый бросаться на мою защиту.

Но Рудольф не сделал ничего такого, что потребовало бы вмешательства. От пальцев герцога заструилось еле заметное золотистое сияние, по воздуху достигло меня и, обвив руку браслетом, рассеялось.

— Что это было? — я мазнула взглядом по руке, где не осталось и следа от магии.

— Это было признание родства, — за отца ответил Лакруа. — Так делают только сильные маги. И только при рождении ребенка. В случае гибели родителя, никакие завещания не будут иметь силы, если он признал своего ребенка так.

— Фрея, ничего не говори, — попросил отец, заметив, как я открыла рот. — Это мое решение. А за все свои решения я несу ответственность.

Поджав губы, я встала из-за стола и шагнула к Рудольфу:

— Знаешь, на праздник весны не принято дарить подарки. Но я все же хочу.

— О чем ты, милая? — лорд Аррэн нахмурился.

— Я знаю, что для тебя это важно, — произнесла я, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы. — И пусть ты все время говоришь, что сделал все сам, по своему выбору и своей воле. Но я вижу твою боль.

— Фрея?..

Герцог непонимающе покачал головой.

А я не удержалась, шагнула к нему, обняла. И шепотом произнесла то, что уже давно носила в сердце:

— Я простила тебя, папа. Простила.

Мужские плечи дрогнули. Он обнял меня в ответ.