Глава 18. Экзамен

Я обхватила чайник руками и зажмурилась. На выдохе представила, как члены комиссии сидят за столиком, накрытым кружевной салфеткой и пьют мой чай неторопливыми глотками. Они улыбаются и смеются, им хорошо. Услышала, как один профессор произносит: «Да Милана прирожденная ведьма!» Второй подтверждает: «Невероятный чай, у девушки бесспорный талант». Третий в восторге восклицает: «Она обязана здесь учиться! Стопроцентный дар женских чар». А четвертый участник застолья молча соглашается с остальными. Мой чай невозможно притягательный, ему хочется просто наслаждается терпким изысканным вкусом. «Спасибо, что я вам понравилась», – мысленно произнесла я и открыла глаза. Должно сработать! В дверь постучали, и я обернулась на звук. Неужели, пора идти?! Как быстро. Ректор обещал, что экзамен начнется вечером. – Посиди пока в шкафу, – крикнула я дракону. – Мало ли, кто за дверью. Отворила створку, и на меня мигом рухнула стопка пыльных книг. Отряхнувшись, я заглянула внутрь шкафа, и поняла, что там и хорьку спрятаться негде. – Вот Эля – грязнуля! – воскликнула я. – Лучше бы мне такую магию, чтобы сделать эту комнату чистой. Арес, давай шустренько под стол. Но под стол дракоша не влез: то больная лапа вылезет, то крыло выскочит совсем некстати. Столик оказался для него маловат. В дверь постучали второй раз. Теперь настойчивее: – Милана, это профессор Елизар. Открывай, нет смысла прятать от меня дракона. – Ну, я ведь не умею мысли читать, – быстро отворила и виновато улыбнулась. – Мы готовы выслушать тебя, идем, – слишком официально произнес ректор, и я побоялась расспросить его, что мне о себе рассказывать и о чем говорить. Взяла чайник и побрела следом, стараясь сфокусировать мысли на одной единственной идее: «Мои женские чары сильны, меня обязательно нужно взять на обучение в Академию женских чар». Мы зашли в темный зал. Я с трудом разглядела высокую сцену и ряды из стульев. Похоже на актовый зал в моем институте. – Поднимайся туда, – ректор указал на сцену, а сам остался стоять в дверном проеме. Я послушно прошла по ступеням и только тогда заметила на сцене голубую лампу непонятной формы. Она бледно переливалась перламутром, еле-еле освещая мой силуэт. Поставила чайник на пол и только тогда догадалась: это никакая не лампа, а ведьмин камень. – Елизар, на этот раз, действительно, что-то выдающееся, – услышала я откуда-то снизу стальной, жесткий мужской голос. – Принимать экзамен в темноте – это нонсенс. – Она не ведьма! – следом услышала язвительный женский голосок. – Камень молчит, не реагирует на нее. Видать, у нормальных ведьм камень хорошенько освещает зал. Но я-то лучше, чем нормальная. – Уважаемые члены экзаменационной комиссии, сейчас вы сами увидите реакцию камня, – с расстановкой проговорила я, взяла в руки голубой кристалл, прижала к себе и спустилась со сцены. В зале стало немного яснее, хотя, может, и показалось. Соприкоснувшись с моей кожей, перламутровое свечение в камне заиграло, и переливы света страстно затанцевали. Я мельком рассмотрела троицу за столом возле сцены: две улыбчивые женщины и хмурый мужчина. – Хм, – он всем телом подался вперед, едва не лег на стол. – Ладно, беру слова назад. Уже интереснее, Елизар. Что ж, значит, сегодня принимаем экзамен в полумраке. Я всегда любил темноту. – Она из другого мира, вот и все объяснение, – вмешалась его соседка и будто нечаянно задела мужчину плечом. – Необычный свет камня – это магический след, оставшийся после ритуала перемещения. – Проверим, сейчас проверим, – ехидно фыркнула вторая. – Я рад, что вы разглядели свет, – раздался теплый и живительный голос профессора Елизара. – Милана, позволь представить тебе членов комиссия. Профессоры Августа и Рада – председатели Министерства магии и Профессор Касьян – ректор Академии воли и разума. Елизар не спеша присоединился к остальным участникам. «Что ж, – я нервно сглотнула ком в горле, – они все четверо мысли читают или только мужчины?!» Вспомнила слова Эли, что руководящие должности занимают одни ментальные маги, и натянула широкую улыбку. – Кто твой бог? – грянул профессор Касьян первым вопросом. Я замерла и приподняла камень, чтобы лучше разглядеть мужчину. Суровое, отрешенное лицо с высокими скулами и недельной щетиной, недоверчивые ледяные глаза и узкие губы, прячущими надменную усмешку. Одно ясно: не та мысль влево, не та мысль вправо – и расстрел на месте обеспечен. – Я не могу назвать себя ярой сторонницей какой-либо религии, – ответила растерянно. – Тогда потрудись объяснить нам, во что веришь, – нетерпеливо потребовал мужчина. – Я верю в силу каждого человека. Мы сами творцы своей судьбы. – А зачем тогда магия? – расхохоталась его соседка, и вторая профессорша засмеялась следом. – Магия – наш помощник. Она помогает легче получать желаемое. Можно сделать, а можно наколдовать. – Определение магии? – грозно произнес мужчина, скривив губы. – Профессор Касьян, Милана не изучала ни «Историю магии», ни «Теоретические основы магии», откуда ей знать определение? – вступился за меня ректор. Видимо, почувствовал мои мысленные SOS-сигналы. – А вдруг? Пусть удивит нас, ну? – не унимался мужчина, он встал и облокотился на стол. – Вы слишком бережете ваших учениц, Елизар. Мягкость – скверная воспитательная тактика. В долгосрочной перспективе она приводит к нерешительности и безответственности. – Магия – это искусство и наука вызывать изменения в соответствии со своей волей, – пересказала я по памяти определение, которое читала несколько лет назад. – Недурно, – сквозь зубы процедила одна из профессорш и почти шепотом добавила: – Покажи нам свою магию.