Глава 12 · Непослушание

«Да как такое возможно?! Мне что, пять лет?!» — вопрошала я у зеркала, расхаживая по собственной комнате. Меня посадили под замок в наказание и не пустили на площадь, чтобы полюбоваться на праздник Единения. Это был особенный день, когда в Амадин съезжались гости из соседних королевств, на площади устраивались пышные гуляния с фейерверком, танцами и угощением. Сама королевская семья посещала в этот день центр города. А я сидела дома потому, что гадкий Амир наябедничал ректору!

Да какое ему дело до моей метки?! Из-за него я сейчас сижу в своей комнате и слышу только звуки отдаленного праздника. Я ведь тоже туда хочу! Хочу посмотреть на новые интересные вещицы, которые продаются в шатрах иностранных гостей, на представление. Я принялась кусать губы с досады, чтобы не расплакаться. И из окна не выберешься — отец внизу поставил охрану, еще и заявил, что они с матерью мне теперь не доверяют.

— Гадкий, мерзкий куратор! — твердила я, сорвав злость на вышитой шелковой подушке и изо всех сил запустив ею в стену.

Была бы еще польза от его вмешательства! А то ректор лишь подтвердил слова Амира, что это не печать духа. А после добавил, что и рисунок он не узнает, слишком уж тот не похож на обычное проклятие. Сказал, это может быть любая метка, вплоть до печати рода Мирас[3]. Но мне какой прок от этого? Может, лично отправиться на поиски сгинувшего Адриана и вытрясти из него всю информацию про болезненную метку?

Мерзкий Амир! Со злости едва не запустила в стену баночкой с кремом, которую дал мне куратор. Велел наносить мазь на ладонь перед тренировками, чтобы блокировать болезненные ощущения. «Нужна больно его помощь теперь!» — возмущалась я, возвращая баночку на место. Мазь и правда работала, вызывая чувство онемения и помогая избавиться от ощущения жжения в руке.

— И Эрин тоже хорош! Мог бы вступиться за меня и отвезти на праздник! — продолжала неистовствовать я вслух, пиная ногой лиловый пуфик. — Там сейчас все студенты гуляют, развлекаются. А мне нужно заучивать дурацкие стихи о манерах настоящей леди!

Негромкий стук вынудил прекратить избиение несчастного предмета мебели и принять подобающую леди позу.

— Войдите.

— Мисс Виолетта, — в дверь вошла Мелинда, — ваш обед.

Девушка поставила поднос на небольшой столик возле окна. Я заметила, что выглядит она сегодня очень нарядно.

— Собираешься на праздник, Мелинда?

— Вы не пустите, мисс Виолетта? — Девушка выпрямилась и нервно огладила юбку. — Там, говорят, фейерверк красивый будет, очень хотела посмотреть.

— Ну почему не пущу, иди. Наверное, свидание у тебя на празднике? Не зря самое красивое платье надела.

— Да какое там свидание, мисс?!

— А почему нет?

Мелинда снова огладила юбку, опустила глаза в пол:

— Не могу я на других мужчин глядеть.

— Не начинай, Мелинда. Разве не помнишь, что врач сказал? Это все тебе привиделось, все было не по-настоящему.

— Так мои-то чувства настоящие были, мисс. Я такого в жизни не испытывала.

— А чего именно? — Слова служанки разожгли любопытство.

— Как об таком говорить, мисс, — щеки девушки окрасились ярким румянцем, — больно стыдно. Я только одно скажу, не зря его духом соблазна кличут.

— А может, не он дух соблазна, а фантазия у тебя очень бурная?

Служанка в ответ лишь гуще покраснела, а в моей голове родилась превосходная идея.

— Принеси-ка платье служанки, Мелинда. Я с тобой на праздник отправлюсь.

— Так нельзя вам, мисс!

— А никто не узнает.

— Да что вы, мисс Виолетта? Ведь строго-настрого хозяева наказали вас из дома не выпускать.

— Я родителям о твоем участии в той истории ни слова не сказала. Сама знаешь, что выгнали бы тебя в тот же день, а ты мне теперь помочь не можешь?

— Да что вы, мисс, все в неприятности меня впутываете? Что я вам дурного сделала?

— Ну раз ты такая трусиха, то и ступай. Аниту позови, а сама на праздник отправляйся. Не о чем нам с тобой разговаривать.

— Что вы обижаетесь, мисс Виолетта? Для вашего же блага стараюсь. А ну господа узнают, что вы приказ нарушили, что тогда будет?

— Ты им не расскажешь, а больше узнать неоткуда. А вернемся мы раньше, чем они.

— А если кто из знакомых увидит? — причитала Мелинда, пробираясь вслед за мной сквозь толпу.

— Кто меня узнает? Думаешь, будут заглядывать в лицо обычной служанке?

Мелинда раздобыла для меня простое зеленое платье, серую косынку, под которой я и спрятала волосы, а также коричневую накидку на плечи.

— Идем вон туда, смотри, какой шатер.

— Мисс Виолетта, да разве есть у простой служанки деньги, чтобы дорогие вещицы покупать? В таких роскошных шатрах все точно дорогое.

— А может, у меня хозяин очень щедрый, откуда им знать?

Я протиснулась к входу в большой и красивый шатер из темно-синей ткани с серебряными узорами. Внутри стояли длинные столы, вокруг которых толпились люди. Пришлось хорошенько поработать локтями, чтобы пробиться к одному из самодельных прилавков. Я старалась держаться подальше от покупателей, внешность которых говорила о занимаемом ими высоком положении, но в платье служанки никто не обращал на меня ни малейшего внимания. Мелинда держалась рядом, слишком сильно опасаясь потеряться в толпе.

На столах стояли красивые статуэтки, изумительные вазы, зеркала, подсвечники, часы. Только у меня дома всего этого хватало, а потому было неинтересно рассматривать, и я направилась дальше.

У одного из столов толпилось особенно много народу, и мне не сразу удалось протиснуться вперед. Там меня ждало настоящее потрясение. Выставленные здесь вещи по виду являлись исключительной красоты драгоценностями, но меня изумило не это — хрупкий, едва заметный морозный узор в виде ажурной изящной веточки с нежными завитками искусно и причудливо вплетался в форму каждого ювелирного чуда. Я непроизвольно сжала ладонь в кулак и отступила, столкнувшись с кем-то за спиной.

— Эй, девчонка, поосторожнее! — окликнул грубый голос.

— Извините, — пробормотала я.

— Нравится? — вдруг обратился ко мне молодой продавец. Парень широко ухмылялся, протягивая на ладони серебряные серьги с бриллиантами. Еще три молоденькие девушки обслуживали других желающих приобрести украшения. Здесь были даже заколки, немного похожие на мою, и шпильки для волос, и обручи, браслеты, кольца, подвески, и все они казались изумительно красивыми, но при этом абсолютно уникальными.

— Красиво, — тихо ответила я, — а из какого это королевства?

— Танкелир.

Мне стало совсем не по себе. Это то самое королевство, где проходил обучение Адриан Мирас, и теперь я имею возможность лицезреть символику его рода повсюду (теперь все сомнения в том, что так выглядит их родовая печать, отпали). Что за дурацкие совпадения? А может, просто кто-то решил посмеяться и ловко меня разыграл? Может, Мелинда надумала отомстить за то, что я потащила ее на развалины? Я перевела взгляд на служанку, но та лишь с восхищением рассматривала сверкающие украшения, переливающиеся искрами бриллиантов, изумрудов, сапфиров.

— Какая красота! — выдохнула девушка.

— Конечно. Такие вещи вы нигде больше не найдете. Только в нашем королевстве производятся. На них большой спрос, наши аристократы в очередь становятся, чтобы заказ сделать. А тебе, златовласка, вот что подошло бы, — подмигнул продавец, показывая мне аметистовую брошь. Она была в форме цветка, но листочки заменяла все та же ажурная веточка из белого сверкающего металла. В сердцевине располагался большой аметист. — Тут вот какая загадка, на свет погляди. — Парень повернул брошь так, чтобы камень поймал солнечный луч, и тогда внутри красновато-фиолетовых граней загорелся до боли знакомый серебристый узор. — У нас каждое украшение с такой печатью, порой и не всегда увидишь, где она. Жаль, златовласка, у тебя денег не хватит купить.

— Не хватит, — кивнула я, и не собираясь покупать украшение, а из последних сил сдерживая желание резко приструнить фамильярного продавца да поскорее уйти.

— Я бы тебе подарил, но хозяин прибьет.

— А где твой хозяин? — У меня вдруг быстрее забилось сердце.

— Вон там, демонстрирует дамам лучшие образцы.

Я взглянула в указанном направлении. В конце шатра стоял высокий грузный мужчина с большой блестящей лысиной. Его громкий голос долетал даже сюда, иногда перекрывая гомон толпы.

— Вот часы… ручная работа… леди, не хотите ли… кто даст больше…

— Это аукцион?

— Я же говорю, у нас товар всегда спросом пользуется. Иногда несколько покупателей на одну и ту же вещь. Вот и продают тому, кто выше цену предложит. Слушай, златовласка, я вечером свободен, не хочешь на фейерверк вместе поглядеть?

— Нет. Мне уже домой пора. Всего хорошего.

Я отвернулась и принялась пробираться к выходу, а Мелинда ухватилась за рукав моего платья и быстро засеменила следом.

Снаружи удалось наконец перевести дух.

— Вон там королевский шатер, мисс Виолетта. Нам бы от него подальше держаться. Наверняка в нем ваши родители и жених.

— Наверняка, — кивнула я, поворачивая в другом направлении. — Идем, посмотрим на представление. Артисты должны были подготовить удивительные номера.

— Верно, и они всегда придумывают что-то новое.

Мы с Мелиндой отправились к украшенному помосту в центре площади и остановились за спиной высокого человека, который стоял, слегка сгорбившись, и из-за которого мне ничего не было видно. Я уже хотела окликнуть мужчину и попросить посторониться, как вдруг мой взгляд упал на трость, которую незнакомец сжимал в руке. Сдержав удивленный возглас, я ухватила Мелинду за руку и оттащила подальше, спрятавшись за спинами прочих зевак. Притаившись и оставаясь незаметной для Амира, я стала наблюдать за ним.

Несколько подозрительным показалось мне его поведение. Понятно, что ничего удивительного в его присутствии на празднике не было, но вот этот неприметный плащ с капюшоном наталкивал на мысль, что не одна я хочу быть неузнанной.

Пока Мелинда восторженно вздыхала рядом, любуясь представлением, я не отрывала настороженного взгляда от преподавателя. Казалось, что он тоже полностью поглощен происходящим на сцене, но трость его то и дело постукивала по серой брусчатке, выдавая нетерпение.

Наконец мое долгое ожидание было вознаграждено. Рядом с Амиром остановился еще один человек. Он практически незаметно для стороннего наблюдателя, но не для пристально наблюдавшей меня, протянул куратору какую-то записку. Я выпустила руку увлеченной зрелищем Мелинды и подкралась поближе, остановившись рядом с толстяком, которого представление не смогло оторвать от поглощения огромного бутерброда, и прислушалась. Вокруг было слишком шумно, и до меня долетел лишь обрывок фразы: «…на обычном месте…» Потом куратор обернулся, а я спряталась за чужим внушительным животом и исподтишка наблюдала, как Амир устремляется сквозь толпу.

О-о-очень интересно! Наш куратор не так прост, но я всегда это подозревала. Не зря он мне не нравился с самого начала, я просто интуитивно чувствовала, что ему нельзя доверять. Вот только в чем он замешан, кому помогает? Я попыталась рассмотреть собеседника Амира, но тот уже удалился на приличное расстояние. Темно-зеленый капюшон скрывал лицо, удалось понять лишь, что это точно мужчина.

Я отправилась следом, стремясь догнать незнакомца, но в этот момент меня вдруг ухватили за руку и резко развернули.

— Мелинда! Ты что так пугаешь?

— Да куда вы исчезли-то, мисс Виолетта?! Я сама до смерти перепугалась, когда вас рядом не увидела.

Повернув голову, я попыталась отыскать взглядом фигуру в темно-зеленом плаще, но мужчина уже затерялся в толпе.

— Эх, вот как теперь понять, в чем Амир замешан? У меня ведь такой шанс был!

— О чем вы, мисс?

— Ни о чем. Пойдем к столам с угощением, попробуем что-нибудь вкусное.

Последующие полчаса мы бродили возле накрытых столов и покупали для себя самые аппетитные и красивые сладости. Мелинда просто сияла, уплетая угощение за обе щеки, а я изредка посматривала на королевский шатер. Бросив очередной взгляд в ту сторону, увидела, как полог откинулся, выпуская наружу Эрина. Следом за ним шла невысокая брюнетка.

— Гелла Итэр, она-то что здесь делает?

— Что, мисс?

— Ничего. Пирожное совершенно безвкусное, — ответила я, бросая изумительное бело-розовое суфле на землю и впиваясь взглядом в беседующую парочку. Эрин говорил о чем-то с серьезным выражением лица, а Гелла стояла неприлично близко, краснела и кокетливо стреляла глазками.

Я наблюдала в бессильной злобе, не имея возможности подойти и вмешаться в их разговор. Эта девица давно уже увивалась за Эрином, как, впрочем, и сотня других дам-аристократок. По знатности рода ей со мной было не тягаться, а вот по красоте… нет, ну я-то все равно лучше!

В этот момент из шатра вышли мои родители и тоже обратились к Эрину. Жених кивнул, и я увидела, как он подал слуге знак.

— Мелинда, кажется, они собираются уезжать?

— Как?! Что, не останутся до фейерверка?

— Очевидно, нет. Нам срочно нужно возвращаться!

— Мисс, они уже в карету садятся, мы не успеем.

— Бежим! — Я схватила Мелинду за руку и помчалась в сторону узкого переулка, через который мы выбежали на другую улицу. Пытаясь отдышаться, махнула рукой стоявшему неподалеку вознице двухместной коляски.

— Чего тебе? — спросил мужик.

— Срочно в район Цветущих орхидей!

— Ага, щас! У меня перерыв!

— Плачу три серебряных!

Возница оглядел нас с сомнением:

— Да откуда у тебя?

Вынув из кармана деньги, показала ухмыляющемуся мужику. Тот смачно сплюнул на землю и кивнул.

— Ну, садитесь!

— Гони! — крикнула я, запрыгивая в коляску. Бледная Мелинда плюхнулась рядом на сиденье.

— Не успеем, мисс! Не успеем!

— Там сейчас затор из карет на той улице, слишком много экипажей. Лишь бы удалось обогнать!

Возница свистнул, хлестнул лошадь, и мы помчались.