Глава 16
Я посмотрела в окно - значит, мать все-таки не изменится
Нужно успокоиться, то, что мать старается повлиять на твою жизнь, - не катастрофа. Давай расценивать это как помощь. Своеобразную, улучшающую ее карьеру, но все же помощь. Она договорилась о пробах, а не о съемках, значит, она тут все же полагается на мой талант и не считает бездарностью.
Или все не так?
В любом случае, перед тем, как сжигать все мосты, нужно сделать все красиво. Мало ли, как жизнь повернется и мне действительно придется стать актрисой. Пока на данный момент у меня кроме, как играть чувства, нет ничего за душой…
А вот это печально…
Что я умею?
Хорошо готовлю - нет, меня с детства только и заставляли, что сидеть и кривляться. Танцы - да, но там только техника, профессиональной танцовщицей мне никогда не стать.
Математика? Точные науки? Возможно, только я на них не обращала внимания, да, они давались легко, но опять же у меня были другие цели в жизни.
А что, если я достигну их и потеряю смысл в жизни? Что станет со мной?
- Анквиц, у тебя такое лицо, как будто до тебя дошло, что ты ничтожество… - слащаво пропела Суворова.
- Ты мне как раз и нужна, пташка, - не отрывая взгляда, спокойно ответила ей.
- Хочешь, чтобы я тебе дала совет или мастер-класс по актерскому?
- Обойдусь без твоих советов.
- Девочки, что за шум и без меня? - тут же подоспел Леон. Не пропустит никогда все важные события друг мой.
- Я вообще ничего и никому, Леончик, - обнимая его за шею и ластясь всем телом, сказала Суворова. Интерес общественности тут же был потерян, и вокруг нас снова загалдели студенты.
- Поговорить нужно, ребятки, - я посмотрела на них, Леон сразу принял серьезное выражение и, сбросив руки одногруппницы, подошел поближе ко мне.
- Что случилось? - насторожился он и Суворова.
- Наша тема на пробах - ревность. Суворова, ты - моя сестра, и мы ругаемся по поводу парня, то бишь Леона. Работаем чисто экспромтом, без текста, только на эмоциях.
- Откуда взяла? - снисходительным взглядом смерила меня.
- Птенчик рассказал, который хочет, чтобы мы попали на съемки фильма.
- Я тебе… - хотела было сказать Суворова, но ее остановил Леон.
- Значит так, действуем по такой схеме: вы стоите вместе и начинаете собачиться, как всегда. Тут даже выдумывать ничего не нужно, прекрасно и так справляетесь… - Юля фыркнула, но продолжала слушать. - Затем к вам присоединюсь я, и тогда будем
разыгрывать сцену потасовки. Пускай Юля, хотя нет… Аврор, ты на меня кидаешься и обнимаешь.
- И что дальше? Ты меня будешь оттаскивать за волосы от него? - не могла понять, для чего мне было кидаться к нему на шею.
- Ты серьезно? Господи, Анквиц, это ревность по-мужски? Никогда такого не видела…
- Так, время для подготовки закончено, сейчас мы будем вызывать по группам и раздавать темы для ваших спектаклей. Вы полностью импровизируете…
Дальше препод стал вызывать всех по очереди. Студентов становилось меньше, а нас все никак не вызывали. Суворову заметно потряхивало, она не могла найти себе места.
Несколько раз уже проклинала меня за ожидание и то, что я ей подписала приговор.
- Капец тебе, Анквиц, если я пролечу из-за тебя. Такую жизнь устрою - врагу не пожелаешь… - Знала бы ты, Юлечка, какая у меня жизнь, то молчала бы в сторонке и не говорила таких слов.
- Причем тут она? Если хреново сыграешь, тебя и вначале прослушивания не взяли бы. И, между прочим, перед нами старшие курсы смотрели, может, там уже набрали того, кто им нужен. А нас так, для развлечения показывают.
- Так, сейчас осталось еще две пары. Парни, заходите. А вы, тройка, будете последними. Готовьтесь лучше, вас ждут, - с нажимом сказал препод, а Суворова уже почти падала в обморок.
Последние ребята вышли, и мы зашли без приглашения. Поднимаясь на сцену, я старалась разглядеть того, кто пришел нас прослушивать. Это был высокий мужчина, потому что он в кресле, кажется, не помещался, темноволосый и кареглазый. Рядом с ним женщина, чем-то схожа с моей матерью, только возрастом постарше.
- Здравствуйте, наши последние участники. Ваша тема- ревность.
Леон присел на первый ряд возле сцены. Мы с Суворовой поднялись на сцену. Я подошла к роялю и открыла крышку, нажав пару клавиш, Юля подошла ко мне.
- Он - мой! - Ее голос был тихий, но в зале стояла полнейшая тишина, и ее должны были услышать.
- Он меня любит! - Мне и самой было интересно, что скажет Юля, как вывернет ситуацию.
- Ты не дашь ему то, что смогу предложить я! Уйди с моей дороги! - ее голос уже звучал более угрожающе, она облокотилась рукой о рояль и пристально прожигала меня взглядом.
- Я дам ему все! Почему ты вновь на моем пути? Почему? Я тебе говорила, что он мне нравится! - Я почти прокричала ей эти слова - такая должна быть драма, так должны показывать свои эмоции люди.
- Ты? Да ты холодная, тебе все чувства чужды. Ты смотришь на людей сквозь призму выгоды. Кто и что бы смог для тебя сделать. А Леон другой, он хороший. Только слишком верит тебе, а ты его тянешь вниз. Я не дам ему себя погубить, - она говорила как будто взаправду.
- Ты не права. Знай, что я чувствую, ты бы так никогда не сказала. Вот поэтому я тебе и говорю… Уйди….
- Что здесь происходит? - спросил Леон, поднимаясь по ступенькам.
- Ничего, милый, просто Аврора опять капризничать задумала.
- У тебя что-то случилось, - не обращая внимания на Юлю, он подошел ко мне и приобнял.
- Да, никак не могу решить вопрос с сестрой.
- Какой? Может, я помогу? - он разыграл удивление.
- Ну да, ты-то нам и поможешь! - вклинилась Юля. - Кого ты выбираешь? Меня или Аврору? Но ее сердце уже занято… - тише и зловеще, переходя на реальность, прошипела Суворова.
- Прости, Юля, но я выбираю Аврору, - и тут же его губы накрыли мои.