Глава 12

Бэлла

Я поднялась наверх, приняла горячий душ, выпила теплого чая. Тут же открыла ноут и зашла на агрегатор авиабилетов. Выбрав знакомое чешское направление, забронировала утренний рейс на завтра. Прага мне была более-менее знакома. Там я смогла бы быстро освоиться… На часах еще не было четырех дня. Быстро пошла собирать вещи. Снежана еще не пришла. Сегодня она должна была вернуться с работы в семь вечера. Придет-поговорим… Может и ее уговорю ко мне приехать в ближайшем будущем…

Время пронеслось незаметно за хлопотами. Когда, наконец, я увидела, что на часах почти девять, внутри что-то заворошилось… Снова моя интуиция начала подкидывать нехорошие сюжеты и прогнозы в голову… Такого никогда раньше не было, чтобы она задерживалась. Ей из салона идти минут десять от силы… Среди недели никаких незапланированных выходов не бывает… Набрала телефон. Один раз, второй- тишина. На третий, после долгих-предолгих гудков трубку все-таки подняли. На заднем плане я сразу услышала всхлип – и душа ушла в пятки.

–Привет, красивая.– знакомый голос, от которого тошнота подступает к горлу, – некрасиво нас сегодня прервали… Давай-ка что ли продолжим общение… Я тут успел уже познакомиться с твоей подругой… Короче, спускаешься через пять минут вниз. Там машина тебя будет ждать… И попробуй только набери очередному своему мажористому защитничку… Душу я их манал- нашла меня кем пугать, курица… Подругу живой увидеть хочешь- веди себя послушно…

Я не спорила и не отнекивалась. Я не могла так подставлять единственного близкого человека… Не должна она из-за меня страдать… Нечестно это… Она мне так помогла, а я ее не просто вместе с собой затащила в грязь, я ее жизнь поставила под угрозу. На автомате кинула телефон в сумку. На автомате закрыла дверь в квартиру. На автомате спустилась вниз…

Все тот же пугающего вида внедорожник стоял заведенным у подъезда В темноте, со включенными фарами и дымящейся выхлопной трубой он выглядел, как монстр… Не стала дожидаться приглашения. Нырнула внутрь, обнаружив, что кроме того самого бородатого водителя никого в салоне не было.

Он не поздоровался. Просто стартанул с места. А я в ужасе смотрела на проплывающий за окном вечерний город, живущий своей суетливой и органичной жизнью- кто-то быстро бежал по улице, кто-то скучал на светофорах в автомобиле, слушая радио, рестораны и кафе приветливо светились уютом своих залов, супермаркеты пестрели изобилием товаров, потихоньку зажигались огни окон в квартирах- а мне хотелось орать во все горло, звать на помощь, попытаться хоть кого-то из этой идилличной картины привлечь к своему страху и отчаянию… Вот только я почему-то точно знала, что мне никто не поможет. Я как была в этой городской клумбе сорняком, так и оставалась…

Сжала руку в кулак. Попыталась незаметно просунуть кисть в сумку. Нащупать телефон. Пока просто нащупать. Пока не уверюсь, что со Снежей все нормально, ни о каких попытках позвонить и речи быть не может…

–Сумку сюда дала,– раздался спереди грубый голос,– овца.

Он все видел… Всё… Надежды не было… Теперь уж точно…

На этот раз мы не приехали ни в ресторан, ни к частному дому, ни к офису… Машина уже успела пересечь МКАД и неумолимо неслась в направлении области… Еще пару десятков километров- и мы повернули на узкую проселочную дорогу, уходящую влево от шоссе. Мои предположения о том, что мы едем в загородный дом, не оправдались, когда машина вдруг резко затормозила у обочины рядом с еще одним внедорожником. Тоже, судя по всему, из моего утреннего кошмара, резко ставшего реальностью… Теперь, наверное, мне нужно было начинать молиться, зная, что впереди не будет ничего хорошего, а я вдруг поняла, что не чувствую ничего, кроме ярости… На эту жизнь, на свою проклятую судьбу, на себя… Я была так зла на себя в этот момент. Что оказалась здесь… Что бултыхалась, как лягушка в колодце все эти годы, как стала взрослой, а вылезти так и не смогла… да и пыталась ли я вылезти? Не искала ли подсознательно самых легких путей? А были ли они- эти самые легкие пути… Возможно, и права была Айза- зачем жить, если исход и так предопределен… Одни превращаются в грязь лишь после смерти, становясь прахом… А мы были, есть и будем грязью с рождения…

–Выходи…– грубый голос вернул меня из мыслей.

Я помнила, как дрожали руки и словно в судорогах сводило пальцы, когда я дергала на себя ручку. Только сейчас увидела стоявшего в окружении еще двоих мужиков виновника моего «торжества»– этот самого урода Кесаря с лопатой в руках. Мне не надо было подходить к ним, чтобы понять, что он уже успел выкопать яму… Длинную, узкую яму… Как для гроба. Для трупа… Вот и ответ на все мои вопросы… Вот чем закончится мой сегодняшний вечер…

Стало страшно… По-настоящему… По-звериному… Все другие эмоции вмиг отступили, остался только этот самый страх…

–Где Снежана?-прокричала я ему, давясь от собственных эмоций.

Он усмехнулся и поманил меня пальцем.

Я не пошевелилась…

Первым начал движение в мою сторону один из его амбалов. Он, видимо, отдал ему команду, как псу… Тот поспешил исполнить…

Он был возле меня в два шага, схватил за шкирку, притащил к Кесарю и кинул к его ногам, словно я тряпка. В ту же секунду лицо обожгла хлесткая пощечина.

–Что я говорил, соска? Воспитывать придется тебя…-усмехнулся криво.-схватить…

Я почувствовала на себе грязные руки качков, с силой впившихся в мои предплечья, обездвиживая, в то время, как эта тварь быстро расстегнула мою куртку и разом разорвала футболку, оголив грудь.

–Какие буфера,– гадко усмехнулся, начав мять мою кожу. Тут же с мясом была вырвана молния на джинсах.– Посмотрим, что здесь интересного- приспустил трусы, шлепнул по лобку так, что я скрючилась…

Мрази гадко заржали.

Дальше уже была не я… Ярость клокотала в моем горле, словно его обжигал сорокаградусный спирт. Либо сейчас, либо всё- сказала я себе. Воспользовалась тем, что они все расслабились, поняв, что добыча уже в руках, начали перекидываться грязными шуточками в мой адрес.

Я сорвалась с места… Как ветер… Как стихия… Я бежала вдоль дороги, не обращая внимания на то, что полуобнаженная. Моя проворность позволила мне выиграть не больше половины минуты, но в той замедленной съемке складывалось ощущение, что это целая уйма времени. Как оглашенная, я махала руками, призывая то и дело проезжающих автомобилистов прийти мне на помощь. Вот только никакая машина и не думала оставаться и помогать мне, понимая, что происходит что-то нехорошее… Так всегда в нашей жизни… Мы всегда одиноки, даже когда вокруг толпы людей… Может быть, если бы, как говорила Снежана, я приняла это самое одиночество, было бы легче…

В этот самый момент нога налетела на скользкий бугорок на обочине от еще не успевшего растаять ледяного наста- и я резко поскальзываюсь, навзничь падая ниц. Больно… Очень сильно больно… Не могу пошевелиться. Не могу встать… Слышу, как уроды добегают до меня. Как перемежают ругань со смехом. В глазах двоится. В ушах гудит. Я могу разобрать только «сука»… Жду, что сейчас будет новая порция боли… Жмурюсь…

Вместо этого слышу совсем рядом визг тормозов. Хлопки автомобильных дверей… Люди выходят из машины. Не один человек, несколько… Кто-то все-таки решил мне помочь? Неужели… Чьи-то руки касаются моего плеча.

–Встать можешь?-спрашивает знакомый голос. Я поднимаю глаза и вижу Давида.

Порывисто вдыхаю воздух и закашливаюсь, как только что вытащенный из воды, едва не захлебнувшийся человек… Словно я все это время вот так же точно не дышала, отрезанная от кислорода. Резко порываюсь подняться и понимаю, что правая нога болит по-адски. Вскрикиваю.

–Обопрись о мое плечо. Быстрее в машину…– говорит он, помогая устроиться в салоне на переднем пассажирском сидении, а я отчаянно кручу головой, пытаясь выхватить Его силуэт. И выхватываю… Алан не один. Здесь не только его машина, с ним приехали еще два джипа людей. Он сейчас стоит ко мне спиной, и последнее, что я вижу, как его рука резко дергается и он наносит удар по лицу Кесаря, как на октагоне.

–Отвернись,– предупреждает Давид, видя, как болезненно я на это реагирую, – Успокойся и дыши глубоко. Ему это раз плюнуть. Считай до двухсот… Сама не заметишь, как мы вернемся. И машину закрой изнутри.

Показывает, какую кнопку нажать, чтобы заблокировать двери. Я всхлипываю, но делаю так, как он говорит.

Действительно, сто двадцать секунд- и я слышу характерный сигнал разблокировки двери. На водительское сидение плюхается Алан. Его кулаки в крови, губа разбита…

Он поворачивает голову ко мне и смотрит, не моргая. Его взгляд напряженный, но сейчас это напряжение направлено не в мою сторону, как это было с утра… Взгляд мужчины проходится по моей немного вспухшей от пощечины скуле и спускается на разорванную кофту. Хмурится.

–Ты как?-его голос немного сиплый, словно он заболел. Я киваю головой, прикрывая глаза, показывая, что все нормально, терпимо…

–Поехали отсюда,– заводя мотор и все три машины тут же стартуют…

Снова между нами тишина… Но накаленной атмосферы уже нет. Я плачу тихо, не могу уже сдерживать себя. И с каждой моей слезой уходит весь тот ужас, который я только что пережила. Накатывает дикая, сносящая разум усталость. На задворках сознания вдруг снова вспыхивает мысль о Снежане, которая отошла на второй план по-предательски на фоне страха перед болью и насилием…

–Они схватили мою подругу…-всхлипываю я…

–В курсе… Все хорошо с ней. Ничего они ей не сделали. Отпустили, как только ты в машину к нему села…

Молчу. Он тоже молчит.

–Я хотела позвонить… Кесарь начал угрожать, что убьет ее … Как ты узнал, где я?

Алан усмехается.

–Такие, как Кесарь, от желанного не отказываются… Я знал, что он так поступит… Поставил у твоего подъезда нарушку… -мрачно снова окидывает меня глазами,– извини, нас менты тормознули в километре… Я бы не допустил, чтобы он к тебе прикоснулся…

Я закусываю губу и опускаю глаза на его костяшки в крови…

–Надо обработать,– говорю тихо.

–Это пустяки… Кровь не моя.,– усмехается Алан, резко поворачивая…

–Куда мы едем…– вопрос непроизвольно рождается у меня в голове, когда я вижу, что он поворачивает в направлении центра, а мне нужно на юго-восток…

–А куда бы ты хотела?

–Мне нужно к подруге, узнать, как она….

–С ней все нормально. Набери, поговори- протягивает мне телефон. А я только сейчас понимаю, что моя сумка со всеми вещами осталась в машине у того урода. Какой ужас- там всё- кредитки, паспорт, ключи, телефон…

–Я без вещей осталась… Мне надо домой…

–Это не твой дом, Бэлла,– переводит на меня строгий взгляд, не сбавляя скорость,– тебе небезопасно там находиться, как ты уже имела возможность понять… Я бы и сегодня утром тебя туда не вернул, если бы не твоя упёртость… Да и это было нужно, чтобы Кесаря прищучить окончательно… А то он русского языка не понимает… Пришлось кулаками объяснять…

–Алан,– пытаюсь я придать голосу большую убедительность,– прости, я не хотела, чтобы ты в это влезал… Как я поняла, Кесарь-страшный человек…

–Кесарь-мудак, который только и может, что маленьких беззащитных девочек пугать… Мало в этом чести и достоинства… С ним нужные люди поговорили, не волнуйся… А я сверху дал по лещам. За один только этот цирк с ямой… Мудила, -зло ругается, -это ж надо, решил в братка поиграть, девяностые вспомнить… Ничего, облажался, хренов терминатор… -поворачивает ко мне лицо,– теперь он больше не проблема, Бэлла…

–Спасибо,– тихо отвечаю я, а потом добавляю. Сама не знаю, зачем,– Завтра же я улетаю за границу… Нечего мне здесь ловить…

–Паспорта у тебя нет с собой, забыла? В сумке у них оставила…– криво усмехается. Но не по-злому. Скорее просто иронично… Видя мою зажатость, выдыхает устало, – успокойся, Бэлла… Не съем я тебя… Мы едем на квартиру, где ты сможешь поесть и отоспаться… А завтра поговорим обо всем, договорились?

Я молча киваю…

–Подруге звонить будешь?

–Я не знаю ее телефона наизусть,– честно признаюсь я.

–Хорошо, тогда я заеду сегодня к ней, скажу, что все у тебя хорошо, И номер для тебя куплю новый с телефоном… Сейчас, только заселим тебя…

Квартира, куда меня привез Алан, находится в красивом сталинском доме. Желтые оштукатуренные и покрашенные стены фасада, белая лепнина. Мы заезжаем на огороженную забором территорию и я только сейчас понимаю, повернув голову направо, что дом расположен на набережной.

Поднимаемся на пятый этаж. Я прихрамываю, потому что не могу наступить на правую ушибленную ногу. Алан помогает мне, предоставляя свое плечо для опоры.

Лифт здесь старинный, с открывающейся наружу металлической ажурной дверью, но в идеальном состоянии. Видно, дом состоятельных людей. Простые здесь жить не могут…

Увидев мой немой вопрос, отвечает.

–Эту квартиру мне Давид снял, когда я в Москву только перебрался… Я пожил здесь немного и понял, что не моё это пространство, наверное, не мужская берлога. Но за нее заплачено на год вперед. Так что можешь жить, сколько влезет…

Я ничего пока не говорю. Опять поджимаю зубами нижнюю губу. Сил просто нет ни на что. Еле держусь на ногах…

Заходим в прохладу коридора, откуда тут же попадаем в просторную гостиную. Я невольно ахаю, потому что эркерные окна здесь выходят на Москва-реку… Это дико красиво… Это просто мечта… Никогда не думала, что попаду в квартиру вот с таким видом…

–Ремонт хороший, но уже немного устаревший,– выдает он мне, словно оправдываясь, а я невольно бросаю на него удивленный взгляд. Он серьезно? Нога не позволяет полноценно осмотреть жилье. Но даже то, что я вижу, говорит о том, что сюда вбуханы огромные деньги… Да, пусть совершенный каламбур с аксессуарами и текстилем, но разве это важно, когда такая сказочная планировка…

–Мне нужно в душ,– говорю я тихо, вспоминая, что все это время прикрываю тело его курткой, которую он во второй раз за сегодняшний день дал мне… Тело ощущается грязным… Как подумаю про руки этого мерзавца на себе, голова кружится…

Алан кивает.

–Помощь нужна?

Я вспыхиваю… Это звучит двусмысленно в данном контексте…

–Доковыляю…

–Один момент… Подожди… Сейчас полотенце дам.

Уходит в соседнюю комнату. Через минуту появляется из спальни с белым большим махровым облаком наперевес и футболкой.

–Можешь в это переодеться. Пока другой одежды нет. Завтра все организуем…

Я не хочу сейчас спорить с ним. Говорить, что вообще-то все мои вещи у Снежаны в квартире и мне все же нужно вернуться туда. Сил реально ни на что нет..

Уже в ванной собираю волосы в жгут, просовываю между прядей взятый для этого на консоли в коридоре карандаш. Всегда так делала, когда нет под рукой заколки. Долго стою под струями горячей воды. Вытравляю эти гадкие прикосновения к своей коже, смываю воспоминания… Долго-долго, до красноты кожи, натираю себя мылом и мочалкой.

Когда выхожу, наконец, из душа и обтираюсь, глаза падают на нижнее белье. Понимаю, что не могу сейчас его надевать… Просто не могу после того, как Кесарь тоже его лапал. Натягиваю на себя футболку Алана, которая достает мне почти до колен. Этот факт окончательно решает в пользу того, чтобы застирать трусики. Скоблю их мылом снова и снова, пока не убеждаюсь для себя, что достаточно. Выжимаю с силой и вешаю на батарею, прикрывая от лишних глаз своей разорванной толстовкой. За пару часов они должны высохнуть… Встану и надену как раз.

Когда выхожу из душа, в гостиной уже пахнет едой. Смотрю- на столе пицца.

–Подойдешь или помочь?-спрашивает он. Я вижу, что с его рук уже смыта кровь и под ней и правда почти нет ран. Зато губа все еще припухшая…

Я даже не предполагала, как голодна. Или просто это меня отпустило напряжение и теперь я заедаю стресс… Я ем, не парясь о том, что он обо мне нехорошо подумает… Что я обжора, например… Ничего страшного… Разве можно еще хуже… Моя репутация и так на нулевой отметке…

Когда Алан видит, как мои глаза слипаются от усталости, тихо произносит.

–Иди спать, Бэлла. В спальню. Белье там чистое. Раз в неделю здесь убирается женщина. Никто там не спал еще. Отдохни немного, а я съезжу к твоей подруге и заодно куплю тебе новый телефон и симку…

Я молча киваю, даже не удосуживаясь сказать ему «спасибо», потому что усталость слишком сильная… Не помню, как добираюсь до постели… Не помню, как сразу проваливаюсь в сон…

Алан

Cука… Зачем я только зашел в ванную перед выходом… Итак еще в машине башку снесло от ее запаха, вмиг наполнившего меня диким, скручивающим внутренности желанием вгрызаться в нее, погружаться в ее естество, трахать на всех горизонтальных и вертикальных поверхностях…

Да, наверное, я изначально был не прав, что подошел к батарее и взял ее разорванную кофту.. Да, черт возьми, да… Я хотел втянуть ее аромат, внюхаться… Попробовать ее хотя бы так… Эта женщина напрочь лишала меня каких-либо тормозов… С ней включались только инстинкты самца… Не было здесь места ни разуму, ни логике… Когда на пол из-под кофты упали ее мокрые трусики, я громко выругался матом…

Взял их в руки. Прислонил к лицу… Несмотря на мыльную отдушину, они все еще отдаленно пахли ею. Из моей глотки вырвался болезненный стон, обдирающий гланды… Я закрыл глаза и снова внюхался, как собака-ищейка… Это означает, что она сейчас лежит в моей постели, в моей футболке, а под ней ничего… Еще раз повторил про себя эту мысль, зацикливаясь на каждом слове… Член не просто стоял колом. Он в буквальном смысле дымился. Налей сейчас на него воды-зашипит…

Бэлла… Бэлла… Пробовал ее имя на вкус и понимал, как оно прекрасно. Как его хозяйка… Что мне теперь делать? Я ведь не отпущу ее… Она ведь еще не понимает, что уже моя… Может и догадывается, но до конца не понимает… Есть черта, за которую женщинам переступать нельзя… Для них это уже не соблазнение и не провокация. Это неизбежность… Поэтому не надо удивляться, когда мы, мужики, уже не можем остановиться… Когда назад пути нет… Потом начинаются эти истории в пользу бедных- «взял насильно, против воли, я не хотела»… Все это уже не имеет значения- просто слова… Механизм обратного отсчета запущен… Бэлла не делала ровным счетом ничего, чтобы меня соблазнить… Но ее «красная черта» в отношении меня была уже пройдена… В самый первый день… В самую первую секунду, как наши взгляды пересеклись… Все, что было после- это условности… Итог этой истории был предопределен изначально- она моя. Она принадлежит мне. И мне плевать на всех остальных и на всё остальное… Глобально даже на ее мнение наплевать… Эгоистично, но честно…

Я ехал по ночному городу, говоря сам с собой, проигрывая те или иные сценарии, усмехаясь под нос, прокручивая мой будущий с ней разговор… Сладкая… Беззащитная… Робкая… Соблазнительная… Сколько красок в ней было одновременно, сколько эмоций… Сколько промилле… Наверное, останови меня сейчас мент и заставь дыхнуть в трубку, показатели бы зашкалили, хоть я не брал в рот ни глотка алкоголя уже больше двух месяцев, как началась интенсивная подготовка к соревнованиям… Я был пьяный ею.. Потом это чувство плотно войдет в мою жизнь… А сейчас я только начинал к нему привыкать…

Разговор со Снежаной получился лаконичным, но емким. Взрослая женщина, мудрая, проницательная.

Сказал, как есть. Что Бэлле пока безопаснее будет пожить под моей опекой, а там посмотрим… Что и за самой Снежаной приставлю людей приглядеть. Она артачилась, конечно, но я настоял. Хотя бы на первое время. Кесарь понял, с кем имеет дело, почти на сто процентов соваться сюда больше не будет, но перебдеть не помешает…

Снежана мне больше ничего не сказала, но смотрела на меня очень внимательно, изучала… Просила передать Бэлле вещи на первое время.

Я ничего не взял. Не хотел тащить эти тряпки из ее прошлой жизни, в которых она могла задницей вилять перед своими мемберами… А еще мне до боли в яйцах нравилось, что она вот такая голая и беззащитная в моей квартире… В моей футболке, без трусиков… Пусть этот кайф продлится хотя бы какое-то время… Хотя бы до тех пор, пока я ее не…

Усмехнулся сам себе под нос. Заехал в магазин сотовой связи, купил ей новый айфон, мне тут же заправили симку… Ну вот, теперь у нее номер, который знаю только я… Чертовски приятное чувство…

Пальцы закололо, как только я подумал, что все дела сделаны и нужно возвращаться в квартиру… Я бы мог приехать и утром, но вроде как обещал разобраться с мобильником и Снежаной как можно раньше. Она же волновалась… А вообще враки это все с моей стороны… Меня просто тянуло туда, к ней, как магнитом…

Помню, как зашел к погруженную в ночной мрак квартиру. Постарался как можно тише положить на консоль у входа ключи, и все равно они громко звякнули, ударившись о лощеный гранитный камень. Даже не снимая обуви прямиком прошел в спальню, словно скорее хотел проверить, не испарилась ли она, не ускользнула ли от меня…

Она не спит. Сидит на кровати, поджав ноги. Смотрит испуганно мне в глаза, стоило нашим взглядам пересечься… Ждем- и она, и я…

–Что не спишь?

–Выспалась…

–Снежана в курсе, где ты будешь… Ее телефон в твоем новом мобильнике- показываю ей сверток и кладу на стол. Сам сажусь рядом на кровать. Сцена могла бы быть неловкой, если бы не возбуждение, которое било по вискам так сильно, что я сам не слышал своего голоса…

–Как нога? Дай посмотрю…-спрашиваю ее…

Бэлла неуверенно вытягивает ноги, так, чтобы максимально себя прикрыть. Я вижу ее тонкие косточки, вижу лощеную белую кожу, светящуюся в темноте от света фонарей на улицу. И мне уже хочется рычать.

Касаюсь ее ноги- оба вздрагиваем.

Веду от ступни выше, к коленке, прощупываю второй рукой мышцу…

–Все нормально. Просто ушиб… Растяжения нет… Пару дней покоя- и все придет в норму,– я знаю, о чем я говорю. Если ты хороший борец, тебе надо знать человеческую анатомию. Без этого по-любому рано или поздно сильно налажаешь…

Она сглатывает и я вижу, как ее кожа покрывается мелкими мурашками.

Поднимаю глаза к ее лицу, а рука тем временем медленно ползет вверх по бедру. Я начинаю немного задирать футболку и теперь стону в голос, когда мне открывается ее красивая киска… В комнате темно, но я все равно вижу, как она аккуратна и как я хочу туда… Бэлла без эпиляции. Я чувствую небольшие волосы, когда аккуратно провожу по ее лобку, а потом мой палец ныряет внутрь, в теплоту, цепляя клитор, и она дергается…

–Алан…– говорит тихо, но не сопротивляется…

В ней горячо и влажно… Очень влажно…

–Это то, о чем я думаю?-спрашиваю ее осипшим голосом, задыхаясь от желания.

Она мычит что-то нечленораздельное. А мне только это и нужно… Молодец, девочка, давай, теряй дар речи… Отключай мозг… Сегодня нет места для мыслей…

За секунду, одним быстрым броском, оказываюсь сверху на ней. Ее ноги разведены, я прижимаюсь к ее промежности пахом, чувствуя даже через ткань, как там горячо… На мне все еще джинсы- и бляшка ремня, должно быть, царапает ее плоть…

Глажу ее скулу. Выхватываю из волос карандаш, делая, так, чтобы они каскадом рассыпались по плечам.

–Ты понимаешь, как я сейчас тебя хочу? Как я все эти месяцы тебя хочу, ведьма?-спрашивая, приближаю свои губы так близко к ней, что наши дыхания смешиваются…

Я бы без промедления накрыл ее пухлый ротик и высосал бы из него всю сладость, но сдерживаю себя. Растягиваю удовольствие. Мне важно, чтобы они признала меня… Чтобы сама добровольно пусть пока и не словами, но телом сказала, что моя… Что я ее хозяин.

–Да или нет, Бэлла? Одно слово…-шепчу я, понимая для себя, что даже если она скажет десять раз нет, меня уже ничто не остановит… Всё… Конец… Я даю этот псевдовыбор только лишь для того, чтобы пощекотать себе и ей нервы, потомить своего самца еще больше, чтобы жар обладания был еще сильнее…

Она не отвечает, но делает то, что намного важнее и красноречивее… Робко протягивает руку и опускает ее мне на плечо, а потом сама придвигается к моим губам и целует нежно туда, куда мне сегодня заехал мудак Кесарь во время драки.

Не проходит и секунды, как я с животным рыком отвечаю ей, накидываясь на ее губы, как одержимый…

А дальше начинается наше сумасшествие…