Глава 29
Бэлла
С той сумасшедшей ночи прошла почти неделя. И это была самая счастливая неделя в моей жизни. Алан был со мной. Мы наслаждались друг другом каждую секунду, были словно единым целым. Он возил меня на занятия и встречал, а после мы ехали куда-нибудь гулять. Не по этим тошновторным кафешками и ресторанам, а на природу- любоваться Москва-Рекой, парками, тихими скверами или монументальными строениями архитектуры… Иногда устраивали вечерние пикники. Я загодя готовила провиант- а он его к вечеру привозил, когда забирал с занятий.
Мне не хотелось видеть никого, не хотелось никуда лезть- что-то смотреть, подглядывать, выискивать, чем я занималась в последнее время с маниакальной регулярностью, будучи раздираемая ревностью. Вмиг мне не нужно было что-то кому-то доказывать… Я просто любила… и знала, что любима. Вот такое идеальное уравнение…
О том, что ему нужно на пару суток отъехать, я узнала накануне.
Той ночью мы снова безудержно занимались любовью, а под утро он сообщил, что ненадолго оставит меня, зато потом, мол, мы съездим в одно удивительное место.
Хорошо помню то наше утро.
Я была на кухне. Он подошел сзади и резко задрал футболку, заставив меня съежиться от дуновения воздуха на оголенной коже.
–Пиздец мне крышу сносит, когда ты на кухне в моей футболке, без белья и что-то готовишь…-поцеловал в затылок.
Я в таком виде стала его личным фетишом. И плевать было на то, что я накупила себе целые полки этих вызывающих, сексуальных нарядов в стиле неглиже. Ему хватало пары минут, чтобы рассмотреть меня в них, тут же все это яростно содрать с меня и оставить в чем мать родила с красноречивым продолжением. Зато с утра я неизменно должна была быть именно в таком виде, как в первый день нашей близости- футболка с его плеча, пахнущая им… И ничего больше.
Накрыла на стол. Поставила салат, нарезку сыров, свежевыжатый сок, как он любил, пышный омлет прямо в сковородке на подставку из ротанга, чтобы не испортить стол.
–Красивая посуда,– сказал, рассматривая новые тарелки из глины с приятным, в цвет стен и кухонного гарнитура бледно-лазурным, акварельным принтом.
Я улыбнулась, присаживаясь рядом и невольно всхлипывая от соприкосновения чувствительной кожи с деревом. О том, что между ног тоже саднило, не думала…
–Вкусно,– говорит, отщипывая щедрый кусок омлета и отправляя его в рот,– Тебе нравится эта квартира? Здесь стало очень уютно с твоим появлением…
Я молча кивнула, а внутри просто пела от триумфа… Уютно… Да, милый… Я сделаю для тебя все и даже больше… Ты так мне нужен…
– Я договорился с хозяевами,– говорит, отпивая щедрый глоток сока.
–Зачем?-спрашиваю робко. Действительно, не понимаю… он что, хочет ее отдать? Внутри вмиг расцветает диким буйством всех красок на свете паника…
–Хочу купить эту квартиру и оформить на тебя…
Мое сердце замирает… Наверное, я должна радоваться… Скажи мне полгода назад, что у меня в собственности окажется трехкомнатная квартира с классным ремонтом в центре Москвы, не поверила бы… А сейчас… Сейчас что-то не то… Не так… Он оформляет ее на меня… Не на нас… Для него это не наше семейное гнездышко… Это его щедрый подарок мне, за то, что «уютно сделала»… В квартире и внутри себя… Становится гадко… Хочется выхватить из его рук этот долбанный сок, от выжимания которого до сих пор щиплет вчерашний свежесделанный маникюр, но я сдерживаю себя…
Алан, наверное, считывает какую- то странную реакцию.
–Иди сюда…-откладывает приборы и хлопает по коленкам.
Я молча делаю так, как он говорит. Сажусь на него сверху, разведя ноги и только сейчас вспоминая, что на мне все еще нет трусиков… Он ведь не разрешил… Я открыта перед ним… Душой и телом…
Соединяет наши руки, на которых красуются кольца. Нежно целует в губы.
– Ты помнишь, что я тебе говорил в ту ночь, когда одел на тебя кольцо?-спрашивает, нежно гладя по лицу тыльной стороной ладони.
–Помню…– выдыхаю в губы…
Когда он рядом, когда вот так меня держит, весь мир летит к чертям… Я невольно подаюсь к нему навстречу, потому что уже возбуждена, уже хочу его опять…
Он видит это и тихо, еле слышно, чертыхается… Он тоже возбужден. Я чувствую это через его спортивные штаны…
– Малютка… Моя Бэлла…
Я облизываю его ухо.
–У меня между бедер кожа воспаленная… Твоя щетина зацарапала…
Он усмехается, вспоминая о том, что опять было вчера ночью. Что делал со мной его наглый язык…
–Что я могу поделать, если ты такая вкусная…
Мы смеемся… Его искренний, счастливый смех, который сменился серьезным, сосредоточенным лицом, стоило ему только снова войти в меня, будет еще долго звенеть у меня в ушах, мерещиться… Сниться по ночам…
Я собрала немного его вещей, которые были, но оставила пару футболок с пятнами, которые обещала вывести сама, так как в химчистке могут испортить.
Проводила Алана, поцеловав в губы. Сказала, что умру в ожидании, на что он так искренне улыбнулся… Закрыла дверь и пошла рисовать. Эти дни я, конечно же, не выходила к Роберту на кофе. Он, наверное, и так все понял, потому что его я тоже не видела… Или мы просто не пересекались… Я слишком была увлечена Аланом.
Помню, как позвонили в дверь… Хорошо помню. Потому что с того самого момента все было, словно в замедленной съемке…
Я посмотрела в дверной глазок и увидела Давида. Открыла сразу, не подумав. Выглядел он очень плохо. Сине-желтый, заплывший глаз, разбитая, воспаленная губа.
–Что случилось?-спросила я ошарашенно.
Он прошел внутрь, не дожидаясь приглашения и н здороваясь, я сразу учуяла исходящий от него запах алкоголя.
–Здесь все воняет им,– сказал он, принюхиваясь, как собака и оглядываясь по сторонам.
Повернулся ко мне и оскалился… Стало страшно, не по себе…
–С тобой все в порядке, Дав?-спросила я озабоченно. Здесь и сейчас привычно спокойный, молчаливый Давид производил совсем иное впечатление.
–Все ли со мной в порядке? Ни хрена со мной не в порядке, Бэлла!-резко ответил он, внезапно наступая.
От неожиданности я споткнулась, но смогла остаться на ногах, только больно ударила мизинец.
Он подошел близко, словно бы замахнулся, а потом с силой сжал пальцы в кулак, отступая. Я взвизгнула, закрыв лицо руками.
–Только ты, Бэлла…. Ты перед глазами… Не могу ничего поделать с собой…
Я судорожно начинаю искать пути отступления, пытаюсь вспомнить, где мой телефон… Стена через пару шагов оказывается союзником Давида… Он с легкостью припечатывает меня к ней, обдавая алкогольным амбре. К своему ужасу я чувствую, как в мою ногу впивается его эрекция….
–Дрянь… Дряяяянь… Проклятиее….-он словно воет. Это выглядит страшно, пугающе…– А я люблю тебя, Бэлла… Как же я тебя люблю…– дышит мне в шею, теперь испуская такие страшные, пугающие стоны, что внутри все переворачивается. Я пытаюсь его оттолкнуть, но завхат слишком сильный.
Руки Давида начинают хаотично гулять по моему телу, он больно сжимает грудь, опускается на бедра и пытается задрать подол платья, хоть я отчаянно и сопротивляюсь.
–Люблю…– снова хрипит, пытаясь найти мои губы. На каком-то этапе ему это удается, но я с силой прикусываю его- у него рана, поэтому он отстраняется, шипя.
–Чем он лучше, а? Что считает тебя своим хобби? Игрушкой? Ты для него никто! Он не оставил ее! И не оставит! А я!!! Я ради тебя готов забыть, кто ты! Все простить тебе готов!
Его слова, как плети… Что он такое несет?! Что он мне прощать собирается? А про Алана он врет! Конечно же, он врет! У меня на пальце обручальное кольцо! Он со мной!
–Пусти! Немедленно пусти! Я буду громко кричать! По-хорошему прошу- уходи!
Он лишь усмехается. Отступает, чтобы вытащить из кармана телефон. Быстро вводит код на дисплее, протягивает мне.
–Возьми, листай…
Я делаю, что он говорит. Фото перед глазами расплываются в смазанную картинку. Я вижу их улыбающимися в стенах ЗАГСа на фоне красивого гобелена. Она в лаконичном белом платье. Он- в костюме. Следующее фото- свидетельство о браке крупным планом.
Нет, нет… Как же… Этого быть не может… Только утром… Он ведь улыбался мне и признавался в любви только этим утром… Мы ведь… Я до сих пор ощущаю его запах на себе…
Отшвыриваю телефон в сторону, не веря своим глазам…
–Нет, нет… Не может быть… Это же… Это же неправда…
–Он сегодня женился, Бэлла… Расписался в Грибоедовском ЗАГСе, как все мажоры любят. Праздничное торжество через какое-то время устроят, у Милены ведь все еще траур по отцу. А пока только ЗАГС…
Меня словно контузили… Плохо. Больно… Нестерпимо больно… Вот эта боль уже на порядок сильнее, чем все остальное, что я испытывала раньше… Меня шатает. Тело словно бы выворачивает наизнанку…
Руки Давида снова на моем теле. Но до меня это доходит не сразу…
–Отомсти ему, Бэлла… Отдайся мне… Тебе понравится. Пусть ему тоже станет больно… А я… Я прощаю тебе всё… Сестре твоей не простил, а тебе прощу… Потому что тебя мне Бог послал вместо Нее, моей сестренки-ангела… Ты хорошая, добрая, чистая… Даже он не смог тебя запятнать… У тебя Ее душа, душа моей Маринки…
Я смотрю на Давида, как на умалишенного. Что он сейчас такое несёт? Какая сестрёнка? И правда, с катушек съехал. Он и правда выглядит сейчас страшно. Капилляры на глазах лопнули… Ноздри раздуваются. Изо рта брызжет слюна…
Сама не понимаю, как в два счета оказываюсь на лестничной клетке. Со всей силы захлопываю дверь так, что эхо прокатывается по всему пролету… Он теперь заперт внутри… А я босиком… Плевать… Не помню себя.
Несусь вниз, подальше отсюда… Навстречу ветру, навстречу воздуху.
Ноги сами ведут меня к мосту. Перед глазами их счастливое фото… Свежее, сегодняшнее фото…
Грудь сдавливает… Это чувство подобно пытке… Вот бы избавиться от него, вот бы вырваться из этой телесной оболочки, приносящей мне столько мучений…
Я каким-то образом оказываюсь стоящей на перилах. Передо мной черная неспокойная гладь Москва-реки. И я думаю сейчас об Айзе… Вот так же точно она, возможно, стояла перед лицом дикой, необузданной массы воды… Вот так же точно она сделала один-единственный шаг вперед и… Там, по ту сторону, эта боль закончится…
–Бэлла,-слышу сбоку знакомый голос с акцентом, словно бы звучащий из прошлой жизни,– ты что здесь делаешь?
Поднимаю глаза и вижу Роберта. Слезы сами брызгают из глаз в этот момент.
–Прогуливаюсь…-почему-то говорю я, хотя шутить совершенно не хочется… Но и желания, чтобы он понимал, как мне сейчас, тоже нет… Это мое горе… Это моя беда…
В два счета он оказывается рядом со мной, так же стоящим на периллах…
–А я вот ехал с работы… Увидел красивую девушку на мосту. Остановился, чтобы познакомиться- а это ты, оказывается… Давай что ли вместе прогуливаться тогда…
Я молчу… Зачем он здесь? Почему не дает мне шанса завершить то, что я уже начала, что было логичным и понятным в моей ситуации…
–Знаешь легенду о Царе Соломоне, Бэлла?-продолжает Роберт, каким-то макаром исхищряясь и хватая меня. Теперь мы стоим, держась за руки, как романтичная парочка…-Известный в свое время ювелир изготовил Царю Соломону кольцо с надписью «Все пройдет». Всякий раз, впадая в ярость или уныние, мудрый правитель смотрел на свой перстень и усмирял эмоции… А потом влюбился в прекрасную Суламифь… Прошло какое-то время- и счастью возлюбленных пришел конец- прекрасную избранницу царя убили. Он был безутешен. Настолько, что горе заполонило его разум. Посмотрел на надпись- и только еще сильнее впал в уныние. Впервые в жизни она не помогла ему, а лишь сильнее ввергла в страдания… Со всей силы швырнул тогда Соломон кольцо о стену, в результате чего камень на нем отлетел. Когда Царь поднял оставшееся от кольца, он увидел, что на том месте, где раньше был камень, оказалась спрятанной еще одна надпись – «И это тоже пройдет»… Отпустит, Бэлла… Верь мне… Я тоже это все проходил…
Его рука сильнее сжимается на моей руке… Мои слезы не останавливаются…
–Сегодня вечером мой самолет… Я закончил свои дела. Возвращаюсь домой. Летишь со мной?
Я ошарашенно поднимаю на него глаза… О чем он?
–О паспорте не волнуйся… Я все решу… Тебя не найдут, если ты сама не захочешь этого… Начнешь новую жизнь… Это ни к чему тебя не обязывает… Я не… Просто мне важно тебе помочь…
Он протянул мне вторую руку… И я сама не поняла, как сделала то же самое. Наши глаза пересеклись- и я нашла в его взгляде столько заботы и теплоты, что больше не могла думать ни о чем… Сил не было… Было только одно желание- чтобы меня обняли, прижали к груди и утешили… Чтобы эта агония хотя бы ненадолго затухла… Мне не было важно, куда он меня повезет. Да что уж говорить, даже если бы он оказался маньяком или убийцей, мне бы тоже это не было важно… Сейчас любое развитие событий было лучше, чем тот ад, что я оставляла здесь, позади…
***
Самолет готовится к взлету. Стюардессы активно снуют по салону, трап уже отсоединили, под самолетом что-то делают технические сотрудники, обслуживающие авиатранспорт.
Чувствую на плечах его руки. Они накрывают заботливо пледом. Я с коротким рукавом, только сейчас замечаю, как по коже бегут мурашки- то ли от холода, то ли от осознания, пока еще не до конца, что я делаю…
Старшая бортпроводница обращается к пассажирам и начинает инструктаж. На глаза снова наворачиваются слезы, но я их смаргиваю. Сморкаюсь, отвернувшись к окну-внутри снова щемящая боль. Самолет начинает движение к взлетно-посадочной полосе. И я зачем-то в последний раз бросаю взгляд на горящий яркими огнями аэропорт этого сумасшедшего, активного города семи холмов, никогда не спящего, столько всего дающего и столько всего забирающего… Здесь так легко найти себя и так легко потерять… Здесь все слишком, все через край- красота и доступность женщин, богатство и наглость мужчин… Я закрываю глаза и вспоминаю, как мое кольцо, одетое им, поглотили черные воды Москва-реки… Как я выкинула в водную бездну последнее оставшееся при мне от той жизни, которую Он мне уготовил… От нашей любви… Я пришла в его квартиру почти босиком, в одной рваной кофте… По сути, такой же и ушла… Пусть будет так… Так и было суждено изначально, наверное…
–Все нормально?-слышу участливый заботливый голос Роберта, вырывающий меня из собственных мыслей,– бортпроводница спрашивает, будешь шампанское или сок?
Я отказываюсь от всего и снова зачем-то смотрю и смотрю на удаляющийся в иллюминаторе аэропорт. Он, наконец, совсем скрывается из виду. Мы развернулись и теперь перед нами только лесополоса и другие самолеты. А я вдруг узнаю через аллею деревьев другой терминал- тот самый, где стоят только частные самолеты… Откуда мы тогда улетали с Ним в Амстердам… Снова внутри все скручивает… Снова в легких воздуха не хватает.
Лайнер останавливается. Гаснет свет. Минута- и самолет резко стартует… Мы разгоняемся и набираем скорость… И вот, мы в воздухе… Москва внизу… Москва в прошлом… Прощай… Прощай Алан…
Конец первой части
Дорогие мои!
Если вы дочитали эти строки, значит, история вас чем-то зацепила. Для меня она была изначально очень непростой, но очень искренней… Она во многом основана на реальных событиях, как я уже писала и говорила читателям не раз. Конечно, в жизни больше прозы, зато меньше драмы… Забегая вперед, скажу сразу что в жизни все закончилось именно так. Бэлла и Алан разошлись, как в море корабли, ибо она не приняла его новый статус, а он не смог дать ей большее, но… Я все-таки решила подарить героям второй шанс- сквозь года снова оказаться рядом и понять, а была ли любовь вообще… Кто был прав… Возможно ли все отыграть назад… Вторая книга начнет публиковаться совсем скоро- и мы снова встретимся с любимыми героями. Не пропадайте и следите за моими обновлениями, подписываясь на мои странички на литературных платформах и в соцсетях!
Очень жду ваших отзывов и оценок!
Ваша Иман Кальби!