50

Настойчивый стук отозвался болезненными ударами в голове, и я недовольно разомкнула веки. Кто-то стучал в дверь моей комнаты. Я села на кровати, потирая слипающиеся глаза, недовольно озираясь. В этом не было особого смысла, так как вокруг царила абсолютная темнота. Но, всё же, было понятно: Рэна тут нет.

Я закуталась в плед, поднялась и зажгла магические светильники. У меня было всего три предположения, кто мог так беспардонно ломиться ко мне среди ночи, и одно из них оказалось правдивым.

Это был Ольгерд. Он замер с поднесённой для стука рукой, когда я открыла дверь и смерила его уничижительным взглядом.

— Подожди! — он тут же вставил ногу в дверной проём, предвидя, что я захочу закрыть дверь, едва только увижу его. — Айна, давай поговорим.

— Ты серьёзно? — спокойно спросила я. У меня даже сил на возмущение не было. — Ольгерд, я тебя прошу. Просто. Прошу. Оставь. Меня. В покое.

— Ты просишь невозможного, — качнул головой он. — Прости, что сегодня так получилось. Прости, что обвинил тебя, но я сказал правду. Ты хотела спасти себя, заложив меня.

— Я сделала бы это ещё раз, — я храбрилась из последних сил. Усталость разве только не отнимала возможность говорить.

— Что мне сделать? — я просто не узнавала Ольгерда. — Как поменять твоё отношение ко мне? Скажи, я выполню то, что ты скажешь.

— Верни меня на Землю. Я хочу домой.

— Кроме этого, — тут же съехал он. — Ты же понимаешь, что ты нужна мне? Я больше не вижу других женщин, Айна. Я не смогу без тебя.

— Очень жаль. Я этого не хотела. Но знаешь что? Вот я без тебя прекрасно смогу. Забуду всё это, как страшный сон, в котором каждый хочет меня использовать…

— Я войду? — куда только подевался самоуверенный вершитель судеб. Раньше он не спрашивал моего разрешения.

— Мне всё равно, — я отошла, пропуская его. Ольгерд дёрнулся от моих слов, словно от пощёчины.

— Нет уж, лучше ненавидь меня, — он одним движением развернул стул и сел напротив меня. Я сгорбилась на своей кровати.

— Не волнуйся, мне это не сложно, — я не могла заставить себя посмотреть ему в глаза. — Во всём виноват ты, Ольгерд. Приволок меня в этот мир, как собачонку, чтобы поиграться. Теперь я понимаю, что это из-за того, что я дочь едва ли не главного мага в Каллахаре, но… Что тебе это даст?

— Уже ничего, — Ольгерд развёл руками. — Мы с тобой были близки ещё на Земле. Как думаешь, что мне дала эта близость, кроме сужения моего мира до единственной женщины?

— Откуда мне знать? — устало отбивалась я. — Зачем-то ведь ты это сделал? Не верю, что из-за поедающих тебя глубоких чувств ко мне.

— Ты неправа, — он выпрямился. — В общем, как раз из-за них.

Я просто молча хлопала глазами, медленно осознавая его слова. Ольгерд мне в любви признался?

— Я должен был выменять у Прилия компромат на Лорд-Правителя, — продолжал он, буравя меня взглядом. Я обратила внимание, что его щёки, и без того худые, впали ещё больше. Он вообще выглядел каким-то измученным и переутомлённым. — Получить от него компромат в обмен на тебя.

— И почему же ты этого не сделал? — вопреки своей воле, я начала задавать ему вопросы. Он же сейчас заболтает меня до постели! Нужно срочно его выпроваживать, пока до этого не дошло.

— Потому, что тогда он забрал бы тебя к себе, — последовал ответ, на который я не совсем рассчитывала. — Забрал бы, а там, глядишь, ты нажаловалась бы на меня папочке… Я мог больше тебя не увидеть.

— И всё? — недоверчиво переспросила. — Не увидеть меня? Из-за этого ты не получил то, ради чего всё это затеял? Подожди… Компромат на Лорд-Правителя? — мой мозг едва не взорвался. — Ты хочешь его свергнуть?

Тело покрыли мурашки ужаса. Ольгерд творит государственный переворот на глазах у всех, и никто не может ему ничего сделать! Внезапно он набрал сотню очков привлекательности в моих глазах.

— Почему свергнуть? — супруг поджал губы. — Всего лишь выменять должность на его внебрачную дочь, подкрепив свои позиции компроматом. Как видишь, что-то пошло не так… Компромат я так и не получил, а Карина сбежала.

— Значит, она и вправду… — я не договорила. «Она и вправду наследница Каллахары». Господи…

— У Лорд-Правителя и Канонессы до сих пор нет детей, — продолжал Ольгерд. — И ты уже должна понять, почему.

— Он зависим, — прошептала я. — От какой-то землянки…

— Верно. Карина — его единственная дочь. Она была моей козырной картой. Без неё выше Ариконта мне не взобраться.

— Вот ты интриган! — вопреки воле восхитилась я. — Жук!

— Если честно, интриган из меня так себе, — ответил Ольгерд, поднимаясь. — Проиграть за шаг до победы из-за страха потерять любимую… Как думаешь, расскажи я об этом кому-нибудь, сколько человек меня засмеяли бы?

— Все, — честно ответила я. — А почему ты рассказал мне? Не боишься, что солью инфу Рэну?

— Не боюсь, — усмехнулся Ольгерд, подходя ближе. — Потому, что, прежде всего, этим ты навредишь ему самому. Он слишком невысокого звания, чтобы со мной тягаться. Но достаточно амбициозен, чтобы попробовать это сделать. Расскажи ему, и ты сама затянешь петлю на его шее.

Мы помолчали несколько мгновений, но его взгляд потом мне снился несколько ночей подряд. Полный сдерживаемого вожделения, но вместе в ним — нежности и абсолютного счастья. Ольгерд подошёл вплотную и запечатлел поцелуй на моём лбу.

— Прости, что разбудил. Отдыхай, Айна.