Глава 8

Первые заморозки наступили внезапно. Ещё вчера светило солнце, а сегодня трава уже покрылась тонким слоем льда. Я стояла возле сарая, закутавшись в тёплую шаль, и выбирала.

– Ваша милость, Ваську только, Ваську мою не надо под нож, – скулили рядом.

– Да угомонись ты! Никто твою корову не тронет, – рявкнула я раздраженно и более спокойно обратилась к Никифору: – Ты что скажешь?

– Зорьку оставьте, – подумав, принялся рассказывать конюх, который переквалифицировался в скотника. – Молока она много даёт. А вот Фроська вредная, бодается. Да и молоко жиденькое, Мария жаловалась.

– Фроська? – переспросила я, улыбаясь и вспомнив Фросинью. – Что же, помечай Фроську и, наверное, вот этого бычка давай.

– Хороший бычок, молоденький, – кивнул Никифор. – А поросяток-то? Поросяток?

– Никифор, ну ты уж сам как-нибудь с поросятками-то, – рассмеялась я. – Птицу уже по факту резать будем.

Теперь осталось подождать, когда забьют и разделают, но до этого… До этого мужики соорудят кустарную коптильню, и мы наконец попробуем закоптить мясо. В холодном погребе копчёности будут храниться долго, но всё же следует найти место вне замка, где мясо будет оставаться замороженным.

Оставив мужчин заниматься своей работой, я отправилась к себе. Было у меня одно дело…

Со швеёй я познакомилась, женщина оказалось неплохой и довольно хорошей мастерицей. Было принято решение не устраивать мастерскую в замке, а отдавать заказы Вакуле. А она, как всё будет готово, пришлёт нам в замок готовую одежду.

Вакула мерки сняла в свой прошлый приезд, осталось только прислать ей, что именно я хочу. А хотела я немного… По паре комплектов для домашней носки и зимний комплект.

– Ваша милость, к вам гонец от Лестеров, – оповестил Борс, заходя в кабинет после предварительного стука.

– Впусти, – кивнула я удивлённо. Что понадобилось Лестерам от меня?

Развернув письмо, быстро пробежалась по строчкам. Всё сводилось к тому, что баронесса хочет наведаться в гости. Гости… Что же, пусть приезжает. Благо ехать не так уж далеко, к вечеру будет. На всякий случай прикажу прибрать гостевые покои, вдруг Оливия решит остаться на ночь. Это, кстати, совершенно нормально между лордами.

Ответив, что буду рада её видеть, я отдала письмо гонцу и убежала раздавать указания. Во-первых, мне нужен ужин. Хороший ужин, простенький суп не подойдёт. Во-вторых, необходимо подготовить покои, основательно их протопив.

Я поднялась наверх и заглянула к Юльке.

– Милая, сегодня к нам прибудут гости, баронесса Лестер. Подготовься к её приезду, пожалуйста, – попросила я, улыбнувшись.

Тея занималась вышивкой, пока Юлька изучала очередной учебник.

– Хорошо, мама, – степенно отозвалась девочка, откладывая книгу и поднимаясь с кровати.

Что это она? Ручки сложены, голова чуть опущена… Я кинула взгляд на книгу и усмехнулась. Этикет, значит… Что же, это тоже необходимо, но только с поправками. Надо будет посмотреть учебник и внести свои правки, а то так и будет покорной овечкой, что нам совсем не надо.

– Надо говорить, как одеться? – уточнила я.

– Платье из голубого атласа с белым кружевом. Комплект украшений с топазами из белого золота, – бодро отчиталась девочка.

– Прекрасно, – кивнула я. – Готовься. Тея, тоже переодень платье. Нужно более нарядное,ты будешь прислуживать госпоже за столом.

– За столом? Я? – Тея побледнела, но я и не подумала поменять своё решение. Нет уж, раз согласилась быть личной горничной, так будь ею до конца.

– Какие-то проблемы? – уточнила, явно давая понять, что не потерплю отказа.

– Нет, миледи, – прошептала девушка, опуская голову.

– Отлично. Вас позовут, когда надо будет идти встречать гостей.

Я тоже переоделась, сменив домашнее простенькое платье на более нарядное.

Меня не волновало, понравится ли баронессе, как я её приму. Больше интересно, зачем она едет. Просто поболтать? Не-е-ет, у Оливии нет времени на пустую болтовню. Значит, едет что-то предложить, что-то обсудить. И причина эта не давала мне покоя до самого приезда баронессы Лестер.

Спустя четыре часа я стояла на крыльце, встречая гостью, которая прибыла не она, а с Джастином, своим сыном. Шестнадцатилетний подросток старался выглядеть и действовать как взрослый. Оттого и чуть надменный взгляд, и немного подрагивающие от волнения пальцы. И голос, который периодически срывается на писк. Тоже от волнения.

Я познакомилась с Джастином и повернулась, чтобы представить Юльку, как аж запнулась от удивления. Юлька вовсю строили глазки юному барону, мягко и скромно при этом улыбаясь.

Во дела! Я мельком глянула на Оливию, но та лишь улыбнулась. Дети…

– Юлианна, покажи Джастину наш сад, – попросила я девочку. Мне надо было остаться с Оливией наедине.

– Что привело вас ко мне? – поинтересовалась я, когда дети ушли, а мы наконец прошли в дом.

– Новость, – вздохнула баронесса, отставляя кружку с чаем. – Вы же знаете, у Демьяна множество друзей, есть друзья и из Ставроса.

– Ну же, не тяните, – подбодрила Оливию, сгорая от нетерпения.

– Скоро прибудет новый барон Бафорт. Так что теперь у нас есть сосед.

– Почему эта новость плохая? – нахмурилась я, чуя подвох.

– Ходят слухи, что барон едет именно к вам, Александра. Он намерен жениться и получить ваше баронство тоже.

– Год ещё не прошёл, – нахмурилась я. – Я в трауре, так что о браке не может быть и речи, церковь не допустит.

– Ох, ну что вы, – скривилась Оливия. – Речь совершенно не о вас. Барон, ровесник моего мужа, любит жён… помоложе. Он едет свататься к Юлианне.

Как бы я ни пыталась сохранить лицо, получилось отвратительно.

– Юлианна ещё не достигла брачного возраста, так что о каком браке вообще может идти речь? – руки мелко подрагивали. Я поставила чашку на стол, чтобы не облиться. Да и чай как-то не хотелось пить.

– В Ставросе, как, собственно, и в Каризоле, если семья не против, то девочку могут выдать замуж раньше, а помолвку и вовсе провести ещё в младенчестве.

– Бред какой-то, – прошептала я растерянно. – Я не дам согласия на этот брак. Юлианна совсем ещё ребёнок.

– Боюсь, что новоиспечённый Бафорт просто вынудит вас подписать согласие, – грустно усмехнулась Оливия. – Вы простите мне мою дерзость, Александра, но я не могу молчать. Ни я, ни Демьян не одобряли выбор Августа. Всё же разница в возрасте у вас была огромная, да и Август… Простите, но он слишком жесток. До нас доходили разные слухи, но вы же знаете, запрещено лезть в дела соседей. Вы показались мне вполне разумной леди в прошлую нашу встречу, так что я решила предупредить. И помочь…

– Помочь? Как? – я пропустила мимо ушей практически всё, кроме последней фразы. От их подозрений толку не было.

– Я предлагаю провести помолвку между нашими детьми, – медленно заговорила Оливия. – Вступать в брак им ещё рано, я согласна. А помолвку можно отменить в любой момент.

– Что мешает Бафорту сделать так, что я буду вынуждена разорвать наш уговор? Даже произносить вслух не хочу, как это можно сделать.

– Я предлагаю Юлианне пожить у нас. Такое вполне допускается, если обе семьи не против. Наш замок охраняется намного лучше, да и не посмеет Бафорт совершить непотребное, побоится Демьяна.

– Мне следует подумать над вашим предложением, Оливия, – протянула я задумчиво. – Я обучаю Юлианну управлению хозяйством, также планировала нанять учителей.

– Ох, об этом не беспокойтесь, – улыбнулась баронесса. – Джастин тоже ещё учится и помогает отцу. Думаю, Демьян не будет против, если Юлианна присоединится.

– Что же, предлагаю дождаться детей. Мне стоит обсудить это с Юлианной, – вздохнула я. – Скоро подадут ужин, а после я дам вам ответ. Вы останетесь на ночь?

– Нет, – качнула головой Оливия. – После ужина мы отправимся домой. За нами прибудет охрана.

– Хорошо, – кивнула я и обратилась к своей горничной. – Аннет, проводи баронессу Лестер в гостевые покои.

Когда Аннет увела Оливию, я приказала Марии накрывать стол, а сама вышла во двор. Юлька и Джастин чинно прогуливались по дорожкам, тихо беседуя. Увидев меня, Юлька извинилась перед мальчишкой и подошла ко мне.

– Милая, проводи Джастина до покоев, а сама зайди ко мне. Нам надо поговорить.

Спустя десять минут Юлька стояла бледная, словно покойник. Смотрела на меня влажными от слёз глазами и не могла произнести ни слова.

– Успокойся, я этого не допущу, – обняв Юльку, шепнула я. – Никто не выдаст тебя замуж за старика. Выход есть, милая.

– Какой? – шмыгнув носом, спросила Юлька.

– Так, в первую очередь возьми платок и вытри нос. Леди не шмыгают, – фыркнула я, протягивая лоскут ткани. – Во-вторых, баронесса Лестер предложила помолвить вас с Джастином. Никто не заставляет тебя выходить за него замуж, но в то же время для барона Бафорта ты будешь занята. Ты пока поживёшь в поместье Лестеров. Временно, пока я буду разбираться с Бафортом.

– Но разве это не нарушение? – Юлька зарделась и опустила взгляд, скрывая радость. Неужели юный барон понравился ей?

– Нет, к тому же с тобой поедет Теяна, которая и будет отвечать за твою благочестивость. Так что?

– Я согласна, – пролепетала девушка, краснея ещё сильнее.

М-да, надо будет Тее сказать, чтобы внимательно следила за Юлькой, а то молодость-глупость… Снюхаются с барончиком, да будут шастать друг к другу в спальни.

– Тогда передай Теяне, что она сегодня не будет прислуживать за столом. Пусть соберёт твои вещи, а для себя возьмёт пару платьев у Литы.

– Мама, – тихо обратилась Юлька. – А мы теперь долго не увидимся?

– Почему ты так решила? – удивилась я. – Я буду приезжать. Раз в неделю уж точно смогу вырваться, так что не переживай. А вот ты приезжать пока не сможешь, ради твоей безопасности тебе будет запрещено покидать пределы замковых стен. И, умоляю, даже по территории замка ходи осторожнее. Рядом всегда должен быть кто-то из взрослых, желательно стража.

– Хорошо, мамочка, я поняла, – кивнула девочка со всей серьёзностью.

Я лишь вздохнула. Это “Хорошо, мамочка” в четырнадцать совершенно ничего не значит. Требовать от подростка с бушующими гормонами послушания просто бессмысленно. Надеюсь, Юлька понимает, что если Бафорт доберётся до неё, то, скорее всего, будет обычное изнасилование. Да, так проще всего настоять на венчании, когда невеста “подпорчена”.

После ужина, за которым мы обсудили детали, я вышла проводить дочь, которая усаживалась в карету к баронессе. Страшно… Страшно вот так отпускать девочку в чужой дом. Где гарантия, что баронесса не лгала мне? Вдруг у неё есть свои, не самые добрые намерения?

Ладно, что уж, придется рискнуть. Юлька обещала писать, да и я через два дня наведаюсь, посмотрю, как устроилась девочка, и подпишу документы.

Я проводила карету до ворот и ещё долго смотрела вслед, гадая, правильно ли я поступаю.

Я только вернулась в замок, только зашла в кабинет и принялась за работу, как влетел Борс.

– Миледи, убили!

Я даже ответить не успела, чувствуя, как кабинет начинает кружиться вокруг меня. Спустя мгновение я потеряла сознание.

– Ну что же ты так, – вздыхали рядом голосом Марии. – Только госпожа маленькая уехала, а ты тут с такими новостями! Не бережёшь нашу госпожу, ой не бережёшь.

– Да не знал я, что миледи так отреагирует, – пробормотали голосом Борса. – Не думал я.

– Успокойтесь уже, – рявкнул Захар. – Миледи в себя приходит.

Я открыла глаза и посмотрела на склонившегося надо мной врача. Перед глазами ещё всё плыло, но чувствовала я себя явно лучше.

– Миледи, ну как так-то? – покачал головой Захар. – Не успел отвернуться, как вы в обморок падать начали. Поберегите своё сердце.

– Миледи, это Гвара убили, Гвара, – успокаивающе пробормотала Мария, поглаживая меня по плечу.

– Да что же с тобой делать, глупая женщина! – разозлился Захар. – Сказал же, чтобы молчали! Нельзя миледи нервничать сейчас, никак нельзя!

– Кто такой Гвар? – нахмурившись, спросила я. Имя знакомое, но почему-то никак не получалось вспомнить его.

– Ну нет, так дело не пойдёт, – шумно вздохнув, заявил врач. – Вышли все! Все вон из спальни миледи! Не слушаете мои указания, так и нечего вам тут делать! Вон! Вон!

– Захар, успокойся, – попросила я, слабо улыбаясь. – Мне уже лучше. А если я так и не узнаю, кто такой Гвар, то буду нервничать ещё сильнее. И… Юлианна не пострадала?

– Ох, миледи, доведёте вы себя до сердечного приступа, – поджав губы, Захар покачал головой. – Маленькая госпожа едет с баронессой, как и планировалось. А Гвар этот… Мужик из Савок, ранен был, а как вылечился, так вы его дрова рубить отправили. Вот его и нашли мёртвым и раздетым.

– Плохо, – вздохнула я. – Это точно не кто-то из наших?

– Точно, миледи, – кивнул мужчина. – Они все вместе были, Гвар отошёл, ну… по делам. И пропал. Мужики искать отправились, а он уже мёртвый.

– Значит, разбойники. Очень это плохо, Захар. Эраст прибыл?

– Миледи, я категорически запрещаю вам вставать и приниматься за работу! Запрещаю! А если не послушаете, то усыплю, чтобы до утра спокойно проспали!

– Усыпишь, – согласно кивнула я. – Мне не помешает, только поужинать бы перед сном. А Эрасту сам сообщи, пусть соберёт более грамотных и прочешет лес. Быстрее бы капитан приехал, он знает, что делать. Передай Эрасту, чтобы нашли разбойников. Нашли и… Под стражу и в сарай. Потом подумаю, что с ними делать.

– Казнить, – глухо отозвался Захар. – Нельзя такое прощать, не то…

– Казнить в любом случае,– кивнула я. – Но и сделать это надо правильно. Но об этом я сообщу, когда их поймают. А сейчас… Пусть Аннет мне еды принесёт, а потом дай мне снотворное. Что-то я и правда переволновалась, даже руки дрожат.

– Вы думали, что убили юную госпожу? – с сочувствием спросил мужчина. – Миледи, вы так привязаны к девочке, хотя она не ваша дочь.

– Я люблю её и считаю своей дочерью, – просто ответила я.

Не объяснять же ему, что совсем недавно у меня была другая семья. Да, мы ссорились иногда, дочь часто обижалась на нас, с мужем иногда не ладили. Но мы любили друг друга, берегли свою семью изо всех сил.

Я потеряла их. Вот так, в одно мгновенье, по глупой случайности. Моя девочка стала сиротой, а муж… Мужа больше нет. У меня в груди настолько огромная рана, что если бы я не пыталась её хоть как-то закрыть, то сошла бы с ума. Именно поэтому я считаю Юльку дочерью, своей девочкой, любимой и желанной. А муж… Я пока не готова впускать мужчин в своё сердце, а смерть Августа в этом плане очень даже на руку. Никто не решится предложить замужество вдове, пока длится траур.

Спустя минут пятнадцать Аннет принесла поздний ужин. Помогла сесть, подоткнув подушку под спину, и хотела даже покормить с ложки, но от этого я отказалась.

Выпив снотворное, я довольно быстро провалилась в сон, что хорошо. Но вот то, что вырваться из сна не могла – плохо. Особенно когда сон не нравится. Мне снилась авария и наша последняя ссора с дочерью, а затем картинка менялась, и вот я уже провожаю Юльку, а потом вижу перевернутую карету и кровь. Много крови.

Открыв глаза, я с опаской осмотрелась и тут же расслабленно выдохнула. Я у себя в покоях, всё страшное оказалось сном, на улице уже светает. Откинув тёплое одеяло, я поёжилась от холода и поспешила подложить в камин дров. Как бы мне ни хотелось сейчас просто побыть одной, стоило собраться и идти завтракать, а затем разобраться, что же там с разбойниками. Отправить бы Дика к Лестерам, только вот подвергать мальчишку опасности я не хочу. Сначала – разбойники.

Умывшись и одевшись, я спустилась вниз и попросила Марию приготовить мне что-нибудь. Все уже давно позавтракали и разбрелись по своим делам.

– Садитесь, госпожа, я вам сейчас пирожков свеженьких положу, да чай заварю, – засуетилась Мария.

Она хотела отправить меня в столовую, но я отказалась. Быстрее перекусить здесь, чем ждать, пока накроют на стол.

– Спасибо, Мария, – поблагодарила кухарку и кивнула на соседний стул. – Тоже присядь со мной, выпей чаю, да расскажи, как дела.

– Да какие у нас могут быть дела, – отмахнулась Мария, но за стол села, предварительно поставив передо мной чашку с отваром и блюдо, полное свежих, благоухающих булочек. – Эраст забегал, говорил, поймали тех душегубов. И вот надо же! Наши мужики ведь, с Дворок! А такое сотворили!

– Нашли-таки, – кивнула я. – Это хорошо. А ещё что-то интересное было?

– Да всё как обычно, миледи. Аннет ваша на Захара посматривает, а он её конфетами угощает. Наверное, скоро придут к вам благословения просить. Что ещё? В Дворках, поговаривают, волнения ходят. Всё чаще стали бафортовские заходить, смуту вносить.

Я слушала Марию, даже не пытаясь понять, где сплетни, а где факты. Потом проанализирую и попрошу разобраться. Пока же просто послушать надо. Много интересного происходит вокруг, что не доходит до господ, пренебрегать такими сведениями не стоит.