Глава 13

– Алёна, привет!– раздалось радостное за спиной, едва я ступила на крыльцо.

 Настроение было паршивое, поэтому от счастья встречи я точно не запрыгала. Обернулась. Вихрастая голова Семёна торчала над калиткой.

 – Привет! – Постаралась улыбнуться. Поставила корзинку и поспешила обратно, навстречу гостю. – И как я тебя не заметила?

 – Да я тут, в тени на траве сидел. Решил подождать, ты всё равно далеко не уйдёшь.

 – Неподалёку была. Заходи!– пригласила я парня и посторонилась. Сегодня он выглядел совсем иначе: укороченные брюки, похожие на бриджи, тонкая рубашка с широкой горловиной и без пуговиц. Модный парень. – Сегодня я побывала в Академии.

 Сын старосты перестал улыбаться и внимательно на меня посмотрел. Зацепился взглядом за браслет. Понимание отразилось в его глазах.

 – И как?– осторожно спросил он.

 – Поговорила с ректором. Сказал, пришлют вызов.

 – А как насчёт домой?

 – Пока никак. – Скривилась. Даже Семён вовремя задал вопрос, а я дракону нет.

 – Ну и хорошо, – воодушевился парень. – У нас ведь здорово!

 – Очень! – согласилась я, а перед глазами снова встала картина, где медведь пытается меня не просто облапить, но ещё и к себе затащить. Предварительно обслюнявив. Ну ладно, целовался он и в самом деле не так уж и плохо. Но никаких эмоций, кроме отторжения этот оборотень не вызывал. – Может, чай?

 – Нет, спасибо. Я молока напился, как к тебе пошёл.

 – Тогда присядем. – Указала на лавочку под окнами. Мог бы и мне молочка захватить, я тоже его люблю.

 – Чуть не забыл! – спохватился парень и кинулся к калитке. Назад вернулся с тряпичной сумкой, из которой торчала бутыль с молоком. – Вот, это тебе.

 Настроение стремительно пошло вверх.

 – Спасибо, – совершенно искренне поблагодарила я, принимая подарок. – А это...пироги?

 – Ага. Маманя прислала, – подтвердил парень, доставая из сумки бумажный кулёк, который пах луком и яйцами.

 Соломея Степанна просто душка!

 – Сказала, тебе поправляться надо.

 Едва не выронила бутылку. Эта деревенская непосредственность не просто умиляла. Но да ладно, зато я сегодня с подарком и точно буду сытая.

 – Передай ей спасибо. Да ты присядь, а я пока всё в дом отнесу. Чтобы молоко не прокисло,– бросила взгляд на солнце. Оно уже не так палило, но жара никуда не делась. Сейчас в моём городе особое пекло. Здесь же повышенная температура ощущались гораздо легче.

 Я быстро вернулась. Но вместо одного Семёна обнаружила ещё и старосту. Он рассматривал дом так, словно приготовился торговаться. При виде меня мужик хитро прищурился.

 – Ну как, Алёна, обживаешься?

 – Спасибо, Макар Кузьмич, помаленьку.– Про себя отметила цепкий взгляд старосты, пробежавшийся вначале по дому, потом по мне.

 – А где была?

 – В лесу, – кивнула на корзинку. Букетик покрывал скромный грибной улов. Вот вроде обычные вопросы, а чувствовала я себя как на вежливом допросе и под микроскопом. Словно не просто так ко мне пришёл староста. С умыслом.

 – Не густо, – усмехнулся мужик, кашлянув в кулак.

 – Боялась заблудиться, по краю шла, – не соврала я. – А ещё показалось, что кто-то вдалеке рычал.

 Оба гостя понимающе переглянулись.

 – Ты вот что, Алёна, в Синий лес-то больно не ходи одна, – посоветовал староста.

 – Совсем?

 – С нашими бабами можно. Я скажу, пусть тебя захватывают. А то мало ли, – многозначительно закончил он, подняв указательный палец.

 – А то что?– Мы поменялись роями. Теперь я приступила к расспросам, надеясь выудить побольше информации. Но тут же спохватилась. – Макар Кузьмич, может, чайку?

 – Спасибо. Не сегодня. А вот холодной водицы испил бы.

 – Сейчас принесу, – пообещала я и отправилась к колодцу. Но прежде чем ведро коснулось воды, до меня донеслось:

 – Хороший дом. Даже есть где скотину держать. Баня опять же имеется, всё плюс. Зиму проживёт, а там буду думать, как всё обставлять.

 – Я сам, – попытался втиснуться Семён.

 – Цыц! Пока не женился, ты мой сын,– произнёс староста и тут же исправился, – и потом тоже. Слушаться должен!

 Ведро с шумом ударилось о воду. Это они сейчас о чём беседуют? А дом причём? Или жильё не Аглаи, а кого-то до неё? Просто наполеоновские планы. Чую, мне там отведено не самое последнее место. Зачерпнула воды, вытащила. Налила в кружку до краёв (в надежде, что мужик обольётся) и принесла старосте. Тот довольно крякнул, словно я поднесла самогонки, и выпил залпом.

 Ох, как хотелось спросить напрямую, зачем пришли всем колхозом. Но промолчала. Вдруг заведут разговор про женитьбу. А оно мне надо? Понятно, что пирожки никто вхолостую таскать не будет, но чем дальше разговор, тем спокойнее. Мне точно.

Нужно было срочно переводить тему.

 – А насчёт рыка в лесу. Кто здесь водится?

 – Оборотни и зверьё. – Дёрнул плечом Семён. – Ты, Алён, далеко не заходи. У медведей гон не так давно начался. Будь внимательнее.

 – Угу. – Кивнула. Гон. Вот так нарвалась. И как-то сразу прониклась благодарностью к Никите. Если бы Захар меня к себе утащил, не думаю, что кто-то из его родственников заступился.

 – Дом не трещит? – поинтересовался староста, выводя меня из мрачных мыслей.

 – Трещать не трещит, а завывания слышала. – И пусть это всего лишь ветер в трубе, но очень уж у Кузьмича планы грандиозные. Не нравятся они мне. Отец и сын переглянулись и тут же перекрестились.

 – Ведьма пошалила, – со знанием дела заявил староста. – Ничего, для острастки дураков сойдёт.

 – Каких дураков? – Я насупилась. Разговоры загадками начали надоедать. – И какая ведьма?

 – Аглая, – пояснил Семён, приблизившись ко мне. – Ты, Алёнка, не бойся. А трусишь, так собирайся, у нас жить будешь. Никто о тебе худого слова не скажет. На деревне объявим, что дурное в доме поселилось. Черепушку страшенную покажешь.

 Вот как он заговорил! Я бросила взгляд в сторону избушки. Да, вокруг маньяки пачками бродят, но быть под надзором старосты тоже не хочу. И потом, что за планы на меня?

 – Спасибо огромное! – обрадовано произнесла я. – Не переживайте, недолго осталось.

 Приклеенная улыбка на лице старосты закаменела. Расстроился мужик, не иначе. А мне так похорошело. Я никого не хочу обидеть, но уж больно планы на мой счет грандиозные. Не завалило бы под ними. Зачем им я?

 – Не гоже девушке одной…– начал Кузьмич, но Семён его перебил.

 – Погоди, батя. Дай нам с Алёнкой с глазу на глаз потолковать.

 Вот только этого мне и не хватало.

 Я поймала себя на мысли, что не откажусь от присутствия некроманта. Может и на этот раз спасёт? Чувствую, разговор с парнем предстоит не о цветочках. Макар Кузьмич пошёл в сторону калитки, а мне так и вовсе захотелось сбежать. Не люблю я эти разговоры, разборки.

 – Так что,– склонила голову и насмешливо поинтересовалась, припомнив наш первый день знакомства, – прилично девушке жить одной или нет?

 – Нормально. Ещё никто не помер, – отозвался Семён. Парень не дурак, сразу понял мой намёк.

 – Тогда что не так? Зачем вам я?

 – Ты…Алён, только не подумай ничего. Ты мне действительно нравишься, – признался парень и густо покраснел. Особенно выделились уши, ведь солнце и без того находилось за спиной парня.

 – Тогда зачем всё это? Решил застолбить первым?

 Семён не отвёл глаза. Но я с удивлением поняла, что угадала.

 – В чём смысл? Семён, поясни! – потребовала я. – Удобная жена? Припарки всякие, травки, клизмы. В чём моя особенность? Или попаданки настолько ценны?

 – Я не знаю, что такое клизмы, но подозреваю, дело нужное. Удобная? Пожалуй. Но Алён, я ведь тоже очень удобный. Со всех сторон! Ты только подумай...

 – Так! Стоп! – потребовала я, почти коснувшись рукой рта собеседника. Но вовремя одумалась и отдёрнула руку. – Если не хочешь со мной ссоры, советую про это забыть.

 – Я тебе совсем...

 – Дело не в тебе! – Я снова подняла руку, призывая к молчанию. У меня возникло ощущение, что гон не только у медведей, но и у всей округи. Природа тут особенная что ли? Или свежий воздух как жёлтая вода в голову ударит?

– Алёна, ты ещё не поняла, что назад дороги нет? – выпалил Семён, глядя, что на меня его уговоры не действуют. – Скорее всего, тебе не вернуться домой. Почему бы не остаться со... у нас в Крапивино?

Я притихла, собираясь с мыслями. И даже осталась стоять на месте, когда Семён сократил между нами расстояние до одного короткого шага. Всё верно. Где-то в глубине души я боялась, что случится именно так. Но одно дело знать об этом самой, другое - услышать от кого-то ещё. Нечто среднее между ударом под дых и ведром ледяной воды, вылитой на голову жарким летом. Захотелось что-то разбить, вплести в ответ витиеватую нецензурность. Сдержалась.

– Знаешь, я ценю то, что ты сделал для меня. Честно. Только если не хочешь ссоры, не грузь меня прежде времени.

– Когда я тебя нагрузил? – возмутился Семён. – А если батя попросил воды, так не переломилась же!

 Ага, не переломилась. Только Макар Кузьмич и сам мог зачерпнуть. Вон как резво вокруг дома скакал.

– Семён, подожди! Я не о том. По-нашему, не торопи меня прежде времени. – Снова мелькнула мысль, что мы разные. С разных планет и миров. И подстраиваться нет желания. Как и чувств, что должны быть между мужчиной и женщиной. Боясь, что собеседник снова не поймёт меня, или хуже того, напрасно обнадёжится, поспешила исправиться. Ткнула пальцем ему в грудь в надежде, что он не захочет сокращать расстояние. Как тот же медведь. – Я ценю тебя, но только как друга. А дальше будет видно.

 – Значит, не мил я тебе? – прищурился парень, скидывая мою руку. – Али кто на примете есть?

 – Нет! Но и замуж с разбегу не пойду. Не торопи меня!

 Нет, срочно в Академию! Подальше от таких разборок. Словно я повод давала. Или по местному давала? В гости сходила, наливку пробовала. Так, кто ж поймёт их, этих крапивинских.

 – Хорошо, – парень отступил, а затем и вовсе ушёл. Калитку не прикрыл.

Я отправилась запирать и увидела, что там его ожидал Макар Кузьмич. Староста, бросив на меня многозначительный взгляд, тоже отвернулся. Смотреть в спину обоим я не стала. Направилась в дом. Следовало пораздумать над случившимся и придумать что-то, что позволит мне не умереть с голоду это время. Эх, не вовремя я со старостой поссорилась. Так бы связался с урядником, а тот с Академией. Глядишь, так и узнала бы я у Вертайна, как мне вернуться домой. Теперь жди и гадай, когда вызовут.

***

На удивление новообретённые знакомые сидели дома, с той лишь разницей, что череп на полке, а кот внизу на стуле. Я поняла, что оба ждали моего возвращения.

 – Что ты решила Алёна? – протянул Чёрныш, вытягивая лапу и растопыривая. Кот начал укладывать шерстинки, но в ожидании ответа довольно быстро бросил это занятие.

 – Ты насчёт свадьбы с Семёном? – переспросила я, присев напротив. Захотелось ответить, как Шурик из Кавказской пленницы: «Свадьбы не будет!», но я передумала.

 – С ним. – Пушистый плут спрыгнул со стула и взобрался ко мне на колени, ткнулся мордой в руку, мол, не забывай гладить. – Надеюсь, ты не из упрямства отказалась? Вкусные сливочки у Соломеи…

 – Не знаю. А пироги печёт вкусные. Кстати, Черныш, молока хочешь?

 – Ты мне зубы не заговаривай, – когти мстительно впились мне в ногу.

 Спихнула кота с колен.

 – А я и не умею. Но жить с Семёном ради куска хлеба и сливочек не буду.

 – Как ты могла подумать так обо мне? – возмутился Черныш. Я потрепала его за ухом. И тут же в голове раздались слова Профессора:

 – Алёна, я немного знаком с местным колоритом. Ты правильно сделала, что не пошла к старосте в дом. У местных есть примета, если девица ночует в доме молодца, то быть ей женой.

 – Ничего себе! А если я просто поесть зашла? На обед?

 – Тут без последствий, не бойся, – вклинился в беседу кот. Каким образом он расслышал, не знаю. Магическое существо, одним словом.

 Вообще все эти деревенские приметы да присказки меня порядком напрягали. Тоска по дому в сотый раз за день усилилась.

 – А кстати, вы в курсе, что у зверей сейчас гон? И кто такой Захар?

 Оба моих товарища потрясённо молчали. Первый отмер Профессор

 – Ты воспользовалась способом, которым я предлагал?

 – Пари помощи палки? Нет. Не успела.

 – Захар это будущий глава клана медведей. А что он хотел? – пояснил череп и тут же свалился с полки, упав на хвост Черныша.

 Кот возмущённо зашипел и бросился под печь. Раздался писк, и в какой-то момент мы с Черепом следили за вознёй. Я даже думать не хотела, что именно сейчас там происходило.

 Всё стихло.

 – В гости позвать. Прямо настаивал! – фыркнула я. – Бабник озабоченный! Если бы не ваш Никитка...

 – Что? – удивлённая морда Черныша высунулась из-за печи. Мышь, чей хвост был зажат между зубами котейки, выскользнул, стукнулся об пол и с визгом умчался обратно.

 – Спас он меня. – Я передёрнула плечом, не желая вдаваться в подробности.

Некромант раздражал. Очень.