Глава 2

«Бред!», – подумалось в тот момент, когда из его пальца в мою сторону полетел сверкающий пепел. Он осыпал меня с ног до головы, вызвав головокружение. В глазах помутнело, но я держалась из последних сил, протягивая руку к кнопке. «Опять Юлька жевачку приляпала», – подумалось мне в тот момент, когда пальцы коснулись чего-то мягкого и тёплого. Я пугливо отдёрнула руку.

 – А-а-а! – раздалось где-то над головой.

 Практически сразу серый пепел начал искриться и пропадать. От неожиданности я метнула на голос то, что у меня было, и с удивлением осознала, что лежу на земле под раскидистой ивой. А чуть в стороне незнакомый вихрастый парень потирал распухший нос.

 Где я?

 – Ой! – резко села, ухватившись за голову. Она по непонятной причине кружилась и трещала. – Где я?

 – Разговариваешь? – удивлённо выдохнул парень. – Живая, что ли?

 – Почему бы и нет, – фыркнула я, отряхивая медицинский халат. Ну вот, испачкала. Теперь стирать придётся. В чём завтра на лабораторную идти?

 – Почему ты в покойницком платье по деревне шастаешь? На спор, что ль?

 – С чего ты взял, что оно покойницкое?! Много ты понимаешь, – я попыталась обиженно задрать нос, но не вышло. В голове шумело. А перед глазами кружились жирные точки. Завертела головой, пытаясь определить, где нахожусь. Сельская местность, точно. Природа, собаки лают, доносится весёлый смех и дома, выстроенные в рядочек. И я, сидящая под деревом у какого-то пруда.

 Деревня?! А куда подевалась аптека? И мужик ненормальный? По последнему я вовсе не скучала, но налицо было полное непонимание ситуации.

 – Где я? – в очередной раз прошептала, прижав руки к груди.

 – Знамо где. В Крапивино! – ответил парень. Неожиданно его взгляд изменился с настороженного на сочувствующий. – Больная, что ли?

 – Не дождёшься! – Я почти обиделась. – То покойницей считает, то больной. Может, я и впрямь умерла?! А это такой вот тот свет.

 Парень с сомнением посмотрел на меня, почесал голову, явно что-то обдумывая.

 – Если ты нежить, то жди некроманта. Никитка появится недели через две. Не раньше. Упокоит тебя как полагается.

 – А что, он и такое умеет? – поинтересовалась я, на всякий случай отодвигаясь. Послышался молодой заливистый смех. Видимо, народ неподалёку гуляет всякий. Мало ли кто тут в их Крапивино водится.

 – С виду девка учёная, а говоришь как недоучка,– насторожённо посмотрел на меня парень.

 – Доучишься с вами! – прошипела я, пытаясь встать.

 Догадливый парень решил мне помочь, подхватил под локоть, дёрнул… И я носом впечаталась в его рубашку. Но вместо того, чтобы отпустить и извиниться, сильные лапищи притиснули меня к крепкому деревенскому телу, пройдясь по спине.

 – А ну отпусти! – рявкнула я, резко дёрнув локтями. – Имени не назвал, а уже туда же. Обниматься! Маньяк!

 От моего неожиданного выступления руки ушлого незнакомца действительно разжались, и наконец-то я получила свободу.

 – Да нет! Не Маньяк я, – покачал головой парень. – Семёном меня зовут. А девушки всё чаще Сеней. А тебя как?

 Внимательно посмотрела на этого товарища. Какой-то он несовременный, что ли. Или проще сказать – другой. Говорит, а сам смотрит на меня, как на диво. И руки распускает. Хотя одет вполне себе по-деревенски. Светлая рубашка с коротким рукавом, тонкие домашние брюки и плетёные летние сандалии.

 – Ну вот что, Сеня проваливай! – Я обвиняюще ткнула пальцем в сторону. Не сразу поняла, почему глаза Семёна округлились.

 – Упыриха как есть! – ошарашенно выдал этот фрукт и ветвисто выругался.

 Я застыла, пытаясь понять – это он меня сейчас так оскорбил или просто удивился?

 – Чего?!

 – Точно к некроманту. Вон когти какие красные!

 Едва не раскрыла рот от неожиданности. Столько комплиментов за час я в жизни не получала. Взглянула на пальцы – красота! Да, это не так дорого, как у Юльки. Мой пузырёк стоил всего 100 рублей. Зато менять можно часто и с минимальным уроном для ногтей.

 – Это краска. – Зачем-то пояснила я и сунула руки в карман. Осмотрелась…И затосковала. Деревня налево, чистое поле направо. А где мой милый дом? Общежитие с неугомонными соседками. – Семён, а ты кто?

 – Я? Сын старосты. А ты?

 – Учусь, – оттопырила карманы белоснежного халата, тем самым демонстрируя нужную вещь. – А сюда попала случайно. И вообще, меня Алёной зовут.

 – А на кого учишься, Алё-ё-ёна? – ухватился за мои слова Семён.

 – На лекаря, – не моргнув, соврала я. А что поделать? Баллов на лечебное дело не хватило. А мечту, её не заткнёшь. Глядя на парня я сомневалась, что слово фармацевт для него что-нибудь, да значит.

 – Лекарка, значит, – в глазах местного красавчика промелькнуло уважение. Я приосанилась. Наконец-то встречают по достоинству.– Вижу, ты девка неплохая, могу помочь.

 – Чем? – Тут же поймала его на слове. Чего-чего, а от помощи в моей ситуации отказываться глупо.

 – Жильё дармовое указать. А то отведут тебя к уряднику за тунеядство.

 – Какому уряднику? – опешила я, спешно припоминая, что именно это означает. А в памяти всплывали лишь слова бригадир, командир и городовой. Во всей этой сборной солянке уряднику не было места. – У вас вроде как деревня.

– Ну и что?! Полицейский урядник. У него конь вороной, очень быстрый. А если что пострашнее случается, так и одноразовым порталом не грех воспользоваться.

 – Если только порталом, – буркнула я, не зная, что ещё сказать. Чувствовалось, что приближался вечер, и от этого в душу заползала растерянность. Я не понимала, хотелось ли иметь дело с местной полицией, если первый встречный (и это вовсе не Семён, а тот высокомерный мужчина) перекинул меня сюда.

 – Ну что, жильё показать?– парень переминался с ноги на ногу и поглядывал в сторону. Словно ему уже надоело со мной общаться. А, может, действительно некогда.

 – Показывай. Только при чём тут это и тунеядство?

 – Сама всё поймёшь. Ты ж лекарь. А к нам я тебя взять не могу. Разговоры пойдут всякие, – многозначительно пояснил он, и я мысленно согласилась. Чужая деревня, незнакомые обычаи. А он парень видный. Кровь с молоком, как говорят. По возрасту ровесник или немногим старше. Про пудовые кулаки и вовсе промолчу.

 – А тебе сколько лет? – спросила, задрав голову. Я едва доставала собеседнику до плеча.

 – Уж постарше некоторых буду,– усмехнулся он, осматривая меня с головы до ног. И в этом взгляде уже не было того особого интереса, что только порадовало. – Двадцать три годочка от роду. А тебе?

 – Двадцать два,– не соврала я, посмотрев на своего спутника ещё внимательнее. Поначалу он закрывал собой солнышко, и кроме светлых волос, я особо ничего не заметила. Сейчас же увиденная россыпь веснушек на его щеках заставляла меня сдерживать улыбку. Этакий переросток из мультфильма про Антошку.

 – Второгодница? – с каким-то подтекстом произнёс собеседник. Кажется, в голосе проявились ноты сочувствия.

 – Почему? – опешила я.

 – Так у нас в двадцать два уж на службе у князя трудятся, отучились давно. А ты всё учишься. Хотя…– взгляд Семёна в очередной раз прошёлся по мне с ног до головы. – Болела, да? Больно худая. Подержать не за что.

 От возмущения я едва не задохнулась. Опять он про болячки.

 – А тебе ещё никто не даст подержаться! Лучше веди, куда обещал!

 Семён как-то хитренько хмыкнул, словно я вот-вот должна пасть к его ногам, и направился мимо пруда. Я за ним. Думала, сейчас свернёт к деревне, но он потопал в противоположную сторону. Мы шли мимо живописного луга, на котором паслись тучные коровы, мимо небольшой виляющей речушки. Лишь лес, что широкой зелёной полосой виднелся на горизонте, всё приближался и приближался.

 – Ты меня ведёшь к волкам на съедение? – Осенённая догадкой, я остановилась. В бесчеловечность Семёна не верилось. Но мало ли. Вдруг у них жертвоприношение в почёте?

 – К волкам? – Парень поморщился. – Не хотелось бы. Но не бойся, их тут нет. Никита всех отвадил. А прочие давно разбежались. Уж больно некромант у нас жуткий.

 Жуткий некромант? Этого ещё не хватало. В голове пронеслись воспоминания о сотни фэнтези, что мне удалось прочитать за свою недолгую жизнь. И почти во всех случаях некроманты занимались жертвоприношением, гробокопательством и упокоением восставших мёртвых. Мерзкие мысли, вызывающие дрожь в коленках и по всему телу.

 – А кладбище где? – Застыла. Пугливые мурашки толпой пробежались по рукам, добрались до шеи. Несмотря на тёплый вечер, стало холодно.

 – Там, – он махнул рукой куда-то за деревню. Я облегчённо вздохнула. – Крапивинское и ещё двух деревень. Старое, но без некроманта никуда. Он один на всю округу. Тут когда-то Чёрный погост был да сгорел. На его месте деревни выросли. Лет, почитай, больше сотни прошло, а присмотр всё ещё нужен.

 – Погост? Ещё одно кладбище? – Я трусливо схватилась за сердце. Это куда меня мерзкий мужик заслал? Хотя, если сто лет назад…

 – Ты откуда такая взялась? – Сенька резко остановился и подозрительно прищурился. – С неба свалилась?

 – Свалилась! Но не с неба. – Я едва не врезалась в него. Секунду подумав, решила приоткрыть завесу правды. Что толку её скрывать. Врать ведь тоже надо умело. А у меня ни документов, ни прописки. Даже студенческий остался в общежитии.– Из другого места я. На мужика страшного наткнулась. Он-то и закинул меня к вам.

 – С магом, значит, столкнулась, – глубокомысленно заметил Семён, одновременно почёсывая голову. – Если действительно так, то можно было бы к нам на ночь. А там к уряднику...

 – Нет уж! Веди, куда шли! – сказала как отрезала я. Почему-то этот незнакомый человек пугал меня сейчас гораздо больше, чем ночёвка одной в доме. Я на даче в деревне несколько раз одна оставалась. И ничего, не испугалась. Только спала очень плохо, потому что с вечера друзья рассказывали очень много историй про домовых. Но это так, мелочи. – А почему ты решил, что я неместная?

– Из-за погоста.

 Я задумалась, всё ещё не понимая, при чём тут место захоронения.

 – При чём тут кладбище?

 И видя моё недоумение, сын старосты нетерпеливо пояснил.

 – Не знаю, как у вас, но у нас погост — это место, где живут. Большое селение, с купцами, базаром и княжеским двором.

 Мне оставалось только кивнуть. Кажется, я что-то такое припоминала из курса истории.