11

Есть хорошая фраза — «Жизнь не готовила меня к такому», она очень точно описывает мои ощущения. Я была хорошей, примерной девочкой из довольно таки правильной семьи ( Каренза сумела всех убедить, что её брак с моим отцом — правильный), я любила петь и вышивать на пяльцах, я не собиралась жить иначе, я готовилась к тому, чтобы быть «как все» — как все те, кто живёт на Уране, но не занимается наукой. Я собиралась быть приятной, привлекательной, достойной дамой, удачно вышедшей замуж, с гостями по четвергам, с дорогими платьями, с выездами на Марс.

И уж к чему точно не готовилась, так это к роли свидетельницы кровавого убийства! Конечно, если бы Эбрел, как и положено убийцам, бегал за мной с топором, я бы сообразила бы как себя вести — наверное. Но Эбрел не бегал с топором. Эбрел чинно сидел за накрытым столом, наливал мне чаю и говорил:

— Попробуйте этих пирожных, барышня Алесия. Мне можно вас так называть?

И в голове у меня воцарилась такая звенящая пустота, такое отсутствие мыслей, что всё, что я смогла это ответить на автомате:

— Да, конечно, господин Эбрел.

При этом пирожные не лезли мне в горло — на пирожных сверху была капелька варенья, цветом напоминавшая кровь.

— Что ж, господин Би, — говорил, тем временем, Эбрел Бэзилу, — барышня Алесия у нас невеста, а вы чем занимаетесь?

Бэзил сглотнул.

— Я-я-я…

На красивом лице Бэзила застыло совершенно невменяемое выражение. И Эбрел, не дождавшись от него ответа, обратился ко мне:

— Почему же вы не едите?

— Спасибо, я не голодна…

— Я вижу, мне не удается быть радушным хозяином, — усмехнулся Эбрел, — вы не против, дорогие гости, если я вас на минутку оставлю?

— Нет, конечно, идите…

Эбрел встал, аккуратно положил на стол салфетку, улыбнулся и отчалил.

— Бэзил! — прошептала я, когда шаги Эбрела затихли где-то внизу, — Бэзил, давай сбежим!

— Сбежим?

— Отсюда, с корабля!

— Как? Двери заперты!

Я опустила глаза в чашку с остывшим чаем.

— А телефон? У тебя же телефон внизу, в кладовке, в саквояже!

Бэзил неуверенно поднялся из-за стола.

— Хорошо, я пойду за телефоном.

— Я с тобой! — пискнула я.

Я подскочила и вцепилась Бэзилу в рукав. Мы принялись спускаться по лестнице, медленно, осторожно — и моё сердце билось так сильно, что мне казалось, что этот звук разносится по всему кораблю. Но Бэзил вдруг резко дёрнулся вперед и побежал — я едва не распласталась на мраморном полу.

— Корабль готовится отлетать! — панически зашептал Бэзил молотя руками по дверям.

Я глянула в окно и — а-а-ах! — прозрачная космическая пристань промелькнула и исчезла, оставив за собой только огромный белёсый диск Венеры — но в следующую секунду исчез и он. Остался только тёмный неподвижный космос в тусклых точках звезд. Скорость у космического корабля была огромной.

— Мы отлетели от Венеры! — ошарашенно прошептал Бэзил, — мы в открытом космосе!

И телефон теперь было искать бесполезно — бытовые телефончики годились только для связи между станциями. Чтобы звонить с планеты на планету нужно было более мощное оборудование, такое, как, например, корабельная связь.

— Что теперь делать? — сказала я, снова вцепляясь в Бэзила.

Бэзил беспомощно повертел головй.

— Давай вернёмся и сядем за стол, как будто мы никуда и не уходили!

И чуть ли не бегом мы вернулись за стол. Усевшись и расправив свое белое плятье, я взяла в руки чашку, и, даже сделала глоток. Однако, старалась я напрасно — Эбрел не вернулся, и некому было оценить моя старания сделать вид, что всё у нас идёт как надо. Прошло несколько минут. Остывший чай покрылся плёнкой, пирожное выглядело всё так же отвратно, часы на стене тикали.

— А где господин Эбрел Доньярт? — спросил Бэзил спустя ещё четверть часа.

— Не знаю, — сказала я, поднимая серебряную ложечку, и тут же кладя её обратно на стол.

Прошло ещё столько же времени. Цветы в вазах стояли недвижно, Бэзил ковырял скатерть своим полированным, аккуратно подпиленным ногтем.

— Ты должен был быстрее бежать к дверям, ты должен был сразу открыть их! — внезапно прошептала я Бэзилу.

— Должен был? — сказал Бэзил, тоже шёпотом.

— Надо было быстрее бежать к телефону, а ты всё время стоял и думал!

— Я?

Бэзил аж приподнялся.

— Почему я должен, а ты?

— Я… Я… А я твоя невеста! Ты обязан меня защищать!

— Ты мне не невеста!

— Чего?

И дикий треск прервал нашу тихую перебранку — возмутившись Бэзил дёрнул рукой и фарфоровый соусник разбился о мраморный пол.

Мы с Бэзилом так и замерли.

Но ничего не случилось, ужасный Эбрел не прибежал и не стал нас избивать, кляня за утрату антикварного соусника, не появились даже роботы-уборщики, ничего не поменялось — всё та же столовая в алых тонах, всё те же цветы, всё та же пустая лестница.

— А где господин Эбрел Доньярт? — спросил Бэзил во второй раз

Не сговариваясь мы с Бэзилом поднялись со своих мест и отправились вниз.

— Господин Эбрел Доньярт! — позвал Бэзил, оказавшись в холле.

Казалось бы, зачем, собственно, Бэзил его звал, зачем нам вообще нужен убийца Эбрел? Чем меньше его видишь, тем безопаснее! Но такой это был человек, что даже в его отсутствии мерещилось что-то зловещее.

— Тут где-то должен быть центр управления, — сказал я Бэзилу, — поищем его там.

Мы прошли через холл и отодвинув раздвижные двери с узором в виде танцующих цапель, оказались в центре управления этого космического корабля. Абсолютно пустом центре. Направо и налево тянулись ряды панелей с кнопками, лампочками и тумблерами, сияли экраны с разноцветными графиками, перед рулевым колесом стояло пустое кресло на одной ножке. Сквозь огромное окно бесстрастно чернел космос. И всё.

— Мы-мы-мы, — Бэзил снова начал заикаться, должно быть, от волнения, — мы можем повернуть корабль обратно к агломерации Венеры!

— Ты можешь? — обрадовалась я.

Потому что я управлять космическими кораблями не умела — я вообще не умела чем-либо управлять.

— Да! — Бэзил подошёл к панели управления и стал бодро нажимать на какие-то кнопки.

— Я отключил автопилот! — радостно сообщил он мне.

— Молодец! — обрадовалась я.

— Я поменял курс!

— Надо же!

— Мы летим обратно!

— О!

И корабль содрогнулся.

Корабль затрясся, по его корпусу прошли спазмы и судороги, по огромному лобовому стеклу побежали тещины, пол под моими ногами стал нырять и дёргаться, и тут же полыхнуло дымом — полыхнуло гарью.

— Ты что наделал! — закричала я Бэзилу.

Но ответить он мне не успел, потому что всё накрыла тьма.