Глава 22
Я открыла глаза. Кажется, придремала немного. За окном машины было темно – везде лес, и лишь фары изредка проезжающих мимо машин освещали дорогу. Кажется, почти доехали…
Алекс был чем-то встревожен. Его лицо застыло, обратившись в каменное изваяние.
- Что случилось? – спросила я.
- Я вспомнил то, что не хотелось бы вспоминать…
- Что?
Он сглотнул. Говорить ему было трудно.
- Этот Ревуцкий, я помню его. Чертов выродок. Его компания только прикрытие для подпольной лаборатории…
- Лаборатории? Какой?
- Он проводил эксперименты на оборотнях. И людях тоже.
- Для чего?
- Хотел научить людей обращаться. И я его первый удачный случай.
- Ты был человеком…
Алекс кивнул.
- Меня не спасли из той деревни. Узнали, что мой дед был оборотнем. И отдали для экспериментов. Такие им и были нужны. Я провел там десятилетия. И вот однажды у них получилось – я обратился. А когда вернулся к человеческому облику – на мне не было кожи. Сперва меня хотели убить, но потом решили, что избавляться от удачного результата чертовых экспериментов не стоит и пересадили кожу. Сделали меня похожим на того типа. Не знаю зачем. Может, он хотел иметь двойника. Я сбежал.
Алекс вздохнул.
- Добрался до Штатов. Там присоединился к какой-то банде. Однажды нас поймали. Мне дали выбор – или тюрьма, или работа в спецслужбах. В тюрьму я не хотел. И вот через какое-то время в какой-то стране третьего мира мы готовились напасть на логово террористов, но те о нас узнали и сбили вертолет. Все погибли, кроме меня. И я опять сбежал. Решил отомстить тем, кто сделал меня таким. Через посредников открыл бизнес, спустя пару лет он вырос. Стал поглощать их компании. Одновременно я охотился за ними. Хотел выйти на главного, убить его и воспользоваться нашей схожестью. Попасть на его место значило добраться до доказательств их деяний и пересадить всех к чертовой матери.
- И ты не добрался…
- Добрался. Помню, как выстрелил в него. Тут же прибежала его охрана, мне пришлось уйти. Только он умудрился выжить. И на меня началась охота, почти закончившаяся на стройке у твоего дома.
- Значит, ты хотел добраться до своего врага через меня?
Алекс посмотрел на меня, повел бровью. Мы как раз подъехали к дому и он вышел чтобы открыть ворота. Загнал автомобиль в гараж.
- Так ты за этим со мной познакомился? – я схватила его за рукав и посмотрела в глаза.
- Твоя подруга Татьяна и правда помогала мне. Она по моей просьбе дала тебе приглашение. Только я не знал, как ты выглядишь. Она должна была прислать мне фотографию, но опоздала. Так что нет, я познакомился с тобой только потому, что ты мне понравилась. Ну и тебя надо было спасать от Дровосека.
Он усмехнулся. А я смотрела в его глаза, надеясь, что они не врут, и что оборотень говорит правду.
- Как ты познакомился с Танькой? – спросила я.
- На каких-то переговорах с её начальством. Она вешалась мне на шею так, будто я последний мужчина на Земле. Ненавижу, когда так делают. Но я её подвез как-то. Ехали рядом с твоим домом. И она упомянула, что у неё там есть знакомая.
- У вас с ней что-то было?
Алекс рассмеялся.
- Шутишь?
- Нет, не шучу, - серьезно говорила я.
- Ты её видела? Строит из себя непонятно что в попытке преодолеть собственных тараканов в башке. Людям, может, это и не видно, но по запаху отлично чувствуется, что она похожа на озлобленную на весь мир маленькую девочку, ненавидящую все и всех, начиная с себя. От таких всегда смердит так, что ни один оборотень и близко не подойдет.
- Любовников у неё хватало…
- Людям здесь проще, а у нас физиологическое отвращение. Как от выгребной ямы.
Алекс взял пакет с продуктами, вышел из машины.
- Сейчас чего-то приготовим.
Есть не хотелось.
Я верила ему, но если бы Танька отправила фото раньше? Он бы выбрал меня в том клубе совсем с другими целями. Что тогда? Как относился бы ко мне? Была бы та ночь, когда я забеременела, или нет? Наверняка он сразу же предложил бы поехать ко мне, где спустя какое-то время исчез, перебравшись на балкон выше…
Но сейчас он говорил правду. Он мог вообще не рассказывать этого, но рассказал, черт возьми, в надежде, что я пойму. Вот только сомнения все равно одолевали. Что случилось бы, пойди все другим путем?
Это вело в никуда, вызывало подозрения. Этого не случилось, а все размышления – не больше чем предположения, точно такие же, как «а что было бы, приземлись здесь и сейчас инопланетный звездолет». В конце концов он мог не оказаться на той стройке, не встретиться со мной в преддверии Нового Года, и я бы до сих пор сидела одна дома, только предполагая о том, кем он мог бы быть…
- Этот гормональный конфликт или как там, он из-за твоей природы и этих экспериментов? – спросила я. Входя за ним в дом.
- Может, и так. Не знаю…
- Тогда, может, те же люди знают, как от него избавится.
- Тебе опять плохо? – Алекс посмотрел на меня.
- Как-то в животе покалывает, - призналась я. Чувствовала это уже какое-то время, но не обращала внимания. Откуда мне знать, что нормально при беременности, а что нет? Первый раз все-таки.
- Поехали в больницу.
- Хватит с меня больницы, - отрезала я. – Не собираюсь кучу времени проводить в больничной палате.
Я закрыла за собой дверь, и поняла, что может, и правда стоит отправиться к врачу. Покалывание понемногу нарастало, а ноги предательски становились ватными.
***
Я улеглась в кровать, накрылась одеялом с головой. В таком положении покалывание, переходящее в боль, почти не чувствовалось. Выпила таблетку, что дал врач. Ну вот, надеюсь, пройдет.
Алекс вышел из душа, зашел ко мне.
- Тебе плохо, - он не спросил, а констатировал.
- Немного в животе покалывает.
- Значит, едем в больницу.
- Собираешься возить меня по врачам каждый раз, когда у меня нос зачешется? – фыркнула я. – Может, это нормально при беременности. Уж извини, все не получается посидеть на форумах для молодых мамочек и посетить какие-то там курсы.
- Я вызову «скорую». Пусть лучше посмотрят, - Алекс достал телефон.
- Да постой ты!
Но он уже звонил.
- Сейчас приедут.
- Вот же блин! И полежать не дашь…
- Вообще-то я за тебя переживаю, - оборотень буквально сверлил меня взглядом.
Посмотрела в его глаза.
Это, конечно, хорошо, когда заботятся, но не стоит играть роль моей мамочки и при первом чихе бить тревогу, будто наступил апокалипсис. Тем более меня клонило в сон, и все, чего хотелось – чтобы меня оставили в покое.
«Скорая», конечно же, была таковой только на словах. На деле её пришлось ждать минут сорок, если не больше. С детства ненавидела такие моменты. С тех самых пор, когда врачей вызывала мне мама. Гнетущая тишина, звук чужих шагов, запах медикаментов. Даже мамин голос тогда казался другим – низким, тревожным.
Приехавшим на вызов доктором была худощавая женщина за пятьдесят, а может, и за шестьдесят, с полностью седыми волосами. Вид у неё был такой, будто её отвлекли от просмотра очередной серии любимого сериала, и от злости за это она возжелала убить всех вокруг. Фельдшер оказался её полной противоположностью – молодой, слегка полноватый, с кудрявыми волосами и приятной улыбкой.
Пока мне мерили давление и температуру, Алекс в подробностях рассказывал им о поставленном мне диагнозе, а врач молчаливо кивала.
- Сыпь была? – коротко спросила она.
- Нет, - покачала головой я.
- А внезапные потемнения в глазах?
- Тоже нет.
- И температура не повышалась?
- Если да, то не сильно, - фыркнула я, желая, чтобы они поскорее убрались.
- И что это значит? – спросил Алекс.
- Токсикоз есть, но при поставленном диагнозе сыпь бывает у девяноста девяти процентов пациентов, - с интонацией бездушного робота говорила врач. – И в глазах темнеет часто. Температура раз в неделю скачет до тридцати восьми.
- То есть, они ошиблись? – с надеждой спросила я.
- Советую пройти обследование еще раз. Может, перепутали анализы, или прибор сломан. Бывает такое. Но симптомы странные.
- Галина Васильевна, помните ту женщину, которую чуть на стол к хирургу не отправили, а оказалось, побочка от таблеток, что ей психиатр от депрессии выписал? – вмешался фельдшер.
- Год назад где-то. Помню. Да, картина схожая. Лекарств никаких постоянно не принимаете?
- Нет, - покачала головой я, понимая, что никаких покалываний больше нет, а все, чего хочется – поспать.
- Всяко придите лучше к нам на обследование. Что-то подсказывает, что ошиблись ваши доктора, - врач встала. – Обезболивающее колоть?
- Нет. Уже все в порядке.
- Тогда до свидания. Придите обязательно.
- Обязательно, - сквозь зубы процедила я.
Когда послышался звук закрывающейся двери, наступило облегчение. Будто придя домой после тяжелого дня сняла неудобную обувь, только вместо ног была психика.
- Ты слышала? – спросил Алекс.
- Это еще ничего не значит.
- Они могут ошибаться. Да и эта старая кляча, - я сморщилась. Неприятная бабка, как не крути. Увидев такую. Скорее примешь за дознавателя спецслужб, чем за врача. – К ней обследоваться я точно не пойду.
- Тогда найдем другое место. Они и правда могли ошибиться.
- И что же это было по-твоему?
- Не знаю. Я не медик, - оборотень сел рядом, взял меня за руку. В тот же миг я успокоилась, сомкнула веки. Не знаю, по каким законам это работало, но одно его прикосновение насмерть убивало мою тревогу.
- К тому же ты не самый обычный оборотень, потому и симптомы могут быть необычными, - сказала я так, будто говорила о погоде, а не о своей жизни и жизни моего ребенка.
- Потому нужно обследоваться еще раз. Может, не все так серьезно.
- Да брось. Меня там и на рентгене проверяли, и УЗИ делали, и кучу анализов…
- Ты будто сама хочешь…
- Не хочу обретать ложную надежду, - перебила я.
- Я тут вспомнил еще кое-что…
- И что же? Как ты свергал диктаторов банановых республик или соблазнял фотомоделей? – собственный сонливый голос почему-то казался мне чужим и далеким.
- Всего лишь то, что мне много раз говорили, будто я бесплоден. С десяток всевозможных врачей из разных стран раз за разом твердили одно и то же. Приговаривали, что это не худшее, что возможно в жизни, а мне очень хотелось стать отцом. Сам я тоже поверил и ни на что не надеялся. А получилось совсем не так.
- Боишься, что это не твой ребенок? Да брось. У меня годами до тебя никого не было.
- Я о том, что они ошибаются.
- Раз в год и палка стреляет, - пошутила я.
Он засмеялся.
- Спи, - он погладил меня по волосам, но сонливость почему-то отступила. Только что была готова отдать все, лишь бы провалиться в объятья Морфея, секунда – и как будто только что проснулась переполненная бодростью и силами.
Потянулась к Алексу, поцеловала его.
Он тоже понял, что мне уже не до сна.