Глава 10. Физика

Стоило Сергею вернуться, а мне получить доступ к новым учебникам, как… Я пропал на несколько дней, погрузивших в их изучение. Читал взахлеб, раскладывая местные научные достижения, переводя их на привычные мне понятия и сразу обдумывая, как применить на деле. Особенно меня заинтересовала физика. В учебниках начальных классов ничего интересного для себя я не обнаружил, но дальше встретилось что-то по-настоящему значимое. То, что я тут же применил и наконец-то закончил создание оружия.

До этого успел разделить металлический шар на семь равных кусков, дать снова остыть и свыкнуться с новой формой. Это было нужно, чтобы усилить подобие. Дальше я взял один из кусков, отщипнул от него небольшой фрагмент, отложил в сторону, а из большей части создал новый шар. По форме он получился небольшим, весом где-то в двести грамм. Достаточно компактная штука, чтобы свободно таскать в кармане и избежать лишних вопросов.

Теперь нужно было сделать главное — превратить бесполезный кусок металла в грозное оружие. Для чего я взялся за альбом и принялся выводить одну печать за другой, стараясь применять те знания, которые почерпнул из учебников физики. Этот предмет чем-то напоминал алхимию для начинающих. И там, и там описывались базовые законы вселенной.

Если кто-то вдруг захочет разобраться, как же работает алхимия и при чем здесь знания из учебника по физике, то ему надо хорошенько осознать, что любая печать — это геометрическая фигура, в которой прописаны условия. Как условия того, что нужно сделать, так и условия того, где это будет делаться. У алхимиков есть свой, математическо-геометрический язык. Все расчеты, которые я проводил, служили как раз для этого — для перевода. Перевода того, чего я хотел добиться, на язык печатей. С помощью формул я просчитывал геометрические узоры, из которых потом сформируется печать. Также воспроизводил условия и тоже вписывал их в печати.

Суть оружия, которое я создавал, заключалась в том, чтобы бросать металлический шар. Звучит так себе, но это если использовать лишь мышечное усиление. Что тоже может быть опасно. Кинь достаточно сильно и попади в висок — будет если не труп, то травма минимум. Но мне хотелось добиться большего. Один из параграфов, который мне приглянулся в учебнике, — закон всемирного тяготения. Что порадовало отдельно — так это формулы и точные значения. О, знали бы другие, как я любил точность.

Шар металлический. А металл — это кровь земли, он неотъемлемая часть мира. Это создает мизерное подобие, но если усилить его за счет печатей… А потом добавить печати, учитывающие гравитацию, то есть прописать те условия, в которых шар будет летать… Добавить десятки других условий, таких, как сопротивление воздуху… Вплести в эту конструкцию возможность повышать силу притяжения или отталкивания…

Тот мелкий кусочек, который я отщипнул, был нужен как раз для этого. Чтобы отталкивать и притягивать. Опорой для этого послужит моя рука. Кусок я расплющил в небольшой плоский диск, проделал в нем дырки, взял пару резинок, привязал их и получил возможность цеплять на руку так, чтобы кругляш держался в центре внутренней стороны ладони. Так как это были части единого целого, между шаром и плашкой имелась связь. После того, как я вырезал печати на обеих частях, эта связь усилилась в разы, а я получил контроль.

Как закончил, для проверки вышел в лес, выбрал целью одно из деревьев и бросил шар, удержав руку в конечной точке и попробовав направить снаряд. Вышло криво. Тот улетел черт знает куда. Двинув руку к себе, я позвал снаряд обратно, и тот вылетел откуда-то из кустов, разметав листья. Испугавшись, я отпрыгнул в сторону, и шар со свистом пронесся мимо.

Неплохо, очень даже неплохо. Но надо поработать над точностью, управлением и ловлей. А то так сам себе руку сломаю. Может, перчатку защитную сделать? Да не, глупо выглядеть буду, вопросы у людей возникнут.

На этом мои эксперименты не закончились. Убедившись, что система работает, я принялся наносить остальные печати. Мне особенно приглянулись законы Ньютона, и я хотел поиграть с изменением массы, ускорением и передачей импульса. Если получится то, что я задумал, шар в момент попадания будет наносить особо разрушительный заряд. Были и другие идеи. Когда он возвращается в руку, можно, наоборот, снижать импульс и сохранять его, чтобы потом выплеснуть в момент столкновения. Настолько громоздкая структура требовала гораздо большей точности, но начало положено. Думаю, за месяц управлюсь, учитывая то, что надо ещё готовиться к экзаменам.

* * *

Как подготовить группу разношерстных учеников к тому, в чем они в лучшем случае разбираются наполовину? Тем более в условиях ограниченного времени. Я несколько дней просидел над учебниками, выискивая те темы, которые будут на экзамене. Самый простой путь — слить добытые сведения одноклассникам, но, во-первых, у меня нет объяснения, откуда информация, а, во-вторых, это особо ничего не изменит. Даже если они выучат все ответы, какой смысл? Попадут на областной экзамен и благополучно его завалят, тем самым подставив школу и директора. Как ему объяснить комиссии, почему здесь, у себя в школе, они сдали идеально, а на чужой территории — провалились?

В идеале ехать с полным пониманием предмета, но это невозможно. Я в себе-то не уверен, а уж в детях… Нет, я не могу сказать, что они прям глупы. Разница в другом. Там, где мне достаточно бросить взгляд, чтобы запомнить правило или увидеть решение задачи, им надо потратить в лучшем случае несколько минут, чтобы заучить или найти ответ. А то и вовсе десятки минут или даже час. Это не проблема, когда правило одно. А когда надо освоить программу за несколько классов, то есть изучить и запомнить десятки правил, да ещё по разным направлениям, причем успеть за две оставшиеся недели, тут-то и выясняется, что это невозможно.

В алхимии в длинном списке правил одно стояло особняком. Так называемое нулевое правило, философский фундамент.

Звучало оно так: всё есть алхимия, алхимия есть всё.

Для стороннего человека это бессмысленная, пафосная фраза. Для практика, который прошёл специальное обучение, это способ восприятия и мышления. Способ взаимодействия с миром. В алхимии есть не только прикладные-магические направления, когда ты меняешь материальный мир, есть и философские ответвления, которые занимаются вопросами мышления, а если конкретно, то решением жизненных задач.

Тринадцать неподготовленных учеников, две недели до экзамена, проблемы с мотивацией у половины — это жизненная задача, за решение которой я взялся. Надо было трансформировать ситуацию так, чтобы найти тот способ, который приведет к приемлемому результату. Для этого я сразу смирился с тем, что натаскать учеников на все экзамены не получится. Поэтому поговорил с ними и предложил каждому выбрать один предмет, на который он сделает ставку. Можно и больше, но остальные должны идти по остаточному принципу. Нашёл время и силы на подготовку по дополнительным предметам? А с основным полностью разобрался? Сделал всё, что мог? Хорошо, занимайся с дополнительными. Это, как я надеялся, упростит задачу и поможет ученикам сфокусироваться.

Больше всех сопротивлялась Лена. Мы с ней на почве этого чуть не поругались. Она хотела всё и сразу, но явно не тянула, из-за чего нервничала и металась, чем только мешала сама себе. Да и всем остальным.

У остальных другие дилеммы нарисовались.

— А если мне ничего не нравится? — хмурился Саня, поглядывая смущенно на учеников. Гриша и Петя были с ним солидарны, но им пока не хватало духу признаться в том, что они «тупые».

Проблема в том, что им даже спорт не подходил. Они предпочитали бухать, а не гонять мяч или как-то иначе нагружать себя физически. Из всего класса я и ещё двое парней собирались участвовать в физкультуре. Мда уж… Знал бы, начал бы всех гонять с первого учебного дня. Хотя нет, они бы меня послали. Чудо, что сейчас слушают.

— А нефиг было прогуливать уроки! — фыркнула Настя.

— Да кто же знал, — обреченно вздохнул Саня.

— У нас есть ещё время. Его не хватит, чтобы ты разобрался в каком-то предмете досконально. Но моно успеть научиться решать несколько типов задач. Если приложить достаточно усилий, конечно. Быть может, на экзамене повезет, и ты получишь именно эти задачи.

— И что тогда? — нахмурился ещё больше Александр.

— Тогда у тебя есть шансы набрать хоть какие-то баллы, дурень! — Настя ткнула его пальцем, отчего парень вскрикнул и отшатнулся.

Это было парадоксально, нелогично, но несколько раз Лена мне говорила, что Саша нравится этой девушке. Если это так, прессовать его, наверное, не самая лучшая стратегия для сближения. Но кто поймет этих женщин? Тем более юных.

— Это всех касается, — обвёл я учеников взглядом. — Я подготовил варианты задач, которые предлагают обсудить. Но для начала выберете, какое направление будете развивать. Одно! — посмотрел я строго на Лену, на что она поджала губы и отвернулась.

— Ты подготовил задания? По всем предметам? — неверяще спросила Настя. Да и остальные удивились. — Прям вообще по всем?

— Да. Если хотите, могу ещё и план тренировок составить. Но за две недели вы ничего не успеете. Зато к декабрю…

— Не-не-не, — замахала девушка рукой. Она была полненькой и, как подозреваю, спорт не любила. — А что по биологии? Тоже дашь задания?

— Да. У меня тётя в ней разбирается. Она помогла.

А ещё мне помогло умение быстро читать и усваивать информацию, но вам об этом лучше не знать. И тем более лучше не знать, что я изучал только те темы, что были в экзаменационных листах. Ну и про три бессонных ночи, когда корпел над книгами и думал, как скрыть свою осведомленность, я тоже умолчал.

Достав исписанные листы из портфеля, я положил их рядом с книгами, из которых торчали десятки закладок. Пора начинать. У нас две недели и нужно сделать невозможное.

* * *

Сергей нервничал. Он двигался быстро, гораздо быстрее, чем следовало. Простые действия, такие, как поставить на огонь чайник, порезать хлеб, намазать маслом, положить сверху сыр и налить меда в отдельное блюдце, он проделывал, словно бил смертным боем врага. Что удивительно, эту картину я застал утром. Почему-то вместо Ольги хозяйничал её муж, что было впервые на моей памяти.

— Что с ней? — задал я единственно логичный вопрос.

— Заболела. Простуду подхватила, — ответил он резко, не прекращая готовить завтрак.

На сковородке скворчала яичница. Помешивая одной рукой чай, в который бахнул здоровенную ложку меда и кинул пару долек лимона, второй он взял сковородку и четким движением заставил яичницу подлететь и перевернуться. Ловко. Если не считать несколько брызнувших по кухне капель.

— Насколько всё плохо?

— Не плохо, — выделил он это слово интонацией, словно сам себя убеждал в чем-то. — Пока. Обычную простуду она бы за день поборола. Но ребенок…

— Помочь чем?

— Нет. Но завтрак себе сам готовишь. И выйдем чуть позже. Повезу её в больницу.

— Можно к ней зайти?

— Ну… Думаю, да. Но ты аккуратнее, а то ещё заразишься. А у тебя экзамен через три дня.

— У меня крепкий организм.

— Да уж, точно. Сам смотри. Если идешь, хватай поднос, поможешь.

Мужчина двинулся наверх. Лестница под ним заскрипела.

Ольга выглядела плохо. Бледная, испуганная, сжавшаяся в комок. Она почти никак не прореагировала, когда мы зашли. Пока Сергей ставил перед ней поднос и уговаривал поесть, я создал ряд печатей. Для обычного человека вроде как их воплощение не видно. Имею в виду, если не вырезать печати на чем-то. Сейчас я использовал тот вариант, который создавался на чистой энергии. Печати были нужны для диагностики, которая показала, что ничего хорошего с женщиной не происходит. Ничего страшного тоже, но… Она ведь одаренная. Если ей плохо, значит, ситуация в два раза хуже, чем если бы речь шла об обычной женщине. Не факт, что врачи из местной больницы смогут помочь. Тем более она ведь беременна. И что делать? Я слабо разбирался в медицине, зато хорошо — в алхимии. Надо отправляться в лес и создать несколько амулетов. Один точно нужен для очищения комнаты от «злых сил». Речь о микробах и прочих проявлениях, который всегда присутствуют там, где появлялась болезнь. Ещё один нужен для вытягивания из Ольги всего плохого. Третий будет отвечать за привлечение хороших сил, в противовес тому, что она будет отдавать. Стандартный набор, которым я сам не раз пользовался. Надеюсь, он и здесь поможет.

* * *

Закончил я как раз к тому моменту, когда они вернулись. Заготовки из металла были, на них и нанёс нужные печати, доработав их под специфику ситуации: внёс условие, что это лечение беременной женщины и нужно ещё обязательно не навредить ребенку. Звучит просто, но это десятки мельчайших нитей, которые ещё требовалось выбить на маленьких бляшках.

— Ты что тут делаешь? — уставился на меня Сергей, когда я вошёл в дом. Он заваривал чай и вышел в коридор, когда я скрипнул дверью.

— Прогуливаю школу, конечно, — ответил я.

Утром Сергей высадил меня на повороте. Он повез жену в больницу, а я двинулся обратно, на ходу продумывая, что буду делать. Можно было и сразу остаться, но не хотелось объясняться и грузить Гвоздевых.

Школа меня тоже волновала. Как-никак, именно я путем уговоров, шантажа и прямых угроз я почти две недели заставлял учеников действовать как слаженный организм. О да, почти две недели учебных страданий они запомнят надолго. Некоторые жаловались, что им кошмары с уравнениями снились. И моим участием.

— Парень, сейчас не время для шуток.

— Прости. Вот. Для Ольги сделал, — протянул я три амулета, которые болтались на приделанных к ним шнурках. — Квадратный в комнате ближе к кровати повесь. Остальные два пусть на себя наденет.

— Что это? — Сергей ничуть не вдохновился, разглядывая непонятные штуки. Лишь хмурился и смотрел недоуменно.

— То, о чем даже под пытками надо молчать, — на полном серьезе ответил я. — Не бойся. Средство надежное.

Правда, я не проверял его в этом мире, но уверен, всё будет хорошо. На всякий случай встроил защиту от дурака. Если что-то пойдет не так, сразу об этом узнаю и вмешаюсь.

— И всё же?

— Сергей, при всём уважении, не надо задавать вопросы, на которые я не могу ответить.

Привет, я алхимик, который сбежал из другому мира, потому что он умирал. Алхимия — это такая крутая штука, которая решает множество проблем, так что хватит тупить и неси скорее амулеты.

— Спрошу у Ольги, — всё же взял он мои поделки.

— Если ей резко не стало лучше, или вам не прописали какое-то гарантированное лечение, надень на неё, даже если потребуется уговаривать. Мгновенного результата не даст, но положительный эффект точно будет.

Организм одаренной отличался от обычного человеческого. Тем более это касалось той, кто владела пусть и скромным, но даром исцеления. Я никогда не видел Ольгу уставшей. Даже в беременности до этого дня она всегда держалась бодро. И это не сидя на месте! Да и сил в ней было чуть больше, чем следовало. Как-то раз я видел, как эта хрупкая женщина подняла тяжелое полено и швырнула на несколько метров. Так бросают палку, но не тяжелую хреновину. Всё это значило, что у неё сильный организм. А значит, ему надо дать всего лишь подпитку, и её собственная магия сделает дело. Это я мог обеспечить. Оставалось дождаться результата.

* * *

— Смотри, что парень сделал, — протянул Сергей амулеты, входя в комнату.

Ольга лежала на кровати, закутавшись в одеяло и обложившись подушками. Ей было одновременно жарко и холодно, но она всё равно выбрала сидеть в тепле. Сергей отметил, что поездка в город, где им не сказали ничего конкретного и путного, забрала последние силы, и жена выглядит ещё хуже. Затуманенный взгляд с трудом сфокусировался на амулетах.

— Сказал, что поможет, — ответил мужчина на невысказанный вопрос. — Один надо повесить рядом с кроватью, два других надеть на тебя. Что это такое, он отказался объяснять. Ты слышала когда-нибудь про такое? Магию в предметах… Вот и я не слышал. Но много ли мы знаем? Если он из какого-то рода, то разные секреты может знать. Это объяснило бы его навыки в кузне. Наденешь?

— Я сейчас что угодно сделаю, чтобы мне легче стало, — протянула она руку. — Выглядит неплохо, — голос звучал хрипло. — У парня талант. Смотри, какими тонкими узорами покрыл.

— Ага. Я сам удивился.

Ольга вылезла из-под одеяла и надела на себя два амулета. Третий Сергей повесил у изголовья кровати.