Глава 14. Камень

Сергей таращился в никуда, механически выскребая кашу из тарелки и закидывая в рот. Сидел он в майке, накрытый пледом, из-под которого виднелись бинты. Жена ему всю спину замотала. Именно туда пришлись попадания. Осколки пуль лежали здесь же, на столе, в отдельном блюдце, как трофей. Пуля, которую я словил, лежала передо мной. Маленький комочек железа, который, попади в другое место, отправил бы меня на тот свет. Первый раз, когда по мне попали, подключились амулеты. Второй раз они почему-то не сработали, и с этим ещё предстояло разобраться.

Ольга сидела рядом с супругом. С растрепанными волосами, в домашнем халате, она так же, как и он, жевала механически, но вместо каши — хлеб с медом. Она настолько ушла в себя, что не замечала груду крошек перед собой. Да и капли мёда там тоже присутствовали.

Я чувствовал себя не лучше. Закончив с телами, вернулся и принялся за уборку. Надо было скрыть следы, а то не дело, когда весь двор в кровище. Крыльцу окончательный звездец пришёл. Мало того, что я его на щепки сначала пустил, так ещё остатки кровью пропитались, хрен отмоешь. Придется разбирать и стелить новый. С чужой машиной тоже мне пришлось разбираться. Я нашёл ключи в одном из карманов, у мужика, который умер первым. Завел джип, доехал до улетевшей с дороги тачки, взял на буксир и вытащил. Повезло, что не сильно застряла, иначе пришлось бы ждать, пока Сергей не поправится. Отогнав машину Гвоздевых под навес, осмотрел её на предмет повреждений. Стёкла разбиты, задняя часть в решето, передний бампер помят, и это только то, что видно невооруженным взглядом.

Да уж… Сегодняшний день ударит по семейному бюджету. Хорошо, что все живы остались. Чудо, не иначе.

В дом вернулся уставший. Накатил отходняк, опять хотелось есть, руки трясло. На кухне застал двух угрюмых супругов и сел напротив них.

— Что это было? — разорвал я тишину, не желая молча тухнуть.

— Ты про что? — отмер Сергей.

— Про три трупа, которые ждут, когда их закопают.

— А что с ними? — насупился Сергей.

— По поводу двух из них — ничего. А третий меня удивил, когда отказался умирать.

— Бес обычный, не самый сильный, — ответил Сергей.

— Не самый сильный? — зацепился я за то, что меня больше всего интересовало.

— Ага. Будь он старшим бесом, убил бы нас всех, особо не напрягаясь.

— Понятно…

А что тут ещё скажешь. Худшие опасения подтвердились. Насколько же сильны те, кого называют старшими бессмертными, что этот тип считается обычным и слабым?

— И много таких не самых сильных бесов по миру разгуливает?

— Я не знаю, — свёл брови Сергей, посмотрев на меня недоуменно.

— Что именно ты хочешь узнать? — спросила Ольга, наконец-то заметив крошки на столе. Она посмотрела на них как на то, чего в этой реальности не должно существовать, но почему-то существует.

— Пытаюсь оценить риски. Мне этот тип не показался слабым. Откуда они вообще взялись?

— Не знаем. Мы возвращались, когда их увидели, — Сергей бросил на меня колючий, оценивающий взгляд.

— Я тоже не знаю, — ответил я. — Не похоже, что за мной.

Наверное.

— Бандиты обычные, — припечатала Ольга. Почему-то мне показалось, что она сейчас ударит кулаком по столу, но нет, сдержалась. Как-то сдулась резко, словно стержень вынули. Левая рука у неё на животе лежала, словно пытаясь убедиться, что с малышом всё в порядке.

— Согласен, — медленно и задумчиво кивнул Сергей. — Как вижу, они нас ограбить пытались.

— Насколько это… Частая ситуация? — пытался я подобрать слова.

— Частая, — вздрогнула Ольга и посмотрела в окно. — Они ведь могли быть не одни.

Сергей тоже оглянулся. А потом бросил взгляд на ружье, которое под рукой держал. Я же не шевельнулся. Точно зная, что к нам никто не подкрадывается.

— Их машина где?

— Оставил там, где вы слетели с дороги. Пригнать сюда?

— Нет. Надо осмотреть. Вместе пойдем.

— Сиди пока, — шикнула жена. — Как силы подкоплю, ещё раз по тебе пройдусь.

— И всё же, — сказал я, — насколько бандиты часто встречаются? Среди них всегда есть бесы?

— После войны это повсеместно, — ответил Сергей. — Наёмники или дезертиры. Разница небольшая, если честно. Бесы…

— Если брать обычных, то в армии статистика один к пятистам, — вмешалась Ольга. — Сколько этот бес ударов выдержал?

Опасный вопрос. Очень опасный. По ответу можно понять, что и как я делал, как смог с ним справиться.

— Ну… Выстрелов из пистолета он не заметил, пока я ему в голову не попал. Удар топором тоже выдержал и исцелил рану тут же. Как и проломленный череп… Может, ещё что по мелочи… — стушевался я под двумя пристальными взглядами.

— Беру свои слова обратно, — тихо ответил Сергей. — Это не слабый бес.

— Сильный? — постарался я сдержать сарказм.

— Слабый бес обычно имеет какую-то одну выраженную черту. Скорость, рефлексы, силы, зрение, нюх или регенерацию, — ответила официальным тоном Ольга, словно лекцию читала. — Достаточно выраженную, чтобы иметь преимущество над хорошо подготовленным человеком. Средний по силе бес имеет несколько черт, гораздо более выраженных. С таким ты и столкнулся. В нем было ещё что-то особенное?

— Быстро двигался, и рефлексы у него неплохие.

— О чем и речь, — постучала Ольга пальцами по столу.

— Даже не знаю, повезло нам или нет, — проворчал недовольно Сергей.

— А на что способны сильные бесы? — не дал я затухнуть важной для меня теме.

— У них ещё больше звериных черт, ещё сильнее выраженность, — ответила Ольга. Сейчас она выглядела так, будто читала давно заученную лекцию новобранцам.

— Такой бес способен пережить автоматную очередь, — добавил Сергей. — А то и несколько.

— Это что касается армии и наёмников. У них своя градация. Слабый, средний, сильный — это условные обозначения.

— У аристократов другая градация?

— Да, они ещё опаснее обычно. Таких называют высшими, и лучше с ними не сталкиваться, — заявила Ольга.

Угу. Я бы с радостью.

Получается, мои способности могут быть обусловлены не тем, что в лаборатории произошло, а родовым наследием? Странно, потому что в семье я ничего такого не заметил. Никаких разговоров, намёков или демонстраций. Либо Соколовы были обычной семьей, либо… Я чего-то не знал. Способности — это же не то, что ты постоянно демонстрируешь, тем более дома, в спокойной обстановке. Как умер отец, я не видел. Но, кажется, его накрыли плотным огнем. Может, он и обладал чем-то таким. Мама точно нет. Она умерла быстро и склонности к восстановлению не продемонстрировала.

Что думать по поводу всего этого, я так сразу и не смог определить. С одной стороны, пугало, что здесь такие мутанты шастают. С другой… Я ведь и сам мутант, а значит, мои способности к выживанию выше, чем у обычного человека. Надо снова браться за эксперименты да узнавать, как способности беса влияют на умения алхимика. Ещё надо изучить, как их развить доступными мне способами. Стать высшим бесом — чем не цель? Неубиваемость плюс алхимия, и вот она, гарантия выживания в любой ситуации.

* * *

Спустя пару часов, когда Ольга ещё раз поработала над мужем, да и меня глянула, выбрались с ним на улицу. Следов по-прежнему хватало, работы ещё не на один день предстоит. Но начали мы не с уборки, а с изучения трофеев.

— Повезло нам с тобой, парень, — задумчиво вертел в руках винтовку Сергей. — Эта штука предназначена против людей. Против обычных людей.

— Есть и против бесов?

— Конечно, есть, — невесело хмыкнул он. — Там другая ударная сила, да и патроны другие. Поймай пулю из такой — и всё, уже ничего не спасёт.

Не знаю, насколько это оружие обычное, но мои амулеты пробило влёт. Они после первого попадания ослабли, но должны были выдержать больше. Чего-то я не учёл, за что и поплатился.

— Где такое оружие достать? Против бесов которое, — заинтересовался я.

— В армии. В родовых дружинах. А тебе зачем? — насупился мужчина.

— Чем больше живу, тем больше параноиком становлюсь.

— Я бы сказал, что оружие детям не игрушки, но…

Ты ведь как-то уложил беса, ещё и голову ему снёс, так и читалось в его глазах.

— Как ты справился?

А я всё гадал. Спросят или нет? Слишком уж я наследил. Не с бесом даже, хотя и тут странностей хватало. Самое подозрительное — это следы после боя. Имею в виду металлические снаряды, которые валялись грудой там, где я поймал беса. Но ладно они. Пока бес носился за мной, успел часть раскидать, а в снегу не особо видно, что там лежит. Тем более непонятно, как это там оказалось. Я ещё прошёлся и спрятал улики, когда трупы таскал. А вот с крыльцом плохо всё. Там десятки щепок и труп. Гвоздевы это видели, и у них закономерно возникли вопросы.

— С божьей помощью, не иначе, — попытался я пошутить. — А если серьезно, то чудом получилось. Не ожидал, что такого противника могу встретить.

— Но противников всё же ожидал?

— Знаешь, Сергей, — ответил я проникновенно, заглядывая ему в глаза и добавляя серьезности. — После того, через что прошёл, я понял одну простую вещь — лучше быть всегда готовым. Сегодняшний день показал, что не зря я так думаю.

— И то верно… — задумался он. — Ты машину-то смотрел? Нашёл там что интересное?

— Нет. Только перегнал её. Что с ней делать будем?

— Машина хорошая, но приметная. Придется избавиться.

— Жаль.

— Жаль, — согласился он. — Можно попытаться продать, но это след, который рано или поздно приведет к нам.

— Думаешь, их будут искать?

— Мне почем знать? — удивился он. — Понятия не имею, кто это такие. Пойдем лучше машину осмотрим, вдруг ответы найдем.

Сергей медленно спустился с остатков крыльца, перешагнул обломки и зашагал в сторону джипа. Я отправился следом.

— Да у них тут целый арсенал, — присвистнул он, открывая багажник.

Было чему удивиться. Мы нашли пару автоматов, один дробовик, три пистолета и несколько коробок патронов к этому всему. На закуску попались две гранаты.

— Хватит, чтобы небольшую войну устроить, — заметил я.

— Это смотря против кого, — заметил более опытный в этих делах товарищ.

— А это что?

Оружие лежало в мешке. Когда Сергей достал его, открылось то, что пряталось сзади. Коробка, квадратная, небольшого размера. В такую разве что голову спрятать можно. Мужчина притянул её к себе, но вышло у него это с трудом. Штукенция оказалась тяжелой.

— Подсоби, — попросил он меня. С его ранениями таскать тяжести было не с руки.

Пододвинув коробку, мы уставились на неё, ища, как открыть. Сергей отыскал защёлки, потянул за них, раздался щелчок, и… Внутри оказался какой-то камень. Я ожидал большого.

— Что это?

— О-о… — замер он.

— Сергей?

— Это, парень, большие проблемы. Очень большие. За эту штуку нас убьют, — обреченно произнёс он.

* * *

Определенно, сегодня день потрясений. А если подсчитать число событий за последние несколько суток, смело можно заявить, что я получил ровно то, чего хотел. Хотел жить? На, получай! Количество событий на единицу времени зашкаливает. Кровь бежит в жилах, настроение меняется от «Я люблю мир, девушек и секс» до «Надо закопать тело и голову в разных местах, а ещё лучше сжечь, чтобы бес не восстал». От воодушевления и легкой эйфории, от чувства победы до полного офигевания.

Было отчего впасть в уныние. Внезапно для себя я узнал СЛИШКОМ много нового. Ну ладно-ладно, почти нового. Если так подумать, без эмоций, о многом я уже в курсе.

— Помнишь я рассказывал о ходоках? — тихим, обреченным голосом спросил Сергей, стоя у машины.

— Да… — ответил я аккуратно, боясь его спугнуть. Сердце сжалось от предчувствия беды.

— Ты уже слышал, что у бесов есть ступени силы. У ходоков — тоже. Слабые могут забросить какой-нибудь предмет на сотню другую метров. Но не надо недооценивать эту возможность. Представь, что тебе в дом, когда ты спишь, перемещается граната. Есть чего опасаться, не так ли? Те, кто посильнее, уже могут людей перебрасывать, ну, или сами ходить. Самые сильные перебросят целое войско.

— Звучит жутко.

— Есть мнение, что ходуны одна из причин бесконечных войн в мире. Очень уж легко воевать, когда можешь таким образом избавиться от врага. Поговаривают, что наш новый князь тоже ходун не из последних. Не просто так у него фамилия Медведев.

— Это как-то связано со зверем, про которого ты рассказывал?

— Возможно. Кто мне тайны раскроет-то? Но раньше фамилии получали как раз по способностям. Сам делай выводы.

Какие тогда родовые способности у Соколовых или Коршуновых? Надо будет поискать, есть ли такие магические звери.

— Так, и при чем здесь ходоки?

— А как спать спокойно, если к тебе в любой момент заявиться могут? Тема больная, сколько человечество себя помнит, наверное. Наша же беда в том, что решение было найдено, — кивнул он на булыжник, что валялся в коробке.

— Не понимаю.

— Это блокиратор перемещений. Ставишь в доме, и к тебе никто заявиться не сможет. Штука до жути редкая. Стоит как весь завод, на котором я работаю. А может, и дороже, учитывая его размеры.

— И это вся проблема?

— Чего? — нахмурился Сергей, глянув на меня недовольно. — Ты не догоняешь, походу. Такие штуки не теряют. Эти мужики очень непростые, если возят с собой камень. Возможно, они его везли КОМУ-ТО. И как ты думаешь, что сделает этот КТО-ТО? Будет искать отряд. А там и на нас выйдет.

— Что тогда делать?

— Не знаю. Для начала отогнать машину, спрятать трупы, убрать все следы. От камня лучше избавиться.

— Давай я его к себе унесу. Его как-то можно отследить?

— Не знаю. Если и можно, то мне о таких способах неизвестно.

— Тогда я его так спрячу, что никто не найдет. Ты не против?

— Ну, бери, если хочешь, всё равно, даже если выкинем, это ничего не изменит. Но как бы нам потом кровавыми слезами не умыться.

Поднатужившись, я вытащил ящик с камнем. Тяжелый, килограмм сорок, не меньше. Может, опасения Сергея и верны. Наверняка нам есть, чего бояться. Но что случилось, то случилось, нечего исправлять. Выкидывать такую ценность уж точно смысла нет.

Лучше её изучить!

* * *

Наверное, я мог бы назвать себя умным. Мой жизненный путь это подтверждал. Выжить в умирающем мире — это то деяние, которое больше никому на моей родине не удалось совершить. Но сейчас я задумался, что мои познания в алхимии ограничены. Причины у этого имелись вполне конкретные. Меня обучали на остатках школы, которые сохранились в нашей семье. Обучали основам и, в первую очередь, тому, как выживать. Делились наработками идей, как спасти мир. Но дальше задумок, трудно реализуемых, те наработки не заходили.

Мой побег — это следствие нескольких лет размышлений над задачей. По большей части он строился на массе предположений, а не на точных фактах. Если уж быть честным, то я и сам до конца не знал, как мне это удалось.

То, что мои знания ограничены, я стал подозревать, когда основательно взялся за местные учебники. Конкретно в нашей школе учили из рук вон плохо, но тем не менее я видел на страницах книг системный подход от простого к сложному. Это тебе не спонтанная передача знаний от учителя к ученику. Сейчас же, крутя и так и эдак булыжник из машины, я ещё раз убедился — в моих знаниях хватает пробелов.

Я не понимал! Не понимал, как эта штука работает и как её можно использовать!

Алхимия — это всегда про точность. Для точности нужны качественные данные. Существуют печати, которые определяют состав материала. Другие отвечают за свойства. У меня имелся круг печатей, которые я вырезал на столе у себя в логове. Они отказались работать, когда я положил на них камень. Сбоили, выдавая хаотичные ответы. Это было настолько странно, непривычно и невозможно, что я впал в ступор, не зная, что делать.

Кажется, мне придется пересмотреть весь свой подход и, если старые инструменты исследования не работают, создать новые.