Глава 25

Открывать глаза решительно не хотелось. Мне было тепло, хорошо и спокойно. Но солнце упорно светило в глаза, да и внутри росло понимание, что пора вставать. Наверное, уже ребенок проснулся. Лениво потянулась в кровати и ощутила, что скованна по рукам и ногам, чей-то нос упирается в шею, а чужая нога лежит сверху. Спросонья не сразу поняла, что это Влад обнимает меня, попыталась вырваться, но он прижал сильнее и прошептал:

— Ты куда? И вообще, ты мне снишься.

Влад еще спит и явно не намеревается выпускать меня из объятий. Интересно, как я могла такую позу считать удобной для сна? Не вырваться, даже особо не пошевелиться. А Влад лишь коснулся губами шеи и продолжал спать, зарывшись в мои волосы. Похоже, ему снится наше прошлое, и я не одна здесь со снами мучилась. Вот только в мои планы не входило оставлять его в покое. Пнула ногой, даже не знаю, куда попала.

Но руки он разжал.

— Я к сыну.

Еле вырвалась и чуть не закричала, когда в очередной раз не обнаружила ребенка.

— Где он?!

— У бабушки. Она утром заходила и забрала. Ты еще спала, — прозвучал спокойный ответ. Супруг сонно потирал глаза и зевал. Волосы после ночи слегка взлохмачены.

— Ты не предупредил. — утро придется начинать со скандала, как еще объяснить одному наглому дракону, что я переживаю? — Ты не понимаешь, что мне неспокойно?!

— Так я могу успокоить, — его голос звучал обманчиво мягко. Влад приподнялся. На его лице уже не было и следа сонливости. — Тем более ты сама хочешь, иначе зачем тебе было зелье мне подливать?

Все-таки узнал.

— Зачем выпил?

— Как я могу жене отказать?

Я даже не заметила, как вновь оказалась лежащей на кровати, а он завис надо мной и прижал мои запястья к кровати — не вырваться. Сейчас я — дичь, которая оказалась в логове черного дракона, и, судя по взгляду, весьма голодного дракона.

— Даже нелюбимой?

— Хочешь это проверить? — в его глазах плясали чертики, они казались почти черными.

— Хочу знать.

— Люблю. Не любил бы, было бы легче.

Не успела я подумать, что после стольких лет дождалась его признания, как он накрыл мои губы поцелуем, выбивая все прочие мысли. Жадно и страстно, заставляя подчиниться каждому движению. Едва услышала где-то на краю сознания треск разрываемой ткани. Похоже, я осталась без ночной сорочки.

— Надо же убедиться, действительно ли ты скучала по мне.

Его ладони скользили по моему телу, по груди, по животу, спускаясь все ниже, словно он пытался вспомнить, будто сравнивал меня со своими воспоминаниями. Беременность меня не изменила, только грудь округлилась, а с таким шустрым малышом, как Димка, я быстро вернулась в форму. Влад покрывал обнаженное тело поцелуями, заставляя изогнуться дугой, провел по внутренней стороне бедра и развел ноги.

— Я тоже хочу знать кое-что. Твое желание?

То есть меня еще пытать таким изощренным способом собрался? Кто в такие моменты разговаривает?

Он заставил меня застонать, дыхание перехватило. Зараза многоопытная, ведь отлично знает, что делает. Тело покрылось мурашками, но через секунду меня бросило в жар от нестерпимого томления внизу живота. Но пока что меня лишь дразнили, намеренно доводя до сладкой истомы. А ведь сам же дико хочет, я же это чувствую, но он нарочно медлит, растягивая сладкую пытку.

— Садист, — прорычала я.

— Милая моя, я вполне нежен, или тебе не нравится?

Поцелуи усилились, ласки становились немного грубее, он едва сдерживал себя. А с моих губ сорвался новый стон.

— Сокровище мое, я не слышу ответа, — его голос звучал тяжело, а дыхание стало слишком частое.

Я могла воспользоваться преимуществом и оказаться на нем сверху, он мне это покорно позволил, лишь удивленно смотрел, пытаясь понять, что я задумала. Жадно впилась в его губы, провела рукой по его груди. Может быть, тоже стоит помучить его? Ведь такая удобная для этого позиция.

— А ты еще не понял? — Оказывается, даже сильный темный маг может не догадываться об очевидном. — Это ты.

На мгновение в его глазах промелькнуло удивление, которое сменилось пониманием. И через секунду я снова оказалась придавлена им.

— Боюсь, придется выбрать что-то другое.

Вновь жаркие поцелуи, но теперь можно поддаться своим желаниям, позволить себе забыть, что когда-то жила без него. И понять, что ничего не изменилось, мне с ним так же хорошо, как и тогда…

***

Когда мы оба упали на кровать, Влад зарылся в мои волосы, притянул меня к себе и заключил в объятия.

— Успокоился? — усмехнулась я.

— Успокоюсь, как отработаешь супружеский долг за два года.

— Давай тогда три, в моем мире три прошло, — усмехнулась я. Мы еще оба тяжело дышали. — Но ты не ведешь себя так, как вел недавно. Когда нам вернут ребенка?

— После дневного сна. Интересно, как мама его спать уложит. Хотя, по ее словам, после меня ей ничего нестрашно. А мы все-таки должны иногда отдыхать. Хочу сказать, что я слегка в шоке от того, что ни на секунду нельзя отойти, даже в туалет сходить. А отдых в первую очередь нужен тебе. Что-то я сомневаюсь, что тебе много с ребенком помогали. — Опасная тема, о моих родителях и их отношению к моей беременности ему лучше не знать. — Кстати, милая, на тумбочке зелье от зачатия. Я, конечно, хочу еще ребенка, вот только частые беременности вредны, особенно когда предыдущий ребенок с драконьим даром.

— То есть твое знакомство с подгузниками и пеленанием отложим?

Впрочем, зелье все-таки решила выпить, потянулась к склянке с жидкостью молочного цвета. Оно отдавало мятой, вкус достаточно приятный, немного приторный.

— Что такое подгузники? — поинтересовался он. — На полгода отложим. Заодно Димка подрастет, и я научусь с ним обращаться.

— У тебя неплохо получается. Я даже готова платить тебе алименты.

Значение этого слова тоже пришлось объяснить, правда он кинул в меня подушку, от которой я увернулась, и сгреб меня в объятия. Его руки потянулись к браслету, клацнула застежка.

— Я у тебя это пока заберу. Браслет красивый, но магию с него все-таки стоит убрать.

— То есть, если бы я тебя не любила, ты бы меня здесь силой держал?

Поссорившись с мужчиной, о нем можно узнать много нового и интересного.

— Как хорошо, что ты меня любишь, — ответил самый самоуверенный из всех мужчин.

— Напомни, пожалуйста, за что именно? — поинтересовалась я, замахнувшись. Он поймал мой кулак и прижал к губам.

— Наверное, за чудесный характер.

— Знаешь, я тебе точно найду какой-нибудь интересный артефакт с похожим свойством. Тем более артефактник у меня уже на примете есть.

— Знаю, он уже передавал, как мне повезло с супругой.

Сейчас мы расслабленно лежали в кровати и просто разговаривали. О планах, о поездках, о том, что было, пока мы были друг от друга вдали. Сейчас это был тот человек, которого я любила.

Влад заметил, что у императрицы очень вовремя выдалось свободное утро. А я была уверена, что Дарине пришлось его освобождать, Алисия ведь вполне могла рассказать матери. Не смогла не пошутить, что зелье на Влада плохо влияет, и он мог обойтись без него, я же как-то без этого обходилась, на это супруг ответил, что у меня Димка был, с ним о подобных вещах думать некогда. Но самую главную мысль, которую Влад донес до меня, это то, что я еще много могу услышать о нем, и что-то будет правдой, что-то ложью, но мне стоит говорить об этом с ним самим.

— Осталась одна вещь, которую стоит сделать, пока нам ребенка не вернули. Разговор с Оливией.

Вся расслабленность пропала с его лица, я видела по его глазам — он жаждал крови.

— Она же выпила зелье забвения, что именно ты хочешь узнать?

— Хочу поставить последнюю точку.

Я слишком хорошо знала, что ему нужен человек, которого можно обвинить. Тем более вина есть — Оливия действовала не в его интересах, это можно назвать предательством. Он в лёгкую может забыть, что дружил с ней с детства, что она жена его лучшего друга.

Сейчас мне тяжело будет донести мысль, что Оливия могла многое сказать, но именно я выбрала, во что верить. Это было только моим решением. Впрочем, зачем мне ее доносить?

— Давай, я сама решу-то с ней делать? Все-таки из-за случившегося я одна ребенка воспитывала.

Я не люблю жаловаться, привыкла быть сильной, но сейчас стоит показать свою слабость — только таким способом я могу заставить его уступить.

— Согласен, но не забывай: Оливия беременна, и беременность протекает тяжело. До такой степени, что лекари предлагали ее прервать, но она отказалась. И Демьен не смог ее убедить.

Влад нахмурился — тема ему явна неприятна, и я могу его понять.

— И ничего нельзя сделать?

— Мы пытались, Ксюш, но иногда даже маги бессильны.

“Мы” означает, что Влад пытался помочь, но и он потерпел поражение.

К разговору с Оливией нужно подготовиться, привести себя в подобающий вид, причем вид подобающий жене принца, например надеть диадему. Как оказалось, это повседневное украшение принцессы, к которому нужно привыкнуть. Влад хочел, чтобы перед Оливией я явилась именно так. Понятно, чего именно он добивается — ему важно увидеть ее реакцию.

Разговор будет происходить с помощью магического зеркала. Не во всех замках есть такие предметы. Да и зачем, если маги могут написать на листе бумаге сообщение, и оно через мгновение появляется у собеседника. Засверкали руны, поверхность зеркала на мгновение затуманилась, и пред нами предстала наша собеседница.

Я помнила Оливию сиятельной великосветской дамой, идеалом красоты, и не ожидала увидеть ее такой похудевшей, бледной, осунувшейся. Даже волосы, всегда блестящие, потускнели. Руки сложены на огромном раздувшемся животе. Скорее всего, уже шестой месяц беременности.

— Простите, Ваше Высочество, за вид, — Оливия ухмыльнулась — она привыкла к неформальному общению. — Зачем ты хотел меня видеть?

Графиня ничего не знает о нашем браке, еще не до всех успела дойти эта новость, а Влад молча показал мне жестом подойти ближе, в зону ее видимости. Увидев меня, губы Оливии расплылись в улыбке.

— Слава всем Богам, ты ее нашел! А то Демьен говорил, что ты стал нервным…

Если бы она на самом деле хотела от меня избавиться, она бы так не радовалась.

— …Что случилось? Почему ты сбежала?..

И не задавала бы такие вопросы.

Взгляд Оливии остановился на диадеме в моих волосах:

— …Подождите, вы что, поженились?

Влад поднял руку, показывая брачную магическую татуировку. Похоже, это красноречивее слов.

— У нас даже ребенок есть, — добавил он. — Мальчик.

— Тогда я ничего не понимаю… Ведь ты ее искал, более того — считал, что ее похитили. Что случилось?

Оливия слегка в замешательстве. Впрочем, замешательство почти сразу переходит в предчувствие. Ведь вряд ли Влад решил просто так поболтать. Он редко делает что-то просто так.

— Это была ты, Лив. — Девушка удивленно приподняла брови, и Влад пояснил: — Ты выпила зелье забвения.

— Я так понимаю, жить мне очень хотелось, — ответила девушка, поджав обветренные губы. Она мгновенно побелела, вцепилась в складки платья. Слишком хорошо она понимала, к чему может привести подобное обвинение. — Зачем я это сделала, скажешь?

Голос прозвучал ровно, но далось это ей очень непросто. Лишь в конце, показалось, услышала легкую истерическую нотку. Я вспомнила испуганную девчонку, ведущую меня к порталу. Она понимала: если узнают — ей не простят. И это мне Влад говорил вести себя сдержаннее? Он хоть в курсе, что беременным нервничать нельзя? Я уже собиралась просветить его по этому поводу, как супруг сказал:

— Успокойся, мы просто разговариваем…

То есть, если бы он действительно хотел бы что-то сделать, он к Оливии домой бы заявился?

— …Ты обнаружила у меня книгу с ритуалом жертвоприношения светлого мага и решила просветить мою жену на эту тему.

— Она — светлый маг? — Лив покосилась на меня. — Ты женился на светлом маге?

В прошлый раз Оливия не так удивлялась, хотя, скорее всего, я пропустила момент осознания подобного.

Влад кивнул.

— Ты догадываешься, почему так поступила?

— Я могу говорить откровенно? — Оливия окинула меня взглядом, потом перевела его обратно на Влада. Впрочем, она не собиралась дожидаться разрешения, искренне верилп, что терять ей нечего. — Почти все время, что я тебя знаю, ты говорил, что любовь — это глупость, и важна лишь магия. Я вполне могла быть уверена, что ничего не изменилось.

Ее слова не удивили Влада, это правда. Правда, которую он знал.

— Надеюсь, подождешь моей смерти? Осталось немного.

— А почему ты вообще уверена, что умрешь?

У меня была только одна-единственная причина согласиться на этот разговор — возможность помочь Оливии. Я с самого начала не верила, что она хотела чего-то плохого. Соперница и разлучница не стала бы советовать пойти к императору, не тряслась бы от страха, помогая сбежать, и не отговаривала бы.

— Я светлый целитель, а значит, смогу помочь и подстраховать, если что-то случится.

На лекарей учатся, они используют амулеты и зелья. С даром целительства рождаются. Мы работаем с чистой энергией, вливаем ее. Так можно исцелить раны, а еще удержать на волоске от смерти. Состояние Оливии временное, нужно только, чтобы она дотянула до конца беременности и пережила роды. В конце концов, должна же я как-то использовать свой дар.

Девушка, мягко говоря, удивлена, и, скорее всего, Влад тоже.

Милый мой, я же для этого и просила право решать.

— Но тебе придется прибыть для этого во дворец. Демьен пусть тоже приезжает. Надо же с кем-то мне отметить рождение сына, — Влад говорил спокойно, будто мои слова его нисколько не удивили, будто мы договаривались заранее.

Уверена, он знал о моем решении. Скорее всего, он хотел, чтобы я поступила именно так? Поэтому сделал акцент на тяжелой беременности до разговора. Ему не нужен был ответ на вопрос, почему Оливия так поступила — он знал это и так. Ему нужно было, чтобы об этом узнала я. Он не злится — уже понял, что в произошедшем мы виноваты сами. Мой супруг попросту манипулировал мной, как всегда ведя туда, куда нужно ему, даже если я сама этого хотела.

Теперь при дворе появится человек, с которым я смогу спокойно поговорить. Человек, который однажды принял не сторону мужа, а мою, пусть и ошибся в этом выборе.

Зеркало вновь стало обычным, сейчас в нем отражались мы оба, Влад стоял позади меня..

— Ты знал, — сказала я, не оборачиваясь.

В отражении я видела, как его губы тронула легкая улыбка.

— В тебе нет мстительности. Хоть в ком-то из нас двоих. Оливия, как я сейчас понимаю не виновата. Виноват я сам, Ксюш, точнее, каким я был. Я ведь разозлил богиню любви, которая нас и свела. Шиад хотела, чтобы я понял ценность любви, а значит я должен был тебя потреять, пусть и на время. Именно она скорее всего подкинула Оливии ту книгу, просто так ее не открыть. Возможно, даже без магического вмешательства не обошлось, слишком Оливия рисковала. Богиня могла заставить девушку поступить именно таким образом.

Пойдем, нам нужно позавтракать, а то времени осталось немного, а у кого-то остались неоплаченные долги… — Намек на супружеский долг? Я совсем забыла, что дракон мне попался ненасытный. — А вечером тренировка…

Не смогла удержаться, чтобы не поморщиться. Кажется, я после прошлого нашего занятия в себя еще не пришла, не говоря об "очень бодром" утре.

— …Ты не волнуйся, это только первый раз больно, потом будет приятно, — прозвучало довольно двусмысленно.