Глава 30

Ксения:

Влад решил рассказать все, только когда мы вернулись в крыло. Димку нам еще не вернули, поэтому в спальне мы были совершенно одни и могли спокойно поговорить.

После рассказа мужа у меня не было слов. Цензурных. Ибо все это напоминало бред. Бред, который угрожал моей семье и мог разрушить мой мир. Не понимаю я этот божественный конфликт, да я, собственно, и причины войны светлых и темных магов не понимаю. Почему нельзя жить в мире?! Почему обязательно нужно сражаться? Для чего вообще эти смерти? Я не хочу этой войны, у меня только жизнь наладилась. Глупо, Ксюша, очень глупо надеяться на то, что мир подчинится твоим желаниям, значит, надо работать с тем, что есть.

— Влад, а Марана с Паламиром не могли бы сами друг с другом договориться? Без всяких ваших битв?

Сидя на кровати, я смотрела на мужа. Ведь он же может что-то сделать. Хотя бы попробовать поговорить со своей покровительницей?

— Ксюш, а кто сказал, что она хочет битвы? Ее больше интересует снятие проклятия с драконов. Более того, Богиня Тьмы мне приказ на уничтожение светлых не давала, последний раз, когда она говорила о светлых, это касалось тебя, что не имеет ничего против нашего брака, и у меня такая судьба.

Отлично, то есть в вовпросах нашего брака еще и Богиня Тьмы участвовала.

- Правда насчет миролюбивости Бога Света я сомневаюсь. Кроме божественной войны, между светлыми и темными пролито слишком много крови. Даже в моей семье…

В последних словах прозвучала боль.

— …Когда мне было девять, светлые смогли поймать меня, и дед спас меня ценой своей жизни. Виновные уже все мертвы, Ксюш, умерли, сожженные заживо. Мой отец уничтожил всех. Но, несмотря на это, мне хотелось отомстить. — Влад он не смотрел на меня, его взгляд был устремлен в глубокое прошлое. — Очень легко было найти тех, кто бы к этому присоединился. У темных, как и у светлых, есть свои радикальные сообщества, у кого-то убили родственников, кто-то просто идейный, разумеется они очень хотели получить в свои ряды Избранника Тьмы, не это ли доказательство, что их дело правое, и богиня поддерживает их?! Правда, отец это быстро понял и объяснил мне, что мстить нужно только виновным, и война ни к чему хорошему не приводит. Поэтому да, я могу понять, чем руководствуется Братство Света. Более того, сейчас их усиливает то, что Избранник Света с ними, поэтому они уверены в своей победе.

— Но ты не знаешь, кто это?

— Нет, только кто мог им быть, но не стал. Сейчас уже нет смысла его искать, скоро и так встречусь.

Отличное у Влада отношение к магу, который может его убить. Как я понимаю, он должен это сделать. Меня, правда, еще интересует, зачем это делать? Вроде бы мой муж никаких страшных намерений по уничтожению светлых не имеет, только по эксплуатированию одной конкретной светлой и исключительно на законных основаниях. В чем же он виновен? Увы, на этот вопрос мне ответа не дадут.

— И что ты намерен делать?

— Устроить ловушку, заманить их сюда. Нужно действовать, Ксюш. Братство Света вечно ждать не будет, у них нет поддержки короны, у их короля с моим отцом негласная договоренность о ненападении. Зато с ними Избранник Паламира, у которого есть светлый артефакт, не дающий принять вторую ипостась, — задумчиво произнес супруг и посмотрел на меня. — Ты не хочешь повидать своих родителей?

Какая изысканная попытка от меня избавиться. Вот только есть одна небольшая проблема — Димку я взять с собой все равно не смогу, несмотря на все попытки Влада учить ребенка контролировать обращения, малыш все равно может обернуться в любой момент и переместиться к отцу. Собственно, этого отца я бы тоже с собой прихватила. Зачем лезть на рожон, когда на тебя идет охота?! Вот только я вряд ли смогу его убедить, тем более силой утащить в свой мир, да и вряд ли смогу убедить его где-нибудь отсидеться в безопасности. Хотя, если связать… эх мечты…

— Нет. Если ты не заметил, у меня здесь семья, ребенок, любимый муж, так что к родителям я согласна отправиться с тобой вместе. — Ты не думал, что я вообще-то могу помочь? Что если тебя ранят, и понадобится помощь… — Похоже, у Влада подобный вопрос энтузиазма не вызывал от слова «совсем». — Как я понимаю, Братство Света тоже не в курсе, что я светлая? — Рука коснулась кулона на шее. Я так ни разу и не сняла сердце Шаарина, решив, что лучше пока мне скрывать свою истинную ауру. — Это же можно как-то использовать. У меня вполне может получиться воспользоваться светлым артефактом. Все равно, если ты проиграешь, я тоже погибну.

По крайней мере это выход. Я все равно вряд ли смогу где-то отсиживаться спокойно. И что-то мне кажется, что Марана вполне могла свести меня с Владом специально. У нее должны были быть причины для такого союза. Ели бы она подобного не хотела, могла бы избавиться от меня раньше. Вот только ответом мне было категоричное “Нет”.

— Ты не боевой маг, Ксюш, более того, я не смогу биться, если ты будешь рядом. Если ты переживаешь насчет последствий ритуала, то я могу снять кольцо… — Я удивленно посмотрела на него — об этом я не знала. — Единственное, продолжительность твоей жизни будет обычной, и второй раз его надеть не получится. Собственно, для этого данный обряд и придумали. В мои планы, знаешь ли, не входило семь браков, как у деда, я хотел ограничиться одним. Но потом сможем что-нибудь придумать. Брак это не отменяет.

Нет, я его когда-нибудь лично прибью. Истолковал мое желание помочь, как страх за собственную жизнь. Да, как и все, я боюсь смерти — это вполне нормальный страх. Вот только я также боюсь его потерять, настолько, что не готова дать ему даже поверить в то, что он может проиграть.

— Прости, но тебе придется победить.

А саму до сих пор немного трясет. Не верится, что все может закончиться именно так.

Влад сел на кровать и крепко сжал меня в объятиях. Горячее дыхание обожгло кожу.

— Ксюш, не переживай, с вами с Димкой ничего не случится. Я сделаю все, чтобы вас защитить.

Я знаю, что Влад всегда держит обещания, чего бы это ему не стоило, еще бы он пообещал мне, что ничего не случится с ним самим. Меня беспокоит еще один вопрос:

— Влад, ты собираешься устроить ловушку здесь? — уточнила я, стараясь, чтобы голос не дрожал.

Слишком мне не нравилась близость жертвенного алтаря, который до сих пор снится мне в кошмарах, расположенный всего лишь несколькими этажами ниже нас. Каждый раз во сне я вновь иду туда, спускаюсь по лестнице, прохожу коридор, который освещен лишь магическими факелами, и в конце оказываюсь в пустой комнате, посреди которой и находится каменный алтарь с неизвестными мне рунами. Иногда я вижу, что алтарь залит кровью, оказываюсь на нем сама, иногда вижу чье-то тело нам нем, укрытое белой простыней. Я боюсь подойти, чтобы приподнять ткань. Слишком хорошо понимаю, кого могу там увидеть.

— Ксюш, туда без моего желания даже пройти никто не сможет. — Влад мгновенно понял, о чем я. — К тому же я не настолько глуп, чтобы на подобное соглашаться и давать решающий перевес врагу. Все будет хорошо. Я думаю, потом можно будет на пару недель отлучиться из дворца… — Как всегда его извечное обещание. — …А то у нас даже медового месяца не было. — Невольно улыбнулась. Меня поцеловали в щеку. — Я сейчас к отцу, потом приведу нашего сына. Отдохни немного.

А заодно нужно успокоиться. Нервная мама ребенку точно не нужна. Дети, они все чувствуют.

Влад:

— Итак, ты хочешь устроить ловушку прямо во дворце? — спросил Натар, сидя в кресле напротив.

Отцу явно эта идея не нравилась. Тем более, когда не получилось найти тех, кто помог светлым организовать нападение. Граф Орланд оказался ни при чем, Влад в принципе предполагал такой исход. Если бы он был причастен, то ему нужно было лучше думать о защите внука. Для него же акция светлых оказалась сюрпризом. Более того, сейчас Орланд жаждал с ними поквитаться. Пара таких акций, и все может дойти до войны. А он не оставил никого из светлых в живых, а ведь можно было кого-то из них допросить. Но тогда за его спиной была жена, и он слишком торопился устранить возможную угрозу.

— Поняв, что я вряд ли в ближайшее время собираюсь покидать столицу, они вряд ли будут сидеть сложа руки и ждать лет пятнадцать-двадцать, пока у меня сын подрастет. А вот возможность напасть на меня, когда я буду один, для них вполне заманчива, — сказал Влад, сидя в кресле напротив отца.

— Сын, этого мало, — покачал головой император. — Должны быть какие-то гарантии. Например, если бы была брешь в охране дворца, предатели в гвардии. Это, между прочим, залог успеха любого дворцового переворота.

В словах отца чувствовался опыт, похоже, его родитель в каком-то государстве подобное устраивал.

— А лучшие предатели из тех, кто следующий в очереди на престол, и те, кто близки к трону. У них должен быть мотив, — задумчиво протянул отец.

— И свести их со светлыми, дав ложную информацию? — спросил Влад. Казалось, он знает отца всю жизнь, но тот все равно ухитрялся его удивлять.

— Именно. Как я полагаю, твой план — находиться во дворце с армией? И подмену ты не рассматриваешь?

Императору не хочется рисковать, он ведь обещал его матери, что с ним ничего не случится.

— Увы, они не бросят своего мессию в эту мясорубку. Они же ждут последнюю битву, — настоял Влад.

Главное, чтобы об Алисии никто не вспомнил. Сестренка-то в положении. И у ее ребенка явно будет драконий дар. Он легко представлял лицо младшего принца некромантов, когда тот случайно обнаружит, что его ребенок оборачивается в дракона. Впрочем, он же сам говорил, что тому явно пригодится общение с его сыном. Собственно из-за этого и пришлось отправить сестру домой. Вот только, чтобы воспитать дракона, нужен дракон, значит, они должны победить.

— Нужно спрятать всю семью в безопасности. К сожалению, Ксения пока к родителям не хочет.

Промолчал, что жена настаивала на участии в битве. После таких слов хотелось опять ей какой-нибудь браслет с запретом телепортации подарить, чтобы точно никуда не делась. Либо просто приказать охране, чтобы следила за ней. Увы, надеяться, что она будет послушно сидеть в укрытии, не приходилось. Как их воспитывают в их мире, что вообще в голову приходят такие мысли?!

— Мать никогда в опасности не покинет своего ребенка. Она за сыном отправилась сюда, даже считая, что ты ее убить хочешь! Поэтому уговорить ее на подобное не получится. Да и она твоя возможная страховка.

Отец умел извлекать пользу из всего. Даже сообщил, что его брак будет политически выгодным, когда, наконец, объявят о перемирии между светлыми и темными. Правда, на его взгляд, весьма сомнительно, что это будет скоро.

— Запомни, попадешь под какую-нибудь вариацию светлого проклятия, считай, что погиб. Тебя убьют в первые же минуты, если не сможешь использовать магию. Ксения здесь не поможет, ей не хватит опыта снять подобное, она еще слишком юна.

— Подстрахуюсь: артефакты, зелья…

Все же не зря его мать — один из лучших зельеваров. Уж у нее точно найдется парочка сюрпризов.

— Все равно это лучше, чем ждать очередное нападение.

— Всевлад, ты недооцениваешь противника. Кроме Избранника Паламира, там явно будет кто-то из архимагов. Опытных и умных.

— Тебе не нравится план.

— Тебе нравится рисковать своим сыном? Вот и мне не нравится. Поэтому я предпочту все-таки тебя подстраховать.

По крайней мере получилось уговорить отца на подобный шаг. Даже он понимает, что битвы не избежать, осталось только решить, на чьих условиях она будет.

В дверь постучались. В комнату вошел один из гвардейцев отца:

— Ваше Величество, предателя нашли. 1439f7c

Руки чесались с ним пообщаться, но отец его опередил, заявив, что он лично хочет им заняться. Предателем оказался человек из окружения графа, несомненно Орланд с удовольствием бы с ним пообщался, как и он сам. Вот только интуиция подсказывала, что после общения с императором допрашивать будет нечего. Увы, пепел не допросишь. С другой стороны, его самого ждут более приятные занятия. Например, забрать сына.

***

Малыш, завидев отца, сразу помчался к нему обнимать, а потом во всеуслышание заявил “Папа, летать”. То ли соскучился, то ли действительно у Димки врожденная любовь к полетам, впрочем, эту любовь он разделял. Сразу взял сына на руки. Когда-нибудь подобная реакция будет считаться нарушением этикета, сейчас же Димке позволительно многое.

Придворные Дамы мгновенно склонились в реверансе. Некоторые не смогли не высказать, как отцовство ему идет, и какой у него очаровательный сын. Несколько сразу поинтересовались самочувствием его супруги и сказали, что, наверное, ее Высочество сильно устает от ребенка и непривычной дворцовой жизни, явно намекая, что с удовольствием составят ему компанию. Увы, его женитьба и наличие ребенка никак не умерила чей-то пыл — некоторые вполне еще верят, что могут затащить его в свою постель, и в то, что он непременно будет изменять жене.

Попрощался с матерью и повел сына во двор. Если ребенок хочет летать, значит так и будет. Это ведь действительно потрясающее чувство: взмывать воздух, чувствовать, порывы ветра под крыльями — удивительная свобода! Правда, теперь нужно следить за отпрыском, но от этого только интереснее. Жаль, Ксюша не может это испытать. Одно успокаивает — все их дети будут владеть подобным даром.

Зато после полета Димка заявил, что “дракончик голодный”, и они отправились в крыло ужинать. Ел ребенок с таким аппетитом, что это немного напугало Ксюшу. Пришлось объяснить, что часть пищи идет на рост дракона, и Димке явно не грозит полнота. Ксюша пожаловалась на несправедливость, что в драконов обращаются только мальчики — сверхспособность не полнеть девочкам пригодилась бы больше. Едва не рассказал ей правду. Хотя, с другой стороны, ничего, будет сюрпризом, он ведь действительно мог не знать, как именно снимается это проклятье. Все-таки не смог удержаться и сказал, что ее он будет любить даже с огромным животом. Небольшой намек на беременность. Смотря на своего друга с Оливией, он немного жалел, что пропустил этот период, ему все-таки хотелось почувствовать, как в животе пинается его дочь или сын. Но сейчас не время.

Уложили ребенка спать, теперь можно, наконец, побыть вдвоем. Если у Димки в силу возраста после обращения просыпается только обычный голод, то у него еще и потребность другого рода. Сейчас у них впереди вся ночь, потому что завтра все может оказаться по-другому.

Повел ее в другую комнату, нежно опустил на кровать, попутно навешивая полог тишины. Жаркие поцелуи, когда хочется просто сорвать платье, неторопливые нежные ласки, когда сил терпеть уже нет. Но ему было слишком важно, чтобы ей было хорошо с ним, чтобы с губ срывались стоны, чтобы она выгибалась дугой, чтобы кричала его имя. А потом можно просто лежать рядом, зарыться в ее волосы, слушать мерное дыхание.

Он точно не проиграет.