3.12

Ночь полностью вступила в свои права, когда мы переступили порог моего дома. Рустик потерял голову от радости: совершил несколько триумфальных забегов по этажу, затем, как кенгуру, прыгал в высоту, метясь к нам в руки. Руслана он принял, как давно знакомого, в доску своего. Он даже не обнюхивал и не знакомился с ним. Сходу рвался обниматься.

– А наши друзья одобрили выбор своих хозяев, заметила? – запинаясь, откомментировал доктор, присевший на диван. Любвеобильный джек-рассел не унимался, заскочил к нему на руки и кинулся вылизывать лицо. – Или твоя собака рада меня видеть, или готовится съесть. Не зря говорят: голод не тетка.

– Мой малыш не кровожадный и питается исключительно сухим кормом. Он мясо даже на вкус не пробовал, так что, скорее второе. Хотя… Не исключено и первое. Всякое бывает, – рассмеялась я.

Сама же от вида хирурга в своей гостиной приходила в наивысший восторг. В глазах сверкали переливчатые звездочки счастья. Все вокруг казалось чудесным, совершенным, сказочным. Я словно опьянела, от невероятности круговорота событий.

Выпустила собаку на улицу и схватилась за голову, приводя мысли и чувства в порядок прямо в прихожей, пока мужчина не видел моей растерянности. Не успела реабилитироваться – Руслан материализовался из ниоткуда прямо передо мной.

Мы стояли, соприкасаясь кончиками носов. Водили ими по кругу, зажмурившись от нежности. Врач провел пальцами по моей щеке и взял за подбородок, другой рукой придерживал за локоть. Будто знал, что в волнительной близости от него я теряла контроль над своим телом и каждый раз с трудом удерживала равновесие.

Мир вокруг погас, а время прекратило свой скоростной бег, когда меня коснулся шелковистый поцелуй. Влажные губы врача покрывали сладостными касаниями уголки моего рта. Никогда не насытюсь ими. Буду хотеть еще и еще, я жадная до своего хирурга. Зависимая от его ласк, как вампир от глотков свежей крови. Сравнение, конечно, так себе, но чувствовала я что-то похожее.

Руслан перебрался с губ на мои пылающие щеки, оставляя на них различимые только сердцем чувственные отпечатки своей страсти. Кончик моего носа тоже не был обделен вниманием, даже лоб и виски. От них вереница поцелуев потянулась к шее.

Внезапно мурашки колкими набегами прокатились от пяток до кончиков пальцев рук. Дыхание стало глубоким и непривычно шумным. Сам по себе вырвался робкий стон.

“Покажи мне дом”, – Рустик тявкал снаружи, просясь обратно. Руслан чуть нагнулся к дверной ручке за моей спиной и запустил собаку в тепло.

Выдохнула, молча взяла мужчину за руку и потянула на второй этаж. По лестнице поднималась с трудом – мешала дрожь в ногах, боялась споткнуться и кувырком полететь по ступеням. Одна надежда на хирурга – он точно подхватит и не даст случиться казусу, способному нарушить наши планы.

Как бы то ни было, до второго этажа добрались без происшествий, хоть я и онемела окончательно. Смущение, трепет и мандраж было сложно скрыть, но я старалась изо всех сил.

Толкнула дверь дверь в спальню. Именно сюда тянуло обоих всю дорогу до коттеджа. Наконец-то цель достигнута. Не успела опомниться, как врач подхватил меня, одним взмахом закинул в одеяла и бросился сверху.

Он скинул свитер, а я чуть не ослепла от представшей передо мной мужской красоты. Или я слишком впечатлительная, или атлетически сложенное мужское тело было слишком прекрасным и сексуальным. Каждый мускул выделялся рельефной и выпуклой формой: грудные – соблазнительно выпирали, четкие кубики пресса легко считались, а косые по бокам – интриговали, подчеркивая фигуру и обрамляя живот.

Кожа. Она заслуживала особого внимания. Я словно гладила высококачественный велюр. Нежный, без единой шероховатости, приятный на ощупь, одним словом – безупречный.

Не раздумывая, набросилась на хирурга. Стеснение и растерянность остались за порогом комнаты. Там им и место. Целовала без остановки. Каждое прикосновение – глоток ключевой воды в жаркой пустыне. Сантиметры его торса без исключения были охвачены моими пылкими губами.

“А теперь я”, – Руслан перехватил инициативу. Прижал меня к кровати и провел языком траекторию от уха до ключицы. Моя грудь вздымалась часто и высоко, даже под давлением мужского тела. Хотелось вырваться из его плена. Не знала, зачем, главное – выскользнуть и метнуться на следующий маневр. Ерзала и виляла задом, ощущая металлический стержень внушительных размеров, до боли давящий мне на промежность.

В тот же момент с треском меня покинули колготки и трусики. Два горячих пальца врача оказались во мне без предупреждения и подготовки. Ахнула и замычала от наслаждения. Задыхалась на взводе от своих желаний. Все чувства упростились до инстинктов. В нас рычали и рвались наружу дикие звери, голодные до плоти друг друга.

Указательный и безымянный хирурга интенсивно массировали меня изнутри, отнимая последние остатки рассудка. Металась по подушке, согнув одну ногу в колене. Мои бедра ходили ходуном, не зная покоя.

Врач отвлекся на секунду, чтобы сменить положение и я воспользовалась ситуацией. Вывернулась, повалила его на спину и прыгнула сверху, оседлав. Новая даже для меня Алиса бросила свое бесстыжее алое платье в угол комнаты. Туда же следом отправился бюстгальтер.

“А если так?” – торжествующе схватила мужчину за руки.

Перепрыгнула и сменила положение: повернулась к хирургу спиной, все так же сидя на нем сверху. Изогнулась пантерой, стягивала с него джинсы. Он массировал мои ягодицы, то и дело, раздвигая их. Большими пальцами снова проник в меня, лаская лоно. В его дыхании слышалось рычание, а мое и вовсе пропало.

Когда последние элементы гардероба Руслана присоединились к вороху моей одежды в дальней части комнаты, он приподнял меня и без труда вырвался на свободу: “Сам тебя возьму!”.

Я осталась стоять на коленях, а вот мои руки хирург завел далеко назад, за спину, сжав пальцами запястья до легкой ломоты. Таким образом невольно прогнулась, задрав вверх свою пятую точку, оказавшуюся полностью в распоряжении врача. Плюхнулась лицом в одеяло, оказавшись полностью обездвиженной. Хирург раздвинул мне ноги пошире и на вдохе вошел так глубоко, что я закричала на весь поселок от неожиданности и неги.

Резкими рывками он обладал мной блаженно долго, пламенно, яростно. Вдавил мою голову в подушки и входил без жалости и пощады. Казалось, что разорвусь от удовольствия и потеряю сознания. Готова была умереть от удовольствия, кайфа. Я, как млеющая кошка, растекалась по его рукам, готовая на все, что он мог пожелать.

Так мой двественный зад расширил свое предназначение. Сначала он познакомился с крепкими пальцами моего партнера, который осторожно исследовал мои границы. Получив безмолвное, вместе с тем удивленное согласие, хирург продолжил начатое. По-врачебному точно он пристроился к когда-то самому неприкосновенному отверстию моего тела, осторожно усилил напор и аккуратно вошел, проскользнув внутрь.

Я поперхнулась от шока и судорожно попыталась освободиться. Хотела сдать позиции от страха неизведанных ощущений и возможной боли. Спасовала. Но врач удержал на месте меня за бедра, ласково гладил по спине, приговаривая: “Чш-ш-ш-ш, не бойся. Тебе понравится”.

Оставшись внутри, он отвлек меня – наклонился и свободной рукой с давлением приласкал мою промежность. Она сразу вспыхнула и напряглась, а я забыла про панику.

“Если хочешь еще, не убегай от меня”, – хирург убрал руку и аккуратно продолжил движение, пробираясь глубже. Меня сводила с ума его уверенность и главенство. От чего между ног разгорелся новый пожар, стянувший низ живота.

Войдя во вкус и разгорячившись, в такт продвигалась назад, призывая усилить напор и темп, чему хирург был несказанно рад. Он с энтузиазмом ринулся в бой.

Как я кричала… До визга, воя, ультразвука. На последних порах охрипла, простившись с разумом. Яркая вспышка экстаза пронзила мое тело мучительно-сладостными импульсами. Содрогалась в руках Руслана, который с глубинным ревом присоединился к моей эйфории. Мы стонали в унисон, наплывами повышая голоса.

Каждая моя мышца пульсировала, а между ног ритмично сжималось, растягивая блаженное послевкусие оргазма. Я утратила способность мыслить и говорить, как и двигаться и даже моргать. Кажется, и дышать получалось пока что через раз.

Руслан притянул меня к себе и уложил на грудь. Не узнавала себя и свою комнату. Мой мир поменял цвета, обрел новые звуки и ощущения. Переводила дух и пыталась вернуться на землю.