7

Вздрагиваю и пытаюсь прикрыть грудь. Губы продолжает саднить, а тело потряхивать.

От этого мужчины тянет сложной и тяжелой энергетикой, которая пронимает меня насквозь, заставляя дрожать каждую клеточку.

– Тебе стоит переодеться, чтобы соответствовать, – сообщает Эмир.

– Соответствует чему? – испугано ахаю.

Скольжу взглядом по темной коробке перевязанной красной лентой в его руках. Коробку он протягивает мне.

– Хочу увидеть тебя в этом. Переоденься, – произносит властным тоном, не терпящим неподчинения

И мне становится совсем не по себе.

Осторожно тяну за край ленты. Бант развязывается и алый атлас плавно опускается к моим ногам.

Заглянув в коробку, понимаю, что там нечто чёрно-красное и блестящее.

– Выйдите, пожалуйста.

Эмир насмешливо приподнимает бровь.

– Приказы здесь раздаю я, девочка.

– Я не могу переодеваться прямо при вас, – краска заливает мое лицо.

Эмир ленивый и молча поворачивается ко мне спиной.

Потоптавшись на месте, быстром шагам подхожу к столу. Закидываю на него коробку и достаю оттуда полупрозрачный кусок ткани.

Красивый блеск страз на тёмной материи ослепляют. В моих руках действительно нечто красивое, с алыми вставками-узором, я так понимаю, в области груди и на бёдрах.

Но вряд ли этот наряд можно назвать одеждой. Скорее излишне откровенное нижнее белье, призванное подчеркнуть наготу, а не скрыть.

Сбросив с себя отяжелевшее мокрое платье и краснея как помидор – натягиваю выданный Эмиром наряд.

Господи… я как русалка…в плохом смысле. Это недоплатье как вторая кожа. Блестит к кому же словно чешуя.

Из-за этого развратного одеяния, приходится поменять свои белые хлопковые трусики на то, что я нахожу в коробке.

Кусочек черного шелка с жемчужной ниткой.

Серьёзно?

Лучше вообще без белья.

Эмир явно извращенец, если считают, что я это надену.

Но я надеваю.

Все же это лучше, чем открытый треугольник между ног, который совсем не скрывает полупрозрачная блестящие ткань. Или белый торчащий хлопок.

Прохладные жемчужины скользят между половинками попки, задевая самое сокровенное.

Стискиваю со скрипом зубы. Шелкового кусочка явно не хватает и гладкие камни, соприкасаются с нежными складками.

Приходится постараться, чтобы усадить на себе эти трусики. Если конечно можно назвать «трусиками» откровенное орудия сексуальной пытки.

В комплекте к развратному одеянию идут босоножки со сложным плетением ремешков. Изящные, усыпанные стразами, но вполне удобные, с умеренной высотой шпильки.

С каблуками я особо не дружу, Ну вот в этой обуви оказывается вполне адекватно ходить. Не тапочки конечно и ни кеды, но удобно.

Впрочем, во всём моем образе меня беспокоят не босоножки, а то как сидит платье.

Осматриваю себя и готова сгореть на месте. Проще было бы остаться голой.

Поднимаю глаза на свое отражение в панорамных окнах.

Из кабинета Эмира прекрасно видно ночной город. Яркий огни завораживают и ласково очерчивают мой силуэт в отражении.

И не только мой…

Замечаю Эмира.

Он все это время стоял и смотрел на меня, пока я переодевалась.

Смущение и обида испепеляет мою самообладание.

– Вы смотрели…? Я же просила отвернуться.

Хмыкнув, он расслабленной походкой приближается.

Почти не сводит с меня глаз и мимолётно отвлекается на коробку, чтобы достать из нее последнюю часть «подарка».

Маска…

– Что это за игра? Или вы хотите пригласить меня на маскарад?

Мужчина молча разворачивает меня к отражающей поверхности окна. Плавным движением опускает маску на мои глаза.

Тонкое изящное кружево, мягко, словно влитое оседают на лице.

Я заворожено наблюдаю за тем, как его громоздкая, массивная фигура стоит за моей спиной.

Реагирую с дрожью по коже на прикосновение его рук, завязывающих узел. Затем скользящих по моим волосам, убирая пряди и обнажая шею.

Шероховатые подушечки пальцев Эмира обрисовывают подрагивающую жилку. Он наклоняется к моей шее и губами очерчивает ощутимую будоражащую линию.

Жаркая волна охватывает мое тело, выбивая из лёгких возбужденный вздох.

– Прекратите, – сипло и слабо шепчу ему.

Звучит совсем жалко.

– Мы ещё не начали, – усмехается и его дыхание горячим потоком бьёт по коже.

С моим телом и вправду творится что-то неведомое, раз я чувствую как кровь в венах превращается в жаркую лаву. Мощным потоком спускается вниз живота и там словно что-то взрывается.

Черные шелковые трусики намокают. Гладкие жемчужины из-за смазки становится скользкими и это доставляет дискомфорт, вызывая желание поерзать и сжать ноги.

Гладкий камни тут же усиливают давление на мою промежность и меня словно током бьет на месте.

В этот момент Эмир опускает широченную ладонь мне на попу, дотягиваются до нитки жемчуга моих трусиков и через тонкую ткань поддевает.

Камушки натягиваются, впиваются в чувствительную плоть. Одна из жемчужин давит на дырочку. Низ живота словно обдает кипятком.

Эмир управляет ниткой. Двигает вверх – вниз и жемчужины теребят мою промежность, вызывай новые и новые волну сладких импульсов

Губы пересыхает, я невольно облизываю их. Покусываю, гося рвущийся из горла стон.

Между ног все набухает и подрагивает. Ещё немного и я не смогу устоять на каблуках. Ноги как вата, еле меня удерживают.

– Достаточно, – его дыхание снова обжигает мою щеку. Спускается к шее.

Вскрикиваю от парализующий остроты его поцелуя. И больно и будоражаще приятно, что дыхание перехватывает.

– Следуй за мной…

Звучит как поставленная точка.

Кабинет Эмира оказывается с сюрпризом.

За стеклянной стеной моим глазам открывается ещё одно помещение.

Алые бархатные стены, черная мебель и много зеркал.

Это место кажется куда более помпезным и безумным, чем основные интерьеры «белого кролика».

Бар, рулетка и бильярдный стол в темных тонах. Удивительно, но на столе шары только красные, белые и один черный.

Изначально, кажется, что мы одни. Но осмотревшись, едва не подпрыгиваю на месте.

Стоящие вдоль стен фигуры в белых и чёрных масках, имитирующих мордочки кроликов – оказывается живыми, атлетически сложенными мужчинами.

– Что это за место? – испуганно спрашиваю.

Стыдно признаться, но этот момент больше всего хочу вцепиться в Эмира и спрятаться за его спиной.

Мужчина подходит к барной стойке, где «кролик» выставляет перед ним стакан заполненный льдом и янтарный жидкостью.

– Это место, в котором ты либо проиграешь, либо выиграешь.

Он наверное шутит…

Во рту пересыхает, с трудом сглатываю сухой колючий. Делаю неутешительный вывод, что выбора у меня похоже нет…

Выбор 1

– Что будет, если я выиграю?

– Даже не спросишь правила игры? – мужчины бросают на меня хищный взгляд.

Кубик льда звонко постукивают по стенкам бокала его руках. Делая глоток, он не отрывает от меня глаз. Голодных и пожирающих.

– Что-то подсказывает мне, что выбора у меня все равно нет. Надеюсь, ваши правила окажутся адекватными.

– Ты мне нравишься.

Он ободряюще приподнимает стакан, будто предлагая мне чокнуться.

Поверх хищного голода в его тёмных глазах замечаю ещё кое-что. Если я не сошла с ума, то это уважение.

– Так что будет если я выиграю?

– Я дам тебе то, что ты хочешь. Вылечу твою маму, помогу с деньгами. И ты сможешь навсегда забыть про ублюдка Решетова, – в низком голосе мужчины чувствуется кровожадность.

Для себя делаю вывод, что про Решетова лучше ничего не уточнять. Он не самый приятный человек на свете, но я ему зла не желаю.

– А если проиграю?